Я присоединилась к другим пленникам. Запястья были связаны. Нас вели так, как будто мы – домашний скот. Солдаты толкали вперед, если мы не поспевали за всеми, и в какой-то момент я так разозлилась, что ударила одного из них по колену.

Кингснейк шел впереди со своим любимым змеем, оставив меня позади.

Скатертью дорожка.

Мы продолжили путь по темному коридору, и единственный хороший момент – нас как следует накормили. Нам дали не только орехи и сухофрукты, но и вяленое мясо с черствым хлебом. Они хотели, чтобы мы не голодали по той же причине, по которой фермер откармливает свинью – чтобы их собственный обед был сытным.

Пока мы шли вперед, Анжела начала плакать.

– Хотела бы я заболеть…

– И я, – сказала Этия.

– Да, болезнь и смерть были бы явно лучше этого.

– Давайте не будем отчаиваться, ладно? – сказала я. – Мы знаем, как их убить.

– Мы не сможем обезглавить всех этих солдат.

Анжела спотыкалась позади меня, она была слишком подавлена, чтобы идти в ногу с остальными. Мне пришлось несколько раз подтолкнуть ее, чтобы она не отставала.

– Нам это и не нужно. Нам нужно лишь разобраться с этим ублюдком впереди.

– Кингснейк, – прошептала она. – Невозможно.

– Это не невозможно.

– Когда с ним этот змей…

– Тогда я убью змея.

Анжела окинула меня диким взглядом, как сумасшедшую. Я и правда сошла с ума.

– Тебя убьют, – прошептала она.

– Мы нужны ему, чтобы выжить. Без нас его народ будет голодать. Мы неприкасаемые.

– Может быть, ты и неприкасаемая… но не все мы.

Я повернулась, чтобы встретиться с ней взглядом.

– Он знает, что у тебя иммунитет. – Анжела снова сказала это шепотом, как будто хотела сохранить это в секрете.

Мое сердце камнем рухнуло вниз.

Черт.

– Ты незаменима, Лариса. Используй это, чтобы выбраться отсюда.

– Я не оставлю вас, ребята…

Ее взгляд смягчился.

– Возможно, у тебя не будет выбора.

* * *

Шла вторая ночь в пещерах, а это означало, что путешествие почти окончено. Вампиры разбили лагерь на ночь, расстелив свои маленькие лежанки, чтобы немного поспать. Нескольких солдат выставили на дежурство, чтобы наблюдать за нами. Мой меч и кинжал все еще были на лошади Кингснейка, так что оружия у меня, можно сказать, теперь не было.

Кингснейк был где-то впереди, вне досягаемости, возглавлял свою стаю вампиров.

Я дождалась, пока все уснут, а затем убедилась, что Кингснейк не появится неожиданно, и сделала свой ход. Повсюду валялись камешки, поэтому я положила один на колени под одеяло и протащила по нему веревку, натянутую вокруг запястий, разрезая волокна, одно за другим, пока те не ослабли совсем.

Я разжала руки под одеялом, и сердце мое заколотилось от волнения.

Я повернулась к Анжеле и протянула камень.

Она колебалась, хотела отказаться брать камень и сначала даже покачала головой.

Я всучила его ей.

– У меня не получится.

В конце концов она взяла камень и принялась пилить веревки, пока не освободилась тоже. Она передала его следующему проснувшемуся, и наконец четверо из нас были свободны, пока все остальные спали. Стражники явно не видели в нас реальной угрозы, возможно, потому что они были могущественными вампирами, а мы – всего лишь людьми, но это сыграло нам только на руку. Когда они оказались к нам спиной, я поднялась на ноги и подкралась к ближайшему солдату. У него на бедре висел меч. Я осторожно схватила его за рукоять и медленно вытащила, дюйм за дюймом, стараясь, чтобы он ничего не почувствовал. В конце концов меч высвободился, и у меня в руках появился клинок из черной стали. Глаза Анжелы стали огромными, как никогда прежде.

Я потянула меч назад и со всей силы ударила его по шее.

Меч вошел лишь наполовину, но достаточно глубоко, чтобы солдат не закричал. Его тело повалилось вперед, и удар был довольно громким, чтобы предупредить другого солдата. И его реакция была молниеносной: он вытащил меч из ножен быстрее, чем я успела это заметить.

Я не знала, как его остановить, поэтому вонзила лезвие прямо в его открытый рот.

Он замер. Его губы перерезало лезвие.

Я надавила на него всем своим весом, выталкивая меч из затылка.

Началась суматоха.

Солдаты, которые до этого спали, вскочили на ноги с мечами в руках и направились прямо на меня. Как и в случае с монстрами в пещере, я парировала их удары и пинала в грудь, но вскоре их стало слишком много. Они пытались усмирить меня, не убивая, поэтому я получила удар только по лицу, прежде чем меня повалили на землю.

Я боролась изо всех сил и в итоге получила еще один удар по лицу.

– Вы чертовы монстры!

Мои запястья снова были связаны, но на этот раз другой веревкой. Она была намного толще – с волокнами, пронизанными металлическими нитями. Меня толкнули, и я приземлилась на задницу. А потом солдаты расступились, когда приблизился их король.

Кингснейк, на голову выше служивших ему вампиров, подошел и сдержанно взглянул на меня. Его взгляд надолго не задержался, будто бы он меня не видел. Затем он осмотрел своих мертвых солдат на земле: их черная кровь сочилась по дну пещеры. Он снова посмотрел на меня, и я все почувствовала.

Обжигающий жар, который превращал металл в сталь, а сталь – в боевой меч.

– Вставай.

Я почувствовала, как пульсировало лицо, почувствовала изменение его цвета сразу после удара. Кингснейк был последним существом, рядом с которым я хотела бы находиться, и даже удары по лицу были лучше этой участи. Если я снова окажусь у него в плену, я никогда не смогу сбежать.

– Ты за это заплатишь.

– Это стоило того.

Он смотрел на меня с презрением, и в этот момент казалось, что злиться сильнее он просто не может, но он пришел в ярость. Ощущения были неописуемые, и вместо гнева я увидела красный цвет. На секунду он словно заблокировал мое зрение.

Кингснейк схватил меня и поднял на ноги одной рукой, будто я была невесома. Когда я отказалась идти, он потащил меня по камням на глазах у всех, как ребенка, закатившего истерику.

– Отпусти меня!

Я пыталась сопротивляться его захвату, но мои руки были связаны, а ноги продолжали скользить по каменному полу.

Он потащил меня в другое помещение – в пещеру, где осталась его лошадь.

Там был еще один вампир, и по его доспехам и плащу я поняла, что он отличался от остальных. Кингснейк оттащил меня туда, где его змей свернулся в огромную кучу кожи-чешуи, и бросил меня там.

– Клык будет присматривать за тобой, поскольку теперь тебя нельзя оставлять без присмотра.

Х-с-с-с-с-с-с.

Я пятилась назад, пока не ударилась спиной о свод пещеры.

– Укуси ее, если она пошевелится.

Змей опустил голову на тело, и его желтые глаза уставились на меня, не моргая.

Я подтянула ноги ближе к себе, чувствуя, как пот выступил на лбу.

Кингснейк вернулся к другому вампиру, а затем они заговорили настолько тихими голосами, что я не могла их расслышать. Они говорили, пока остальные спали. Я не могла разобрать слов, но по тону казалось, будто они говорили… на равных.

Я не спала той ночью.

Только смотрела на Клыка так же пристально, как он на меня.

* * *

Мы продолжили наше путешествие. Теперь мои запястья были привязаны к поводьям лошади, чтобы я не могла убежать, и когда мы вышли из пещеры, то оказались под покровом звезд. Холод наступил мгновенно, и я даже заскучала по теплу пещер.

Кингснейк сел в седло и посадил меня сзади.

Другой вампир тоже оседлал лошадь.

– Далеко нам еще? – спросила я.

Кингснейк не ответил.

Поскольку пленные шли пешком, мы продвигались медленно, в темноте под ветвями деревьев. Я понятия не имела, куда мы направляемся, и не видела перед собой Кингснейка.

Но я чувствовала холод.

Он стал глубже, более ледяным.

А потом я начала дрожать.

Отчаянно нуждаясь в тепле, я прижалась к твердому телу Кингснейка, стараясь максимально спрятаться от непогоды за его спиной.

Несколько часов спустя в небе забрезжил далекий рассвет, но он потускнел в густых облаках, оставив небо темным. Вдалеке появились огни, и по мере нашего приближения они становились только ярче.

Большие ворота были открыты, и мы прошли через них, следуя за вереницей факелов в долине между горами. Был полдень, и местность оживала. В воздухе висел туман, а по бокам тропы росли небольшие кусты шалфея. Суккуленты торчали прямо из земли, и их листья были грубыми и толстыми.

Мы подошли к другим воротам, и, как только стражи на башне увидели Кингснейка, металлические ворота распахнулись, и взору открылся Грейсон – королевство вампиров.

Город спускался к берегу, а за ним было серое море с белыми волнами, бьющимися о скалы. Чайки летали по небу, садясь на скалы, выступающие над поверхностью воды. Сочетание облаков и тумана создавало защиту от солнечного света, губительного для монстров.

Теперь я поняла, почему они выбрали море своим домом.

Мы вошли в город, и факелы освещали каждую мощеную дорогу и переулок. Местный вампир повел солдат и пленников одной дорогой, а мы втроем пошли иным путем.

Когда я взглянула на склон холма, то увидела дворец, из которого открывался вид на море, и предположила, что именно здесь правит Кингснейк. Мы проделали долгий путь вверх по холму, по разным тропинкам без ступенек, и в конце концов дошли до парадной части, где по меньшей мере сто ступеней вели ко входу во дворец.

Вампиры в форме забрали лошадь у Кингснейка, как только он спешился, а затем опустили и меня на землю, поставив рядом с ним, со связанными запястьями. Несмотря на то, что я была пленницей короля вампиров, несколько дней путешествия заставили меня отчаянно нуждаться в горячем душе, тарелке супа – чтобы справиться с холодом, пронизывающим мои кости, – и настоящей кровати, где я могла бы поспать с комфортом.

Но я вспомнила, что случится потом.

Он поднялся по лестнице, а его змей двигался по ступеням так, словно они не были для него препятствием. Когда я не последовала за ним, Кингснейк повернулся и посмотрел на меня.

– Мне надоели эти игры.

– Прости, что мое отчаянное желание жить причиняет тебе такие неудобства.

Он вытащил свой черный меч из ножен, угроза была однозначной. А его змей все время смотрел на меня таким же враждебным взглядом.

– Отлично, – сказала я, поднимаясь по лестнице. – Иду…

Мы преодолели сто ступенек и наконец подошли к синим двойным дверям двадцати футов высотой. При его приближении обе двери распахнулись, и появились вампиры с нарисованными на туниках змеями.

Мы преодолели огромный ковер у входа во дворец, гораздо более роскошный, чем тот, что я когда-то убирала. На стенах были нарисованы пейзажи: корабли, заходящие в гавань, суккуленты на склонах гор, но были и другие рисунки… например, монстры в десять раз крупнее людей, которыми они пировали. Красный цвет преобладал в этих тревожных картинах.

Кингснейк ступал по полу, а его змей скользил рядом, будто они были друг перед другом равны, и оба молчали.

В конце коридора стоял мужчина, не вампир, одетый в брюки и рубашку с длинными рукавами. На одежде была вышита змея, и она спускалась с правого плеча до самого низа левой штанины. Его руки скрывались за спиной.

Когда Кингснейк приблизился, он слегка поклонился.

Отвратительно.

– Какие будут приказы?

– Человек будет…

– Меня зовут Лариса.

Я стояла позади него, поэтому все, что я могла видеть, это то, как напряглась его спина. В комнате воцарилась тишина, и все солдаты, охранявшие коридор, посмотрели на меня так, будто я только что совершила ужасную ошибку.

После долгого молчания Кингснейк повернулся ко мне.

– Ты уже забыла, о чем мы говорили?

Угрожающий тон было ни с чем не перепутать, как будто он снова схватил меня за горло и утащил под завесу тьмы.

– У меня есть имя – используй его.

Возможно, если бы он видел во мне личность, а не еду, он бы не стал меня мучить.

Но Кингснейк снова посмотрел вперед.

– Отведи ее в помещение для пленных. Выстави четырех стражников, и пусть их предупредят, что она может попытаться сбежать. И если она это сделает, то у них есть мое разрешение применить всю необходимую силу. Если произойдет второе нарушение, она разделит комнату с Клыком.

Должно быть, он понял, что я ненавижу змей, потому что продолжал использовать Клыка против меня, чтобы добиться моего согласия.

– Принеси ей еды.

Он отошел, плащ с резким свистом разрезал воздух за его спиной. Выходя из комнаты, он забрал с собой всю энергию.

Слуга-человек поклонился ему вслед:

– Ваш приказ будет выполнен, мой король.

Солдаты схватили меня и повели по коридорам. Поскольку у Кингснейка были другие дела, требующие его внимания, я не ожидала визита и не стала сопротивляться их хватке, пока они провожали меня в спальню.

Они открыли дверь, и я вошла в комнату, совсем не похожую на камеру пленника. Там была большая двуспальная кровать с балдахином, туалетный столик из орехового дерева и комод, а также небольшая гостиная с диваном, двумя креслами и круглым столом, за которым можно было поесть.

Обстановка даже лучше, чем у меня в Рейвентауэре.

Они закрыли за мной дверь и заперли ее.

Именно тогда я заметила щель под дверью, достаточно большую, чтобы в нее мог пройти поднос.

Покрывало с узором из маков красно-коричневого цвета. У кровати лежал толстый ковер. Открыв шкаф, я обнаружила, что там висит женская одежда.

Это для меня? Или кто-то раньше уже был его пленницей?

Единственный недостаток комнаты – в ней не было окон.

Но это было объяснимо, поскольку я бы разбила их стулом, а затем попыталась сбежать.

Осмотрев свой новый дом, я вошла в ванную и обнаружила душ с горячей водой, ванну и туалетный столик с расческами и косметикой. Я разделась, оставив на полу отвратительную кучу одежды, а затем зашла в душ.

Та секунда, когда горячая вода коснулась моей кожи… была божественной.

После душа я чувствовала себя настолько уставшей, что сразу уснула, не дожидаясь, пока под дверь принесут поднос с ужином.