Тебе известно знаменитое речение, высказываемое философами о Боге, да превознесется Он, а именно речение о том, что Он — разум,[1926] разумеющий и разумеемое,[1927] и что все эти три аспекта[1928] в Нем, да превознесется Он, и Он Сам[1929] есть нечто единое,[1930] в чем нет множественности. Мы упоминали об этом уже в нашем большом сочинении,[1931] поскольку, как мы объяснили там, это основа нашего Закона — я имею в виду, что Он один и только один, и что с Ним не может быть соотнесено что-либо, не тождественное Ему; не существует ничего предвечного, отличного от Него.[1932] И поэтому говорится "жив Господь",[1933] а не "жизнь Господа", поскольку Его жизнь не есть нечто, отличное от Него,[1934] как мы уже разъяснили в связи с вопросом об отрицании атрибутов.[1935] И нет сомнения в том, что для всякого, кто не изучал сочинений, трактующих о разуме,[1936] кто не постиг сущность разума и кому неведома его чтойность, кто не понимает его иначе как по аналогии с тем, как понимает он эйдос белизны или черноты, понимание этого положения будет чрезвычайно трудным. Для него наше утверждение о том, что Он — разум, разумеющий и разумеемое, аналогично утверждению, будто белизна, белое и белящий — одно и то же. И сколь многие невежды поспешат опровергнуть наши слова на основании этой аналогии или чего-либо подобного. И сколь многие из тех, кто воображает себя учеными мужами, затрудняются понять это утверждение и считают знание его действительной логической необходимости недостижимым для умов.[1937] На самом же деле это положение аподиктическое и очевидное,[1938] если принять во внимание разъяснения, данные философами, занимающимися теологией;[1939] я растолкую тебе то, что они доказали.

Знай, что человек, перед тем как уразуметь что-либо, — разумеющий в потенции; когда же он разумеет некоторую вещь (скажем, когда он уразумевает форму вот этого конкретного[1940] дерева,[1941] отделяя форму оного от материи и представляя [в разуме][1942] чистую форму — ибо в этом состоит действие разума)[1943] — тогда он становится актуально разумеющим. И разум, который при этом обрел актуальность, есть чистая форма дерева в его уме,[1944] ибо разум не есть нечто отличное от разумеемого понятия.[1945] Таким образом тебе стало ясно, что разумеемый предмет ([в нашем примере] — чистая форма дерева) есть то же, что приобретший актуальность разум, и не существует разума и разумеемой формы дерева как двух разных вещей, ибо актуальный разум не есть нечто другое, кроме того, что разумеемо. И то, посредством чего форма дерева была уразумлена и абстрагирована, то есть разумеющий, есть, несомненно, разум, обретший актуальность, поскольку для всякого разума действие тождественно сущности, так что актуальный разум не есть нечто одно, а его действие нечто другое.[1946] Ибо истинная реальность[1947] разума[1948] и его чтойность есть постижение, поэтому не мни, что актуальный разум есть нечто существующее само по себе, отдельно от постижения, и что постижение есть нечто другое, что присутствует в нем. Напротив, самый разум и его истинная реальность есть постижение, и всякий раз, когда ты полагаешь разум в качестве актуально существующего,[1949] он есть постижение разумеемого — это совершенно ясно для того, кто искушен в умозрении такого рода.

Итак, ясно, что действие разума, каковым является постижение, есть его истинная реальность и сущность, и, значит, то, посредством чего была абстрагирована и постигнута форма вот этого дерева, то есть разум,[1950] тождествен разумеющему. Ведь разум есть то самое, что абстрагировало и постигло форму дерева, и в этом и состоит его деятельность, в силу которой он называется разумеющим, и эта деятельность есть его сущность. Таким образом, в том, что полагается[1951] как актуальный разум, нет ничего, кроме формы этого дерева. Тем самым очевидно, что, когда разум является актуально существующим, этот разум тождествен разумеемому предмету. Также разъяснилось, что деятельность всякого разума, выражающаяся в том, что он является разумеющим,[1952] есть его самость.[1953] Следовательно, разум, разумеющий и разумеемое — одно и то же, все то время, пока разум находится в актуальном состоянии.

С другой стороны, когда он полагается как существующий потенциально, разум в потенции и разумеемое в потенции с необходимостью суть две различные вещи. Например, если ты говоришь о вот этом материальном разуме,[1954] которым обладает Зайд, как о разуме в потенции, и, точно так же, вот об этом дереве, как о разумеемом в потенции, то это, несомненно, две различные вещи. Но когда [разум] переходит из [потенции] в акт и форма дерева становится разумеемой актуально, тогда разумеемая форма тождествена разуму. И этим самым разумом, который есть актуальный разум, она была абстрагирована и уразумлена, ибо все то, чьи деяния существуют, само существует актуально.[1955]

Итак, разум в потенции и разумеемое в потенции всегда суть две различные вещи. Но все, что пребывает в потенции, непременно должно иметь субстрат,[1956] который несет в себе эту потенцию, например, [для потенциального разума это] человек. Таким образом, здесь существуют три различные вещи: человек, несущий в себе потенцию, то есть потенциально разумеющий, сама эта потенция, то есть потенциальный разум, и тот предмет, который предстоит уразуметь, то есть разумеемое в потенции — скажем, как в нашем примере человек, материальный разум и форма дерева; это — три различных аспекта. Но когда разум обретает актуальность, эти три аспекта становятся одним, и ты никогда не встретишь разум как нечто отличное от разумеемого, если ты не берешь его в потенции.[1957] Но, как было доказано, Бог, могучий и великий, есть актуальный разум, которому совершенно не присуща потенциальность (как было разъяснено[1958] и как в дальнейшем будет доказано),[1959] так что Он не бывает временами постигающим, а временами не постигающим, ибо Он — разум, актуальный постоянно.[1960] Отсюда с необходимостью вытекает, что Он и постигаемое Им суть нечто единое — Его самость.[1961] И действие разумения, в силу которого Он называется разумеющим, есть то же самое, что разум, который есть Его самость, поэтому Он всегда есть разум, разумеющий и разумеемое. Итак, ты уяснил, что утверждение о нумерическом тождестве разума, разумеющего и разумеемого справедливо не только для Творца, но и для всякого разума. Так что и в нас, когда наш разум актуален, разумеющий, разум и разумеемое едины, только мы переходим из потенциального состояния в актуальное лишь в отдельные моменты времени.[1962] Также и нематериальный разум — я имею в виду Деятельный Разум[1963] — иногда встречает препятствие для своих действий,[1964] и хотя препятствие порождается не его сущностью, а чем-то внешним, в этом выражается некоторая подвижность[1965] этого разума, принадлежащая ему акцидентально. Однако в настоящий момент мы не намереваемся разъяснять этот вопрос; мы намеревались лишь отметить, что особенность, принадлежащая Ему одному, да превознесется Он, и отличающая Его [от всего остального], состоит в том, что Он — разум, актуальный постоянно, чье постижение не встречает препятствий — порождаемых ли его сущностью, или чем-либо другим [что не есть он],[1966] из чего с необходимостью вытекает, что Он — разумеющий, разум и разумеемое постоянно и вечно.[1967] И сущность Его тождественна и разумеющему, и разумеемому, и разуму, как должно быть во всяком актуальном разуме. В настоящей главе мы повторяли это положение неоднократно, поскольку умы [людей][1968] чрезвычайно далеки от этого представления. И я не думаю, что ты можешь спутать разумное представление с воображаемым, с воспринимаемым воображающей способностью образом чувственно-воспринимаемого, ведь настоящий трактат написан только для того, кто занимался философией и усвоил то, что разъясняется [в ней] по поводу души и всех ее сил.