МАРГО ГРЫЗЛА НОГОТЬ НА ЛЕВОМ указательном пальце, пока шагала со своими одноклассниками на собрание в спортзал. Болтовня учеников перемежалась со скрипом резиновых подошв по начищенному до блеска паркетному полу, но Марго ничего из этого не слышала. Она чувствовала себя сплошным комком нервов, словно это была первая миссия НПО, а не седьмая. Ей потребовалась вся ее выдержка, чтобы не поддаться панике и не сбежать, сверкая пятками, из здания школы, а утром умолять родителей перевести ее в местную государственную школу.

Успокойся.

Марго знала, во что ввязывается, когда соглашалась присоединиться к «Не прощаем обиды». Они помнила этот момент отчетливо, будто вместо двух лет прошло всего два часа. Урок религии – Китти, Марго, Бри и Оливия случайно оказались в одной группе для выполнения исследовательского проекта. У них не было абсолютно ничего общего: ни общих друзей, ни общих интересов. Но когда пришло время выбирать тему для исследования, все четверо предложили одно и то же – мероприятия по борьбе с травлей.

На самом деле ничего удивительного. В школе имени епископа Дюмэна богатых учеников и стипендиатов, тех, у кого были привилегии, и тех, у кого их не было, разделяла огромная пропасть. Травля присутствовала повсеместно – будь то мажорки, высмеивающие бедных учеников из-за дешевой одежды, драки в раздевалках или же вымогательства во время обеденного перерыва – и отец Уберти закрывал на это глаза. Его волновали лишь высокие результаты тестов и спортивные достижения, которые увеличивали количество зачисленных в школу учащихся.

Поэтому, когда однажды разговор зашел о последнем случае издевательства в школе, и Китти в шутку заметила, что было бы здорово, если бы футбольная команда испытала все тоже самое на собственной шкуре, Марго – которая не понаслышке знала, что случается, когда руководство школы потворствует травле – согласилась с ней. Так и появилось НПО.

С каждой минутой Марго нервничала все сильнее. Она зажмурилась и начала делать размеренные вдохи и выдохи сквозь стиснутые зубы. Вспомни, что говорила доктор Турней: паника – это состояние разума, отчисти разум и паника уйдет.

Марго медленно двигалась к трибунам; в зале царило ощутимое волнение, что лишь усиливало ее тревогу. Она должна помнить, что делает нечто очень важное. Ей не по силам вернуться в прошлое и стереть тот кошмар, который она пережила в средней школе, но она могла сделать так, чтобы никому больше не пришлось испытывать те же издевательства или принимать тоже отчаянное решение, что и ей четыре года назад.

Она только начала успокаиваться, как что-то тяжелое врезалось в ее спину, сбив с ног. Она с ужасом увидела, как ее рюкзак отлетает в сторону и ударившись о пол. открывается, а его содержимое разлетается во все стороны.

Налетевший на нее парень развернулся и в раздражении бросил свою почти пустую сумку рядом с ее большим набитым под завязку рюкзаком. Рекс Ковано.

– Какого черта? – взревел Рекс. – Смотри куда прешь!

Марго посмотрела на свои рассыпанные по полу вещи и проглотила резкий ответ, так и просившийся с языка. Пульт! Она упала на колени и принялась поспешно все собирать. Если пульт сломался или потерялся, то их план провалится.

Рекс поднял свою сумку с пола.

– Зашибись. Хоть бы извинилась. Дура.

Ручки, листы бумаги, пара блокнотов. Но пульта не было. Марго схватила рюкзак и принялась в нем рыться, проверяя один карман за другим. Пожалуйста, найдись.

Внутри отделения для ноутбука ее пальцы нащупали искомое. Пластиковый пульт оказался целым и невредимым. Марго выдохнула. Катастрофы не случилось.

Подключили микрофоны и динамики затрещали. Собрание должно было вот-вот начаться.

Произошедший инцидент укрепил решимость Марго. Крепко сжимая в руке пульт, она догнала своих одноклассников и заняла место на трибуне. Она не рискнула вертеть головой, чтобы найти Бри и Оливию, но сразу заметила Китти, сидящую на скамейке в первом ряду рядом с Микой Джонс. Китти выглядела спокойной и собранной. На ней были джинсы и бело-голубая форменная куртка, а длинные черные волосы – собраны в хвост, который покачивался, когда она что-то шептала Мике. Интересно, действительно ли Китти чувствовала себя настолько расслаблено, или же все это было лишь притворством.

Боковая дверь распахнулась, и в спортзал вошел отец Уберти. Невысокого роста, жилистый, он выглядел как всегда прилизанным. Его седые усы и козлиная бородка были подстрижены, а волнистые волосы – окрашены в черный цвет и походу, на взгляд Марго, щедро смазаны воском для укладки. Он двигался быстро; черный капуцин, который он носил поверх длинной мантии, свисал с плеч, а кисточки на поясе покачивались взад-вперед при каждом его шаге. Все его поведение казалось еще более дерзким, чем обычно, и когда он преодолел половину зала, Марго наконец поняла причину.

Вслед за ним в спортзал вошли двое полицейских.

Марго вновь запаниковала. Она никогда даже в мыслях не допускала, что к делу могут привлечь правоохранительные органы.

Что если их поймают? Ее арестуют или того хуже – исключат из школы. Она потеряет свой шанс поступить в Гарвард или Йельский университет, а родители… родители ее просто убьют.

Правая нога Марго подпрыгивала вверх-вниз так сильно, что весь ряд должно быть чувствовал вибрацию пола. Она сжала рукой колено, пытаясь его унять, вот только сердце стучало как сумасшедшее, а над верхней губой уже выступил пот. Паническая атака через три… два…один…

– Ты в порядке? – спросил голос рядом с ее ухом.

Марго издала сдавлений писк. Она развернулась и уткнулась взглядом в подбородок какого-то парня.

– Ты в порядке? – повторил он.

Марго открыла было рот, чтобы что-то сказать, но способность связно мыслить вмиг ее покинула. Все, что она могла делать, это таращиться на самое красивое лицо, которое она когда-либо видела.

Не то чтобы он выглядел особо уникально. У него были типичные калифорнийские светлые волосы с выгоревшими на солнце прядями. Загорелая кожа вместе с широкими накаченными плечами явно говорили, что выходные он предпочитает проводит на доске для серфинга. Но добавив к этому кривую улыбку и легкий запах лосьона для бритья, и сердце Марго вновь пустилось вскачь, только уже совсем по другой причине.

– Извини, – сказал он с улыбкой, похожей на давший крен влево корабль. – Я не хотел тебя напугать.

– Ты меня не напугал, – выдавила Марго.

– О! – Он нахмурился. – Тогда ладно. Я… Мне показалось, что ты вздрогнула от испуга.

Черт, Марго. Хватит вести себя как идиотка.

– Я просто, – начала она, – задумалась. Об уроках. Мне надо подготовить доклад.

– Уже? Мы ведь только третий день учимся.

– Э-э, да, – пробормотала Марго. – Задали на курсах. При Стэндфордском университете. Вот о чем были мои мысли. Из-за этого я вся как на иголках. Других причин нет. – О боже, заткнись уже!

Парень несколько раз моргнул, затем склонил голову вправо, словно пытался уравновесить свою кривую улыбку, снова появившуюся на его лице.

– Я Логан Блейн, – представился он. – Новенький.

– М-Марго, – запнулась она в собственном имени, как какая-то слабоумная. – Марго Мехия.

– Приятно познакомиться, Марго.

Марго собралась ответить, когда по залу прокатилась волна смеха. Тренер Крид стоял на последнем ряду трибун и смотрел сверху вниз на круглое лицо Тео Барански.

– Барански! – рявкнул тренер Крид громче, чем нужно. – Почему ты еще не сидишь? – Он обвел рукой спортзал. – Вся школа ждет только тебя, чтобы наконец начать собрание. Ну-ка, расскажи нам, почему у тебя возникли трудности с поиском места?

– Я, – Тео опустил взгляд на скамейку. Там осталось очень мало места, может младшеклассник и мог бы втиснуть сюда свою тощую задницу, вот только Тео не был ни худым, ни младшеклассником. Марго съежилась, ожидая шквала оскорблений от тренера Крида, но на этот раз Тео избежал унижения. Девушка с краю скамейки встала и пересела на ряд выше, освободив достаточно места для Тео.

– Спасен девчонкой, – усмехнулся тренер Крид. – Как грустно.

Логан наклонился к Марго, почти касаясь губами ее уха.

– Он всегда такой мудак?

– Тренер Крид?

– Ага. Этот парень заслуживает прилюдной порки.

Марго посмотрела на Логана, затем перевела взгляд на отца Уберти, подошедшего к микрофону. Она крепко сжала пульт.

– Да, – проговорила она тихо. – Заслуживает.