МАРГО РАЗМЫШЛЯЛА, СТОИТ ЛИ ПРОСИТЬ помощи в установлении личности безликой девушки на фото. На первый взгляд это вроде бы не имело никакого отношения к убийству Ронни, вот только время было выбрано довольно подозрительное. Первый конверт подбросили в тот день, когда стало известно о смерти Ронни, и, хотя логика подсказывала, что это просто совпадение, Марго не могла исключать и другие варианты. Если конверты каким-то образом связаны с убийством Ронни, ей необходимо докопаться до истины.

Она потратила уйму времени, пытаясь выяснить, кто сделал снимок, исчерпав все свои ресурсы, которые, несмотря на доступ к высококачественному оборудованию, были весьма ограниченными. У нее отсутствовала та свобода передвижения, что позволила бы ей свободно разъезжать по городу в поисках специалистов, способных изменить контраст или осветлить изображение. Если она была не в школе, она была дома – родители держали ее на коротком поводке.

Но есть один человек, которому Марго могла доверять.

Она нашла Эда во время обеденного перерыва возле мужской раздевалки, где он продавал шоколадные батончики девятиклассникам.

– Я знаю, что они стоят всего доллар в магазине, – сказал он. – Но, видишь ли, я бизнесмен. Я тщательно изучил спрос и предложение на различные продукты здесь, в школе имени епископа Дюмэна, именно поэтому для тебя этот батончик сейчас стоит ровно три доллара. Но если твоя мама сегодня не положила деньги в твой ланч-бокс... – Он сунул шоколадку обратно в сумку. – Тогда ты можешь подождать до конца уроков, чтобы ощутить головокружительный вкус сахара, который…

– Я понял! – сказал девятиклассник. Он выудил из кармана спортивных шорт три скомканные долларовые купюры и протянул их ему. – На! Только заткнись уже.

Умник Эд широко улыбнулся, отдавая контрабанду в обмен на деньги.

– Было приятно иметь с тобой дело.

Он повернулся, чтобы уйти, и заметил Марго у фонтанчика с питьевой водой.

– Марго, любовь моя. Тебя уже допрашивали сегодня?

– Конечно нет, – отрезала Марго, оглядывая двор, чтобы убедиться, что они одни. – Я ведь говорила тебе, что никак не связанна с НПО.

– Как скажешь, – подмигнул он. – Чем я заслужил честь лицезреть тебя?

– Ты мне нужен, – начала Марго.

Умник Эд наклонился к ней.

– Ты хоть представляешь, как долго я ждал, чтобы услышать эти слова?

Марго не намерена была отвлекаться. Она вытащила конверт из рюкзака, достала фотографию и, протянув Эду, указала на силуэт фотографа, отражавшийся в темном окне.

– Мне нужно знать, кто это.

– Хм. – Эд внимательно изучил фотографию. Его взгляд сначала остановился на Эмбер, затем он присмотрелся ко второй фигуре. – Ну, мы знаем, что это не Эмбер Стивенс.

– Серьезно?

– Когда это сняли?

– Четыре года назад.

– Интересно. – Умник Эд перевернул фотографию. – Нет водяного знака фотолаборатории. Похоже снимок проявили самостоятельно на обычной фотобумаге, как та, на которой моя мама печатает свои фотографии.

Ожидаемо. Кто бы ни подбрасывал конверты, он приложил массу усилий, чтобы не оставить никаких следов, используя самые обычные и повсеместно распространенные материалы.

– Есть в электронном виде? – спросил Эд.

– Только это.

– Можно забрать?

Марго кивнула. Она уже сделала скан в высоком разрешении.

Умник Эд еще раз посмотрел на фотографию.

– Хорошо, – наконец произнес он. – Наверное, я смогу выяснить, с какого телефона ее сделали, возможно, прогоню печатную копию через какие-нибудь фильтры и попробую повысить резкость изображения. Но я ничего не могу обещать, и, – он взглянул на нее, – это будет стоит недешево.

– Сколько?

Эд сунул фотографию в рюкзак.

– Как насчет концерта? В следующее воскресенье.

Марго подняла бровь.

– Ты хочешь, чтобы я купила тебе билет на концерт?

– Нет, детка. Я хочу пойти на концерт с тобой.

Марго сглотнула от удивления.

– Как на свидание?

– Можешь называть как тебе угодно.

Умник Эд пригласил ее на свидание? Действительно ли он рассматривал ее в этом плане, или же просто что-то задумал? Это сбивало с толку и, как ни странно, немного льстило.

Эд воспринял ее молчание за ответ и торопливо расстегнул рюкзак.

– Если цена для тебя слишком велика, я верну тебе фото.

Марго вздохнула.

– Ладно.

Эд широко улыбнулся.

– Даже не думай потом увильнуть, Марго.

– Тогда надеюсь, твоя информация будет того стоить.

Пусть Бри и не нравилась сама мысль идти куда-то по наводке анонимного письма, подкинутого в ее сумку, искушение узнать, что такого есть в библиотеке было слишком сильным. Кроме того, она не могла избавиться от ощущения, что конверты каким-то образом связаны с убийством Ронни. Ей необходимо выяснить куда ее это приведет, и, если повезет, она сможет разоблачить убийцу.

Шанс попасть в библиотеку у Джона есть только в обед, поэтому Бри надо во что бы то ни стало быть там до его прихода.

Они не разговаривали все выходные, и Джон демонстративно игнорировал ее весь первый урок, даже после того, как их обоих допросила полиция. Она надеялась, что со временем разногласия утихнут, но этого не произошло. Пропасть между ними становилась только шире.

И теперь она докатилась до того, что шпионит за ним. Что с ней не так?

«Это для его же блага», – вот что она продолжала твердить себе. Кто-то водит Джона за нос, и, хотя она не знает кто это делает и зачем, Бри чувствовала непреодолимое желание защитить своего лучшего друга, ведь существовал риск, что его обвинят в убийстве.

Джон уже понял значение аббревиатуры НПО. Как скоро он выяснит, кто стоит за этими тремя буквами? Если полиция попытается свалить убийство Ронни на Джона, выложит ли он все, что знает о НПО, тем самым невольно подвергнув Бри опасности?

А если не выложит, то позволит ли она ему взять всю вину на себя?

В тишине зала раздался звонок, и библиотекарь, шаркая, вышла из своего кабинета.

– Чем я могу помочь?

– Я ищу ежегодники, – ответил Джон.

– Какие-то конкретные года?

– Два последних.

«Есть фото НПО, если знаешь где искать. Загляни в школьную библиотеку».

Два года. НПО появилось как раз два года назад.

Громкий стук сообщил, что библиотекарь положила запрошенные материалы на стол для выдачи.

Бри отлично помнила тот день, когда ее, Оливию, Марго и Китти объединили для работы над групповым проектом на уроке религии, где и зародилось НПО. Она была уверена, что никто в школе даже не помнит об этом проекте, и поэтому не выяснит как они четверо связаны друг с другом. Но что, если существует их совместная фотография? Вдруг анонимный информатор написал правду?

– Нашли, что искали? – нетерпеливо спросила библиотекарь, явно желая побыстрее вернуться к работе.

– Не совсем, – рассеянно протянул Джон. – У вас случайно нет старых выпусков школьной газеты?

Библиотекарь вздохнула.

– Естественно есть. У нас имеются бумажные копии за последние несколько лет, остальные отсканированы и хранятся в электронном виде. – Она указала на шкаф возле стойки с журналами. – Можете взглянуть.

В библиотеке снова стало тихо, лишь стук собственного сердца отдавался в ушах Бри. Она никогда не была особенно религиозной, но сейчас отчаянно молилась, чтобы Джон ничего не нашел и прекратил свои поиски НПО.

Словно в ответ на ее тщетные молитвы, Джон внезапно ахнул. Бри выглянула из-за книжной полки и увидела, как он выудил из кармана черных джинсов мобильник и сфотографировал какой-то выпуск школьной газеты. Потом поспешно запихнул газету обратно, закрыл шкаф и зашагал прочь.

Выглядел он взволнованным. Внезапно Джон остановился. Постояв так некоторое время словно о чем-то раздумывая, он развернулся и снова подошел к шкафу. Он вытащил газету, украдкой взглянул в сторону библиотекаря, которая уже давно скрылась в своем кабинете, а затем, недолго думая, аккуратно вырвал часть страницы и сунул в свой блокнот.

С трудом дождавшись, когда за Джоном закроется дверь библиотеки, Бри бросилась к шкафу.

Старые выпуски школьной газеты лежали в папках, на каждой из которых стояла дата. Взгляд Бри сразу же привлекла криво торчащая из переполненного ящика газета. Она пролистала ее и наконец обнаружила ту самую страницу, нижняя половина которой была наспех оторвана.

Бри осмотрела испорченную страницу, пытаясь понять, что именно забрал Джон. Верхняя половина осталась нетронутой, и там находилась статья об программах социальной поддержки школы имени епископа Дюмэна. У Бри перехватило дыхание. Тот проект на уроке религии, который объединил НПО? Социальная программа. Черт, черт, черт. Могли ли их имена упоминаться в статье?

Она развернула первую страницу газеты и проверила дату – весна ее первого года обучения в школе имени епископа Дюмэна.

Бри подскочила к стойке выдачи книг.

– Прошу прощения? – нетерпеливо позвала она, несколько раз ударив звонок. – Мне нужна помощь.

Библиотекарь медленно вышла из своего кабинета.

– Слушаю, – произнесла она, даже не скрывая своего раздражения.

– Скажите, у вас есть еще экземпляры школьной газеты? Помимо тех, что лежат в шкафу?

– Почему сегодня все вдруг заинтересовались школьной газетой? – пробормотала библиотекарь. Она покачала головой. – Мы отцифровываем выпуски только по прошествии десяти лет. Последние выпуски хранятся в бумажном виде в шкафу.

– Оу. – Проклятье. Ей непременно надо узнать, что было на фото, которое Джон вырвал из газеты. – А как насчет Интернета?

– Ну, конечно, – ответила библиотекарь, как будто это само собой разумеющееся. – Все последние выпуски есть в сети. Уже давно не девяностые. – Не дожидаясь очередного вопроса, она удалилась в свой кабинет.

Бри села за стол и открыла на планшете школьный сайт. Ей потребовалось несколько минут, чтобы найти нужный выпуск, затем началась мучительно долгая загрузка страниц. Каждая секунда ожидания казалась Бри пыткой. Она нетерпеливо стучала ногой по полу, мысленно проклиная медленное подключение к Интернету. Ну же, грузись!

Наконец она смогла прокрутить до нужной страницы. Фотография была крошечной – все, что она смогла разглядеть, это учеников, сгруппированных вокруг столов. Но когда она увеличила масштаб, ей показалось, что кто-то ударил ее в живот. Там за одним из столов сидели будущие участники НПО: Китти, Марго, Оливия и Бри.