"Отворите ворота, пусть войдет народ праведный, хранящий верность".[218]
צלם ('образ') и דמות ('подобие'). Люди[219] полагали, что слово צלם (' образ') на еврейском языке указывает на конфигурацию вещи и ее очертания, и привело их это к полнейшему соматизму[220] из-за Его речения: "сделаем человека по образу Нашему (בצלמנו), и по подобию Нашему (כדמותנו)".[221] И они подумали, что Бог обладает человеческой формой, то есть конфигурацией и очертаниями, что и заставило их сделать вывод о полнейшем соматизме, — и они уверовали в него. И считают они, что отказавшись от этого верования,[222] они объявили бы ложным текст [Писания], и даже сделали бы Божество[223] не сущим, если бы Оно не было телом, обладателем лица и рук, таким же, как они сами, по конфигурации и очертаниям — разве что, согласно их фантазиям, более крупным и великолепным;[224] да еще и материя Его не есть кровь и плоть — вот предел того, что они считают очищением[225] [представлений] о Боге.
Впрочем, насчет того, что должно быть сказано по поводу отрицания телесности и утверждения истинного единства[226] (каковое не может обладать истинностью без отрицания телесности),[227] то доказательства всего этого ты узнаешь из настоящего трактата. Здесь же, в этой главе, наши замечания касаются разъяснения понятий צלם (образ) и דמות (подобие).
Итак, я утверждаю: для того, что общеизвестно[228] среди широкой публики как форма,[229] то есть для конфигурации вещи и ее очертаний, в еврейском языке есть особое имя — תאר ('облик', 'вид').[230] Сказано, [например]: "красив станом (תאר ) и красив лицом";[231] "Каков вид его (תארו)";[232] видом (תארו) как царский сын".[233] И об искусственной форме[234] говорится: "очерчивает его (יתארהו) резцом... и циркулем очерчивает его (יתארהו )".[235] Это выражение совершенно неприменимо к Божеству, да превознесется Оно, — да убережемся и спасемся мы [от этого]!
Слово צלם ('образ'), напротив, применяется к природной форме;[236] я имею в виду тот эйдос,[237] посредством которого вещь субстанцируется[238] и становится тем, что она [есть];[239] это ее истинная сущность[240] в качестве вот этого сущего.[241] В человеке таковым эйдосом является то, из чего происходит человеческое постижение;[242] именно ввиду этого интеллектуального постижения сказано о [человеке]: "По образу Божию (בצלם אלהים) сотворил его".[243]
И потому сказано: "образ их (צלמם) унижаешь Ты",[244] ведь унижению подвергается именно душа, то есть видовая форма,[245] а не конфигурация частей тела и их очертания. Аналогично этому я утверждаю, что причина, по которой идолы именуются צלמים (образами),[246] состоит в том, что искомое в них — это предполагаемый в них эйдос, а не их конфигурация и очертания; то же утверждаю я относительно "образов (צלמי) наростов ваших",[247] ибо их интенцией был эйдос устранения вреда, причиняемого наростами,[248] а не конфигурация наростов.
Но если нельзя избежать [признания] того, что об "изваяниях наростов" и "изображениях" [говорится] по поводу конфигурации и очертаний, то придется считать צלם (образ) многозначным или неопределенным именем, относящимся как к видовой форме, так и к форме искусственной и ей подобному — к конфигурации и очертаниям природных тел, так что в речении "Сделаем человека по образу Нашему" будет подразумеваться видовая форма, каковой является интеллектуальное постижение, а не конфигурация и очертания. Итак, мы объяснили тебе разницу между [словами] צלם (образ) и תאר (вид, облик) и объяснили в чем состоит эйдос образа.[249]
Что же касается [слова] דמות ('подобие'), то это имя существительное от דמה (походить, быть подобным) и означает [помимо внешнего сходства] также и уподобление в эйдосе. Ведь в речении [псалмопевца]: "Стал я похож (דמיתי) на сову пустыни"[250] не подразумевается, что он уподобился ей крыльями и перьями, но скорбь его уподоблена ее скорби. Подобно этому: "Ни одно дерево в саду Божьем не было подобно (דמה) ему в красоте его"[251] — [говорится о] подобии в отношении эйдоса красоты. "Яд у них подобен (כדמות) яду змеи",[252] "он подобен (דמיונו) льву, жаждущему терзать",[253] — все это уподобления по эйдосу, а не по конфигурации и очертаниям. Точно так же говорится: "[и над] подобием (דמות) этого престола",[254] "...подобие (דמות) престола...",[255] о подобии [в том, что касается] эйдоса превознесенности и величия, а не квадратной формы [престола], его толщины и высоты его ножек, как полагают убогие; то же относится и к [речению] "подобие (דמות) животных".[256]
И ввиду того, что человек выделен[257] обретающимся в нем чрезвычайно удивительным[258] эйдосом, которым не обладает ничто из существующего под сферой Луны,[259] — интеллектуальным постижением, в коем не участвуют ни чувства, ни телесные органы,[260] — уподоблено [человеческое постижение] Божьему постижению,[261] которое не пользуется никаким инструментом; несмотря на то, что нет тут подобия по истинной сути — оно имеется лишь на первый взгляд.[262] И из-за этого,[263] то есть из-за Божественного разума, соединяющегося с ним, сказано о человеке, что он [создан] по образу Бога и по подобию Его,[264] а не из-за того, что Бог, да превознесется Он, будучи телесным, обладает[265] обликом.[266]