– Это варвары.

Вайпер сидел в кресле у огня. Его лук и колчан со стрелами висели на крючке у двери, потому что он не стал бы использовать их в ближнем бою.

– Скорее всего.

– Откуда они узнали?

Я уставился на огонь.

– Шпионы.

Желчь подступила к моему горлу:

– Я отказываюсь верить, что наши подчиненные предали нас.

– Я не думаю, что это наши. Наверное, они некоторое время жили среди нас. Вероятно, всего несколько вампиров, так что никто не заметил бы.

– Если это правда, кто-то из них может все еще быть здесь.

– А это значит, что Лариса всегда в опасности.

Мы не разговаривали друг с другом два дня. После моего последнего порыва, она возвела стены и удерживала меня снаружи.

– Нам нужно поговорить с Коброй.

– Это долгое путешествие.

– Ты знаешь, что он стоит за этим. На его месте я бы, наверное, сделал то же самое.

Вайпер слегка кивнул.

– Что с Ларисой?

Я не хотел оставлять ее без своей защиты, но и не хотел брать с собой – прямо в руки своего врага.

– Я мог бы поговорить с Коброй, а ты останешься здесь…

– Нет.

Я защищал собственные интересы.

– Ты останешься с ней. Ты единственный, которому я могу доверить ее защиту.

– А как же Клык?

– Он пойдет со мной.

* * *

Когда я вошел, Лариса сидела на диване в гостиной. Она даже не кивнула мне, хотя точно услышала. Я снял всю броню перед тем, как принять душ в ванной комнате, и вышел, продолжая вытираться полотенцем.

Повернувшись, чтобы посмотреть на меня, она поймала взглядом мое обнаженное тело. Ее глаза увеличились вдвое, прежде чем она отвернулась и притворилась, что ничего не заметила.

Слишком поздно.

Перед тем, как присоединиться к ней в гостиной, я надел боксеры и свободные брюки. Балконная дверь была приоткрыта, чтобы Лариса могла слышать шум океана. В камине горел огонь, которым, казалось, наслаждался Клык, отдыхая на своем дереве.

Я сел в кресло и начал наблюдать, как она притворяется, что читает.

Она читала одну и ту же страницу уже несколько минут.

– О чем задумалась?

– Я читаю, – холодно сказала она.

– Если ты будешь читать в таком темпе, то никогда не закончишь книгу.

Оторвав взгляд от страницы, Лариса яростно посмотрела на меня. В ее глазах сквозила злоба, губы плотно сжались, но взгляд был более чувственный, чем она думала. Каждый раз, когда она вспыхивала, я разгорался еще сильнее.

– Ты мог бы закончить в ванной. Незачем здесь так расхаживать.

– Это мой дом. Я могу делать здесь все, что хочу.

– Ну, у тебя гость. И мне это не нравится.

– Тебе нравится.

Она снова выглядела сердитой.

– Мне не…

– Как скажешь.

Она так разозлилась, что швырнула в меня книгу.

Я поймал ее одной рукой и бросил на подушку рядом с ней.

Это разозлило Ларису еще больше, поэтому она бросила книгу снова.

С легкой улыбкой я снова поймал ее и бросил обратно.

На этот раз Лариса скрестила руки на груди и сосредоточилась на окне. Были сумерки, так что оставалось всего несколько минут светлого времени. Вскоре вид на серые воды исчезнет до восхода солнца.

Я наблюдал за ней, смотрел, как она словно пыталась заставить свое тело стать меньше, исчезнуть.

– Я же не прошу тебя выходить за меня замуж.

Это заявление заставило ее повернуться.

– Если ты позволишь мне подарить тебе удовольствие, это не будет предательством.

– Ух ты… какое впечатляющее самомнение.

– Тогда докажи, что я ошибаюсь.

Я мог бы утолить свою потребность с помощью другой женщины, но это было бы большим разочарованием…особенно, когда рядом была та, о которой я думал дни и ночи. Все те выходки, к которым она прибегала в попытке разозлить меня, теперь казались смешными.

– Ты правда думаешь, что на меня это подействует?

– Ты права.

Она молча уставилась на меня.

– Зачем спорить, если знаешь, что проиграешь?

В тишине она слегка покачала головой.

– Сколько времени прошло?

Ее взгляд в замешательстве заметался из стороны в сторону.

– С тех пор, как кто-то заставил тебя ощутить это в последний раз.

– Я не буду об этом говорить…

– Значит, прошло много времени. И кто знает, как долго ты пробудешь здесь…

– Моя рука работает просто отлично. Спасибо.

Ход моих мыслей мгновенно прервался. Теперь я представил – она обнаженная в моей постели, агрессивно прикасается к себе, извиваясь на простынях, делает все то, что приближает ее к краю.

Словно зная, какую реакцию вызвала, она отвела взгляд.

– Ответ – нет.

– Я не принимаю этот ответ.

Страсть и ярость только подпитывали эту реакцию. Все вышло из-под моего контроля.

Ее голова откинулась назад.

– Прошу прощения?

– Ты слышала меня.

Я произнес эти слова, поэтому пришлось придерживаться их.

– То, что ты титулованный придурок, который всегда получает то, что хочет, еще не означает, что ты получишь это от меня…

– Ты тоже хочешь меня.

– К черту тебя, – яростно сказала она.

Я смотрел на нее, вспоминая пятно, которое осталось на моих брюках в тот день. Заметив его тогда, я потерял контроль. Через пару секунд мои штаны были сброшены. Ее кровь омолодила меня, сделала целостным, но она также заставила меня хотеть ее еще больше, невзирая на все остальное.

Лариса снова отвела взгляд.

– Чего ты боишься?

Она проигнорировала меня.

– Лариса.

– Я ничего не боюсь. Я просто не буду спать с ублюдком, который терроризирует моих людей.

– Твои люди приходят ко мне сами.

– Не те, кого ты взял из Рейвентауэра.

– Это было вынужденное исключение.

– Называй как хочешь – это все равно варварство.

Единственным существом более упрямым, чем я, была эта женщина. Любая другая сдалась бы, как только увидела меня.

– А что, если я соглашусь освободить половину из них?

Она медленно повернулась и посмотрела на меня. Ее взгляд стал настороженным.

– Это честный обмен.

– Это вымогательство.

– Называй как хочешь. У тебя есть возможность освободить половину людей, с которыми ты пришла сюда.

– Если я пересплю с тобой.

– Что ты и так хочешь сделать, значит, теперь у тебя есть хороший повод оправдать себя.

– Ты монстр…

Я слегка улыбнулся.

– Монстр, которого ты хотела бы почувствовать внутри себя.

Она снова схватила книгу и швырнула ее мне в голову.

– Сколько это будет продолжаться?

Я поймал книгу и на этот раз положил ее рядом с собой.

Она бросилась ко мне, размахивая руками, готовая поставить мне синяк под глазом.

Я отвел обе ее руки от лица, когда она приземлилась на меня, а затем закрепил их за спиной. Без рук, которые могли бы помочь удержаться, она упала на меня, а потом ее колени скользнули по моим штанам, заставив ее сесть прямо на…

Мой твердый, как камень, ствол.

Ее лицо было рядом с моим, щека к щеке. Она замерла на несколько секунд, глубоко и неровно дыша, но затем снова попыталась вырваться, чтобы достать руки из моей хватки.

Мои пальцы скользнули по ее бедрам, и я притянул ее к себе, прижимаясь к ее центру. Она села прямо, а я все еще сжимал ее запястья одной рукой.

Сидя лицом к лицу, всего в нескольких дюймах, мы смотрели друг на друга.

Мы не были так близко с тех пор, как я в последний раз укусил ее, и, хотя румянец ее щек привлекал меня, это было последнее, о чем я думал сейчас. Я хотел чувствовать ее тело, ощущать ее запах. Я жаждал, чтобы эти пухлые губы касались меня везде, ласкали мою плоть мягкими поцелуями.

Я притянул ее еще ближе и жался к ней ртом. Наши губы соприкоснулись, как лепестки роз, мягкие и нежные. Мягкое касание, тонкое знакомство наших тел. Ее губы были такими, какими я их себе и представлял: просто восхитительными.

Мой рот открылся еще глубже и захватил ее губы.

Наклонив голову, она вторила моим движениям.

Я выиграл.

Мои пальцы скользнули в ее густые волосы, как когда я пил ее кровь, хватая, сжимая так, чтобы она не могла избежать моего поцелуя. Внезапно из моих легких вырвался воздух, потому что ее вкус был чертовски хорош. Я чувствовал пульс на ее шее. Я чувствовал ее желание, когда она ответила на поцелуй и обеими руками обвила мою шею, притянув свое тело ближе.

Мой язык нырнул глубже, а ее язык встретил его. В медленном танце они двигались вместе, и мы оба тяжело дышали. Каждый раз, когда мои пальцы прикасались к ее телу, она сжимала меня сильнее, и из моей груди вырвался сдавленный стон.

Черт.

Я никогда в жизни не чувствовал этого… что бы это ни было.

И я знал, что она тоже это чувствует.

Я провел ее бедрами по своим коленям, заставляя ее центр скользить по моему твердому стволу. Затем задрал ее платье повыше, чтобы материал не оказывался между нами. Я хотел, чтобы она еще сильнее почувствовала мою твердость, почувствовала вкус удовольствия, которое я мог доставить ей, когда одежда исчезнет совсем.

Стало жарко: лесной пожар вспыхнул от одной-единственной спички. Ее ладони прижались к моей груди, когда она проникла в мой рот своим горячим языком. Ее бедра скользнули по мне, а тяжелое дыхание уже превратилось в тихие стоны.

Я вновь ощутил это.

И не мог больше сдерживаться.

Черт.

Я поднялся на ноги, поддерживая ее. Мои руки сжимали ее бедра под длинным платьем. Я двинулся вперед, прижав ее к первой стене, до которой смог дотянуться.

Она продолжила наш поцелуй, как будто даже не заметила, что зависла в воздухе. Ее пальцы были глубоко в моих волосах, и она целовала меня так, словно я был любовью всей ее жизни, а не мужчиной, которого она презирала.

Я стянул штаны и почувствовал, как дрожит все мое тело, готовясь к моменту, когда я прижмусь к ней. Чертов рай. Было слишком сложно отодвинуть ткань в сторону и удержать ее там, поэтому я решил просто сорвать нее одежду.

Именно тогда она остановилась.

Ее страстные поцелуи испарились, и она уставилась на меня так, будто их никогда и не было. Она посмотрела на меня с отвращением, а может быть, с отвращением к себе, а затем совсем отстранилась.

– Поставь меня.

Я не мог этого сделать.

Впервые в ее глазах сверкнул страх.

В любом случае я мог бы вернуть ее в тот момент, заставить почувствовать ее такое удовольствие, какое не дарил еще ни один другой мужчина. Было бы так легко превратить это «нет» в «да».

Но страх в ее глазах затронул что-то внутри меня – что-то, чего, как мне казалось, у меня больше нет.

И я отпустил ее.

Она бросилась прочь, метнувшись в сначала в один угол комнаты, а затем в другой, пытаясь убежать, но ей негде было прятаться.

– Оставайся. – Я натянул брюки и направился к двери. – Я уйду.