ГЛАВА 36 — МЕДРА

Это был один и тот же сон, который снился мне последние семь ночей подряд. Разве семь не было своего рода счастливым числом?

Я лежала, завернувшись в простыни, моё тело было напряжено.

Я вернулась на тренировочный двор, сражаясь с Блейком. Сердце бешено колотилось. Адреналин струился по моим венам.

Я села на него верхом, всем весом своего тела прижимаясь к нему. Но на этот раз в моей руке был кинжал.

Я прижала нож к его горлу.

Моё дыхание было прерывистым. Как и его. Я чувствовала пульс его жизни под своими дрожащими пальцами.

Впервые с тех пор, как мы были вынуждены вступить в эту извращённую связь, я почувствовала себя по-настоящему сильной.

Я контролировала ситуацию. Я могла покончить со всем в одно мгновение. Остановить всю ненависть, всю неразбериху.

Меня переполняли сильные эмоции. Радость.

Или так оно и было? Почему я колебалась?

Блейк уставился на меня. Его серые глаза потемнели от ярости и ненависти. Но под этим я уловила намёк на страх.

Я наслаждалась тяжестью лезвия, сосредоточившись на бледной коже его горла.

Он был в моей власти. Всё, что мне нужно было сделать, это нажать.

В моей груди нарастал прилив силы. Я буду свободна от него.

Я запнулась. Его взгляд встретился с моим, и на долю секунды я увидела в нём нечто большее.

Необузданное желание.

Это было похоже на отражение в зеркале. Осознание поразило меня, как удар, дыхание вышло из моих лёгких.

Его губы изогнулись в полуулыбке.

Он медленно протянул руку и взял меня за запястье. Я позволила ему.

— Тогда сделай это, — прошептал он грубым и насмешливым голосом. — Ты хочешь этого, не так ли? Заканчивай сейчас же.

Его хватка усилилась. — Но этого будет недостаточно, Пендрагон. Разве ты никогда не убивала чистокровных?

Он переместил мою руку ниже, пока кинжал не оказался прямо у его сердца.

— Если ты действительно хочешь покончить со всем этим, тебе придётся вонзить мне нож в сердце.

Я стиснула зубы, каждая клеточка моего существа кричала мне сделать это. Но я не пошевелилась.

Этой паузы было достаточно. В мгновение ока Блейк перешёл к активным действиям.

Удивив меня своей силой, он перевернул нас, и внезапно я оказалась прижатой под ним.

Теперь кинжал был у него, его рука всё ещё сжимала моё запястье, когда он прижал лезвие к моему горлу.

Его лицо склонилось над моим. Его глаза были дикими. Они были полны ненависти. Я знала, что он воспользуется ножом.

Я закрыла глаза, давление лезвия на мою кожу усилилось. Вот как это должно было закончиться. И всё потому, что я была слишком слаба и глупа, чтобы убить его, когда у меня был шанс.

Я приготовилась к порезу. Будет ли он питаться от меня, когда прольётся кровь моей жизни?

Затем его губы коснулись моего уха. — Я мог бы убить тебя прямо здесь, прямо сейчас, маленький дракон.

От этих слов у меня по спине пробежал холодок.

Затем давление на моё горло исчезло. Я услышала лязгающий звук, когда он отбросил кинжал.

— У тебя был шанс покончить с этим, — прорычал он, его горячее дыхание касалось моей кожи. — Ты потерпела неудачу. И теперь… ты моя.

Затем его губы оказались на моих.

Поцелуй был грубым. Настойчивым. Собственническим. Я хотела всего, что отрицала.

На мгновение я замерла.

Моим первым побуждением было оттолкнуть его. Но в следующий момент я почувствовала, что мои руки предали меня. Вместо этого я вцепилась в его рубашку, притягивая его ближе.

Я была зла на себя. Умом я понимала, что он мне не подходит. Но моё тело знало, чего оно хочет, и отказывалось отрицать это ещё секунду.

Тепло скрутилось у меня в животе, и потребность, с которой я так долго боролась, вырвалась на поверхность.

Я растворилась в поцелуе, растворилась в нём. То, как он целовал меня, было повелительным — буря гнева и желания. Каждый нерв в моём теле кричал от желания, мой разум кружился от его интенсивности.

Я не могла думать, не могла дышать. Не могла сопротивляться ему.

Руки Блейка скользнули вниз по моему телу, его пальцы коснулись обнажённой кожи моей талии, оставляя за собой горячий след.

Мои руки запутались в его волосах, притягивая его ближе к себе, в то время как мой разум кричал мне остановиться.

Его язык скользнул по моему, посылая молнию по моему телу, и я застонала.

Его пальцы блуждали по мне, пробираясь под одежду. Его руки обхватили мои груди, и я задрожала, выгибаясь вверх, молча умоляя о большем.

— Ты моя, — прорычал он мне в губы.

Я ненавидела себя за то, как сильно хотела, чтобы это было правдой.

— Я ненавижу тебя, — прошептала я, хотя моё тело таяло от его прикосновений.

Его зубы задели мою нижнюю губу, и я почувствовала его клыки, напомнившие мне, насколько он на самом деле опасен.

Его мрачный голос наполнился жестоким удовлетворением. — Ты никогда не сможешь ненавидеть меня так сильно, как хочешь.

А потом его руки стянули с меня брюки, и его пальцы оказались у меня между ног, скользнув во влажное пространство между бёдрами. Я дрожала рядом с ним, когда он скользил в меня и выходил из меня, подводя меня всё ближе и ближе к краю.

Сон резко изменился.

Тренировочный двор содрогнулся.

Я в ужасе огляделась вокруг, когда каменные стены, окружающие нас, начали трескаться и крошиться, куски камня отламывались и падали на землю.

— Что это? Что происходит? — потребовала я ответа.

Блейк посмотрел на меня сверху вниз, его серые глаза были сильными и непреклонными. — Драконы приближаются.

Моё сердце бешено колотилось в груди, когда стены рухнули, открывая тёмное зияющее пространство за ними.

Какая-то фигура двинулась, массивная и устрашающая.

Дракон — огромный, древний и исполненный невыразимой силы — поднялся из-под обломков стены, широко расправив крылья и уставившись на меня светящимися жёлтыми глазами.

Зверь издал оглушительный рёв.

Я открыла рот, чтобы закричать, и звук моего собственного голоса толчком вырвал меня из сна.

Мои глаза распахнулись.

Я подёргала ногами, пытаясь выпутаться из обломков одеял, моё сердце всё ещё колотилось после кошмара.

Что-то было не так.

Комната дрожала. Башня Первокурсников дрожала так, словно вот-вот развалится на части, совсем как в моём сне.

Я вскочила с кровати, мои ноги коснулись холодного пола, когда я, спотыкаясь, бросилась к двери и побежала по коридору к комнате Флоренс.

Навин был уже там. Он оперся рукой о стену, чтобы не упасть.

— Что, чёрт возьми, происходит? — крикнула я.

Тряска прекратилась.

Дверь Флоренс распахнулась. Она стояла на пороге в белой ночной рубашке, её чёрные волосы были распущены по плечам. Её глаза были широко раскрыты и испуганы.

В коридор вышли другие студенты. Коридор наполнился испуганными голосами.

Я увидела, как Вон Сабино подошёл и встал рядом с Навином. Его рука уже неделю не была на перевязи.

— Всем тихо, — крикнула Флоренс, повысив голос, чтобы её услышали сквозь шум. — Пожалуйста, тихо.

Медленно все первокурсники повернулись к ней.

— Я не уверена, где другой надзиратель, — сказала Флоренс. Её голос был спокоен. Я взглянула на Навина, зная, что только он и я могли, вероятно, сказать, насколько она всё ещё нервничала. — Но мне нужно, чтобы вы все успокоились и выслушали меня.

— Наверное, пьян или ему отсасывают, — услышала я, как Навин пробормотал Вону. Другой надзиратель, Томас, не относился к своим обязанностям так серьёзно, как Флоренс. Я не была уверена, почему его вообще выбрали. Потом я узнала, что он был рабом одного из учеников Дома Авари. Вероятно, именно поэтому. Может быть, прямо сейчас он был занят своим высокородным.

Первокурсники были устремлены на Флоренс.

— Спасибо. А теперь, пожалуйста, послушайте. Башня не упадёт, — уверила их Флоренс твёрдым голосом. — Этот замок был построен столетия назад и был заколдован, чтобы противостоять почти всему. Даже нападениям драконов, — её губы слегка дрогнули. — И я думаю, мы все знаем, что нет необходимости беспокоиться об одном из них.

Послышался нервный смешок.

— Я уже говорила с профессором Уиспвудом о последнем землетрясении, которое мы пережили несколько недель назад, — продолжила она. Для меня это было новостью, но я знала, что Флоренс проводила много времени с профессором Уиспвудом после занятий. — Она сказала мне, что беспокоиться не о чём. Острова, подобные тому, на котором расположено Кровавое Крыло, часто испытывают океанские толчки. Иногда десятилетиями ничего не происходит, затем наступает период, когда вы получаете целую кучу подземных толчков подряд в течение нескольких недель или даже дней. Это очень распространённое явление.

Её слова начали распространяться по залу, и я почти почувствовала облегчение, исходящее от моих товарищей-первокурсников.

— Даже если бы на нас действительно обрушилось что-то вроде приливной волны, вызванной одним из подземных толчков, — продолжила Флоренс, — Кровавое Крыло было построено достаточно высоко над уровнем моря, чтобы мы оставались в безопасности. Ничто не может добраться до нас здесь.

Некоторые студенты снова заговорили, но их голоса были тише, в них было меньше паники. Они казались успокоенными.

Флоренс энергично хлопнула в ладоши. — А теперь мне нужно, чтобы вы все вернулись в свои комнаты. Дрожь прошла. Идите спать. Всё будет хорошо. Утром я свяжусь с профессором Уиспвудом и директором школы и обещаю вам, что, если возникнут какие-либо причины для беспокойства, мы дадим вам знать.

Толпа начала расходиться по коридору, по мере того как студенты расходились по своим комнатам.

Я повернулась к Флоренс. — Это было впечатляюще.

Она скромно пожала плечами, но выглядела довольной. — Просто выполняю свою работу.

— А Томас — нет, — заметил Вон.

Она вздохнула. — Он, наверное, снова сбежал. Можно ли назвать это побегом, если ты собираешься накормить студента высшей крови? Я никогда не была в этом уверена.

— Я не знала, что первокурсников можно использовать в качестве рабов, — сказала я.

— Да, ну, очевидно, Томас «принадлежал» к этой семье до того, как прибыл в Кровавое Крыло. Они приехали сюда вместе из семейного поместья студента. Это редкость, но приемлемо. Что ещё более необычно, так это то, что Томаса назначили надзирателем, — Флоренс выглядела расстроенной. — Я не вижу в этом смысла. Он вообще почти не помогает первокурсникам.

— Семейственность знатных кровей не знает границ, — я заглянула мимо неё в её комнату. — Где Флаффин?

— Снова ушёл, — сказала Флоренс, убирая с лица прядь чёрных волос. — Наверное, к Блейку. Надеюсь, с ним всё в порядке.

Я послушно покачала головой, но часть меня задавалась вопросом, спал ли Флаффин на кровати Блейка. Воспоминание о сне всё ещё было свежо в моей памяти. Внезапно моя собственная постель показалась мне очень холодной и пустой.

— Переночуешь в моей комнате? — предложила Флоренс.

— Конечно, отличная идея, — съязвил Навин. — Вечеринка с ночёвкой, Вон?

Вон улыбнулся. Впервые за долгое время я увидела, как он по-настоящему улыбается.

Флоренс игриво хлопнула Навина по руке. — Я имела в виду Медру.

— О, точно. В этом есть смысл, — согласился Навин. — Хотя мне всё ещё больно.

— Я бы пригласила тебя, если бы случайно не знала, что ты храпишь, как медведь, — хихикая, сказала Флоренс. — Мы часто устраивали вечеринки с ночёвкой, когда были маленькими, — объяснила она Вону и мне.

Мы пожелали спокойной ночи Навину и Вону, а затем я последовала за Флоренс в её комнату.

Как только мы уютно устроились под её одеялами, я начала расслабляться. Флоренс спала с огромным тяжёлым одеялом поверх других одеял. Его тяжесть была приятной. Как тёплое объятие.

«Как будто тело Блейка прижимается к тебе», — сказал злой голос в моей голове.

Я послала это к черту.

— Меня пригласили на танец «Самой длинной ночи», — сказала Флоренс срывающимся голосом. — Я тебе говорила?

Я села в постели. — Нет, ты определённо этого не делала. Кто?

Пожалуйста, скажи «Навин», — молилась я.

Она колебалась. — Вообще-то я получила два приглашения.

— О, правда? Я не удивлена. Ты, наверное, получишь ещё дюжину до бала, — подразнила я. — В конце концов, ты самая блестящая девушка в «Кровавом крыле». Не говоря уже об одной из самых красивых.

— Ха. Я не разбираюсь ни в том, ни в другом, — сказала Флоренс, сморщив нос. — Я много работаю. Вот и всё.

Она ещё не выключила лампу у своей кровати, и я видела, что её чёрные глаза блестят от возбуждения.

— Ты работаешь очень, очень, очень усердно. Теперь скажи мне, кто тебя попросил? — настаивала я. — Ты же знаешь, что хочешь.

Она слегка покраснела. — Один из них был учеником Дома Орфос.

— Высокородный? — встревоженно спросила я.

Она покачала головой. — Нет, стратег. Эббот. Он на третьем курсе. Мы несколько раз учились вместе. Ты же знаешь, я посещала несколько продвинутых курсов.

— Он милый? — рискнула спросить я. — Красивый?

— Он милый, — сказала Флоренс после паузы, чтобы подумать. — Я не уверена насчёт привлекательности. Должна признаться, я была удивлена, когда он спросил меня. Я не думала о нём в таком ключе. Хотя он гениален. Нам было бы о чём поговорить.

— Было бы неплохо иметь кого-то в своей области, с кем можно пойти, — осторожно сказала я. Я надеялась, что второе приглашение было не от Высокородной. — А другой?

Флоренс махнула рукой. — Это был просто Навин.

— О. Я не была уверена, что сказать. Не раскрыв ничего. — Ну, Навин — хороший друг. С ним было бы весело. С ним ты бы чувствовала себя комфортно, верно?

— Я тоже об этом думала, — Флоренс вздохнула. — Вероятно, мне так или иначе следует дать Эбботу ответ завтра.

Я надеялась, что она выберет Навина. Но я не была уверена, что должна говорить это вслух. Это могло повлиять на неё в другую сторону.

— Ну, меня ещё никто не приглашал, — сказала я, откидывая голову обратно на подушку. — И, вероятно, не пригласят, — я свирепо ухмыльнулась ей. — Потому что я странная рыжая девушка-наездница, рождённая в Блайтборне, без дракона.

Студенты-блайтборны, похоже, боялись меня половину времени. А Высокородные были просто отвратительны.

Я подумала о чём-то ужасном. — Подожди. Пожалуйста, не говори мне, что я вынуждена идти на это мероприятие с Блейком и Риган.

Флоренс покачала головой, и меня захлестнуло облегчение. — Тебе не обязательно присутствовать вместе с ними. Нет, если Блейк специально не попросил тебя об этом.

— Он этого не сделал. Слава богу. Но иррациональная часть меня чувствовала себя оскорблённой тем, что он этого не сделал. Что было нелепо. Несмотря на всё, что Тео заявил той ночью у костра, я знала, что Блейк пойдёт с Риган.

— Но вам, вероятно, придётся потанцевать вместе хотя бы раз, — продолжала Флоренс. — Это традиция.

— Думаю, я справлюсь с одним танцем, — я попыталась представить себе медленный танец с Блейком Дракхэрроу, но у меня ничего не получилось. — Я пыталась спросить Навина о Фестивале Ледяного огня, но он сказал мне спросить тебя. Он высокого мнения о тебе, Флоренс. Каково это — иметь друга, который тебя так обожает? — я решила рискнуть немного подразнить её.

Она рассмеялась. — Навин глупый. Он, вероятно, мог бы дать тебе такой же хороший ответ. Что ты хотела знать?

Я на мгновение задумалась. — Пока Ледяной Огонь кажется таким… Я не знаю. Мило? Уютно? Совсем не похоже на традицию Высокородных. Хотя Навин упоминал, что нам придётся посетить Храм Кровавой Девы.

— Да, это правда. Флоренс прикусила губу. — От нас ждут кровавого жертвоприношения.

Я нахмурилась. — Как в день твоих именин? Почему ты никогда не рассказывала мне об этой традиции?

— Наверное, я даже не думала об этом. Иногда я забываю, что ты ничего не знаешь о Санграте, Медра. Даже самые незначительные вещи, такие как то, как мы празднуем наши именины, для тебя в новинку.

— Сдача крови Высокородным в день своих именин не кажется мне большим праздником, — сказала я с содроганием.

— Ну, мы не даём её конкретно одной Высокородной. Мы предлагаем её Служанке Крови, — ответила Флоренс.

— Я всё ещё не понимаю, кто такая на самом деле Служанка Крови. Какая-то богиня?

Флоренс кивнула. — История гласит, что когда наш мир был новым, полубогиня — наполовину смертная, наполовину божественная — пожертвовала собой и позволила пролиться своей крови, чтобы спасти мир. Но её семья была полна решимости избежать её участи. Её мать, отец, братья и сёстры окунули голову в её кровь и выпили. Она спасла их, и им было даровано бессмертие.

— Они украли её кровь, обманули смерть, потому что были слишком эгоистичны, чтобы помочь ей спасти мир, и были обращены в вампиров, — перевела я.

Флоренс поморщилась. — Это один из способов взглянуть на это. Я бы никогда не стала обсуждать эту интерпретацию на занятиях профессора Хассан.

Я рассмеялась. — Я запомню, что этого не следует делать.

— Как бы то ни было, некоторые из братьев и сестёр полубогини отказались пить её кровь.

— Я их не виню, — бесполезно вмешалась я. — Отвратительно.

— Грубый, но мощный, — возразила Флоренс. Я подумала о том, что сказал Навин. О том, что Флоренс лелеяла большие амбиции и, возможно, была бы счастлива, если бы её выбрали сожительницей Высокородного. Мне стало интересно, правда ли это. — Братья и сёстры, которые не пили, оставались смертными. Низшая форма жизни.

— Блайтборн, — подсказала я.

— Верно. Сначала на них смотрели свысока. Затем последовали истории, которые вы уже слышали на занятиях профессора Хассан.

— Высокородные были спасением рождённых мором, — я фыркнула. — Я помню.

— Независимо от того, во что ты веришь, — продолжала Флоренс, — Высокородные и блайтборны почитают Служанку Крови. По всей Санграте есть храмы, посвящённые ей. Некоторые женщины даже поступают к ней на службу и проводят там всю свою жизнь, — она бросила на меня любопытный взгляд. — Вы знали, что мать Блейка Дракхэрроу находится в Святилище?

— В храме? — удивлённо переспросила я. — Нет. Откуда мне было это знать? Почему?

Я была удивлена, что женщина из такой влиятельной семьи и Дома предпочла вести уединенную жизнь.

— Когда её муж умер, она ушла из семьи. Насколько всем известно, именно туда она и отправилась. В Святилище Кровавой Девы. Самый священный храм в Санграте. С тех пор её никто не видел. Я предполагаю, что Блейк и его семья каким-то образом поддерживают с ней связь.

— Мне не нравится, что мне приходится сдавать кровь в этом месте, — сказала я со стоном.

— Всё не так уж плохо. Вот увидишь. Мы с Навином можем пойти первыми. Ты можешь наблюдать… за нами… — Флоренс зевнула.

— Нам нужно лечь спать, — сказала я виновато, вспомнив, как усердно она занималась. — Тебе нужно отдохнуть.

— Звучит заманчиво, — мечтательно произнесла Флоренс.

Некоторое время в комнате было тихо. Затем она заговорила снова. — Как ты думаешь, с кем мне пойти, Медра?

— С Навином, — быстро сказала я. — Тебе будет весело с Навином.

— Я уверена, что ты права, — она снова зевнула. — Хотя, возможно, он пригласил меня только потому, что думал, что никто другой этого не сделал. У него дома была девушка, ты же знаешь.

— Я знаю, — сказала я. — Но они расстались, верно?

Но ответа не последовало. Флоренс уснула.

Ещё через несколько минут я сделала то же самое.

В ту ночь мне больше не снились драконы.