Рейчел.

Мы несколько часов добирались до Мор 4, по данным, раздобытым Бенджамином, Адамом и их людьми, именно эта остановка самая незащищенная из всех, что встречалась им на пути. Здесь всего трое Моров, которые проверяют новых пленных для "ферм". Мы приехали за сорок минут до того, как прибудет поезд.

Наш план таков: Мор по имени Киллиан, который находится с нами, просто напросто сдаст нас, и таким образом мы попадем в поезд, и нас точно доставят до нужного города. До логова Тобиаса.

Киллиан сдаст тех, кого искали очень долгое время, тех, чьи лица изображены на объявлениях, с большой красной надписью "Разыскиваются". А точнее, меня и Тони. Так же он героически поймал неуловимого "побочного" по имени Рондо и в довесок ко всему у него есть четверо людей для "фермы" самого Императора. В эту четверку входят Серена, Джон и братья. Остальные же будут следовать за нами на машинах, на небольшом расстоянии, но так, чтобы Моры-охранники из поезда не почувствовали прислужников Бенджамина. По приезду в нужный нам Мор 23, Рондо сбежит и приведёт подмогу в периметр. На мой вопрос, как он сможет сбежать, он просто подарил мне ухмылку и отвернулся. Тем временем, пока он будет впускать подмогу, нас скорее всего отправят к Тобиасу. По крайней мере мы на это надеемся. Если же нет, то нам придется немного пошуметь, и тогда Император снизойдет до того, чтобы уделить нам своё внимание. А дальше всё как в видении Лорел, я убиваю его. После этого появляется сестра Киллера… А дальше неизвестно, что будет, но Рондо сказал, что у него четкие указания освободить Джона и Тони, а они уже должны разобраться с ней.

В теории всё звучит очень просто и легко, но я не могу избавиться от лишней паники, которая только и ждет момента, чтобы завладеть мной.

Получится ли у нас?

Скоро узнаем.

Тем временем мы стоим в лесу и ожидаем команды Рондо. Он главный и пререканий не терпит. Он сказал, стоять и ждать. Мы стоим и ждем. Пока всё просто.

Оружия нам не дадут, единственный пистолет, который мы пронесем в Мор 23 на поезде находится у Киллиана. И пользоваться он им будет только в крайнем случае, надеюсь, что этого удастся избежать. Так же Рондо сообщил, что оружие у нас появится, но позже. Люди Бенджамина заранее закопали сундук с арсеналом у стен города, и как только Рондо выберется из заточения и попадет за периметр, его там будут ждать ещё двое "побочных", они-то и внесут оружие в город. Ведь для них не является преградой сила Моров, и они могут пройти через их барьер, главное остаться незамеченными.

Минуты утекают сквозь пальцы. Нервы натянуты до предела. Еще не больше получаса, и дороги назад не будет. Если быть честной самой с собой, то я думала о том, чтобы отказаться и вернуться в бункер. Но слова Лорел: "Адам погибнет там", заставляют меня перебарывать свой страх и стоять на месте. В очередной раз переступаю с ноги на ногу и начинаю заламывать пальцы. Чертова нервозность. Бросаю взгляд на Рондо, он стоит у самого выхода из леса и смотрит вдаль, туда, куда мы скоро направимся. Он спокоен и собран. Лишь изредка бросает взгляд на часы и снова смотрит на место остановки поезда. Как ему это удается? Ведь на его плечах лежит куда больше ответственности, чем на моих. Серена и Тони стоят в стороне от всех и тихо разговаривают. Смотря на сияющие глаза девушки, я ещё больше начинаю злиться на младшего Аллена. Я уверена, что рано или поздно он причинит ей боль. Но они взрослые люди, им виднее. Я влезать со своими советами и мнениями не собираюсь.

– Рейчел, нам надо поговорить.

Вздрагиваю от голоса Джона. Черт! Он появился из ниоткуда и напугал меня. Хватаюсь рукой за сердце и оборачиваюсь назад, на звук его голоса.

– Что случилось? – спрашиваю я.

Боже, его лицо до сих пор не зажило. Два уже желтых синяка, красуются под обоими глазами. Под глазами, которые смотрят на меня со всей серьезностью. Не к добру это. Джон понижает голос до шепота, наклоняется ближе ко мне и говорит:

– Это по поводу Адама.

Ну нет. Хватит уже. Не хочу я с ним говорить о Киллере. У меня сейчас крыша съедет от переживаний, а он снова решил выяснить отношения? Отношения, которых нет, никогда не было и не будет.

– Нашел время для разговоров. И вообще, Джон, я не думаю, что мне стоит обсуждать с тобой Адама.

– Нет, ты не поняла. Он сказал мне кое-что тебе передать. – всё так же шепотом говорит он.

Бросаю взгляд по сторонам. На нас никто не смотрит. Убавляю тон голоса на минимум и спрашиваю:

– Когда он тебе это сказал?

Громкий голос Рондо заставляет меня снова подпрыгнуть на месте. Да черт! Такими темпами моё сердце не дотянет до Тобиаса, а разорвется намного раньше:

– Готовность двадцать минут!

– Идем. – говорит Джон и тянет меня за руку.

– Только быстро. – отвечаю я и забираю свою руку из его захвата. Я и сама в состоянии пройти два метра.

Но мы отходим не на два метра, углубляемся в лес на несколько десятков шагов. Зачем идти так далеко? Тут нас уж точно никто не услышит. Я останавливаюсь, но Джон продолжает идти вперед. Замечает, что я не следую за ним и тоже останавливается.

– Джон, здесь нас никто не услышит, говори. – устало говорю я и выжидательно смотрю на него.

Но он молчит, а взамен слов, расстегивает свою куртку и показывает мне забинтованное плечо.

– Что это? – непонимающе спрашиваю я.

– Это сделал Адам. – отвечает Джон и сокрушительно качает головой. – Рейчел, он – зверь. Понимаешь? Он не может держать себя в руках…

Перебиваю Джона и спрашиваю:

– Как именно это произошло? И когда?

– Сегодня. Я просто шел мимо него. Я ему и слова не сказал, а он просто достал нож и бросил в меня. Он целился мне прямо в голову, но я увернулся.

– И это всё, что ты хотел сказать? – спрашиваю я и начинаю делать маленькие шаги назад.

Что-то не так. Темное, мерзкое предчувствие заполняет каждый дюйм моего тела. Мурашки, словно предвестники беды, пробегают по шее и рукам. Если бы Киллер захотел его убить, то Джон не стоял бы сейчас передо мной и не рассказывал всю эту небылицу. Я не идеализирую Адама, но он не зверь, как утверждает это мой собеседник. Джон бросает взгляд на мои ноги, которые я, постепенно передвигаю и пытаюсь отойти от него как можно дальше. Зачем он увел меня ото всех? Уж точно не для того, чтобы показать мне ранение, нанесенное Киллером. Если там вообще есть рана. Сомнения закрадываются в голову.

Джон плавно переводит свой взгляд с моих медленно переступающих ног и останавливается на моих глазах. Отрицательно качает головой и произносит:

– Рейчел, ты не поедешь на этом поезде.

– Поеду. – спокойно говорю я. А внутри меня кто-то во всё горло кричит: "Беги!" Но это же Джон. Я его знаю, и он столько раз спасал меня.

– Нет. Тебя там убьют, а я не хочу этого. – говорит Джон и начинает такими же медленными шагами идти в мою сторону. Мы словно два хищника внутри клетки.

– Я тоже этого не хочу. – не знаю почему, но мне кажется, что я должна с ним разговаривать. И соглашаться с ним во всём. Это совершенно другой Джон, я такого прежде не видела. Никогда. Его голос изменился, стал на октаву ниже, а взгляд… от него у меня мурашки.

– Ты не можешь так со мной поступить. – с грустью в голосе говорит он. – Я так долго ждал не для того, чтобы смотреть, как тебя убьют.

Нет, я не буду с ним разговаривать. Решаю молчать и ничего не говорить, просто медленно шагать в том направлении, где находятся остальные. Но Джон решил выдать мне всё, что у него накопилось, и мне придется выслушать это.

– Сначала я спасал тебя от Адама… я действительно хотел тебе помочь. Ты была такой испуганной и ранимой. Но я выдохнул с облегчением, когда узнал, что ты вернулась домой, и больше он тебе не угроза. Я долгое время звонил и хотел увидеться с тобой. Помнишь мои звонки? Я же просто хотел посидеть и поговорить. Ты должна была узнать какой я. И тогда ты бы поняла, что лучше меня никого нет. Мы идеально подходим друг другу. Словно пазл. Мы бы создали пару, и в дальнейшем, возможно, у нас бы даже появились дети. – Джон замолкает, мы по-прежнему движемся медленными шагами в сторону выхода из леса, нас разделяет буквально пара метров. С каждым его словом мне становится не по себе настолько, что тошнота подступает к горлу. Лицо Джона становится озлобленным, и он продолжает. – Но ты никогда не отвечала мне взаимностью. Каждый мой звонок, предложение о встрече ты мне говорила что?.. Что у тебя нет времени. И так раз за разом. День за днем. А потом ты поехала на свидание. А я сидел в кафе напротив твоей квартиры и думал, что же может заставить тебя связаться со мной по своей воле. И я просто пошел к тебе в квартиру.

– Что? – я собиралась молчать, но я…

– Да. Я был там в момент смерти твоей темнокожей подруги. Ты даже забыла о том маленьком нюансе… когда Адам увозил тебя из моего дома, ты оставила свою сумочку. В ней были ключи. Даже это не заставило тебя позвонить мне и встретиться. Хотя бы для того, чтобы забрать свои вещи.

Утыкаюсь спиной в дерево и начинаю быстро дышать, я не могу отвернуться от собеседника, мне кажется, что Джон тут же кинется на меня. Я ничего не понимаю. Передо мной стоит Джон, он выглядит точно так же, но манера разговора, оборот речи, движения и даже его взгляд, они принадлежат совершенно другому человеку. Человеку, от которого у меня загробные мурашки пробегают под кожей.

– И вот, я допил свой кофе. Встал, надел пальто, покинул кафе и пошел прямиком к тебе. Открыл дверь ключами и попал внутрь квартиры. Я просто хотел что-то сломать, чтобы тебе понадобилась помощь, и ты позвонила бы мне. После того, как я вышел из твоей комнаты, произошла небольшая неожиданность. Открылась входная дверь, и в квартиру вошла Дакота. – его глаза начинают гореть триумфом. – И я понял, что вот оно решение.

– Это ты убил её. – это единственное, что мне удалось выдавить из себя. Ком в горле стал настолько велик, что дышать практически невозможно. Боже, это был он. Я бы никогда в жизни на него не подумала. Но это точно был он. В голове проносятся все моменты с ним, начиная от странного объятия на дороге, когда Дакота привезла меня из придорожного кафе. Ещё тогда я должна была понять, что что-то не так. Но я не догадалась…

– Только для того, чтобы ты поняла… какой я идеальный вариант.

Что он несет? Идеальный вариант? Убийца! Ублюдок! Моральный урод! Мой гнев выходит из-под контроля. Как он мог убить человека только для того, чтобы его заметили… Это же абсурд! Он болен! Здоровый человек такого бы не совершил.

– Ты чудовище. – сквозь зубы цежу я.

– Не смей так говорить! – кричит он и мгновенно меняется в лице. – Это ТЫ виновата.

Отталкиваюсь от дерева и, не думая, что делаю, бросаюсь на Джона. Он явно этого не ожидал, и мы вдвоем валимся на землю. Он снизу, я сверху. Я хочу его смерти. Слезы застилают глаза. Замахиваюсь и бью его по лицу. Это не легкая пощечина. Я собрала всю свою силу в кулак и обрушила её на него. Он всегда уверял, что Киллер чудовище, а оказалось, что волк в овечьей шкуре – это Джон. Он так долго водил меня за нос. Замахиваюсь ещё раз, но он ожидал этого и перехватил мою руку. Не раздумывая, левой рукой нажимаю ему на плечо. Туда, где он мне ранее показал рану. Вдавливаю палец в отверстие под бинтами и чувствую, что рана открылась и из неё потекла кровь. Тут он не солгал, Киллер действительно ранил его. Джон мычит от боли, но, несмотря на это, с легкостью скидывает меня с себя. Приземляюсь на пятую точку и тут же поднимаюсь на ноги. Джон начинает вставать следом, но я с разбегу пинаю ему по лицу. Я хочу крови. Его крови, его слез, мольбы о пощаде. Лживый ублюдок! Ненавижу! Замахиваюсь ногой ещё раз, но он перехватывает её и резко дергает на себя. Больно падаю на спину. Воздух выбивает напрочь из легких. Лицо Джона с подтеками крови из носа и старыми синяками, которые оставил Киллер возникает передо мной. В его руке нож. Где он его взял? Рондо забрал оружие у всех. Джон подставляет лезвие к моему горлу и шипит:

– Ты сейчас тихо и послушно пойдешь со мной.

Нет уж. Не пойду. Но в ответ слегка качаю головой в знак согласия. Тут же его взгляд меняется и передо мной стоит всё тот же добрый милый Джон. Он даже начинает улыбаться и говорит:

– Такая ты мне больше нравишься. А вот эти замашки дикарки – это всё из-за плохого влияния Адама. Но скоро ты его забудешь, и всё наладится. А теперь поднимайся.

Начинаю садиться, но Джон не убирает нож, и я чувствую давление металла на кожу. Моё дыхание учащается, когда за его спиной я вижу Серену. Лицо девушки выражает решимость, наверное, она что-то услышала из нашего разговора. Джон ловит мой взгляд и оборачивается именно в тот момент, когда Серена налетает на него.

– Нет! – кричу я и вижу, как глаза подруги становятся огромными, а рот приоткрывается в беззвучном крике. Она замирает и опускает взгляд вниз.

Нож Джона.

Он торчит из её живота.

Всё как в замедленной съемке. Джон отпускает рукоять ножа, и он остается внутри девушки. Серена подносит руки к животу и с непониманием смотрит на кровь, которая течет из раны. Я просто замерла. Это неправда. Это сон. Нет, не сон. Я всё чувствую, а значит это правда. Скидываю оцепенение.

Джон сидит ко мне спиной, и я не раздумывая выдергиваю шнуровку из своих спортивных штанов. Накидываю ее ему на шею и резко тяну на себя. Он пытается руками влезть в промежуток между шнуром и своей шеей, но не выходит. И не выйдет. Я тяну с такой силой, что мне кажется, в какой-то момент его голова откатится в сторону. Вижу, как Серена медленно оседает, а затем падает на землю, по-прежнему держась за живот. Кровь ручьем покидает её тело. Это дает мне сил и ненависти. Упираюсь коленом в позвоночник Джона и тяну так сильно, что немеют руки. Умри, ублюдок! Умри! Умри!

Шуршание листвы. Кто-то идет! Я хочу крикнуть, что мы здесь, но я не в силах, мой язык парализовало. Единственное, что я могу делать, так это тянуть за края шнуровки.

– Серена! Рейчел! Джон! Время! – кричит Рондо.

Но я не могу закричать ему в ответ, всё моё внимание сосредоточено на предсмертных судорогах Джона. Его ноги и руки в треморе. Смотрю на кроссовок, который трясется и шатается в хаотичном порядке. В следующую секунду он затихает, сопротивление Джона прекращается. Навсегда.

Отпускаю веревку, и тело Джона валится на бок. На четвереньках доползаю до Серены и только сейчас набираю полные легкие воздуха и кричу:

– Помогите!

Начинаю затыкать рану, но кровь течет слишком сильно. Нож. Что с ним делать? Вытащить или оставить? Боже, я не знаю… Я не знаю…

– Серена, держись. Пожалуйста. – молю её я.

Продолжаю что-то бубнить и пытаюсь удержать кровь, но ничего не получается. Рондо появляется рядом со мной. Но он ничего не делает. Почему он бездействует? Наш командир просто сидит на корточках и смотрит на девушку в крови.

– Помоги же! – сквозь слезы кричу я.

Его слова разрывают мне сердце напополам.

– Рейчел, она мертва. Идем.

– Что? Нет! Мы не оставим её здесь! Одну в лесу. Нет! – кричу я, захлебываясь слезами. Кажется, это паника. Перед глазами мутнеет. Меня начинает качать из стороны в сторону. Бросаю взгляд на Джона. Его карие глаза открыты и, кажется, смотрят на меня с укором. Тошнота подступает. Теперь я точно знаю, что способна убить человека. Твою мать! Я убила человека! Я! Только что убила Джона. Возвращаю взгляд на Серену, она словно кукла, бездвижна и красива. Она вообще не должна была ехать! А её малыш? Голос Рондо возвращает меня из моих мыслей.

– Ей уже не важно, где она и с кем. У нас пять минут. Мы оставим одного из братьев, и он доставит её тело в бункер, а когда мы всё закончим, то похороним её. Хорошо?

Я не знаю, стоит ли соглашаться на предложение Рондо. Что он вообще сейчас сказал? Я уже забыла. Очередной шелест листвы, и из-за дерева выходит Тони:

– Вы что тут застряли? – в своей обычной высокомерной манере спрашивает он.

Но в следующую секунду его взгляд цепляется за тело Джона, и он замолкает, но потом его глаза находят ноги девушки, которые видны ему из-за наших с Рондо спин. Тони тут же бросается к ней и падает на колени рядом с Сереной.

– Нет! Какого черта? – ошарашенно говорит он.

Я начинаю сумбурно объяснять всё, что случилось. Не знаю, поняли ли они хоть слово, я постоянно плакала и заикалась. Рондо положил свою руку мне на плечо и слегка сжал. Я замолкаю и пытаюсь успокоиться хоть как-то. И мне приходит в голову мысль. Смотрю на Рондо и спрашиваю с воодушевление:

– Чистая кровь, она же сможет помочь? Она вытащила меня и Серене поможет.

– Прости, но с того света она не в силах вернуть.

И снова боль. И снова скорбь.

Тони молчит и не мигая смотрит на лицо Серены. Берет её ладонь и нежно сжимает безжизненные пальцы. Потом начинает что-то говорить на неизвестном мне языке. Вторую руку кладет ей на живот, и его глаза наполняются влагой, слезы не падают, не стекают по его лицу. Они просто остаются в его глазах. Тони продолжает что-то шептать.

– Что он говорит? – спрашиваю у Рондо.

– Он произносит молитву влюбленного. Желает ей попасть в то место, где они встретятся и воспитают ребенка, который погиб вместе с ней.

Тони замолкает. Наклоняется и целует Серену в губы, потом в лоб. Встает и говорит:

– Идем. Надо чтобы кто-то присмотрел за ней.

– Младшего оставим. – отвечает Рондо.

– Хорошо. – говорит Тони, в его голосе неподдельная боль и восхищение. – Она так хотела исправить то, что мы натворили. – бросает на меня взгляд и продолжает. – И мы сделаем это.

Киваю ему в ответ.

– Времени нет. Бежим. – командует Рондо.

Пробегая лес, я подумала о том, что не прошло и двадцати минут, а погибло три человека. Точнее, убито три человека. Стоило нам присоединиться к остальным, Рондо дал указания младшему брату Кайлу, и тот без лишних разговоров направился в лес. После этого Киллиан связал руки мне, Тони, Рондо и старшему брату Калебу. Надел на нас мешки и повел на станцию. Я услышала стук металлических колес поезда. Слезы прекратили бежать безудержным потоком, но черную дыру в душе так просто не убрать.

Ублюдок Джон мертв.

Добродушная Серена мертва.

Нерожденный малыш тоже мертв.

Кто следующий в списке?