Пирога, увы, не было. Зато был Джулиус, отец Лайлы, который, если честно, не переносил меня на дух. Я знал это, но никогда не придавал особенного значения. Большинство людей боятся меня или не любят. А обычно то и другое вместе взятое. Джулиус хотя бы меня не боялся. По крайней мере, не так сильно, как остальные.

При виде меня восседавший на скамье за продолговатым обеденным столом мужчина вздрогнул. Он оторвался от своей ячменной похлебки — это чудо, творение рук его жены я опознал бы по запаху из сотни похожих и вопросительно уставился на меня.

— Ты! — произнес мужчина с выражением равно подходившим для благословения или проклятия.

— И я рад тебя видеть, старина Джулиус! — после многих месяцев разлуки и практики общения с наемниками я решил быть учтивым.

У Киаварна здорово получается звать меня «старина» или «дружище». Это было, пожалуй, лучшее, что я почерпнул в общении с ним и решил разделить это с Джулиусом. Увы, отец Лайлы не оценил мой порыв.

— Ее здесь нет! — произнес он грубо, стерев обветренной ладонью капли похлебки с черно-седых усов.

— Знаю, — ответил я и прополз поглубже в дом, покинув сени даже своим хвостом.

Я и не замечал прежде, каким маленьким было дом Лайлы! Или это я вырос и стал больше? Хм, либо просто начал его сравнивать не с другими домами в деревне, а, например, с особняком Виньеров или красильной мастерской, где нам довелось побывать. Пространства там уж точно побольше! Не боишься повернуться лишний раз, чтобы не задеть хвостом чего-нибудь важного!

Не успел я придумать, что сказать Джулиусу, желательно такого, чтобы он поделился похлебкой — я видел, что в котелке на беленой кирпичной печи остывает добавка, как мужчина вскочил.

— Тейд! — обрадовано произнес он и, выйдя из-за стола, обошел меня боком, чтобы заключить сына в объятия. — Так это ты его привел, негодник⁈

— Мы должны помочь Лайле! — настойчиво произнес юноша. — Даммар спасет ее!

Джулиус поморщился, как от зубной боли.

— Разве ты не понимаешь, сынок? Граф — наш сюзерен. Мы не можем просто натравить на него шоргота!

— Почему? — наивно спросил я, подобравшись поближе к похлебке.

Пожалуй, не будет большой беды, если я доем то, что осталось в его миске. Захочет, положит себе еще, взяв с плиты!

— Для начала потому что в его замке куча охранников! — сумрачно произнес Джулиус. — Нам ни по чем туда не пробраться и уж точно не выйдем живыми! Да и свадьба с отпрыском графа далеко не худшее, что могло случиться с твоей сестрой!

«К примеру, она могла бы подружиться с шорготом!» — подумал я, с аппетитом уплетая краденую похлебку.

— Для нашей Лайлы — худшее! — уверенно отрезал юноша.

Закончив обниматься, Тейд весьма заинтересовался содержимым котелка на плите. Так что он взял миску и присоединился ко мне, наполнив ее до краев. Полноценно пообедать сегодня Джулиусу определенно была не судьба. Я ожидал, что хозяин дома попытается прогнать меня со своего места и из своей миски, но он лишь вздохнул.

— Может быть ты и прав, — печально произнес он, глядя на сына. — Но что мы можем поделать? Даже Даммара просто убьют, едва он приблизится к замку. В лучшем случае мы можем надеяться на приглашение на свадьбу, да позволение ее иногда проведывать.

Доев похлебку, я начисто вылизал миску. Это было прекрасно! Как жаль, что все остальное слопает Тейд! Уж точно не отказался бы от добавки!

— Я и не собирался ползти туда в одиночку! — заверил я.

— Кто же пойдет с тобой, шоргот? — заинтересовался мужчина.

— Я завел друзей! — широко ухмыльнулся я в ответ, кивнув на окно, за которым во дворе столпились наемники.

Судя по всему, Киаварн о чем-то договаривался со старостой, а Дик и Тильзан повели лошадей в сторону сарая, чтобы разместить их на постой. Выглянув, Джулиус подобрал отвисшую челюсть и уставился на меня так, словно увидел впервые.

— Это — твои друзья⁈ — пораженно переспросил мужчина.

— Они самые!

— И с ними — могущественный маг! — торопливо добавил Тейд. — Я тоже пойду освобождать Лайлу вместе с ними, пап!

Я ожидал, что Джулиус возразит. Но неожиданно, он расправил плечи, будто встряхнувшись изнутри. Его взгляд загорелся. Глаза, которые еще мгновение назад казались потухшими, ожили.

— Я и сам пойду с вами! — сурово отрезал он.

Похоже, это было дело решенное. Оглядевшись, я обнаружил на углу стола засохший кусок пшеничной лепешки. Должно быть, остался там от завтрака. Изящно проскользнув между стеной и столом, я добрался до него и схватил языком.

— А ты все такой же, шоргот! — со смешком произнес Джулиус. — Некоторые вещи не меняются!

«Нет, меняются!» — подумал я.

Пожалуй, впервые он смотрел на меня с теплотой.

Лайла сидела возле окна своей комнаты. Такой роскошной, что, пожалуй, она могла затмить собой все, что было в доме, где она выросла. Одни только шторы, венчавшие окна наверняка стоили баснословную сумму! Не говоря уж о синем шелковом балдахине над кроватью! Только вот что проку ото всей этой роскоши, если ей нельзя выходить из летней резиденции графа одной без сопровождения? Реакция графа Эшеса и его сына Вилейна на ее побеги, пожалуй, не была удивительной. Прежде у Лайлы свободы было куда больше. Дважды ей почти удалось сбежать из замка, но каждый раз ее ловили и возвращали слуги графа. А затем предстоял неприятный разговор с Вилейном…

Если бы юноша наорал на нее или ударил, Лайла с удовольствием залепила бы ему в ответ пару крепких затрещин. Выросшая с братьями, девушка умела за себя постоять. Но… Вилейн начинал плакать! Он всхлипывал и говорил о том, что Лайла совсем неблагодарная, как сильно он ее любит и буквально не может жить без девушки! Даже на старого графа это подействовало, иначе ни по чем он не согласился бы считать простолюдинку невестой своего сына!

— Арр! — сумрачно прорычала девушка, глядя в окно.

Это единственное, что ей оставалось. Выразить гнев столь нехитрым способом, вспоминая дорогого друга. Даммар всегда говорил именно так, когда злился. «Арр!» потом он еще прибавлял к этому утробный шорготский рев… Было бы хорошо их познакомить: Вилейна и Даммара! Может, отпрыск графа тогда догадался бы, что нельзя получить все, что тебе приглянется! Хотя, пожалуй, при виде Даммара, этот юнец упал бы в обморок, и Лайле пришлось бы над ним хлопотать…