14 августа 2025 года я на скоростной электричке возвращался с кинофестиваля в Выборге Ленинградской области. Недалеко сидела пара, по виду айтишники, лет по 30. Всю дорогу они пялились в смартфоны на графики альтко•нов.
Как я уловил из реплик, ребята на всю котлету и с широким плечом вложились в XRP — токен компании Ripple.
Монета — самая что ни на есть фундаментальная и солидная по сравнению с 99,9 процента токенов. Ripple построил обходной маршрут для части трансграничных платежей, выступая конкурентом как Swift, так и стейблкойнам. Такие банки, как Santander, PNC Bank, Standard Chartered именно на базе XRP строили экспериментальные финтех-проекты. В акционерные доли в Ripple инвестировали знаменитые Andreessen Horowitz (глава 43), Google Ventures, IDG Capital, Accel. Блокчейн Ripple предложил сочетание относительной децентрализованности и низких комиссий.
К концу лета у XRP сложилось редкое сочетание катализаторов, из-за которых многие ждали взрывного роста.
8 августа 2025 года окончился конфликт регулятора SEC и Ripple (с штрафом и взаимным отказом от апелляций). Сняли «юридический камень» перед ралли.
Запущенные на Чикагской товарной бирже (CME) фьючерсы на XRP стали активно торговаться. В медиа разошёлся факт, что объём ставок на рост монеты пробил миллиард долларов — это подали как сигнал, что «профи пришли», ликвидность и статус актива растут.
Обсуждали, что после фьючерсов придёт время ETF на XRP — фонда, доступного массовому инвестору. Рынок играл на опережение, закладывая в цену приток капитала, если регулятор продолжит смягчаться.
Наконец, технический анализ кричал, что график вышел из многолетних формаций — отсюда возникали агрессивные цели.
При цене токена в 3,3 доллара консервативные прогнозисты указывали на уровень 4—5 долларов к концу года. Звучали оценки и в 10—15 долларов в случае создания биржевых фондов с рипл-наполнением.
Ленинградские айтишники поняли, что их день настал и вложились на всю котлету, да с плечом.
Однако токен пошёл вниз и зимой упал в район 1,4 доллара. Длинную позицию биржа безжалостно ликвидировала ещё осенью.
Ребят, конечно, жалко. Мало того, что деньги потеряли, так и жизнь свою тратят на пустые спекуляции.
Альтсезон41, на который надеялись миллионы таких романтиков, так и не наступил.
Полно объективных причин было и для вложений в токен TON Павла Дурова. Опытные криптоэнтузиасты уж точно сделали пресловутый DYOR (глава 15). Они имели основания считать, что это не просто очередной блокчейн, а инфраструктура, которую Telegram превратит в массовую, тем более что аудитория мессенджера велика.
Если монеты без такого доступа к аудитории стоят десятки миллиардов долларов, то уж нативный токен Telegram, казалось, тем более обязан их догнать.
Оптимисты считали, что TON обязательно войдёт в топ-5 блокчейнов по капитализации. 50 миллиардов называли реалистичной целью и не исключали 100 миллиардов, если сам Telegram из мессенджера превратится в суперприложение по типу китайского WeChat.
Всё играло на эту идею. TON продвигали как «блокчейн внутри Telegram»: кошельки, мини-приложения, платежи, игры, боты. Если хотя бы небольшой процент аудитории Telegram начнёт пользоваться криптофункциями, спрос на TON (топливо экосистемы) вырастет.
Telegram не пустил внутрь другие блокчейны. Разработчиков вынудили строить Web3-функции на TON. Кошелёк стал частью интерфейса Telegram. Казалось логичным ждать больше P2P-переводов и микроплатежей (контент, подарки, сервисы), повседневных транзакций.
TON последовательно встраивали в экосистему Telegram: коллекционные юзернеймы, доменные имена, кошелёк, платёжные сервисы, реклама, внутренняя монетизация, Stars (внутренние баллы, связанные с TON), свои рельсы для стейблкойнов USDT…
Всё это подпитывало веру, что Telegram со временем превратит TON в массовый инфраструктурный актив, а в крипту пришёл долгосрочный игрок, способный потеснить конкурирующие блокчейны.
Народ захотел роста в десятки раз на идее, что TON догонит по капитализации Solana — блокчейн, на котором, как и на BNB, любят выпускать монеты мошенники.
И поначалу надежды оправдывались. До лета 2024 года токен преимущественно рос. Его цена в июле почти достигла 8 долларов — отлично для монеты, которую в конце 2021 года можно было приобрести дешевле доллара.
Но затем всё пошло не так. Павла Дурова арестовали и несколько месяцев продержали во Франции.
Какой уж тут взлёт на фоне таких событий. Вдобавок сама нужность TON для пользователей Telegram оказалась под огромным вопросом.
Массовое развитие получили лишь игровые механики с жульническим флёром. В «хомяке», Hamster Kombat, пользователям предлагалось «играть» (на деле — кликать по экрану), прокачивать абстрактные показатели, приглашать друзей, и верить, что вся эта активность конвертируется в будущие деньги.
Ключевой элемент — отложенное вознаграждение. Участник не получает ничего сейчас, но ему постоянно показывают рост «баланса», рейтинги, уровни, создавая иллюзию накопления ценности.
Когда токен HMSTR на блокчейне TON выпустили, распределение разочаровало участников, не компенсировав вложенное время. Ведь они «тапали» не ради удовольствия, а в расчёте на вознаграждение. Пользователей, простите за тавтологию, использовали, превратив в платных клиентов для других сервисов, зачастую сомнительных (vklader.ru/kripta/hamster-combat). Обещанная нам ещё в первой главе финансовая свобода выродилась в развод на деньги не слишком умных людей.
Слово «хомяк» окончательно закрепилось как жаргонное обозначение наивного участника рынка.
Похожее наблюдалось и в других популярных проектах: Notcoin, Catizen, TapSwap и так далее. Организаторы и манипуляторы зарабатывали. Толпа оставалась ни с чем.
Судьба токенов, раздаваемых бесплатно, предсказуема: их рано или поздно утаптывают в пол.
Поговорку про бесплатный сыр никто не отменял.
Использовать TON для повседневных целей люди, разумеется, массово не стали. А зачем, если есть более распространённые и понятные по стоимости стейблкойны, если уж не хочется иметь дело с банковской системой.
Переломный момент, казалось бы, наступил в марте 2025 года. Команда объявила о покупке монет на 400 миллионов долларов венчурными капиталистами Sequoia Capital, Ribbit, Benchmark, Kingsway, Vy Capital, Draper Associates, Libertus Capital, CoinFund, Hypersphere, SkyBridge и Karatage.
Сделка выглядела мощной. Такие игроки обычно не заходят в историю без расчёта на крупный выигрыш. Раз уж купили, то точно рассчитывают на долгосрочный рост не на 30—50 процентов, а в разы. Точная цена сделки была неизвестна, но в момент объявления монета стоила 3,7 доллара. Рынку дали знак, что котировки на дне и покупать относительно безопасно.
Розничный инвестор легко мог рассуждать так: если венчурные фонды вошли в сделку, значит, они видят потенциал роста не на десятки процентов, а в разы.
Толпа принялась покупать, но токен всё не взлетал. Вероятно, оптовым держателям, получившим токены дёшево на старте, не терпелось превратить их в виллы и яхты.
В мае сорвалась сделка на 300 миллионов долларов между xAI и Telegram, о которой Павел Дуров уже успел объявить. Она предполагала интеграцию чатбота искусственного интеллекта Grok в мессенджер. Почему сделка сорвалась, доподлинно неизвестно, но для рынка это был ещё один удар по истории роста. Администрация крайне неохотно цензурирует информацию, не удаляя даже каналы и аккаунты откровенных преступников.
Но оптимисты всё равно ждали ралли. TON представал прекрасной идеей: далеко от собственного максимума и далеко по капитализации от конкурентов. Казалось, ралли почти неизбежно, но было несколько серьёзных «но».
Рынку не нравилась изначальная мутная модель распределения монет. А именно высокая концентрация токенов и власти внутри сообщества в руках узкой группы лиц. TON выглядел не как по-настоящему открытая система, а как междусобойчик с кукловодами.
Смущала и неопределённость с количеством токенов в обращении. Когда параметры предложения меняют решения валидаторов, это уже не математика, а политика. История с четырёхлетней заморозкой кошельков первых майнеров, на которых висело 1,08 миллиарда TON, ставила под сомнение адекватность устроителей сего предприятия.
Зачем первым майнерам насыпать столько монет, которые как дамоклов меч станут висеть над желающими купить?
Наконец, покупателей отпугивал и шлейф истории 2019 года, когда американский регулятор SEC запретил выпуск токенов Telegram, посчитав, что они ставят под удар массового инвестора.
Тогда, напомню, Telegram провёл закрытую продажу токенов Gram на 1,7 миллиарда долларов среди крупных инвесторов, в числе которых значились Benchmark, Lightspeed Ventures, Sequoia Capital, Мэтт Мулленвег, Сергей Солонин и Роман Абрамович.
Инвесторам намекали на возможный рост цены токена — вплоть до 50 раз. Такая информация содержалась в пункте 93 иска SEC против Telegram. Всё это выглядело как инсайдерская игра и манипулирование, поэтому регулятор заблокировал сделку.
«SEC, запретив выпуск токенов Telegram, просто сделала свою работу: не допустила обирания массового хомяка. Именно этим, если опустить лирику про свободную экономику, планировали заняться основатель Telegram Павел Дуров и крупные инвесторы, внёсшие предоплату за токены, — писал я в октябре 2019 года в своём телеграм-канале „Финсайд“, — есть ли вообще „честный“ способ вычислить курс конвертации рубля/доллара в валюту Telegram? Можно ли сгенерировать просто так N токенов, а потом сказать массовому пользователю, что один стоит X, покупайте? Если привязать токен к чему-то (доллар, евро, корзина валют, плата за услуги Telegram, обязательство Telegram выкупать по растущей цене, доля в Telegram), то токен получает экономический смысл, напоминает ценную бумагу. Но тогда и массового хомяка надурить не получится. Токен без привязки к реальному миру — чисто спекулятивный инструмент, на цену которого будет оказывать влияние сначала жадность, боязнь упустить новую возможность разбогатеть. Хомяки быстро разгонят цену вверх. Ну, а потом, когда цена вырастет в 10—50 раз, крупные инвесторы захотят потихоньку фиксировать прибыль. В игру вступит страх. Потом будет пик цены и обвал».
Во второй итерации история повторилась: приближённые снова получили шанс войти раньше толпы. Системе, в которой слишком велика роль инсайдеров, массовый покупатель верить не хочет.
В первом квартале 2026 года TON остановил падение на уровне 1,2 доллара — на 85 процентов меньше пиков 2024 года. Это не означает, что он не может вырасти, однако обвал высветил фундаментальные проблемы данной крипты.
Разочарование, впрочем, ждало всех, кто верил в альтсезон. Вместо мощного роста они получили даже не стагнацию, а свободное падение. Многие топовые альтко•ны показали не рост, а просадку на 40—60 процентов от локальных пиков. «Хомяки» остались с токенами, купленными на хайпе, и мечтают хотя бы выйти в безубыток.
Во втором эшелоне крипторынка вместо альтсезона вообще произошло обнуление. Модная некогда монета Celsius (CEL) с максимума в 8 долларов ушла на уровень 2 центов. Axie Infinity (AXS) в пике доходил до 164 долларов, а теперь стоит чуть больше доллара. The Sandbox (SAND): исторический максимум — около 8,4 доллара, теперь цена измеряется примерно теми же числами, но уже в центах. Наконец, икона 2021 года — Internet Computer (ICP): минус 99,6 процента.
Вот так альтсезон оборачивается обнулением: актив ещё торгуется, график рисуется, в чатах вспыхивает надежда, но минус 99 процентов — это приговор. Чтобы отыграться, нужен рост в 100 раз.
Держателям токенов эфириума (ETH) грустно: в середине 2026 года они стоят примерно как 5 лет назад. В большом плюсе только немногочисленные ранние покупатели.
Игра «Hamster Kombat», где «тапали» хомяка, стала ещё одним напоминанием о том, что жадность в совокупности с глупостью к богатству не ведут. На фото: объявление о поиске сотрудников в магазин «Красное и белое».
Hamster, Catizen, TapSwap… Судьба у токенов, выпускаемых по игровым механикам в Telegram на блокчейне TON, всегда прогнозируемая. Немного продержалась только монета Notcoin.
Первую попытку выпуска токенов Telegram предотвратил американский регулятор в 2019 году. Схема крупных покупателей, которым токены достаются дёшево, создавала огромные риски для массовых инвесторов. Эти риски реализовались во второй попытке: люди накупили токенов, после чего они упали в несколько раз.
Для обмана мошенники используют SYBIL (один человек или бот изображает толпу участников; название идёт от фильма «Sybil» про множественную личность); BORIS (так называют актёра, изображающего директора криптопроекта, зачастую со славянским акцентом); SHILL (агрессивное навязывание токена через вхождение в доверие). Заканчивается всё REKT — сленг от английского wrecked, то есть «разбит», «разорён», «уничтожен».
Waves — один из немногих российских блокчейнов с репутацией фундаментального. Его нельзя назвать мошенничеством. Тем не менее, большинство покупателей потеряло на нём деньги. В начале 2022 года цена токена превышала 40 долларов. С тех пор он упал в сотню раз.
18 октября 2022 года. Фотографирую в аэропорту Рима рекламу Stellar — одного из самых признанных альтко•нов. Судя по графику в форме пилы, в игре на повышение монеты погребены капиталы множества мечтателей.
На графике показана точка, когда рынок ждал роста токена XRP в силу ряда объективных и сильных факторов. Именно в этот момент я стал свидетелем разговора семейной пары, которая поставила свои деньги на рост токена.