Я уставилась в экран телефона, где высвечивался незнакомый номер. Сергей, бросив взгляд на дисплей, нахмурился и подтвердил, кивнув головой: мол да, это Марина. Внутри всё сжалось, как будто кто-то сдавил лёгкие. После разговора с Сашей, его обещаний и раскаяний, звонок Марины был для меня неожиданным. Что ей нужно? Очередная попытка манипулировать? Угрожать? Я колебалась, но любопытство и желание поставить точку пересилили. Катя, сидевшая напротив за кухонным столом, покачала головой, её глаза пылали гневом:

— Не бери трубку, Ника. Пусть катится к чёрту!

Но я уже нажала на зелёную кнопку, чувствуя, как сердце бьётся где-то в горле.

— Алло, — мой голос прозвучал холодно, почти металлически, с лёгкой насмешкой, которую я не смогла сдержать.

На том конце раздался знакомый хрипловатый голос Марины, пропитанный ядом и высокомерием.

— Ника, добрый вечер, — начала она, растягивая слова, будто смаковала каждую букву. — Честно, не думала, что ты осмелишься ответить.

Я сжала телефон так сильно, что костяшки побелели, но заставила себя дышать ровно. Катя и Сергей напряжённо смотрели на меня, готовые в любой момент вмешаться.

— О, Марина, какая честь, — ответила я, добавив в голос толику сарказма. — Ты решила устроить вечер откровений? Говори, чего хочешь. Только, знаешь, покороче — у меня тут чай стынет.

Она рассмеялась, её смех был резким, отрывистым.

— Как мило, Ника. Всё такая же правильная, да? Доктор в белом халате, спасительница мира. А теперь ещё и будущая мамочка, верно?

Я замерла. Откуда она знает? Мой взгляд метнулся к Кате, но та лишь нахмурилась, явно не понимая, о чём речь. Паника кольнула, но я тут же подавила её, не давая Марине шанса почувствовать мою слабость.

— Ого, Марина, ты теперь сплетни собираешь? — я усмехнулась, стараясь, чтобы голос звучал легко. — Бедняжка, неужели так скучно живётся?

Марина фыркнула, но в её тоне уже чувствовалась лёгкая злость.

— Не прикидывайся, Ника. Ты, видимо, забыла, что мы работали в одной больнице, и у меня там остались подруги. Так вот, одна из них видела, как ты выходила из кабинета УЗИ, вся такая… сияющая. Второй месяц, да? Поздравляю, дорогая. Хотя, — она сделала паузу, словно наслаждаясь моментом, — ребёнок-то от Саши, верно? От того самого Саши, который два года спал со мной за твоей спиной, пока ты строила из себя идеальную жену.

Я почувствовала, как кровь отхлынула от лица, но сжала челюсти, не позволяя эмоциям вырваться наружу. Катя шагнула ближе, её кулаки сжались, но я жестом остановила её.

Её дыхание на том конце стало тяжелее, почти шипящим.

— Ты правда думаешь, что он твой? — её голос стал резче, с ноткой отчаяния. — Саша выгнал меня, потому что хочет вернуть тебя, Ника. Он струсил. Его отец, прямо сказал, что за сына его больше не считает, и примет его обратно только в том случае, если Саша восстановит то, что разрушил. А ты… ты веришь его соплям про любовь и семью? Беременная дурочка, которая думает, что ребёнок всё исправит!

Я глубоко вдохнула, стараясь удержать эмоции под контролем. Марина продолжала сыпать словами, каждое из которых было пропитано злобой, но я уже знала, как отвечать. Её голос дрожал от едва сдерживаемой ярости, но я не собиралась давать ей того, чего она так отчаянно добивалась — моей растерянности.

— Знаешь, Марина, — начала я, сохраняя в голосе холодную иронию, — ты так стараешься меня задеть, что даже как-то жалко тебя становится. Ты звонишь не потому, что тебе есть что сказать. Ты звонишь, потому что осталась одна. Совсем одна. Саша тебя выгнал, и не надо делать вид, что это было твоё решение. А я? Я не собираюсь возвращаться к нему, так что свои фантазии про мою семью с Сашей можешь оставить при себе.

На том конце линии повисла тишина, но я слышала её тяжёлое дыхание. Я знала, что попала в точку. Катя, стоявшая рядом, одобрительно кивнула, её глаза сверкнули, а Сергей слегка улыбнулся, словно подбадривая меня продолжать.

— И что там насчёт Сергея? — продолжила я, добавив в голос ещё больше насмешки. — Думала, он примет тебя обратно? Ой, Марина, как же ты ошиблась. Он любит другую, и ты это знаешь. Ты никому не нужна, и это тебя бесит. Вот ты и сидишь, обзваниваешь всех, чтобы хоть как-то почувствовать себя значимой. Но знаешь что? Это не работает.

Марина резко выдохнула, и я почти представила, как её лицо искажается от злости. Её голос стал ниже, почти угрожающим, но в нём чувствовалась трещина — отчаяние, которое она так старалась скрыть.

— Ты думаешь, что такая умная, Ника? — прошипела она. — Думаешь, я просто так это оставлю? Ты правда думаешь, что всё так просто закончится? Я тебе обещаю, Ника, ты ещё пожалеешь. Я найду способ, и ты узнаешь, каково это — потерять всё.

Я закатила глаза, хотя она и не могла этого видеть. Её угрозы звучали, зловеще, и я понимала, Марина не из тех, кто просто так сдаётся. Она была змеёй, которая ждёт подходящего момента, чтобы ужалить. Но я не собиралась показывать ей свой страх.

— Решила мне угрожать, Марина? — я рассмеялась, и мой смех был холодным, как лёд. — Это всё, на что ты способна? Иди, поплачь в подушку, может, полегчает. А теперь извини, мой чай действительно стынет.

Я сбросила вызов, не дав ей ответить. Телефон лёг на стол с тихим стуком, а я почувствовала, как напряжение медленно отпускает. Катя тут же подскочила ко мне, её глаза сияли от восторга.

— Ника, это было эпично! — воскликнула она, хлопнув меня по плечу. — Ты её просто размазала!

Сергей, всё ещё хмурясь, но уже с лёгкой улыбкой, кивнул.

— Ты молодец, Ника. Но будь осторожна. Марина не из тех, кто просто так отступает.

Я кивнула, чувствуя, как внутри кровь кипит от адреналина. Мои пальцы всё ещё сжимали телефон, а сердце колотилось, будто я пробежала марафон. Катя заметила моё состояние и тут же нахмурилась.

— Ника, ты в порядке? — спросила она, её голос стал мягче. — Ты вся дрожишь.

Я попыталась улыбнуться, но вышла только слабая гримаса.

— Да, нормально. Просто… она знает про ребёнка. Это меня выбило из колеи.

Катя сжала моё плечо, её взгляд стал твёрдым, но тёплым.

— Слушай, Ника, ты не одна. Мы с тобой. И если эта змея ещё раз сунется, я лично ей голову оторву.

Я невольно рассмеялась, и напряжение чуть ослабло. Сергей молча налил мне новый чай, поставив дымящуюся кружку передо мной.

— Катя права, — сказал он тихо. — Ты справишься, главное, не позволяй ей залезть тебе в голову.

Я кивнула, но внутри всё ещё бурлили эмоции. Катя, будто почувствовав, что мне нужно отвлечься, решительно заявила:

— Знаешь что? Я остаюсь у тебя ночевать. Ника, без возражений.

Я хотела возразить, но её решительный взгляд заставил меня только улыбнуться.

— Ладно, — согласилась я.

Катя проводила Сергея до двери и вернулась в комнату.

Мы засиделись до поздней ночи, пили чай и разговаривали. Развалившись на диване, она рассказывала очередную историю из своей жизни, размахивая руками, а я, завернувшись в плед, слушала и смеялась. Впервые за вечер я почувствовала, что могу дышать свободно.

Когда часы пробили два часа ночи, Катя вдруг замолчала, её взгляд стал серьёзнее.

— Ника, я тебе не рассказывала, но… — она замялась, глядя на пустой бокал в своей руке. — После развода Сергея с Мариной… мы с ним решили пожениться.

Я замерла, глядя на неё.

— Серьёзно? — выдохнула я, чувствуя, как улыбка расползается по лицу. — Катя, это же… это потрясающе!

Она смущённо улыбнулась, её щёки слегка порозовели.

— Я так счастлива, Ника. Сергей… он не такой, как Саша. Он настоящий.

Я наклонилась и обняла её, чувствуя, как тепло разливается в груди.

— Я так за вас рада, — прошептала я. — Вы заслуживаете этого счастья.

Катя обняла меня в ответ, и мы ещё долго сидели, разговаривая о будущем, о планах, о том, как всё изменится. Марина и её угрозы казались теперь далёкими, почти незначительными. Я знала, что она ещё может попытаться что-то сделать, но с Катей и Сергеем рядом я чувствовала себя сильнее.

— Ника, ты в порядке? — спросила она, её голос стал мягче. — Ты вся дрожишь.

Я попыталась улыбнуться, но вышла только слабая гримаса.

— Да, нормально. Просто… она знает про ребёнка. Это меня выбило из колеи.

Катя сжала моё плечо, её взгляд стал твёрдым, но тёплым.

— Слушай, Ника, ты не одна. Мы с тобой. И если эта змея ещё раз сунется, я лично ей голову оторву.

Я невольно рассмеялась, и напряжение чуть ослабло. Сергей молча налил мне новый чай, поставив дымящуюся кружку передо мной.

— Катя права, — сказал он тихо. — Ты справишься, главное, не позволяй ей залезть тебе в голову.

Я кивнула, но внутри всё ещё бурлили эмоции. Катя, будто почувствовав, что мне нужно отвлечься, решительно заявила:

— Знаешь что? Я остаюсь у тебя ночевать. Ника, без возражений.

Я хотела возразить, но её решительный взгляд заставил меня только улыбнуться.

— Ладно, — согласилась я.

Катя проводила Сергея до двери и вернулась в комнату.

Мы засиделись до поздней ночи, пили чай и разговаривали. Развалившись на диване, она рассказывала очередную историю из своей жизни, размахивая руками, а я, завернувшись в плед, слушала и смеялась. Впервые за вечер я почувствовала, что могу дышать свободно.

Когда часы пробили два часа ночи, Катя вдруг замолчала, её взгляд стал серьёзнее.

— Ника, я тебе не рассказывала, но… — она замялась, глядя на пустой бокал в своей руке. — После развода Сергея с Мариной… мы с ним решили пожениться.

Я замерла, глядя на неё.

— Серьёзно? — выдохнула я, чувствуя, как улыбка расползается по лицу. — Катя, это же… это потрясающе!

Она смущённо улыбнулась, её щёки слегка порозовели.

— Я так счастлива, Ника. Сергей… он не такой, как Саша. Он настоящий.

Я наклонилась и обняла её, чувствуя, как тепло разливается в груди.

— Я так за вас рада, — прошептала я. — Вы заслуживаете этого счастья.

Катя обняла меня в ответ, и мы ещё долго сидели, разговаривая о будущем, о планах, о том, как всё изменится. Марина и её угрозы казались теперь далёкими, почти незначительными. Я знала, что она ещё может попытаться что-то сделать, но с Катей и Сергеем рядом я чувствовала себя сильнее.