В воскресенье, в десять утра, Хэ Цзинъи пришла в центр занятости в надежде найти подработку. Она просидела там до двух часов дня, но подходящей вакансии так и не подвернулось. Работадателей не устраивало то образование, то опыт работы, то график.

В ночные клубы и гостиницы требовались молоденькие девушки ее возраста, но Хэ Цзинъи не решалась откликаться на такие предложения. Она боялась столкнуться с чем-то непристойным и еще не настолько отчаялась, чтобы зарабатывать любым доступным способом.

Желудок сводило от голода, в животе урчало. После вчерашнего похода в супермаркет у нее осталось всего два юаня – это были ее последние деньги. Она подумала о еде, но что можно позволить себе на пару юаней?

Ничего не поделаешь, придется идти домой. Там оставалось немного риса и еще кое-что из съестного. Хэ Цзинъи прикинула, что на следующей неделе придется переступить через себя и занять у одногруппников, чтобы хоть как-то протянуть.

На автобус она решила не тратиться и пошла пешком. На улице, где находился центр занятости, было много антикварных лавок. Проходя мимо одной из них, девушка вдруг остановилась. Ее внимание привлекла старинная медная монета, лежавшая в витрине. На ней были выгравированы четыре иероглифа – девиз правления[23] минского императора Чжу Юньвэня[24].

Обычно Хэ Цзинъи не интересовалась антиквариатом, считая его забавой богачей и чем-то совершенно чуждым таким беднякам, как она. Но сегодня эта монета почему-то приковала ее взгляд. Она сама не могла объяснить почему.

Пройдет много времени, прежде чем Хэ Цзинъи вспомнит этот день. Тогда она решит, что все было предначертано судьбой.

Хозяин лавки, мужчина за сорок, заметил стоящую у витрины девушку и обратился к ней:

– У вас хороший вкус, барышня. Это монета времен императора Чжу Юньвэня – самая дорогая в моем магазине.

Хэ Цзинъи удивленно спросила:

– Правда? И сколько же она стоит?

Владелец лавки показал пять пальцев.

– Пятьсот?

– Какой там… Пять тысяч, – засмеялся мужчина.

– Так дорого?

– Поверьте, через несколько лет она будет стоить еще дороже.

– Кто станет платить за нее такие деньги?

– Коллекционеры. Этой монете несколько сотен лет, у нее есть история и культурная ценность. – Поскольку торговля шла слабо, хозяин явно радовался возможности поговорить. – Знаешь, почему она такая редкая? Чжу Юньвэнь был внуком Чжу Юаньчжана[25] и вторым императором династии Мин, но правил он всего три года, пока трон не захватил Чжу Ди[26]. Чтобы стереть из истории память о своем узурпаторстве, Чжу Ди приказал уничтожить все предметы с девизом правления Чжу Юньвэня. Все медные и железные предметы переплавили, поэтому уцелевшие монеты – большая редкость.

Хэ Цзинъи кивнула, чувствуя, что действительно узнала много нового.

То ли девушка ему приглянулась, то ли он просто хотел похвастаться, но хозяин достал монету из витрины и протянул ей:

– На, рассмотри поближе.

Девушка осторожно взяла монету.

– Какой у нее был номинал в те времена?

– Так древние монеты не оценивают, – рассмеялся мужчина. – Тогда она, возможно, была самой мелкой и равнялась пяти современным мао. Но с годами ее ценность выросла.

У Хэ Цзинъи при себе как раз была монета в пять мао. Она посмотрела сначала на нее, потом на старинную монету и пробормотала себе под нос:

– Может, через тысячи лет и эти пять мао будут стоить целое состояние…

– А то, – улыбнулся хозяин. – Современные монеты тоже станут раритетами. Только этот день увидят правнуки наших правнуков.

Хэ Цзинъи улыбнулась, вернула монету и с горечью взглянула на свои пять мао.

«Вот бы она была сейчас такой же дорогой, как и старинная…»

Девушка тяжко вздохнула, зная, что это невозможно, положила монету обратно в карман и покинула магазин.

Вскоре она почувствовала, как во рту пересохло, а в горле першит. Прошло больше четырех часов с тех пор, как она пила, и жажда стала нестерпимой. Девушка зашла в маленькую лавку купить самую дешевую бутылку воды.

Выбрав минералку за один юань, Хэ Цзинъи достала деньги и остолбенела.

Монета в пять мао исчезла, а на ее месте появилась медная монета времен династии Мин с отчеканенными на ней четырьмя иероглифами – девизом правления Чжу Юаньчжана.

Цзинъи растерялась.

«Как так получилось? Неужели я по ошибке отдала хозяину лавки свои пять мао?»

Она тут же бросилась обратно, забыв, что хотела пить.

Через несколько минут девушка, задыхаясь, вбежала в магазин:

– Простите, я, кажется, случайно унесла вашу монету… Извините, мне так неловко…

Мужчина удивленно посмотрел на нее:

– Вовсе нет. Разве ты не вернула ее? Взгляни, она вот там, на прежнем месте.

Монета и правда лежала в витрине.

Хэ Цзинъи застыла, нащупала в кармане точно такую же монету и окончательно потеряла дар речи.

«Как это возможно?»

Спустя несколько секунд ее осенило.

«Вот оно что… Значит, моя сверхспособность – управление деньгами?»

Она уставилась на монету в своей руке.

«Я не способна создавать деньги из ничего или покупать вещи дешевле их реальной стоимости, но могу менять вид, форму и номинал!»

В этот момент хозяин заметил монету Цзинъи.

– Ничего себе. У тебя была такая же? Дай-ка взглянуть.

Мужчина надел очки, достал лупу и несколько минут изучал монету.

– Подлинная. Удивительно… – Внезапно он рассмеялся, видимо догадавшись о чем-то.

Хозяин магазина сжал монету в кулаке и несколько раз покрутил им вверх-вниз. Похоже, происходящее его весьма забавляло. Хэ Цзинъи неловко улыбнулась в ответ.

– Барышня, хочешь ее продать?

Девушка оцепенела, но после минутного колебания кивнула.

– А ты не промах, – восхитился мужчина. – Сначала заставила меня выложить все карты на стол, и теперь знаешь, как обстоят дела на рынке.

– Нет, что вы, я…

– Не оправдывайся, мне нравится иметь дело с умными людьми. Давай так. За свою я прошу пять тысяч. За эту дам тебе четыре с половиной. Согласна?

Хэ Цзинъи не верила своим ушам. Монета в пять мао превратилась в четыре с половиной тысячи юаней.

– Если не хочешь – дело твое, – пожал плечами мужчина.

– Нет-нет, я согласна! Четыре с половиной тысячи вполне достаточно.

Он отсчитал сорок пять купюр по сто юаней и передал ей.

– Пересчитай. Если сумма верная, то по рукам. Монета остается у меня. Только не пожалей об этом.

– По рукам.

Она не стала пересчитывать деньги, а просто убрала их в карман и покинула магазин.

Выйдя на улицу, девушка почувствовала, что сердце колотится так, будто вот-вот выпрыгнет из груди. Она ничего не украла, но совесть все равно мучила – случившееся казалось ей сном. Ни с чем не сравнимым, прекрасным сном. Цзинъи не вынимала руки из карманов: пачка купюр приносила ей странное, сладостное чувство удовлетворения.

«С такой силой я смогу превратить любые монеты в старинные. Наша семья больше никогда не будет нуждаться в деньгах!»

Она вдруг остановилась.

«Если я способна менять номинал денег, зачем вообще заморачиваться?»

Хэ Цзинъи решила провести эксперимент, и рядом как раз кстати оказался общественный туалет. Она зашла в кабинку, достала монету в один юань, сжала ее в кулаке и подумала: «Превратись в доллар».

Разжав ладонь, она увидела зеленую банкноту. Несмотря на то что девушка никогда раньше не держала в руках доллары, надпись на английском языке и портрет Джорджа Вашингтона говорили сами за себя.

Голова пульсировала. Цзинъи совершенно забыла о предстоящей кровавой битве. Сейчас все ее мысли были только о том, как бы поскорее купить еды и наесться досыта вместе с матерью. С сегодняшнего дня они попрощаются с нищетой.

В тот момент она еще не знала, что ее способность только пробудилась и показала лишь малую часть своего потенциала. В будущем власть Хэ Цзинъи над деньгами станет по-настоящему ужасающей.