Амели.

Остаток вечера и всю ночь, проспала как младенец. Майя мне больше не снилась. А ощущение энергетики Лукаса рядом давало возможность расслабиться. Уверена, что кроме Тони к нему никто незамеченным не подкрадется, а Тони больше не вернется, в этом я так же уверена.

Лежа на правом боку, открываю глаза и первое, что вижу — это профиль Лукаса, который сидит в кресле возле кровати. Он спал вообще? Некоторое время просто разглядываю его и понимаю, что никого кроме своего телохранителя не хотела бы сейчас видеть. Неожиданно он улыбается и не смотря на меня говорит:

— Ты видела меня сотни раз, заметила что-то новое?

Слегка улыбаюсь и оглядываю его ещё раз. Короткие черные волосы, длинные ресницы (вижу их даже с такого расстояния), слегка неровный нос (может его ломали?), четко очерченные губы.

— Возможно. — хрипло отвечаю я, и он оборачивается ко мне.

Вижу, что Лукас хочет что-то сказать, и уже собираюсь подтолкнуть его к этому, как по дому разносится женский крик. Меня навестила мама Майи и по совместительству мой доктор. Голос Миранды я узнаю из сотни других. Быстро сажусь на кровати, а Лукас пулей вылетает за дверь и останавливает разбушевавшуюся женщину. Через минуту до меня доносится её ругань с отборным матом и усмиряющие слова Лукаса.

А я что, прячусь получается? Встаю с кровати и, не приводя себя в порядок, выхожу из комнаты. При виде меня лицо Миранды становится пунцовым:

— Ты! Это ты что-то сделала с моей девочкой! Она пропала! И виновата в этом ты! — она кричит на весь дом. Но даже не представляет, насколько близка к истине. Именно по моей вине Майя больше не вернется домой. — Если ты не скажешь мне, где она, я расскажу Боа всю правду! Я думала мы договорились! А ты что, взревновала? Захотела его себе? Куда ты дела Майю?

Бросаю взгляд на Лукаса, который стоит между нами, и наблюдаю, как он, поймав мои растерянные глаза, отрицательно качает головой. Я никогда никому не скажу, что сделала. Тем более матери, которая разорвет меня на части, за своего ребенка. Мне не удастся убедить её в том, что это была самозащита. Да ей будет просто плевать. Факт останется фактом, и вводные не будут иметь должного веса. Мысль о том, что Боа узнает правду, скручивает все внутренности. Он либо убьет меня, либо возобновит попытки завести ребенка. Не знаю, что из этого хуже.

Я пыталась вразумить кричащую женщину, но она и слушать меня не хотела. Через час криков доктора, я попросила Лукаса увести её и больше не пускать в дом. Она продолжала кричать, даже когда Лукас выставил её за дверь и потащил по городу в сторону её жилья. Последние слова, которые долетели до моего слуха и заставили нервничать с новой силой, были: "Уж поверь мне, если моя дочь не появится до возвращения Боа, я расскажу ему всё, терять мне нечего!"

Но она ошибается, нам всем есть что терять. И если она думает, что наказание последует только для меня, то глубоко заблуждается, мой муж не потерпит интриг за своей спиной. Ни от кого.

Последние крики затихли, отправляюсь в комнату и привожу себя в порядок. Быстро принимаю душ, сушу волосы и одеваюсь, прикрыв искусанные руки, которые уже начали заживать. Всё это время меня не отпускает мысль о том, что Миранда всё расскажет. Нужно что-то решать, а в этом городе у меня только один союзник, которому я могу поведать правду. Возвращаюсь в комнату, в которой проснулась и жду Лукаса. Не могу придумать, что делать в этой ситуации. Решаю рассказать ему всё. Лукас и так знаком со всеми моими скелетами в шкафу, так что, думаю, данная ложь его не так удивит.

Спустя тридцать минут он всё же возвращается и застает меня за хождением по комнате из стороны в сторону.

— Она успокоилась? — первым делом спрашиваю я.

— Кричала всю дорогу до дома. Обозвала меня и заперлась.

Успокаиваю дыхание и говорю:

— Лукас, она погубит меня.

— Каким образом?

— Боа думает, что я беременна. Но это не так. Я подкупила мать Майи, обещала не претендовать на Боа, а взамен попросила её лгать. Отдала ей кучу драгоценностей и обещание того, что Майе ничего не угрожает с моей стороны. А сейчас она говорит, что расскажет всё Боа.

По выражению лица Лукаса я не могу судить, что он думает по этому поводу, но он сразу же предлагает выход.

— Выкидыш.

— Я думала об этом, но… — отвожу взгляд в сторону. — Это не выход. Мне нужен другой врач, который подтвердит факт беременности и скажет Боа, что ко мне нельзя прикасаться… какое-то время. Потом я что-то придумаю.

— Я всё улажу. Не покидай дом без меня.

Лукас уходит, и я снова остаюсь одна. Непривычная легкость на запястье заставляет вспомнить о разговоре с Тони. Даже мысли о нем заставляют губы изгибаться в улыбке. Друг. Я так сказала.

До самого вечера Лукас так и не вернулся. Ловлю себя на мысли, что переживаю за него. Глупость какая-то. Он точно сможет о себе позаботиться. Ложусь на кровать и незаметно для себя проваливаюсь в сон.

Последнее время меня неотступно преследует усталость и сонное состояние. Видимо стресс так влияет на организм.