Либертарианец Михаил Светов — один из самых ранних русскоязычных сторонников битко•на. В мае 2011 года, когда почти никто про это явление не слышал, он написал у себя в Живом журнале:

«Благодаря знакомому шифропанку я уже несколько месяцев слежу за развитием битко•нов. Это такая пиринговая анонимная криптовалюта, призванная в перспективе уничтожить фиатные деньги. У них есть своя биржа (ежедневный оборот несколько миллионов, и доллар к битко•ну второй месяц падает), некоторые магазины их даже начали принимать к оплате. Всё интересно и жизнеспособно».

Вы поняли. Человек, мягко говоря, в теме.

Позже он стал активным адептом крипты в целом и битко•на в частности, считая, что эти технологии помогают бороться с растущей ролью государств. Михаил Светов сам глубоко разобрался и учил других, как именно обходить бюрократические и банковские ограничения.

Но даже такой цифровой маэстро чуть было не потерял на обмене крупную сумму.

«Делюсь этой историей для тех, кто, как и я, мог пропустить, что некастодиальных обменников больше не существует, и все они могут в любой момент заморозить ваши деньги до подтверждения личности. Именно это со мной произошло. Я никогда не пользовался криптобиржами, чтобы не проходить KYC. Но иногда пользуюсь встроенными в Ledger и Exodus средствами обмена крипты. Не сталкивался ни с какими проблемами. До 20 октября, когда встроенный в мой кошелёк обменник заморозил транзакцию, выдал незнакомую ошибку и начал требовать, чтобы я прошёл KYC через AMLBot для завершения обмена.

В моём случае обмен заблокировал Changehero, но такие же пункты в условиях обслуживания появились у Changelly. К самому обменнику претензий нет, после двух дней переписки они вернули мне деньги и объяснили, что их вынуждают требовать KYC для крупных транзакций. Но обмен без подтверждения личности завершить отказались. К 2025 году, кроме p2p, публичных средств некастодиального обмена крипты, по всей видимости, не существует.

Имейте это в виду, когда будете пользоваться встроенными в кошельки функциями свопа либо обменниками, которые утверждают, что они не требуют KYC. Почти на всех из них появился мелкий шрифт, что они выборочно замораживают транзакции и могут потребовать документы».

Учитывая, что Михаила Светова власти России считают иностранным агентом, против него есть уголовное дело по статье о реабилитации нацизма (за спетую в шутку песню про Степана Бандеру) и федеральный розыск, всё могло закончиться бессрочной блокировкой денег.

Время такое, что не составляет труда залететь в тот или иной чёрный список. Достаточно анонимной жалобы. Такое, кстати, произошло и со мной.

Сайт vklader.com лет шесть с успехом использовал систему размещения рекламы Google AdSense. Пока в 2023 году некий разоблачённый нами мошенник не написал кляузу, что сайт действует из Крыма, где Google услугу не поддерживает.

Я получил такое уведомление: «Google стремится соблюдать действующие санкции и законы о соблюдении правил торговли. В связи с этим мы больше не будем предоставлять вам рекламные услуги до дальнейшего уведомления. Решение вступит в силу немедленно. Если вы считаете, что ваш аккаунт был заблокирован ошибочно, воспользуйтесь этой формой, чтобы подать апелляцию».

Речь шла о санкциях, введённых Управлением по контролю за иностранными активами Министерства финансов США (OFAC). Список запрещённых регионов там довольно узкий: Иран, КНДР, Куба, Крым, ДНР, ЛНР.

Google предложил написать апелляцию с доказательствами работы сайта из другого региона. Я предоставил. Компания ответила, что решение пересмотрено не будет. Эта история не про крипту, а про нынешние правила и возможный беспредел, с ними связанный.

История Михаила Светова разрушает миф о «вечном не-KYC» в транзакциях из кошельков.

Выяснилось, что встроенные обмены в кошельках почти всегда делаются через сторонних провайдеров ликвидности (так, в Ledger Live это Changelly и MoonPay; выбор провайдера виден перед подтверждением операции). Эти провайдеры могут выборочно запрашивать KYC и приостанавливать транзакцию.

В кошельке ключи у вас, но во время обмена, так называемого «cross-asset swap», монеты часто попадают в «процессинг» стороннего обменника (escrow/адрес провайдера). Это и есть точка, где срабатывает AML/KYT-скоринг и может прилететь KYC-запрос.

Changelly и ChangeHero прямо пишут в AML/KYC-политиках и условиях, что «по усмотрению» могут остановить сделку и запросить документы — особенно при «повышенном риске» по их скорингу. У Changelly KYC обрабатывает Sumsub.

На фоне внедрения Travel Rule для VASP-провайдеров (в 2023—2025 годах) повысились требования к сбору данных о переводах и контрагентах; даже частично децентрализованные сервисы подпадают под давление регуляторов.

Что именно запускает процедуру KYC? Сумма выше внутренних порогов, «грязные» или смешанные UTXO/токены по ончейн-скорингу, санкционные юрисдикции/PEP-совпадения, поведенческие паттерны (серии обменов, маршруты). Запрос документов срабатывает автоматически.

Та самая свобода, о которой шла речь в первой главе, истончается с каждым годом.

Эксперты по кибербезопасности перед свапом в кошельке советуют:

• Посмотрите, кто будет провайдером (в Ledger Live это видно до подтверждения).

• Проверьте свой адрес на риск (бесплатные чекеры/скрининг). Если «high risk» — не пытайтесь «продавить» обменника, готовьте KYC/пруфы или меняйте маршрут.

• Крупную сумму разбивайте на несколько траншей — меньше вероятность срабатывания триггеров (не гарантия).

• Избегайте миксеров в истории — от них и «чистые» входы могут маркироваться как рискованные.

• Храните заранее пакет документов: ID, адрес, источник средств (выписки, договоры, отчёты бирж).

• Будьте готовы к KYC по умолчанию — это может стать нормой уже в 2026 году.