Я подскочил к подоконнику, жадно хватая ртом холодный уличный воздух. Взгляд проводил исчезающую в небесах тень.

Свет за спиной замерцал и сам включился.

Я обернулся к остальным. Васю била крупная дрожь. Ааэа потирала ушибленную голову — вместе с сервитором исчезли и его цепи, так что девушка свалилась на пол. Дед деловито шарился по полкам, думая, чего бы прихватить с собой. Настя всё ещё лежала на полу.

С тревогой присел рядом.

— Эй, ты как?

Девушка лежала без сознания. Но грудь вздымалась, Настя дышала, и мне стало заметно спокойней. Должна прийти в себя.

— Как она? — с тревогой спросил друг.

— Жить будет. Аэа, у тебя часом нет волшебного зелья на такой случай?

— В мои времена уникальные магические снадобья не переводили на то, где достаточно и чего попроще, — проскрежетал дед и бросил мне небольшую банку из коричневого стекла и этикеткой времён союза.

«Нашатырный спирт»

Ну да, мог бы и сам догадаться. Выходит, дед не просто так рылся, а нашёл аптечку.

Открыл баночку. Поднёс к лицу девушки, и вскоре она дёрнулась, открывая глаза. Она приходила в себя. Сперва не очень понимая, что вокруг происходит. А затем вдруг с осознанием этого поднялась и уставилась на меня круглыми глазами.

— Что случилось? Я всё пропустила⁈ — опешила она.

— Ты бы всё равно ничего не увидела, — заметил Вася.

На Настю было смотреть больно. Она едва ли не разреветься была готова.

— Эй, ты чего? — спросил я. — Всё же обошлось?

— Я хотела увидеть чудо! — обиженно сказала она.

— Да насмотришься ещё.

— Когда? — всхлипнула Настя.

— Да сегодня же. Впереди ещё пол ночи. На очереди вторая квартира.

— Точно! — улыбнулась она, сразу же придя в себя. Даже как-то слишком быстро. — А что было? Что я пропустила?

— Здесь был злой дух с цепями. Очень сильный. Но мы его одолели.

— С цепями? Как он выглядел? Что делал? Как победили? — засыпала она нас градом вопросов.

— Вот насчёт «как» действительно интересный вопрос, — я перевёл взгляд на друга. — Что это была за способность? Ты же сказал, у тебя такая же акцессия, как у меня.

— Бро, да я сам в шоке. Это первый раз такое было! У меня будто сил больше стало. А тело быстрее и легче. Круто! Личинка супермена. Неплохая способность. Знать бы только, как это включать…

— Тогда прервёмся и попытаемся выяснить. Возможно, это гораздо больший подарок, чем время, — заметил я.

— Кстати, сколько его тут было? — спросил Полоскун. — Мы всё точно в бою бы не собрали.

Я осмотрел кухню.

Да, числа, похоже, разлетелись по квартире, а магическая темнота их свет скрывала.

После короткого осмотра выяснилось, что за теневиков в общей сумме было примерно по тысяче каждому. Я думал, будет меньше с учётом того как мало начало падать, но оказалось, что всё не так плохо.

— Насть, ты здорово помогла и с ритуалом, и со светом, — сказал я ей после сбора времени. — И вспышкой фотоаппарата парочку теней прихлопнула. В общем, треть лута твоя по праву.

— Лута? Какого лута?

— У твоего брата что-нибудь было о времени? О числах, остающихся после людей и других существ?

— М-м… что-то такое было. Я ведь только первый день читаю его дневник. В первом томе такого не было.

— Хорошо, протяни руку вправо. Там одно из чисел.

Настя задумчиво вытянула руку в сторону зависшей над столом девятки. Рука просто прошла сквозь неё, словно число и девушка были в разных мирах.

Мы с Васей переглянулись.

— Ааэа, а ты их видишь? Можешь собрать?

Девушка без лица подошла к зависшей над полом тройке, и та послушно влетела в её тело.

— Приятно, — неожиданно произнесла Ааэа. — Хочу ещё.

Сказано это было таким удивлённым, тихим и вкрадчивым голосом, что я понял, только что я совершенно случайно породил монстра.

— Ещё бы не вкусно, — скривился Никифор. — Живу сожрать.

— Что сожрать? — не понял я.

— Живу, — повторил он. — Жизненную силу. Она и людям, и духам, и нечисти приятна. Разве что нежить окаянная, тёмным колдуном поднятая, не по этой части.

— У нас это называлось праной, — неожиданно произнесла Ааэа.

— У вас — это где? — спросил я.

— Не знаю… — удивилась она. — Мне только что пришло. Место, совсем не похожее на этот мир. Так странно. Оно кажется мне роднее этого дома… Полярис, мне нужно больше этой энергии.

— Да, предлагаю пересмотреть нашу долю в общем деле, — добавил Никифор.

— А вам она зачем? — спросил я. — Мы становимся от неё сильнее. А нам как-то конец света останавливать.

— Не верю я в этот конец… — махнул рукой Ник. — Давай делить поровну!

— Я думаю, — начала Ааэа. — третья часть уже обещана той, кто не может её взять. У неё самая благородная цель, не ради себя, а ради брата. Пусть она решает, кому достанется её доля.

Неожиданно справедливое решение. Моё мнение про Ааэа только что стало ещё лучше.

— Что они говорят? — поняла Настя, что мы общаемся с духами.

— Что, раз треть времени твоя, тебе и решать, что с ним делать. Верней, кому передать, раз ты его подобрать не можешь.

— Это нечестно… вечно все чудеса обходят меня стороной…

— Да не парься ты так. У нас через день чудеса, если ещё не поняла.

— Я просто уже так привыкла всё упускать, что… а, ладно, извините за нытьё. Я просто вечно или в обмороке, или проспала, или не заметила. Говорю же, с одиннадцати лет ищу чудеса.

— Твоя книжка — это уже само по себе чудо, нет? — заметил Вася. — Не каждый оказывается частью истории из своей любимой книги.

— Да, ты прав, — кивнула она. — Второй том — это уже не книга, а пособие для главного героя. Так что я найду все чудеса сама. Забудьте.

— Время-то кому твоё отдать? — спросил я. — Духам?

— Нет. Со всем уважением к господину Никифору и госпоже Ааэа, — она даже поклонилась. — Но я не могу вас видеть, и вы никак не можете мне помочь найти брата. Полярис и Малигос, надеюсь вы будете помнить про мой вклад в ваше развитие.

Интересное решение. Я почему-то был уверен, что она попытается так задобрить наших духов. А у неё внутри всё же есть стержень из прагматизма.

— Да будет так, — спокойно восприняла это Ааэа, будто её принятое решение никак не касалось.

— Вот и верь людям, — пробурчал старик. — Но будущую долю добычи я требую пересмотреть!

— Я видел, как ты пару теневых духов сожрал, — заметил Вася, на что Ник презрительно фыркнул и не удостоил его ответом. А я понял, что духов было намного больше, чем два.

Может, собирать духов и плодить конкурентов за время было плохой идеей?..

— Ты так и не сказал нам, зачем оно вам вообще нужно. Что ты делаешь потом с этими цифрами?

— Цифрами? — не понял он.

— Так… А что ты видишь… вон там? — я указал на крупную светящуюся «14».

— Маленький жирненький пучок света, — плотоядно улыбнулся старик и даже облизнулся. — Жи-ива!

— Сгусток праны, — сказала свою версию Ааэа. — Прана приятна всякому существу. Но как боевой дух я претендую лишь на то, что добыла в бою лично. В этой схватке я не повергла никого. Как и в прошлой. Моё оружие не вредит этим существам. Я только замедляю их.

— Вот, Ник, учись, как нужно думать, — поддержал её я.

— Ты обещал меня кормить, пока справляешься плохо.

* * *

После того как мы покинули четвёртый этаж, спустились домой к Ааэа. Никифор спрятался в шокер, когда мы вошли под яркий свет лампы накаливания. Призрак же подняла голову, подставляя отсутствующее лицо под лучи электрического света.

— Предлагаю не рассиживаться, — начал я. — Пятнадцать минут на чай с перекусом, и идём вниз.

— В подвал? — опешил Вася. — Так сразу?

— Не, в подъезд, там места много. Нужно как-то понять, что делает твой навык.

— Да говорю же, такая же акцессия, как у тебя, — сказал он.

— Значит, я тоже так должен уметь. Это и будем тестировать. Нужно хорошо понимать, как это работает, по крайней мере, у тебя. Чтобы понимать, на что можно рассчитывать в бою, а на что нет. Не нужно надеяться на чудо, нужно разобраться, как работает механизм.

Вася задумчиво кивнул. И Настя тоже, хотя её это касалось слабо.

— Кстати, а перекусить есть что-то? — спросил мой друг.

— Последний кусок замороженного рыбного филе сожрал Никифор, — хмыкнул я.

Настя же на это просто раскрыла крупный рюкзак, который оставила здесь перед походом наверх, и начала доставать пачку с бисквитами, три порции растворимой лапши, сникерс, пакет с надкусанным копчёным сыром и полбутылки кефира.

— Насть, тебя из какого рая ангелы уронили? — спросил друг с горящими глазами.

— Угощайтесь, — улыбнулась она. — Здесь и для духов хватит.

— Им это не… — начал было я, но наткнулся на взгляд девушки и осёкся. Нет, здесь дело вовсе не в щедрости. Очередной выверенный удар в цель.

Ник сразу же потянулся рукой к бисквиту. Ааэа поступила точно так же. Видимо, у духов какая-то слабость к выпечке. Вася потянулся к единственному шоколадному батончику. А я — к чайнику, чтоба налить всем свежий ромашковый чай с липой и мятой.

Сам я из всего разнообразия на столе выбрал сыр, даром что с отпечатками зубов Насти. Люблю сыр…

— Эй, так не честно! — послышался её возмущённый голос.

— Ты чего? — не понял Вася.

— Я только на секунду обернулась, а от бисквитов одна обёртка. Да как так то!

— Чудо, — пожал я плечами.

Старик захихикал.

Я только хмыкнул. Ник, конечно, сожрал за один укус, но Ааэа лакомилась долго, наслаждаясь каждым кусочком. Настя же всё это время пялилась на стол в ожидании увидеть… левитацию пищи, наверное.

— Похоже, реальность подстраивается в момент, когда ты отвлекаешься, — предположил я. Интересно…

— Ничего не интересно! Нечестно это! — буркнула Настя.

— Слушай, ты завтра занята… ну, скажем, около трёх?

— Хочешь позвать на свидание?

— Рисунок один показать хочу. Скорее всего, ты его тоже не увидишь, мне просто для понимания всей ситуации со стороны.

— Тогда я с вами? — предложил Вася.

— Как хочешь. Помнишь тот, что на гараже? Его ещё оживлял Макс.

— Оживлял? — загорелась Настя.

— Кстати, его тоже можно позвать, — задумался я. — Проверим, будет ли она видеть его способность.

— Слушай, это всё… — задумался Полоскун. — Может, дело не в ней, а в нас? Мы же ну… клуб сентября. Может, это не касается того, кто не «в клубе»?

— Возьмите меня в клуб! — загорелась Настя.

— Дата пятого сентября две тысячи седьмого года тебе о чём-то говорит? — спросил я.

— А-а! Конечно! Я знаю эту городскую легенду. Так вы из тех, кто верит в конец света через год? Кру-уто!

Мы с Васей синхронно вздохнули.

После того, как наш перекус закончился, мы пошли вниз, в подъезд. Путь мимо второго всё больше становился обыденностью. И хоть с той стороны кто-то явно бродил по коридору, нас через дверь он достать не пытался.

На первом работал свет и казалось вполне уютно. Пространства было много, так что можно махать мечами и не париться.

— И как будем проверять? — с опаской спросил друг.

— Моя фокусировка, например, реагирует на эмоции. Может, у тебя тоже на какой-то раздражитель или, может, на особое настроение?

— Ну… вообще, я тогда сам не понимал, что делаю. Было жутко страшно, если честно. Такая, блин, образина, ну нафиг! А потом я разозлился. Ну типа, какого хрена оно нас убить пытается. Мы же за свет, мир спасти хотим и всё такое. Что-то из этого подходит?

— Не знаю, но у меня было именно так, — кивнул я. — Давай попробуй сильно разозлиться и… — я поискал глазами что-нибудь подходящее. Взгляд упал на окно. По ту сторону стояли баки с мусором, рядом с которыми был сломанный обитый истрёпанной тканью стул без половины ножек. — Сейчас.

Я открыл дверь подъезда и вышел в ночь. Холодный ветер освежающе прошёлся по лицу и забрался под полы джинсового плаща. Набрав в грудь побольше аромата осенней ночи, я подобрал стул и потащил его в дом.

— Вот, держи, — сказал я.

— Зачем? — не понял друг.

Вместо ответа я взял мягкую, но добротную спинку. Зная комплекцию Васи я понимал, что сломать её ему не под силу. А мягкая обивка не позволит ему повредить руку. Идеальный вариант.

— Бей.

— Думаешь, сработает?

— Бей! — повторил я.

Он со всей силы ударил. Ну, как я и ожидал.

— А разозлиться забыл?

— Да ну… глупо как-то.

— Шутишь? Давай, бей. И разозлись.

Бум. Результат был тем же.

— Ладно. Давай попробуем страх.

— Ну давай… — растерялся друг.

— Представь, что на тебя летят теневики во главе с сервитором и хотят сожрать.

Новая попытка. С тем же исходом.

— Не, не работает оно так, — со вздохом уронил друг.

— Эмоции должны быть настоящие. Ты точно боишься? По тебе не видно.

— Ну… даже не знаю. После того, через что мы только что прошли, мне кажется, что я вообще больше ничему не удивлюсь и не испугаюсь. Лимит эмоций на сегодня исчерпан.

— Попробуй другие. Вспомни что-нибудь смешное.

— Что, например?

— Анекдот какой-нибудь…

— Мне что-то на ум не приходит…

Я вздохнул.

— Ладно, давай ещё раз.

Друг с силой ударил по спинке стула, который я крепко держал двумя руками. Хорошая мебель, добротная. Делали на века. Жаль, ножки подкачали.

— М-м… — задумался я. — Возбуждение тоже работает…

— И что ты мне сейчас предлагаешь? — спросил друг.

Помощь пришла неожиданно. Пока Настя растерянно наблюдала за нашим странным диалогом, Ааэа слегка приподняла свой бесстыдно короткий халат, затем наклонилась вперёд, увеличивая обзор в области груди, и бархатным грудным голосом произнесла:

— Разбей его, Вася…

В следующий миг спинка стула переломилась пополам. Предмет выпал у меня из рук.

— Офигеть… — произнёс подопытный, глядя на результат своих рук.

— Офиге-еть! — с восхищением произнесла Настя. — Это магия, да? Ты вселил в кулак духа? Как ты это сделал⁈

— Магия, — криво улыбнулся друг. Бровь его слегка дёргалась. — Поляр, мне теперь каждый раз так надо перед боем? Ээ… вдохновиться? Ты не подумай, я только за, правильная мотивация вообще может свернуть горы. Но это очень странная способность. Или как это работает?

— Да откуда ж мне знать? — усмехнулся я. — Но, кажется, у меня есть кое-какие идеи. Просто эмоции должны быть сильными и настоящими.

— Ты что-то понял?

— Дайте-ка тоже попробую, — сказал я, наклонился, поднял стул и протянул другу.

У стула осталась ещё мягкая седушка, и пробить её просто кулаком я бы не смог.

— Аэа, поможешь? — спросил я. Конечно, я бы и сам справился, у меня с фантазией всё в порядке. Но не воспользоваться возможностью было бы преступлением.

— Я Ааэа! — воскликнула она, недовольно всплеснув руками. От этого ослабленный пояс на халате не выдержал, и перед нами с другом предстала очень сильная и веская мотивация, которой хватило бы и на бетонные стены.

Бам. Рука пробила табурет насквозь, будто в китайских фильмах про боевые искусства. Ааэа смущённо завязывала халат. Полоскун был слишком шокирован и не заметил моих боевых успехов.

— Кру-у-уто… — потянула Настя, которая эти успехи заметила в полной мере.

— Кажется, я наконец понял, как всё это работает, — произнёс я, сглаживая неловкую паузу. — Эта акцессия — главная причина моих способностей. Только, похоже, она может поднимать не только физическую силу, но и силу других способностей!

Иными словами, я изначально действовал с замедлением, усиленным акцессией! Мне просто невероятно повезло, что две уже открытых способности изначально оказались в синергии друг с другом. Поэтому я не почувствовал такой ощутимый прилив ускорения, но получил ослабленную версию без эмоций. Просто без них фокусировка работает сама по себе!

Но я использую эту силу ещё недостаточно эффективно. Теперь я знаю что она может не только усиливать фокусировку и надо понять по какому принципу работают другие усиления от акцессии.

— Ну что, господа, проверку способностей можно временно считать успешной, — вынес я вердикт после некоторой паузы. — Надеюсь, нам это сейчас поможет во второй квартире на четвёртом. Идём!