Помните историю с резиновыми сапогами, которые попросила мать братьев у полицая? Так вот, спустя какое-то время на том же месте, у мельничного ручья на один из стоящих вокруг кольев была водружена его голова, отделенная от туловища. «Зусь отрубил ему голову топором, – рассказывал Арон. – Я все помню так, словно это было вчера, я находился рядом. Он отсек ему голову одним ударом».
Братья нагоняли страху на окрестных крестьян – те должны были понимать, что лишатся жизни, если вздумают донести на лесных евреев. В марте 1943 года продовольственная группа из отряда (10 человек) заночевала на хуторе у человека по фамилии Белоус. Пока все спали, хозяин отправил 15-летнего сына в Новогрудок передать другому сыну, служившему в жандармерии, что в его доме евреи. Наутро полицаи и немцы окружили хутор и перебили всех партизан. А Авраама Полянского, который спрятался под печкой, где зимой обычно держали кур, зарубил топором сам хозяин, когда тот вылез наружу после отъезда немцев. Это выяснилось позже, когда, не дождавшись возвращения группы, Тувья направил разведчиков для выяснения обстоятельств ее гибели. Те нашли в кармане пиджака Белоуса благодарственное письмо, подписанное гебитскомиссаром, где было сказано о выдаче ему за донос 50 марок. Асаэль, возглавлявший группу, приказал расстрелять всех членов семьи Белоусов, отпустив только невестку, – та была другой крови, к тому же Бельские всегда оставляли одного свидетеля. Дом подожгли, оставив записку, где подобная участь обещалась всем предателям.
Бельские не забывали и не прощали ничего. Забегу вперед, в начало нового века, когда их потомки стали приезжать на родину предков. «Мой отец бы сюда никогда не приехал, даже если бы был жив», – услышала от сына Зуся Бельского Тамара Вершицкая. И в ответ на ее молчаливый вопрос пояснил: «Он убил здесь слишком много людей».
Там же, в доме Белоуса, погиб Лазарь, муж их двоюродной сестры Зельды, они оба бежали из новогрудского гетто. Зельда после войны вновь выйдет замуж, родит трех дочерей и увезет их в Австралию.
В декабре 1942 года крестьяне пожаловались Тувье на группу евреев, прятавшихся на хуторе возле деревни Обельковичи и грабивших местных жителей. Тувья вместе с братьями и еще несколькими партизанами отправился туда, преодолев на лошадях около 50 километров. Выяснилось, во главе группы стоит Израиль Кеслер, конокрад из деревни Налибоки, проведший 6 лет в польской тюрьме. Уговоры оставить крестьян в покое и присоединиться к Бельским продолжались несколько дней, сопровождаясь обильной выпивкой. Кеслер с трудом согласился, но только после того, как расправится с начальником «самааховы» (польской самообороны) в деревне Обельковичи, известного тем, что охотился на прятавшихся в лесу евреев.
Тувья решил к нему присоединиться, и партизаны, под видом полицейских в красных нарукавных повязках с черными свастиками, вошли в дом «охотника за евреями». Вот как описывается этот эпизод в книге «Братья Бельские». «Песах Фридберг (тот самый, который поначалу никак не мог оседлать коня, – Л. С.) присел на кровать рядом с белорусом. Ну, как дела? – спросил он. – Живы будем, не помрем, всех жидов мы перебьем, – ответил хозяин. – Ты знаешь, кто я? – спросил Песах, который больше не мог сдерживаться. – Кто? – Я еврей. – Он ударил человека наотмашь по лицу. Остальные последовали его примеру, с криком “Я еврей” нанося удары хозяину. Затем, как вспоминал Тувья, начался “кровавый концерт”… Мы не пощадили даже их кошку и собаку».
«У начальника “самааховы” была большая семья, 14 человек, – пишет Арон в своих мемуарах. – В ту ночь они не оставили в живых ни одного, а дом подожгли».
После этого Кеслер передислоцировался поближе к отряду Бельских, однако никак не хотел признавать себя его частью. «Он был возмутителем спокойствия, который явно видел себя на месте командира отряда», – пишет Джек Каган в своих воспоминаниях. К тому же Кеслер писал на Тувью жалобы в партизанский штаб, обвиняя того в присвоении золота. Узнав об этом, 6 февраля 1944 года Асаэль Бельский застрелил Кеслера. По некоторым сведениям, он сделал это после заседания партизанского суда, вынесшего ему смертный приговор за самовольное оставление лагеря.