Четвертые сутки были решающими, у нас практически закончилась еда. Оставалось совсем немного, мы думали о том, что вскоре придется выходить из номера, но в час дня все планы изменились. То, что я изначально приняла за многоквартирный дом, на самом деле оказалось – отелем. Даже не подозревала о существовании подобного. Это что-то вроде квартир, но для ленивых и богатых людей. Если бы мы не скрывались, к нам бы приходили работники отеля и наводили порядок, приносили еду и даже мыли бы унитаз.

Дверь распахнулась, и в гнездо ввалился Джек, он придерживал деревянное полотно за ручку, следом въехала тележка, на которой обычно перевозят грязные вещи, я видела такие в глазок на двери. К нам, конечно, никто не заезжал на этом транспорте, ведь этот номер, как бы пустует. Как только вошел Чейз, за ним закрылась дверь.

Пару мгновений в помещении стояла оглушительная тишина. А потом поднялся гомон голосов. Вивиан несмотря на то, что уже совершенно не хотела танцевать ради Чейза, со слезами на глазах бросилась в его объятия и слишком громко причитала о том, как мы все тут сходили с ума. Келли выронила кружку, и та разбилась вдребезги, осколки разлетелись по полу. Шанти, скорее всего, неожиданно даже для себя самой со слезами на глазах орала на Джека, а он улыбался, смотря на нее.

Когда Вивиан переключилась на Джека, я подошла к Чейзу. Меня переполняли эмоции, я была бесконечно рада, что он жив, но переживания предыдущих дней заставили меня злиться. Я толкнула его в грудь и всхлипнула. Чейз перехватил мою руку и подтащил к себе. В следующее мгновение он меня поцеловал, я ответила и сжала ткань его кофты. Из-под ресниц потекли слезы.

Чейз отстранился, уперся лбом в мой и тихо спросил:

– Теперь ты понимаешь, насколько я волновался за тебя?

Ему не нужно было объяснять, о каком моменте шла речь, я и так это поняла. Чейз не ждал ответа.

– Где вы были? – спросила я.

Чейз отстранился и посмотрел на тележку, которую они сюда притащили, я надеялась, что она полная еды. Пока Чейз гипнотизировал тряпье, которое свисало с тележки, я подошла к Джеку и обняла его.

– Рада, что вы целы.

Он сжал меня в объятиях и прошептал:

– Видела, как Шанти за меня переживала? Я польщен.

– Мы все переживали.

Я отстранилась и повернувшись к тележке, вокруг которой все собрались, посмотрела на Чейза. Он начал быстро выкидывать тряпье прямо на пол: наволочки, пододеяльники и простыни, которые ворохом валялись в огромной корзине на колесах.

Джек и Чейз молча смотрели внутрь корзины, я и подошла к ним и обомлела.

Они это сделали.

Боже мой! Как? Это невозможно.

В корзине, в позе эмбриона лежал мужчина в белом одеянии, которое больше походило на пижаму для старика. Лицо было невозможно рассмотреть, потому что волосы, длинной сантиметров в десять упали на глаза и щеку.

– Это он? – спросила я еле слышно. – Человек из капсулы?

Джек и Чейз синхронно кивнули, так и не отняв взгляда от человека из прошлого. Я наклонилась над корзиной и отодвинула волосы с лица. Он оказался молодым, на вид мужчине было около тридцати. Острые скулы, прямой нос и в блаженстве прикрытые глаза.

– Как вы это сделали? – спросила я.

Остальные облепили корзину со всех сторон. Шанти ткнула пальцем щеку человека из прошлого. Вивиан протянула руку, но не коснулась. Келли во все глаза рассматривала мужчину.

– Долго рассказывать, – сказал Джек и оторвал взгляд от человека из прошлого. Он посмотрел вокруг и спросил: – Как вы тут?

– Нормально, но чуть не сошли с ума, – сказала Келли.

– Могли и предупредить, что вас долго не будет, – почти прошипела Шанти.

Джек посмотрел на нее серьезным взглядом.

– Мы не знали, что так получится.

Наши с Чейзом взгляды пересеклись, я не знала, преодолели ли мы пропасть недопонимания или нет. Сейчас явно было не время говорить об этом.

Все мы почему-то разговаривали полушепотом, словно могли разбудить мужчину из прошлого.

– Надо вытащить его оттуда, – сказала я и пошла в свободную комнату, открыла дверь и стала ждать, когда Чейз и Джек вытащат несчастного из бельевой корзины.

Мне до сих пор не верилось, что им удалось достать мужчину из капсулы. Совсем недавно меня мучили сомнения в существовании этих людей, а сегодня я нахожусь с одним из них в одном доме.

В течение пары минут человека из прошлого уложили на кровать, Чейз достал наручники и приковал правую руку несчастного к душке кровати. Не знаю почему, но у меня сразу же прошла аналогия с тем, как Велас приковал меня к стене. Это конечно не одно и то же, но я возмутилась.

– К чему это?

Чейз повернулся ко мне.

– Когда он придет в себя, то может просто слинять от нас. Мы не можем его упустить.

В разговор вступил Джек.

– Мы не знаем наверняка, но он может быть опасным. За что его заковали в капсуле на триста лет? На это явно были причины. Может, он тоже преступник или кто его знает.

– Я поняла, – перебила я. – Это, чтобы он не навредил нам.

– Или себе. Этого мы тоже не можем допустить, – серьезно сказал Чейз.

На пороге появились Келли и Шанти. Они стали разглядывать человека из прошлого, не мне их винить, я тоже не могла отвести от него взгляда. Он казался безобидным. Такой… обычный.

– Это реально человек из прошлого? – спросила Шанти.

Она подошла к кровати, и стоя немного дальше нужного, протянула руку и ткнула в ребро спящего.

– Да хватит его тыкать, – сказала я.

– Реальней нас с вами, – ответил Джек. – Но необязательно его лапать.

– Необязательно указывать мне, что я должна делать, – возмутилась Шанти и сложила руки на груди.

– Да я и не указываю, предлагаю свою кандидатуру. Можешь меня полапать.

К нам присоединилась Вивиан. Не могу сказать точно, сколько мы стояли у кровати, но никто из нас не мог просто взять и уйти из комнаты. Мы смотрели на человека, останки которого уже должны были превратиться в пепел. Но этого не произошло, для чего-то его жизнь сохранили и оберегали на протяжении практически трехсот лет. Для чего? На этот вопрос никто из присутствующих в комнате не знал ответа.

– Будем дежурить у его кровати по очереди, – скомандовал Чейз. – Нужно, чтобы кто-нибудь был рядом, когда он придет в себя. Келли, ты первая, потом Шанти, Вивиан, Рэйвен, Джек и я. Меняемся каждый час.

Мы покивали головами и стали выходить из комнаты, я до последнего не могла отлепить взгляда от мирно спящего человека. Чейз ушел к себе в комнату, я отправилась следом. Догнала его у самой двери.

– Что ты будешь с ним дальше? – спросила я, и Чейз обернулся.

– Не знаю. Пока будет здесь, Дженна пытается связаться с заморскими друзьями, дальше будет видно.

– Как вы его вытащили?

Чейз открыл дверь и пропустил меня вперед.

– Подожди пару минут, я переоденусь, – сказал он.

Шелби ушел в ванную и через минуту я услышала шум душа. Я села на кресло у окна и стала ждать. Чейз вышел и сел напротив меня. За окном во всю светило солнце, я даже не могла представить, что им с Джеком удалось сделать, чтобы добыть человека из капсулы. Я задала вопрос, который крутился у меня на языке, как только я увидела человека из прошлого, но не могла спросить при всех.

– Он не умрет? Ты сделал, что было нужно, чтобы он не погиб, как та девушка?

Лицо Чейза омрачилось. Возможно, испытывает по отношению к той девушке из капсулы схожие чувства, как я к мистеру Берьетте.

– Сделал. Нужно было сразу вколоть ему двойную дозу синтетика, разбавленную кровью.

– Кровью? Чьей?

– Одного из Семьи Основателей.

– Жуть. Ты вколол ему свою кровь?

– Нет. Кровь была Дженны, она больше подходила. Мы так решили.

Я видела, что Чейз устал, но мне нужны были ответы, последнее время мы отдалились друг от друга не только из-за его секретов, которые он оберегал куда сильнее, чем наши зарождающиеся отношения. Я и не требовала от него отдаваться мне без остатка, но и не могла находиться в стороне.

– Как вы это сделали?

– Благодаря помощи Дженны. Ее доверенные люди пустили нас с Джеком на территорию и показали планы охраны, которая постоянно шныряет по зданию. Мы пробирались к нужному этажу больше суток. В основном перемещались по вентиляционным трубам. Когда дошли до нужного этажа, то наша с Джеком кровь открыла нужные двери.

– Это как? – нахмурившись спросила я.

– Замки заточены на ДНК, но не на сто процентном, иначе, не все члены Семьи Основателей смогли бы туда заходить.

– Как вы его вынесли? Тоже по вентиляции?

Слабо себе представляла, как Джек и Чейз тащили бы бесчувственного мужчину по вентиляционным трубам.

– Нет. Вынести его оказалось намного сложнее, чем я думал. Нам пришлось убрать двоих из охраны. Потом мы прятались в морозильнике два часа, и только после этого Дженна снова смогла нам помочь. Пришлось заночевать в комнате метр на метр. В здание уже во всю выла сирена. Пропажу заметили быстрее, чем мы предполагали, и нас стали искать. Семью Основателей эвакуировали, а этаж с капсулами заполонили охранники первого наследника. Мы эвакуировались под видом слуг Дженны. И то нас чуть не схватили.

– Вы могли пойти не вдвоем, а взять нас с собой, – серьезно сказала я.

Как оказалось, я ненавижу сидеть без дела. На окраине Столицы я могла выходить хотя бы раз в сутки, и, если быть честной самой с собой, я жила три недели этими вылазками. А тут, гнездо – это клетка.

– Вы никогда не были в этом здании и не знаете его. Тем более мы смогли.

– Не вижу радости на твоем лице.

Чейз бросил взгляд в окно.

– Меня напрягает то, что нам удалось сделать это так просто.

Я напряглась.

– Думаешь, это было подстроено?

– Не знаю, но на всякий случай Дженна ищет нам новое укрытие. Мы не можем оставаться долго на одном месте, но из-за того, что всю Семью эвакуировали, я даже примерно не знаю, где она сейчас находится. Какой-то чертов адский круг.

– Может, мы сами что-нибудь найдем? – осторожно спросила я, чтобы снова не слыть сумасшедшей.

На удивление Чейз согласился.

– Можем попробовать, но только после того, как Гаррет придет в себя.

– Гаррет? – переспросила я. – Это его имя?

– Да, на капсуле было написано – Гаррет Уорд. Думаю, это его имя.

Гаррет. Я вспомнила лицо человека из прошлого и только сейчас подумала, что после того, как он очнется, его жизнь превратится в ад. Все его близкие, родные и друзья, их ведь больше нет. Их уже давно нет. Или он добровольно пошел на то, чтобы стать подопытным? Столько вопросов. С каждым днем их становилось все больше и больше.

Чейз посмотрел на меня.

– Я должен уйти сейчас, но, когда придет моя смена у кровати Гаррета, вернусь.

– Куда ты опять?

– Я не могу сказать.

Снова. Он снова не может мне сказать, куда уходит.

– А если не вернешься?

– Джек знает, что делать. Если и с Джеком что-то случится, то я дал указания Келли, что вы не должны покидать номер, пока Дженна не вернется за вами.

Я осталась в компании Шанти и Вивиан, и наша компания называется "Не суйтесь в дела взрослых".

– Хорошо, – бросила я, поднялась и направилась к выходу.

– Да что снова не так?

Я обернулась.

– Чейз, все не так. Я говорила тебе столько раз, не надо меня оберегать, я сама могу за себя постоять. Твои недосказанности никак мне не помогают. Почему нельзя было сказать мне информацию про Дженну, что мы должны дожидаться ее здесь, если с тобой и Джеком что-нибудь произойдет? Почему я постоянно в неведении о твоих планах? Так нельзя.

– Келли дольше была с нами в команде, и она понимает значение слова – приказ.

Эта была хлесткая пощечина.

Я устала спорить с ним по этому поводу. Он никогда не посмотрит на меня как на равную. Я всегда буду недостаточно обучена, недостаточно дисциплинирована и слаба. Мое увечье никуда не делось, и я болтаюсь где-то на одном уровне с Вивиан, которая не умеет себя защищать.

– Рэйвен, постой.

– Мы вернемся к этому разговору только после того, как ты поймешь, что я не хуже вас.

Моя истерика была похожей на детский лепет. Самое печальное, я это отчетливо понимала, но нервозность последних дней не отпускала меня ни на мгновение.

– Я и не считаю так.

Если Чейз и говорил что-то еще, я этого уже не слышала. Спокойно прикрыв дверь его комнаты, пошла на кухню и попала в поток разговора, который крутился вокруг человека из прошлого. Шанти, Вивиан и Келли предполагали, кем он был раньше. Придумывали ему профессии, которых, может, и не существовало триста лет назад. Рассуждали о его личной жизни, о том, где он жил и что любил есть.

Я слушала их в полуха, поела. Увидела, как Чейз отправился на выход, кивнув при этом Келли. Я сдержала злость внутри. Рано или поздно она выльется во что-то отвратительное и тогда поглотит всех, кто меня окружает.

Моя очередь дежурить у кровати похищенного трехсотлетнего парня пришла быстрее, чем я ожидала этого. Оставшись с ним наедине, я чувствовала нервозность. После слов, что мы не знаем, кто он и что из себя представлял, я его опасалась. Наручник, приковавший его к кровати, давал немного успокоения.

Просто сидеть и смотреть на него было безмерно скучно, я включила экран, который был намного меньше тех, что находились в бункере. Убавила звук до минимума и стала смотреть передачу. До попадания в Столицу, я даже не знала, что кроме ужасов Ристалища, на экранах показывают еще что-то.

На экране мелькали фото и картинки нового фонтана, который расположили в одном из районов. Красивые высокие здания, море стекла и бетона, ровные дороги и разукрашенные люди. Я настолько погрузилась в созерцание мира, часть которого никогда не смогу стать, что не заметила, как трехсотлетний человек начал шевелиться. Звук скрежета привлек мое внимание, и я резко обернулась к Гаррету. Его тело медленно шевелилось, словно он начал пробуждаться ото сна. Веки пытались открыться, но не поднялись. Я вжалась в спинку кресла, возможно, мне следовало позвать кого-то, но я боялась пошевелиться и напугать его.

Он открыл глаза. Зеленые и сонные. Он попытался перевернуться на другой бок и застонал. Тихо, еле-еле слышно. Я перестала дышать, во все глаза наблюдала и старалась не шевелиться. Гаррет повернул голову ко мне и молча смотрел на меня, кажется, он меня не видел. Его губы разлепились, он тяжело сглотнул, пытался что-то сказать, но не мог. И опять закрыл веки. Я протяжно выдохнула, пару минут просидела, а когда поднялась, дверь открылась, и в комнату вошел Чейз.

Я была настолько поглощена пробуждением прикованного мужчины, что не заметила, когда он вернулся. Я не стала спрашивать, где он был и что делал. Захочет, сам расскажет.

– Как он? – спросил Чейз, смотря на Гаррета Уорда.

– Открывал глаза. Кажется, ему нужна вода.

– Он что-нибудь сказал?

– Нет.

– Надо было позвать кого-нибудь.

На это я ничего не ответила и пошла на кухню, набрала стакан воды и вернулась в комнату. Поставила воду на столик у кресла, на котором сидела. Гаррет что-то произнес. Я обернулась. Сердце ухнуло в пятки. Он точно что-то прошептал. Я была в этом уверена.

– Что? – переспросила я.

Он снова что-то невнятно сказал, смотря четко мне в лицо. Я наклонилась немного ниже.

– Рэйвен, что ты делаешь? – слишком громко спросил Чейз.

– Он что-то говорит, – прошептала я и, смотря в зеленые глаза, наклонилась еще ниже.

– Джо?

Мне удалось различить слово, которое было произнесено вопросом.

– Джо? – переспросила его я.

Но глаза Гаррета снова закрылись.

– Не подходи к нему так близко.

– Да он ведь языком еле шевелит.

– Не важно. Он опасен.

– Я знаю, но сейчас он безобиден, – снова повторила я и почувствовала, как на моем запястье сомкнулись холодные пальцы.

Я замерла и медленно посмотрела на свою руку, ее держал Гаррет. Обернувшись к нему, я снова увидела его глаза открытыми, и там больше не было ни единой капли сна.

– Джо? – снова спросил он. – Нет. Не Джо.

– Дать тебе воды? – спросила я, стараясь вытянуть руку из хватки, но он не отпускал, но кивнул.

– Мне нужно отойти, чтобы принести воду.

Он снова кивнул и разжал пальцы. Я отступила от кровати, и Чейз тут же встал передо мной, отгородив меня от изучающего взгляда Гаррета Уорда.

Охренеть, я разговаривала с человеком, которому больше трехсот лет.

Я взяла стакан, но Чейз не разрешил подойти мне к кровати, забрал его и попросил меня выйти.