Ужасная боль пронзила пустую глазницу Кэсси, когда она направила свой взгляд на Домен Голода.

Великая армия человечества уже попала в паутину её Аспекта — Пробуждённые, Мастера, Святые… даже их Верховный правитель. Все они были отмечены её силой, без надежды на побег.

И теперь…

Кэсси смотрела на мир миллионом глаз.

Она чувствовала, как ветер ласкает её бесчисленные лица.

Она слышала мириады звуков и ощущала мириады запахов.

Но, прежде всего…

Она ощущала огромную галактику воспоминаний. Целая вселенная была скрыта здесь, на Скованных Островах, заключённая в сознании смертных мужчин и женщин, пришедших сюда на войну.

Эти воспоминания были её целью.

Кэсси проникла в воспоминания рабов Астериона, начав стирать из их заражённых умов те воспоминания, которые содержали его или упоминание его имени — точно так же, как она сделала с Ютрой и другими пациентами карантинного центра, только в гораздо большем масштабе.

Великая армия Домена Голода представляла собой ядро его силы, и она могла достичь её благодаря близости солдат к ней. Она разделяла чувства одного солдата, а затем помечала всех, кого воспринимал этот солдат; затем она помечала всех, кого воспринимали эти люди.

Вот так вся армия с огромной скоростью запуталась в паутине её Аспекта. Нагрузка на Кэсси была колоссальной, но вполне в пределах того, с чем мог справиться её Верховный разум.

Она сосредоточилась на воспоминаниях нескольких ключевых личностей, одновременно атакуя воспоминания всех остальных. Пока Безумный Принц продержится достаточно долго против Астериона, она очистит их от всех коварных чар.

Но лишь этого было недостаточно.

Ей нужно было стереть его из сознания всех людей, повсюду — и добраться до бесчисленных людей на огромных просторах Царства Снов, а также по ту сторону границы царств в мире бодрствования, было нелёгкой задачей даже для неё.

Частично это было возможно, потому что Кэсси разделяла чувства самого Астериона, а Астерион был связан со всеми своими рабами — точно так же, как Санни был связан со своими фантомами. Кэсси обнаружила, что может проследовать по этой связи к порабощённым людям, где бы и как далеко они ни находились, но это был медленный и неэффективный процесс.

В конце концов, ей приходилось бороться с грозной ментальной защитой Астериона, чтобы получить доступ к связям.

Итак, ей нужно было что-то ещё… нечто большее. Ей нужен был кто-то, кто послужил бы проводником её Воли, помогая ей распространяться в местах, далёких от Скованных Островов. Одной из этих людей была Эффи, которая сейчас сражалась, чтобы отбить Бастион — один из крупнейших населённых центров человечества, также связанный с большинством городов-Цитаделей на Востоке.

С помощью Эффи силы Кэсси омыли Бастион, словно призрачный прилив. Но ей нужно было больше…

Ей нужны были Джет и Кай.

«Где же они?»

Кэсси активировала метки, которые оставила на них когда-то, желая ощутить мир с их точки зрения.

…В Нефритовом Дворце не было темницы, полной пленников, поэтому Джет и Кай не могли набрать небольшую армию целеустремлённых подчинённых, чтобы захватить Рэйвенхарт. Однако, если уж на то пошло, их ситуация была куда лучше, чем у Эффи.

Потому что они были вместе, и ни один из них не был доведён до грани смерти голодом. У Кая отсутствовал язык, но у него остались обе руки — Джет же была на пике своей силы.

У них также был могущественный Верховный Дьявол, составлявший им компанию…

Итак, их путешествие к Шлюзу Нефритового Дворца прошло гладко.

По крайней мере, до тех пор, пока они не добрались до большого зала, где находился Шлюз.

Там Джет замедлила шаг, и на её лице появилось встревоженное выражение. Изверг замер на месте и напрягся — Кай, почуявший неладное последним, нахмурился, и в его усталых глазах мелькнул мрачный блеск.

Перед ними ворота, ведущие в большой зал, были приоткрыты, и из них лился яркий свет.

В воздухе разливалось леденящее, гнетущее ощущение холода.

Изверг поднял одну из своих стальных рук и с беспокойством посмотрел на неё. Тонкий слой инея покрывал поверхность чёрного металла, высасывая из него тепло. Адское пламя, горевшее в его глазах, казалось, потускнело.

Джет и Кай переглянулись, а затем осторожно двинулись вперёд.

Когда они подкрались ближе к воротам, порыв ледяного ветра окатил их, и Кай вздрогнул. Мгновение спустя до них донёсся глубокий звук…

Словно что-то огромное дышало там, в зале Шлюза.

Джет, только что вернувшаяся из замёрзших пустошей к западу от Рэйвенхарта, смотрела вперёд с оттенком мрачной настороженности в своих ледяных голубых глазах.

Наконец, они добрались до ворот и заглянули внутрь.

И затем Джет непроизвольно сделала шаг назад.

«Клянусь мёртвыми богами… что этот безумец наделал?»

Её голос был едва слышным шёпотом. Там, перед ними, огромный зал был залит ярким светом, спускающимся сквозь колоссальные окна. Что-то лежало на каменном полу перед Шлюзом…

Это была нефритовая доска с вырезанными на её поверхности чёрными квадратами и единственной белой фигурой, покоящейся в центре чёрного поля.

Это была игра Ариэля. Вот только…

Вторая из оставшихся фигур отсутствовала.

Вместо неё, свернувшись вокруг Шлюза, лежал огромный, сияющий белый дракон, положив голову на пол. Казалось, он спал — и всё же Джет, бросив лишь один взгляд на это великолепное, отвратительное чудовище, почувствовала ужас, какого не испытывала никогда прежде.

Зная, что нельзя смотреть прямо на великих и ужасных существ Царства Снов, Джет отвела взгляд и посмотрела на Кая со странной смесью мрачной тревоги и досады в глазах.

Разумеется, она знала, что это за существо… это была одна из двух белых фигур, которые оставались запечатанными внутри игры Ариэля.

Этот дракон был Проклятым Дьяволом — падшим богом древнего прошлого.

Джет попыталась выдавить улыбку.

«Санни был прав насчёт тебя? Чёрт возьми, Кай… почему там, куда ты идёшь, всегда оказывается дракон?»

Он мрачно посмотрел на неё, не в силах ответить.

Джет вздохнула, затем покачала головой.

«Слушай, я очень высокого мнения о наших способностях. Но нам не одолеть Проклятого Дьявола. Мы даже не сможем поцарапать его чешую. Так что…»

Она колебалась.

«Я даже не понимаю, почему Порождение Снов не взял это существо с собой на войну, учитывая, что ему удалось его поработить. С другой стороны… возможно, он не может так уж хорошо его контролировать. Но, вероятно, он очень, очень хочет сожрать этого дракона после того, как покончит с пожиранием человечества. Это… я думаю, его десерт».

Джет хотела сказать Каю что-то ещё, но в этот момент оба замерли. Потому что в их головах раздался голос Кэсси.

Джет выругалась сквозь зубы.

«Приятно слышать тебя, Кэсси… но захват Нефритового Дворца может оказаться проблемой».

Они оба молчали, глядя друг на друга с мрачными выражениями лиц.

То, о чём просила их Кэсси, было жизненно важно — это был лучший шанс победить Астериона, который они могли получить и, скорее всего, когда-либо смогут получить. И учитывая, что провал в избавлении от Астериона означал конец всему, ставки были максимально высоки.

Однако всё разбивалось о суровую реальность.

Ни Джет, ни Кай не были достаточно сильны, чтобы сразиться с Проклятым существом в битве, и даже с их собственным Верховным Дьяволом шансы одолеть отвратительного дракона были настолько ничтожны, что могли считаться нулевыми. Так думала Джет…

Но прежде, чем она успела высказать своё мнение, Кай уже отвернулся и прошёл сквозь ворота зала Шлюза.

Его фигура размылась, и мгновение спустя великолепный дракон с чешуёй цвета полуночного неба ступил на каменный пол огромного зала. Он был заметно меньше древнего существа, дремавшего в глубине, но всё ещё огромен, затмевая Джет своими размерами.

Чёрный дракон открыл пасть…

И издал оглушительный, вызывающий, громоподобный рёв.

«Что ты делаешь⁈ Чёрт возьми!»

Джет превратилась в туман, прячась за открытыми воротами.

В глубине ярко освещённого зала Проклятый Дьявол открыл один огромный глаз, глядя на источник беспокойства с жутким, чуждым безумием, горящим в глубине его звериных зрачков.

Тиранический холод внезапно стал в десятки раз более гнетущим, настолько, что даже Джет ощутила его, несмотря на свою призрачную форму. Кай спокойно посмотрел на дракона свысока… а затем расправил крылья и взмыл в воздух.

Его грациозная фигура пробила огромное круглое окно зала Шлюза, взмывая в заснеженное небо в буре хрустальных осколков.

Мгновение спустя, окружённый ураганом снега и неописуемого ужаса, Белый Дракон бросился в погоню.

А ещё мгновение спустя Джет и Изверг остались одни в большом зале Нефритового Дворца, всё ещё дрожа от смертоносного холода.