— Тебя не волнует, что наша дочь дружит с чудовищем? — осведомился Джулиус, глядя на то, как его супруга достает из печи свежий и весьма ароматный черничный пирог.

Бревенчатый дом сразу наполнился приятным запахом, таким, что аж слюнки потекли.

— Ничуть! — отрезала его благоверная. — По крайней мере, до тех пор, пока чудовище, с которым дружит наша дочь, защищает деревню! Если бы не он, возможно, все мы были бы уже мертвы!

Джулиус передернулся, вспомнив, как его любимая малышка ворвалась однажды в деревню, восседая верхом на монстре. Как чудовище рвало захватчиков зубами, а его дочь, его кроткая и послушная Лайла невозмутимо указывала монстру на противников! По ее словам, тогда Даммар не разбирался в людях и запросто мог спутать нападавших с обороняющимися.

— А что, если однажды он причинит ей вред⁈ — не унимался Джулиус. — Эти создания пожирают людей, чтобы ты знала!

— О! Лайла упоминала об этом. Но она говорит, что Даммар не такой! — с этими словами Дорея поставила пирог на стол остывать и сурово цыкнула на мужа, потянувшегося к хрустящей, такой аппетитной корочке.

— Тц! Это для Него! — выразительно сказала супруга. — Потерпи! Для нас я еще один приготовлю!

Джулиус тяжело вздохнул. Иногда ему казалось, что монстр заполнил собой не только лес, но еще и его дом. Чудовище довольно редко появлялось в деревне. Но его присутствие незримо чувствовалось постоянно. В том, что люди не боялись больше ни разбойников, ни иных захватчиков. Даже знатные вельможи, захаживавшие проездом в деревню не вызывали у них больше трепета. С другой стороны каждый житель деревни знал, что в темной лесной чаще укрывается монстр. Способный запросто убить их всех, если заблагорассудится.

— Что за имя-то такое? Даммар! — недовольно проговорил Джулиус, усевшись на широкую деревянную лавку за продолговатым столом, где обычно обедала вся семья.

Ночью на эту лавку клали соломенный матрас, и на ней спал кто-нибудь из мальчишек.

— Ты же знаешь, Лайла назвала его в честь своей любимой игрушки! — невозмутимо отозвалась супруга, которая как раз замешала тесто на второй пирог.

Джулиус приободрился. Быть может, они съедят уже готовый пирог, а чудовище подождет?

— Да уж! Нашла в честь чего! — недовольно проворчал глава семейства.

Он уже хотел озвучить свою идею насчет пирога супруге, но тут дверь открылась и в дом маленьким златовласым ураганом ворвалась Лайла.

— Ой! Черничный пирог! — обрадовалась девочка. — Можно я Ему отнесу⁈ Даммар очень их любит!

Джулиус вздохнул. И по-детски это вроде, обижаться, что первым пирога отведает какое-то чудище. Да и не в пироге вовсе дело. У Джулиуса и правда все холодело в груди, едва он представлял оскаленную пасть монстра нависшего над их малышкой.

— Бери, для него и испекла! — тепло улыбнулась супруга, погладив прильнувшую к ней девчонку.

Джулиус не удержался и недовольно фыркнул. Но все же, приласкал дочь, коснувшись золотистых волос загрубевшей ладонью.

— Только будь осторожна, — попросил он. — Если тебе покажется, что это чудовище разозлено, сразу беги оттуда!

Девочка возмущенно насупилась.

— Даммар — не чудовище! — сообщила она. — Он — мой друг!

Джулиус уже хотел было, прочесть ей целую лекцию о шорготах. Все, что ему удалось разузнать за прошедший год с того момента, как монстр впервые появился в деревне. Но, не успел он и рта раскрыть, как Лайла уже убежала, положив горячий пирог в корзину, с которой обычно ходила по грибы.

— Кстати, надо будет позвать как-нибудь Даммара к нам на обед, — невозмутимо предложила супруга. — Что он в этом лесу все один, да один…

— Ты говоришь о нем прямо как о человеке! — не выдержал Джулиус.

Дорея серьезно взглянула на него.

— Человек или монстр, покуда он защищает нашу дочь и нашу деревню, он желанный гость в этом доме! Ясно тебе, Джулиус Майгл⁈

Улыбнувшись, мужчина вышел из-за стола и притянул к себе перепачканную в муке жену. Она попыталась было отстраниться, чтобы не запачкать его рубаху, но эту попытку он проигнорировал.

— Ты совсем его не боишься? — вздохнул Джулиус.

— До дрожи в коленках! — прильнув к мужу, призналась Дорея. — Иногда мне кажется рядом с ним, что я вот-вот упаду в обморок! Но я никогда не забуду, как он буквально разорвал человека пополам на моих глазах. Этот человек заносил меч над нашим сыном!

Джулиус кивнул. Ему тоже никогда не забыть этой картины. Он сражался тогда с захватчиками, орудуя своим топором, и был слишком далеко, чтобы прийти Тейду на помощь. Все, что ему оставалось — пытаться прорваться к мальчику, зная, что он уже не успеет… А потом появился шоргот. И Лайла, восседавшая верхом на нем, подобно древнему беспощадному божеству. Джулиус до сих пор не мог сказать, что вызвало в тот момент у него больший ужас. Вид чудовищного монстра или то, что им управляла его семилетняя дочь.

— Что ж, пригласить его на обед — неплохая идея! — поколебавшись, признал Джулиус.

Дорея торжествующе улыбнулась. Она знала, что ее муж упрям. Но сердце у него доброе. Найдется место и для шоргота. Со временем.

Нам пришлось задержаться на три дня прежде, чем Малройд смог продолжить путь верхом на моей спине. Без мага нам было не выбраться с Угрюмых Болот, так что Киаварн распорядился его защищать. Любой ценой. А я уж всяко справился бы с этим лучше, чем уставшие и оголодавшие лошади! На их счастье в Угрюмых Пустошах есть кое-какая растительность. Но слишком скудная, чтобы насытиться.

Как бы то ни было, спустя шесть дней Малройд открыл для нас портал обратно в человеческий мир. К тому времени наемники раздобыли изрядное количество шкур, когтей и клыков мелких тварей, водившихся в пустошах. В основном это были шипохвосты и проворные нырки, прятавшиеся при нашем приближении в своих норах. Но попался как-то раз и Красноглазый Паук, не слишком крупный. С ним наемникам пришлось справиться без помощи еще не пришедшего в себя Малройда. И без моей. Киаварн едва завидев его, тут же приказал мне скрыться за ближайшим барханом и оберегать мага.

Когда бледно-зеленый Малройд открыл посреди Пустошей портал обратно в человеческий мир, я испытал странное чувство. Все радовались, что вернутся «домой». А я и так был дома! Часть меня желала остаться. В этом простом и понятном мире, где я точно знал свое место. Оно соответствовало размерам. Сильнее каждого, кто помельче. Слабее тех, кто крупнее.

В человеческом мире не так. Там есть так называемые «вельможи», маги, и люди дерутся не только за пищу, а порой по загадочным для меня причинам. Вроде чести. Или привязанности. Хотя нет, пожалуй, последнее уже не представляло собой загадку.

«Лайла там и она в беде!» — напомнил я себе, пересекая тонкую грань портала, разделявшую мой родной мир от непонятного, но столь манящего человеческого.

Я переполз портал последним вместе с Малройдом, устало распластавшимся на моей спине. И оказался дома. Прямо перед деревней Лайлы. Портал медленно истаял за нашими спинами. Тейд издал громогласный звук, обозначавший у некоторых людей радость.

— Вот это да! — завопил юнец. — Это же моя деревня! Как тебе удалось так точно перенести нас⁈

— Вообще-то, я целился поближе к замку вашего графа, — слабо откликнулся Малройд. — Но уж как есть.

— Да отсюда мы хоть пешком доберемся! Здесь не далеко! — заверил Киаварн, ласково погладивший по носу своего отощавшего жеребца. — Тейд, найди нам ночлег и где лошадей покормить!

— У нас дома! И Малвины наверняка к себе пустят! — просиял юноша.

Довольно ухмыльнувшись, я пополз к распахнутым настежь деревенским воротам. Для меня здесь любой дом может послужить пристанищем, а каждая семья будет рада угостить меня, мою лошадь или мага за неимением оной.

— Добро пожаловать! Это мой дом! — вырвалось у меня.

Наемники изумленно переглянулись.

— На Угрюмых Болотах ты так не говорил! — удивился Дик.

Довольно задрав голову, я прополз мимо оторопевших жителей и направился в сторону добротного бревенчатого дома, где жила семья Лайлы. Пожалуй, первым делом, навещу ее родных. На случай, если у них лишний черничный пирог завалялся.