Амели.

Несмотря на то, что в кузове машины очень темно, всё же я могу разглядеть удивленное лицо Лукаса. Я удивлена не меньше него. Что он тут делает?

Тело медленно погружается в золотое зерно, и из-за этого на мгновение я теряю равновесие. Отступаю на шаг назад, перехватываю пистолет поудобнее и шепотом спрашиваю:

— Что ты здесь делаешь?

— Зерно охраняю. — говорит мне… это не Лукас. Это до неприличия похожий на него парень, только на пару лет моложе. Брат?

— Куда везут это зерно? — задаю следующий вопрос. От понимания того, что это не Лукас мне становится легче. Не уверена, что смогла бы применить оружие против него.

— В Скалу. М-может уберешь пистолет? — испуганно спрашивает собеседник и немного пятится назад. Дальше продолжает более громким шёпотом. — Парень, я тебя вообще не знаю. Проблемы мне ни к чему и…

— Хорошо. — перебиваю его и медленно опускаю оружие вниз.

Я выбралась.

В какой-то степени мне даже не верится в это. Я, слабая и никчёмная, смогла одолеть Боа и вытащить себя из места, которое наполняет меня хронической внутренней болью. К тому же, в ночное время я оказалась в машине, а не одна в чаще леса. Фортуна благоволит мне.

Парень похожий на Лукаса старается отодвинуться от меня как можно дальше, но зерно не способствует ему в этом. Молчу, но не свожу с него напряженного взгляда.

Всего одно мгновение, и я понимаю, он что-то задумал. Его глаза расширяются, а правая рука ускользает за пояс бесформенных штанов. Пистолет? Нож? Что там у него?

Странное шипение разносится по кузову, и я вижу, как мальчишка подносит к губам прямоугольный черный предмет и кричит:

— В машине посторонний!

Вот чёрт! Дальше всё происходит невероятно быстро. Не успеваю даже подумать о том, что я в силах предпринять. Поднимаюсь на ноги, снова направляю пистолет на парня, он же ложится на гору зерна и прикрывает голову руками, но рацию не отпускает. Ноги медленно проваливаются в зерно, и это значительно замедляет движение. Я неумолимо отступаю ближе к краю, перегибаюсь через борт и выдергиваю один засов.

— Эй, ты что творишь? — в шоке парень забывает, что у меня пистолет, неуклюже поднимается на ноги и делает шаг ко мне.

— Стоять! — кричу я, иду к другому краю и выдергиваю второй штырь.

В эту же секунду меня выносит волной зерна за пределы кузова. Приземление оказывается не таким уж жестким, как я предполагала. Дыхание сбивается от переизбытка адреналина. Сейчас меня либо поймают, либо убьют. Знаю, что в кабине находится как минимум три вооруженных человека, эта информация заставляет меня морально собраться. Мне не на кого положиться. У меня есть только я. Наблюдаю, как в паре метров лже-Лукас встает на ноги и выпучив глаза ищет потерянную рацию. Но она ему больше не нужна, машина останавливается. Поднимаюсь на ноги, хватаю рюкзак и сломя голову бегу в лес. Город ещё слишком близко, мы всего сотню метров проехали по лесу.

Выстрелы позади меня заставляют пригнуться и спрятаться за деревом. Ого! Да я словно… храбрая. Биение сердца отдает где-то в районе горла. Выстрелы приближаются. Что делать? Что делать-то?! Выставляю руку из-за дерева и стреляю наугад. Попала? Не попала?

— Он там! — кричит мужской голос.

Вот дура! Я выдала себя! Бесполезной тратой патронов, я показала им своё местоположение.

Выбора нет, нужно уносить ноги и как можно быстрее. Пригибаюсь и бегу вглубь леса. Темно. Скорее всего прохладно, но я вся вспотела и не чувствую холода. Мне жарко, пот выступил на лице. Горло горит от частого дыхания, а тело немеет от неудобной позы. Ветки больно бьют по лицу.

Бегу. Дальше и дальше.

Постепенно голоса и выстрелы остаются позади. Кажется, оторвалась. Не сбавляю темпа, но позволяю себе выпрямиться и перехватить рюкзак поудобнее. Бегу и бегу. Пока легкие не начинают плавиться, а ноги гудеть от непривычного напряжения.

Останавливаюсь. Прислушиваюсь — тихо. Лишь ночной шорох леса окружает "одинокую персону девушки в обличии мальчика". Я не думаю, что люди из машины будут преследовать меня. У них дела поважнее — нужно собрать зерно, которое в наше время дороже любых богатств. И уж тем более дороже бродячего мальчишки.

Отдышавшись, начинаю медленное движение… не знаю куда, но главное, как можно дальше от Флэнтона. В голове возникает образ парня, которого я приняла за Лукаса, наверное, это его брат. Мы никогда не говорили о родственниках, поэтому я вообще не знаю ничего о странном человеке, который охранял меня. Иногда я задавала вопросы, которые в итоге помогли мне сбежать, а он отвечал. Ни больше, ни меньше.

Дыхание полностью пришло в норму, а вот ноги до сих пор гудят. Но на лице впервые за долгое время появляется улыбка. Это непривычно. Теоретически, я могу остановиться и посмотреть на карту с помощью фонарика, который тоже у кого-то утащила, но боюсь того, что кто-то может заметить исходящий от него свет.

Кто-то… стоило мне об этом подумать, как мурашки табуном пробегают по позвоночнику и заставляют остановиться. Что-то не так.

Тихо. Слишком тихо. Я не слышу даже насекомых или… вообще никого. Кажется, что тихий ветерок и тот замер.

Хаотично бросаю взгляд из стороны в сторону. Деревья, высокая трава и…собака. Нет — не собака! Это койот. Он неотрывно смотрит… на меня, медленно поднимает переднюю правую лапу и переставляет её ближе ко мне. То же самое проделывает со второй. О, Боже! Я стараюсь не шевелиться, но левая нога без моего ведома отступает назад. Животное с великолепной грацией приближается ко мне, поднимаю пистолет и навожу его прямо на морду зверя. Но не могу выстрелить. Может он не набросится на меня? Оцениваю противника, койот меньше волка в размерах, в длину примерно метр, но весит он плюс-минус как я. У него стоячие уши и пушистый длинный хвост. Я даже могу разглядеть бурую окраску, крапленую черным и серым. Форма морды более вытянутая и острая, чем у волка, больше напоминает лисью.

Койоты редко забредают в леса, но этот здесь неспроста. По словам Лукаса, Аномальные и люди Флэнтона выловили большинство животных в округе, и данный луговой волк ищет пропитания. Он голоден. Очередной оскал показывает мне длину и остроту клыков зверя. Койот очень худой и… очень злой.

Делаю следующий шаг назад, не спуская взгляда с волка. Ветка под моими ногами хрустит. На это действие койот начинает лаять, как обычная собака, потом пригибает морду к земле и прыгает.

Нажимаю на курок, но пуля улетает в неизвестном направлении, а волк в прыжке валит меня на землю, прикрываю лицо рукой и его острые зубы впиваются в неё.

Я не могу закричать!

Снова, я не могу закричать! Шок сковал гортань. Рука расслабляется и пистолет падает на землю, пытаюсь столкнуть животное с себя, но его ведет голод. Клыки погружаются глубже в руку, и слезы боли выступают на глазах. Сжимаю зубы до скрипа и другой рукой пытаюсь добраться до глаз волка. Я не для этого сбегала из Флэнтона.

Животное начинает трепать мою руку из стороны в сторону, и тут мой крик разносится по округе. Слезы уже вовсю стекают по вискам и поливают землю подо мной. Пытаюсь ногами скинуть животное, но ничего не получается, он вцепился в меня мертвой хваткой.

Недалеко я ушла. Недолго прожила.

Вспоминаю про нож, который уже послужил мне сегодня, свободной рукой тянусь к нему (я примотала его тряпкой к ноге под штаниной у щиколотки), но в этот момент зверь отпускает мою руку и пытается укусить меня за горло. Подставляю обе руки, и его клыки впиваются в ту, что ранее была цела.

Очередной крик боли прорезает пространство. Я готова сдаться, лишь бы это прекратилось.

Хлопок. Ещё один. Скуление зверя, его клыки перестают сдавливать мою руку, а туша падает на меня. Моментально выбираюсь из-под животного, правой рукой, которая пострадала меньше, хватаю пистолет и встаю на ноги. Меня немного штормит, в глазах двоится, но я жива.

Но не благодаря себе! А кому тогда я этим обязана? Озираюсь по сторонам, но никого не вижу. От этого мне становится только страшнее, но самое удивительное то, что я не чувствую боли. Я и позабыла, что у меня руки покусаны койотом. Новый страх, заставляет забыть всё, что было до него, и погрузиться в новый ужас с головой.

— Амели, это я. — доносится голос со стороны, куда я сейчас смотрю.

— Лукас? — непонятно зачем переспрашиваю я, хотя и так узнала его голос.

— Да это я. Не стреляй.

Он медленно выходит из-за дерева, с поднятыми руками, в которых нет оружия.

— Как ты меня нашел? — спрашиваю и понимаю, что он вернет меня во Флэнтон.

— Ты залезла в машину с зерном, а внутри чисто случайно оказался мой брат. — он делает паузу и, кажется, слегка улыбается. — Он связался со мной по рации, сразу же после того, как какой-то сумасшедший парнишка вывалил машину зерна на дороге и сбежал.

— И?

— И я понял, что это ты.

Я вообще не очень понимаю, что сейчас происходит. Зачем он здесь? Как он понял, что мальчишка это я? И тут меня осеняет:

— Ты знал, что я собиралась бежать. — это не вопрос. Раньше я могла только догадываться, а сейчас это и дураку понятно.

— Знал. — спокойно отвечает он.

— Но не остановил.

— Не остановил.

Мы молча смотрим друг на друга. Понимаю, он хочет вернуть меня, но также я знаю, что не вернусь.

Живой не вернусь. Там меня все равно казнят за смерть Боа, так уж лучше здесь в лесу. Ведь на мои похороны при любом раскладе никто не придет. Это просто никому не нужно, мертвой я не представляю никакой ценности.

— Я не вернусь. — говорю шепотом и отступаю на шаг.

Луна выходит из-за туч, и сейчас я отчетливо вижу лицо Лукаса. Он печален. Ему действительно грустно, мне тоже. Но я не вернусь. Просто не могу. Зеленые глаза гипнотизируют меня, отвожу взгляд.

— Амели, ты должна…

— Нет. Ты не понимаешь! — перехожу я на крик. — Меня там убьют… за то, что я сделала.

Он делает шаг и протягивает ко мне руку ладонью вверх:

— Об этом никто не узнает.

— Что? Это невозможно! Я убила Боа, а главу города рано или поздно…

Лукас отрицательно качает головой и перебивает меня:

— Это был не Боа.

В голове происходит нечто странное, а точнее ничего. В данный момент там абсолютная пустота. Не Боа? Нет, это был он. Ключа кроме меня и него ни у кого не было.

— О чем ты говоришь? — спрашиваю я.

— В комнате был не Боа, а Майя.

Рука с пистолетом опускается, и я осаживаюсь на землю, прямо в кровь койота. Что он сказал? Майя? Боа жив. А я убила… не его.

— Этого не может быть. — говорю я сама себе.

Лукас каким-то образом оказывается возле меня, и садится на корточки.

— Сегодня днем, перед тем как мы ушли из дома, Майя и Боа поссорились, он наказал её и прогнал. Но она не из тех девушек, которые легко переживают отставку. — делает паузу, отводит от меня взгляд и продолжает. — Она выкрала у Боа ключ и пробралась в спальню, как я полагаю, она попала в комнату, которая должна была служить тебе мастерской. Майя дождалась, когда ты уснешь, а после этого видимо напала. Это всё я могу судить только по тому, что увидел в комнате.

Смотрю на него с сомнением:

— Что ты делал в моей комнате?

— Когда вернулся в холл, то не обнаружил полоски света под дверью.

Эти слова заставляют меня отвернуться, мне мерзко от того, что он знает мой позор. Он знает причину круглосуточного горения света в моей комнате. Он знает слишком многое. Перевожу тему разговора и возвращаю взгляд на Лукаса:

— Но она даже не кричала… она молчала, и я подумала… что это он.

— Она не смогла бы закричать.

— Она что…

— Боа разозлился, что она не может замолчать и перестать молить его о любви, которой он видимо не был заражен. Через десять минут после того, как мы ушли из дома, он приказал отрезать ей язык. Через пятнадцать минут это сделали.

— О, боже! — закрываю лицо руками и чувствую, как новые слезы начинают бежать по щекам. — Я убила её.

— Нет! Не говори так. Ты всё сделала правильно. А иначе она убила бы тебя.

Резко убираю руки от лица и смотрю на Лукаса:

— Тогда я точно не могу вернуться! Теперь он всё узнает и тогда… — мой язык не может повернуться и сказать то, что сейчас творится в моей голове.

— О чем узнает Боа? — напряженно спрашивает Лукас.

— Это не важно. Я не вернусь. — но это важно, если Боа жив, а Майя мертва, то Миранде больше нет смысла держать рот на замке. А следовательно, всё повторится. Он опять будет делать это. Нет! Не вернусь! Не могу! Нет!

Начинаю вставать, Лукас не препятствует этому. Меня начинает трясти от страха. Он жив. Чудовище живо, а я стала убийцей молодой девушки, чья жизнь не задалась родиться не в то время и не в том месте. Стараюсь откинуть все мысли из головы и твердо смотрю на Лукаса.

— Ты знал, что я собиралась сбежать и не помешал мне. Не выдал, молчал всё это время. Почему ты сейчас здесь?

— Изменились некие вводные.

— Что?

Лукас тоже поднимается на ноги и смотрит на меня так, словно я могу решить все его проблемы. Хотя я вообще не уверена, что они у него есть.

— Кое-что изменилось, и если ты сейчас сбежишь, то мира между видами не будет.

— О чем ты говоришь? — я вообще не понимаю, что он несет. Но начинаю чувствовать боль в руках и спине. Смотрю на руки, но вижу только разодранную одежду, насквозь пропитанную кровью. Меня тут же начинает шатать из стороны в сторону, а перед глазами прыгают невиданные тени.

— Иди сюда. — говорит Лукас и поднимается на невысокий холм.

Спустя пару секунд ловлю равновесие и следую за ним. Лукас достает из-за пазухи бинокль и куда-то смотрит. Я жду.

— Смотри. — говорит он и отодвигается в сторону, пропуская меня к чудо-вещи.

Пока я пытаюсь понять, куда мне смотреть, Лукас говорит:

— Встреча, которая должна была пройти через пять дней, экстренно переносится на завтра. Это необычная встреча, ни одна из тех, на которых ты присутствовала ранее. Там будут находиться все разумные виды. — и на этих словах я понимаю, что Лукас хотел мне показать. А точнее, кого. На расстоянии нескольких километров от нас, на одном из выходов из леса я вижу три внедорожника, небольшую палатку и костер. Двоих Моров, человека, хотя нет. Ого! Я всем телом подаюсь вперед. Да это же Аномальный, я распознала это по цвету его глаз, они ярко-фиолетовые. Но всё вылетает у меня из головы, когда я вижу, как из машины выходит… Тони. Словно пуля в лоб. Словно нож у горла. Сердце сбивается с ритма, а рот приоткрывается сам собой. Неотрывно наблюдаю за тем, кого похоронила в своей голове. Хочу убрать бинокль и протереть глаза, чтобы снова посмотреть на Тони и убедиться, что это он, но боюсь выпустить его из поля зрения. Лукас тем временем продолжает. — Они прибыли с предложением о мире. О мире между людьми, Морами и Аномальными. И по словам сына Бенджамина Аллена, это нужно устроить как можно скорее, так как Королева Аномальных дала короткие сроки на то, чтобы собрался первый в мире Совет Трех Видов.

— Я его знаю. — тихо шепчу я, но Лукас слышит это. — Ты жив.

Руки трясутся от напряжения, настолько сильно я сжимаю бинокль. Внутри распускается что-то светлое. Наверное — это надежда.

— Кого знаешь?

Лукас опускает бинокль, и я теряю Тони из вида.

— Никого. — тут же отвечаю я. — А при чем здесь я? Лукас, отпусти меня, пожалуйста. Я просто уйду и…

— Амели. — серьезно говорит он и смотрит мне прямо в глаза. — Я бы рад был, чтобы ты сбежала… но если ты сбежишь, до заключения мира, то о нем не может быть и речи.

— Что? Почему? — я вообще не хочу разговаривать с Лукасом, меня ожидает дорога до Тони. Я уверена, что он поможет мне и увезет как можно дальше отсюда.

Но Лукас не унимается и пытается доказать мне свою правду.

— Боа в данный момент собрал совет внутри города, и они до утра будут обсуждать нюансы встречи, которая состоится уже через несколько часов. Так что у нас есть время, чтобы убрать все… следы из комнаты и вернуть тебя назад. — снижает тон до шепота и продолжает. — Он ничего не заметит, и никто никогда не узнает, куда делась Майя. Я помогу тебе. Мы вместе все сделаем.

— Но я не понимаю, что случится если ты отпустишь меня?

Лукас закрывает глаза и глубоко вдыхает:

— Ничего. Мира не случится. Боа не доверяет Максвеллу, а тот не доверяет Боа. И если ты сейчас сбежишь, то Боа будет думать, что тебя вызволил дядя, а тот в свою очередь будет думать, что Боа убил тебя и пытается свалить всё на него. Ты понимаешь, что тогда люди не смогут ужиться между собой и начнутся распри внутри нашего вида. Естественно, мира не будет, ведь по словам Тони Аллена, королева Аномальных выдвинула условия, что мир возможен только со всеми сразу, либо ни с кем.

Горло сковывает так, словно я сутки глотала битое стекло.

— Но я не могу. — спустя минуту говорю я.

— Можешь. Я помогу тебе! Как только мир будет заключен… клянусь, я помогу тебе сбежать.

— Зачем ты это делаешь? — чересчур резко спрашиваю я.

— Что именно? — удивляется Лукас моей нападке.

— Я тебя не понимаю. Ты преданно служил Боа до того, как стал покрывать меня. Дал мне сбежать, а потом предлагаешь скрыть убийство и спасти мир. Что ты за человек? Я не понимаю твои мотивы.

— Обычный. Я совершенно обычный человек. — пожимает плечами. — Просто хочу спокойной жизни. Я не страдал так, как ты, вовсе нет, но я многое видел… то, что хотел бы стереть из памяти. И если мир возможен… я сделаю всё, что от меня зависит.

— Он убьет меня. — со слезами на глазах шепотом произношу я.

Мы оба понимаем, что я говорю о Боа.

— Нет. — Лукас бросает на меня такой взгляд, каким до этого никогда не смотрел. Мне хочется верить ему, но… — Я не позволю.

— Ты не понимаешь. Он убьет меня в другом смысле.

Лукас встает на ноги и начинает ходить шаг туда, два обратно. Останавливается и снова присаживается возле меня.

— Послушай, я не буду заставлять тебя возвращаться. Ты можешь сейчас же уйти, и я не буду преследовать тебя, но также ты можешь вернуться и не сорвать мирный договор. А я в свою очередь обещаю тебе, клянусь, что не дам Боа тронуть тебя… в этом плане и в любом другом.

Мне так стыдно, что Лукас знает об этом. Начинаю отворачиваться, но он двумя пальцами нежно останавливает моё лицо, и впервые я не шарахаюсь от него.

— Прости меня, что не был тогда там. Я бы…

— Прекрати. — откидываю его руку и встаю на ноги. — Ты сказал, выбор за мной. Я выбрала — не возвращаться во Флэнтон.

— Хорошо. — говорит Лукас, бросает взгляд на мои руки, разворачивается и уходит, оставляя меня смотреть ему вслед.

Я не буду жертвовать собой ради других. Нет! Не буду! Хватит!

— Ау. — руки нещадно ноют, но у меня нет времени на обработку ран. Могу шевелить пальцами, следовательно, кости целы, переломов нет. Бросаю взгляд на койота, беру рюкзак, который слетел с меня во время спарринга со зверем, трясущимися руками проверяю магазин и вставляю его обратно. Смотрю в сторону леса, туда, где находится Тони.

Он жив. И он там.

Мне просто нужно немного пройти, и я его увижу, он увезет меня в город, где люди и Моры живут бок о бок. И…

Спустя время начнется очередная война, точнее, продолжится Мертвая война и унесет ещё сотни тысяч жизней, возможно, и мою тоже.

Лукас, был прав. Я знаю своего дядю, и он не заключит мира с Аномальными и Морами, пока не будет уверен, что Боа и остальные города с людским населением на его стороне, ведь мир миром, но и подстраховка не помешает. А Боа действительно будет думать, что дядя забрал меня, хотя я не нужна ни одному из них. Плюс ко всему, Боа нужен наследник, который поможет ему править не только своим городом, но и Скалой.

Голова готова развалиться на части.

Выбор за мной, и я выбираю себя. Хоть когда-то я должна выбрать себя. Но ведь нет гарантии, что это правильный выбор. А вообще есть ли он?

Иду в сторону Тони, но через десять метров останавливаюсь. Как же я ненавижу себя за то, что собираюсь сделать.

— Лукас? — тихо спрашиваю я и буквально сразу слышу ответ.

— Я здесь.