Хэтти

Прошло уже несколько дней с тех пор, как я сбежала из дома Роба, и я ничего от него не слышала. Не знаю, что происходит в моем глупом мозгу, но я чувствую себя дико выбитой из колеи и меня тошнит из-за всего этого.

Часть меня оскорблена тем, что он мне отказал. Я предполагала, он ухватится за этот шанс, и меня чертовски задело, что он упрекнул меня за мой гнев. Остальная часть меня смущена тем, что он видел, как я вела себя так отчаянно и эмоционально. И все же, чем больше я думаю об этом, тем больше мое чувство стыда превращается в ярость. Он даже не вышел на связь, чтобы проверить, все ли у меня в порядке.

Вот что происходит, когда ты начинаешь к кому-то привязываться. Я становлюсь нуждающейся. Я не могу перестать думать о нем, гадаю, что он думает обо мне, проверяю свой телефон на наличие сообщений от него. Это жалко.

И вся эта хрень о том, что он устроит нам совместную ночь, была просто уловкой, чтобы вытащить меня из его дома? Я что, должна сидеть и ждать? Чертовски уверена, что не смогу написать ему, чтобы разузнать об этом.

О, привет, просто хотела спросить, когда мы сможем заняться сексом, о котором столько говорили?

Если бы.

Однако он был прав. Напряжение между нами росло месяцами. Было бы жаль тратить его на быстрый перепихон. Когда я закрываю глаза, все, что я вижу, — как он собирается наброситься на меня после свадьбы Кары. Если он хотя бы наполовину так хорош, как утверждает, то было бы лучше провести хотя бы несколько часов вместе.

Что бы он ни планировал, мне нужно, чтобы это произошло как можно скорее, чтобы я могла выбросить его из головы и из своих чертовых фантазий.

Я была на ежеквартальном совещании с Эндрю, его начальником Бобом и женщиной из отдела кадров, с которой я никогда не встречалась, когда пришло сообщение. Мое сердце подпрыгивает к горлу при виде его имени и уведомления.

Клоп: Я заеду за тобой в пятницу в 8. Надень что-нибудь горячее.

Наконец-то блядь.

Я скрещиваю ноги и инстинктивно сжимаю бедра вместе, одновременно придвигая к себе телефон, разблокирую его и незаметно отправляю ему ответное сообщение. Предпочитаю написать ему, а не слушать болтовню Боба о том, в каком направлении будет развиваться бизнес в этом году. Не уверена, зачем я вообще здесь нужна.

Я: Немного самонадеянно. А что, если у меня назначено свидание?

Клоп: Отмени его.

Я закатываю глаза. Высокомерный говнюк. Я должна ненавидеть то, что он указывает мне, что делать, но я не могу игнорировать боль, которая возникает в животе, когда он начинает командовать мной. Я все еще раздумываю, что бы такое ответить, когда он снова пишет.

Клоп: Дерьмо, у тебя правда свидание?

Я: Нет, но мне нравится заводить тебя. У меня встреча в Лондоне до 6. Приеду прямо к тебе?

Клоп: Ко мне мы не пойдем.

Я: А куда?

Клоп: Совершенно секретно. В место, где ты сможешь выбросить все из головы.

Я: И залезть к тебе в штаны?

Клоп: Именно так ХО

Я не должна так радоваться, но если бы я была сейчас одна, то почти наверняка бы прыгала вокруг и визжала. Вместо этого я застряла среди этой кучки зануд, гадая, что мне надеть.

— Ты с нами, Хэтти? — голос Эндрю прерывает ход моих мыслей, возвращая мое внимание к комнате.

— Да, конечно, — я улыбаюсь и киваю.

— Значит, есть какой-то клиент, к которому ты склоняешься?

— Склоняюсь для чего? — я пожимаю плечами.

Эндрю вздыхает и потирает переносицу. Я в замешательстве оглядываюсь по сторонам, а Мелисса — или это Мелинда — из отдела кадров что-то записывает в своем массивном блокноте.

— Для твоего следующего проекта. Это наши новые клиенты, и мы хотели бы использовать твои навыки в работе с некоторыми из их проектов. Можешь выбрать сама.

Вот, черт, я определенно не обращала на них внимания.

— А что насчет «Спиритид»?

— Проект «Спиритид» будет развиваться в другом направлении, — говорит Боб как ни в чем не бывало.

— Значит, Лоуренс берет его на себя?

— На данный момент, да.

Я поворачиваюсь к Эндрю и вскидываю руки вверх.

— Так вот как ты мне об этом говоришь?

Он даже не может на меня посмотреть, и теперь я понимаю, почему Боб и леди из отдела кадров здесь. Он слишком труслив, чтобы сообщить эту новость самому, и, поскольку они думают, что я собираюсь устроить скандал, он пригласил поддержку. Честно говоря, каждая клеточка моего существа хочет сорваться прямо сейчас, но я знаю, как играть в эту игру.

— Для протокола, — говорю я, поворачиваясь к Мишель, — да, точно Мишель! — эта встреча была запланирована в моем ежедневнике как ежеквартальный обзор. Думаю, мне следовало бы подробнее рассказать об ее истинной цели. Можете записать это в свой блокнот.

Если они попытаются отстранить меня от работы, то я хочу все зафиксировать, чтобы я могла утащить их за собой.

— Не могли бы вы также, пожалуйста, отметить, что у меня за плечами два года отличной работы со «Спиритид» и десять лет до этого с другими компаниями здесь, в «Дизайн групп».

Мишель просто смотрит на меня широко раскрытыми глазами, явно не зная, что делать.

— Вы не записываете, — я смотрю на нее, пока она не берет ручку, и откашливаюсь. — Лоуренса Десмонда пригласили «поддержать» мою работу, без моей просьбы или консультации, и в последующие недели вся моя работа была передана ему, опять же без моей просьбы или консультаций. Теперь вы втянули меня в «ежеквартальное собрание», которое на самом деле является собранием для обсуждения моего будущего в этой компании, и предлагаете мне проекты среднего уровня, что, по-моему, очень похоже на понижение в должности.

Вам меня не обдурить. Я уже все это здесь видела.

— Так что, Боб, со всем уважением, — говорю я, поворачиваясь к нему лицом, — можете забрать свои проекты среднего уровня и засунуть их куда подальше. У меня прекрасные отношения со «Спиритид». Брент и я…

— Брент больше не работает в «Спиритид», — вставляет Эндрю.

— Я это знаю, и у его заместителя даже не хватило порядочности связаться со мной, чтобы представиться. Как будто я для него не существую. Это невероятно непрофессионально и, откровенно говоря, грубо. Если бы подобные отношения развивались в обратном направлении, я бы расторгла наш контракт.

— Ты закончила, Хэтти? — устало спрашивает Боб, и я надуваю губы из стороны в сторону, размышляя об этом.

— Да, закончила.

— Это не понижение. Это возможность. Позже в этом году у нас освободиться должность повыше, и…

Я киваю в сторону Эндрю.

— Ты уходишь?

Он быстро качает головой, и Боб продолжает:

— Мы бы хотели, чтобы ты провела некоторое время с другими клиентами, чтобы укрепить свой опыт. Двое или трое из них должны быть легкими для человека твоего уровня и таланта.

О, Боб, лесть открывает все двери.

Мой мозг раскалывается, и я сдерживаю улыбку. Еще минуту назад я думала, что выброшу стул в окно, а теперь выясняется, что они хотят подготовить меня к повышению. Почему Эндрю не сказал мне об этом еще несколько месяцев назад? Возможности продвижения по службе выпадают все реже и реже, чем выше ты продвигаешься в этой отрасли, и их не было уже долгое время.

— Черт возьми, — я обхватываю голову руками и отодвигаю свой стул от стола, пока не упираюсь в него лбом. — Почему никто в этой компании не может просто говорить откровенно? Это все гребаные игры разума. Не записывай этого, Мишель.

Я сажусь, вытираю лицо руками и на секунду прихожу в себя. Операция «Повышение» начинается прямо сейчас, в этой самой комнате. Я сделаю все, что потребуется.

— Спасибо вам, Боб. Эндрю знает, что я очень хочу развиваться в компании, и я рада возможности расширить свою клиентскую базу, — Боже, как изящно у меня с языка слетают подлизывания. Я не обратила должного внимания, когда Боб рассказывал свою презентацию, посвященную новым клиентам, но я знаю бренды, представленные на его экране, и любой из них бы мне подошел.

— Есть ли клиенты, с которыми вы особенно хотели бы, чтобы я поработала?

Полный успех, Хэтти, предоставь им право выбора.

— Вы можете выбрать сами. Почему бы мне не отправить вам краткую информацию по каждому из них, и вы сможете посвятить остаток недели тому, чтобы погрузиться в изучение, прежде чем примете решение.

— Было бы здорово. Пришлете также бюджеты и основные цели?

— Конечно. Снова соберемся в понедельник.

Из недр моей сумки доносится мелодия звонка Роба, когда я выхожу из спортзала. Мои руки и ноги гудят после того, как я выплеснула свой гнев на кикбоксинге, и я достаю телефон, затем бросаю сумку в багажник и отвечаю.

— Чего ты хочешь? — хмыкаю я, пряча улыбку, расплывающуюся по моему лицу.

— Привет, Хэтти.

Почему у него такой сексуальный голос? Он даже поздороваться не может, чтобы это не прозвучало непристойно.

— Просто звоню, чтобы предупредить тебя.

— О чем?

— Я не собираюсь кончать до самой пятницы.

— Что, прости? — я смеюсь. Протискиваюсь между машиной и стеной, открываю дверь и сажусь на свое место. — Почему это?

— Приберегу все для тебя.

— Это… странное занятие.

— Думаю, тебе тоже не стоит кончать.

Иисус Христос. Даже просто разговаривая с ним об этом, мне хочется кончить прямо сейчас.

— Ну, к счастью для меня, ты не можешь принимать решения о моем теле, так что можешь отваливать.

— Хэтти, — его голос понижается до того рычащего, дразнящего тона, который я так полюбила. Я прикусываю губу, откидываю голову на подголовник и закрываю глаза. — Я серьезно. Ты не будешь трогать себя до пятницы. В следующий раз, когда ты кончишь, это случится в моих руках.

Бля-я-я-я-ядь. Да, блядь, конечно, приятель. Во-первых, ты мне не начальник, а во-вторых, как будто ты сможешь меня остановить. Я просовываю руку под пояс своих леггинсов и под нижнее белье. Чувствую, какая я горячая и скользкая, как и всегда, когда разговариваю с ним. Я тихонько постанываю, когда кончики пальцев скользят по моему клитору, и прикусываю губу, чтобы заглушить стон. Черт возьми, меня даже не волнует, поймет ли он, что я делаю.

— Где ты, Хэтти? — спрашивает он.

— В спортзале, — шепчу я, надавливая сильнее.

— Вытащи руку из трусов.

Я распахиваю глаза и вытаскиваю руку.

— Что за…

— Слева.

Я смотрю через машину. В телефоне слышу, как он смеется, и через пассажирское окно вижу его, сидящего в своей машине, припаркованной рядом с моей. Он самодовольно машет мне рукой.

— Я так тебя ненавижу. — вешаю трубку и выезжаю с парковки.

Клоп: Хэтти Бьюкенен, ты грязная шалунья. Это довольно возбуждает, знать, что ты собиралась кончить, думая обо мне, но никаких шаловливых ручек до пятницы. Обещаю, ожидание того стоит.

Я: Сделка отменяется. Все кончено. Я не приду.

Клоп: О да, ты кончишь, милая. Осталось 70 часов. Считаю каждую минуту до того, как ты окажешься в моих руках.