1

«Скандинавский экспресс» мягко постукивал на стыках рельсов и неторопливо катился по железнодорожной колее мимо аккуратных пригородных домиков Або, постепенно оставляя позади портовый город. Пассажиры укладывались спать. Двенадцать часов по морю, два часа на берегу в ожидании формирования состава вымотали многих, да и наступившая ночь не располагали к задушевным беседам за чашечкой кофе или чая.

В купе, где расположился Тесак со своими боевыми магами, постучались условным сигналом. Командир наёмников щёлкнул на пистолете кнопкой предохранителя, затем положил оружие на столик и прикрыл его газетой. Хотя мог этого и не делать. Любой из магов одним движением пальца мог закрыть щитом всё купе для отражения атаки.

— Открой, — кивнул Тесак сидящему у двери Хансу.

Маг щёлкнул «собачкой» замка, и дверь с шуршанием отъехала в сторону. Каспер в респектабельном костюме, ничуть не похожий на того зачуханного мужичка в гостинице, вошёл в купе. Его опытный взгляд зацепился за газету. Закрыв дверь, Каспер подождал, когда маги освободят ему место, и сел напротив Тесака.

— Через два часа начинаем, — предупредил он. — У тебя всё готово?

— Конечно, — пожал плечами Торгильс. — Но у нас проблема иного плана. Ты видел, что «гербовые» вагоны поставили в «голове» состава?

— Да, сразу обратил внимание, когда в порту манёвры шли, — поморщился Каспер. — Теперь, чтобы попасть в охраняемую зону, нужно пройти семь пассажирских вагонов и вагон-ресторан. Последний находится в центре. Что будем делать?

Тесак задумался. Их объединённая группа сейчас ехала в «Скандинавском экспрессе» под видом обычных пассажиров: бизнесмены, туристы, даже молодая пара — для отвлечения внимания. Да, в группе «Корсаров» была девушка-боевик. Наёмническую службу она несла наравне с мужчинами, не жалуясь и не скуля. Но сейчас Эстер и Хокан играют молодожёнов, возвращающихся домой из свадебного путешествия. У каждого члена группы багаж, в котором находится оружие. Хитроумные тайники в чемоданах отражали сигналы сканеров, поэтому таможенники ничего не обнаружили.

Первоначальный план состоял в том, чтобы по сигналу вся группа заняла позиции в тех вагонах, которые примыкали к «гербовым» с двух сторон, и заблокировать выходы. Часть боевиков по плану должна войти в элитные вагоны, другая, с автоматическим оружием и с боевыми магами в придачу были назначены сдерживать хирдманов, когда те бросятся спасать важных пассажиров. Учитывался даже тот момент, что королевские гвардейцы могут находиться даже среди них.

В этот же момент внешняя группа, состоящая из мятежников, которым приданы спецы-минёры, вынуждают поезд остановиться с помощью подрыва путей или локомотива. В поднявшейся суматохе «корсары» ищут русского княжича Мамонова, уничтожая по пути всех, кто им помешает. Тесак должен захватить мальчишку в плен, и на машине, которая их будет ждать, как можно быстрее покинуть район боевых действий, в заранее подготовленное тайное место. Пока шумиха от столь дерзкой операции не затихнет, придётся какое-то время продержать там важного клиента, да и самим перевести дух. Но… учитывая серьёзную охрану и наличие пилотов в экзоброне, Тесак не хотел возиться с клиентом. Быстро ликвидировать, отсечь голову для подтверждения выполненного заказа — и исчезнуть в густых лапландских лесах… Торгильс Эйдссон недаром получил такое прозвище. Никто не знал точно, сколько голов он предъявил заказчикам за всю свою наёмническую жизнь. Зато каждый, кто ходил с ним на задания, замечали огромный клинок бритвенной остроты в кожаных ножнах.

— У нас нет иных вариантов, как прорываться к «гербовым» вагонам, — нарушив затянувшееся молчание, ответил Тесак. — Клиент находится во втором. Значит, на начальном этапе операции наши маги создают мощное «сонное» плетение, чтобы погасить любое сопротивление. Как только находящиеся в третьем вагоне пассажиры уснут, захватываем его. Твои люди, Каспер, блокируют вход в него и отбиваются от атак хирдманов. Мы в это время врываемся в нужный нам вагон и всех усыпляем. Если не получится, вступаем в огневой контакт. Блокируем вход с другой стороны, чтобы никто не смог прийти на помощь. Находим клиента и ликвидируем, если будет хоть малейший намёк на сопротивление. Снаружи группа поддержки свяжет боем всю охрану поезда. А мы под шумок быстро смываемся.

— За неимением лучшего предложения примем этот, — поморщился Каспер.

— А ты на что надеялся? — усмехнулся Тесак. — Не пролив и капли пота, играючи расправиться с подготовленной к подобным ситуациям охраной, после чего спокойно уйти? Так не бывает. Нужно уметь адаптироваться к меняющейся обстановке. Где не получится провести операцию скальпелем, там придётся бить кувалдой. У тебя есть боевые маги, используй их на всю катушку. И не бойся терять людей. Иначе какой из тебя командир?

Каспер криво улыбнулся. Спорить с «корсаром», имевшим репутацию самого дерзкого и непредсказуемого наёмника в Европе, он не собирался. Слишком разные у них весовые категории, если применять спортивные термины. Группа Каспера была заточена на очень тонкие и сложные по исполнению задачи, а «Корсары» — это грубая сила, разваливающая всё на своём пути. Громкие диверсии, теракты — вот чем славился наёмный отряд данов.

— Ресторан работает до двух часов ночи, — предупредил он. — Собираемся там в половине первого и захватываем весь персонал, чтобы никто не смог предупредить охрану. Отключаем связь и ждём сигнала к атаке.

— А если сигнала не будет? — спросил Роланд, старший группы боевых магов. — Вдруг лопарям не удастся подорвать железнодорожный путь?

— Тогда начнём сами в три часа. Как действовать в таком случае, мы уже прорабатывали в Мальмё, — Каспер пружинисто встал. — Надеюсь, твои маги не подведут.

— Не подведут, — широко улыбнулся Тесак. — Они своё дело знают.

— В таком случае — готовьтесь, — командир второй группы вышел из купе, аккуратно закрыв за собой дверь.

— Роланд, сможешь создать устойчивый портал, чтобы уйти через него? — помолчав, спросил Тесак. — Только не такой, как в прошлый раз на «Северной Звезде».

— Ещё бы понять, что там произошло, — проворчал маг, который ставил «Щит Хеймдалля». — Усилий трёх чародеев едва хватило, чтобы сбалансировать канал телепорта. До сих пор голову ломаю над этой загадкой. Как и над той, почему не взорвались заряды под семейкой Харальда.

— «Щит Хеймдалля» снёс мальчишка, за которым мы охотимся, — усмехнулся Тесак. — Тебе что-то об этом говорит?

— Откуда информация? — нахмурился Роланд и переглянулся со своими коллегами-чародеями.

— Неважно. Источник надёжный.

— Какой силой должен обладать молодой парень, чтобы разрушить трёхступенчатую защиту? — удивился Ханс. — И почему ты раньше об этом нам не сказал? Придётся теперь на ходу менять конфигурацию защитных полей.

— Лучше подумайте, как эффективно использовать ваши атакующие плетения, — подсказал Тесак. — Мы в любом случае должны выполнить задание.

2

Было довольно странное ощущение от происходящего. В вагоне, кроме меня и телохранителей, сейчас находились совершенно незнакомые мне молодые люди, а не друзья-одноклассники. Эрик ехал в соседнем вагоне, но это не помешало ему заглянуть в моё купе, которое я делил с Куаном. Мы поболтали о разном, попили чайку с сушками и шоколадными конфетами, после чего Берсерк убежал, сославшись на жёсткую дисциплину. Видать, командир перекличку каждый час проводит, предположил я.

Спать пока совсем не тянуло. Да и нервы были натянуты от ожидания нападения. В голове постоянно прокручивал варианты, каким образом враг может пробраться в наш вагон. Но как бы не напрягал мозг, выходило только одно: прямая атака из соседнего вагона. Барон Кнорринг расставил посты и постоянно мониторил ситуацию по планшету, не говоря уже о связи. Рация, которую он мне любезно выделил, то и дело оживала, передавая перекличку на шведском языке.

— Господин, тебе надо поспать, — увидев мои мучения, посоветовал Куан, сохранявший невероятное спокойствие. Он сидел на соседнем диване и рассматривал полюбившийся ему альбом с репродукциями. Не могу понять, что Хитрый Лис в нём нашёл. Или проснулась тяга к созерцанию прекрасного? — Если богам суждено допустить нападение, оно произойдёт. А мы не боги, чтобы изменить предначертанное.

— Уговорил, — проворчал я, ложась поверх одеяла в спортивных штанах и футболке. Раздеваться не собирался, чтобы быть готовым к любой ситуации. Даже кроссовки не снял. Воевать босиком — тот ещё мазохизм.

Куан погасил верхнее освещение, и купе погрузилось в полумрак. Свет ночника падал на лицо наставника, и отчётливо увидел морщины, прорезавшие его щёки и лоб. Сколько же лет Хитрому Лису? А ведь он явно немолод, вся жизнь прошла в служении. Ни семьи, ни детей, только я, с которым кореец возится, как с собственным сыном.

— Куан, — окликнул я его тихо.

— Да, княжич, — он поднял голову.

— Скажи мне, сколько ты ещё пробудешь со мной?

— Господина не устраивает старый облезший Лис? — бесстрастно спросил Куан, и если бы я его хорошо не изучил, даже не подумал бы, что он шутит.

— Устраивает. Просто подумал… вот появятся у меня собственные дети, и ты скажешь: я свою задачу выполнил, я ухожу.

— Куда мне идти? — пожал плечами наставник. — Разве только на улицу, чтобы сдохнуть под забором, как никому ненужный пёс.

Мне почему-то стало стыдно. Я чего-то не понимал.

— А разве ты не можешь вернуться к отцу?

— Князь приказал служить молодому господину до самой смерти.

— Почему же раньше не сказал об этом? — удивился я.

— Потому что я сам об этом узнал только недавно, когда мы находились в Якутии. Это было окончательное решение твоего отца, — Куан закрыл книгу и уже привычно погладил обложку. — Князь очень доволен моей службой. Но я тебе стал не нужен?

— Ты о чём говоришь? — я приподнялся на локте и с возмущением посмотрел на Хитрого Лиса. — Конечно, нужен! Да и Оксана мне голову оторвёт, если ты уйдёшь!

— Она может, — с какой-то новой интонацией в голосе проговорил Куан. — Или уйдёт вместе со мной, и тогда ты потеряешь чудесную кухарку.

— Я тебя понял, — усмехнувшись, я лёг обратно. — Вернёмся домой, женю вас. Раз уж ты остаёшься, будешь наставником моих будущих детей.

— Почту за честь, господин, — Куан поклонился, не вставая.

Я улыбнулся и закрыл глаза. Под мягкое покачивание вагона и мерный перестук колёс даже удалось задремать. Поезд то увеличивал скорость, то вдруг начинал замедляться. Где-то останавливался на несколько минут, а потом шёл дальше. Довольно странно. Движение на «скандинавском» участке дороги не являлось настолько оживлённым, чтобы «Экспрессу» приходилось под кого-то подстраиваться. Для нас можно было и «зелёный» путь дать.

Резкое торможение едва не сбросило меня на пол. В последний миг машинально упёрся в столик, ощущая, как напряглись мышцы на руках. Скрип тормозов, дёргающийся как в припадке вагон, суматошные вопли в соседних купе — всё говорило о том, что диверсанты осмелились-таки остановить поезд. За окном, где-то вдали, ярко вспыхнула звезда и понеслась в сторону состава. Она быстро росла, пока не соприкоснулась с каким-то вагоном, едущим впереди. Или с локомотивом? Яркие отсветы от взрыва легли на землю. Враз стало светло. Густой лес, чуть ли не вплотную примыкавший к железной дороге, сверкал вспышками выстрелов.

Зашипела рация, и чей-то голос, чуть взволнованный, но без паники, на русском языке стал бросать рубленные фразы:

— Внимание! Нападение на «Экспресс»! По ходу движения взорван фугас, локомотив-робот отрезан от нас и не может взять на буксир. Основной локомотив повреждён. Конвою приготовиться к отражению атаки! Пилотам — начать облёт территории и подавить все огневые точки! Блокировать переход между третьим и четвёртым вагоном, не допустить возможного прорыва диверсантов к делегации! «Гербовые» вагоны взять под особую защиту!

Только сейчас до меня дошло, что по нашему вагону огонь противник не ведёт. Странно. Чтобы гарантированно уничтожить антимага, нужно как раз садить по нему из всех стволов. Что-то щёлкнуло под потолком, и сверху на окно стала наползать металлическая шторка. Довольно быстро она отсекла нас от шальных пуль. Я хмыкнул и постучал по чёрной защитной поверхности. Точно такие же шторки используются в бронированном и штабном вагонах. Значит, надёжные.

— Андрей Георгиевич, с вами всё в порядке? — раздался крик Эда в коридоре.

Куан открыл дверь. Старший телохранитель ввалился в купе. В глазах тревога и отчаянная решимость защищать меня; казалось, что даже волосы на макушке встопорщился от возбуждения. За его спиной маячат Никанор и Влад.

— Пока всё в порядке, — спокойно ответил я, настраиваясь на серьёзную драку. В солнечном сплетении разгорался огонь, по невидимым энергоканалам расплавленным свинцом потекла Сила. Плечи, грудь, руки стали наливаться тяжестью. — Нужно перекрыть оба тамбура и следить за обстановкой. Где проводницы?

— Я здесь, Андрей Георгиевич! — чуть отодвинув Эда в сторону, к нам вошла Татьяна. — Комендант поезда приказал всем сидеть на месте и никуда не выходить из вагона. Тамбуры мы закрыли, но если используют взрывчатку, двери не выдержат.

Проводница не говорила прямо, кто может взорвать двери, но и так было ясно, что лопари всё же решились на атаку. Они же не просто так долбят из всех стволов по составу. Возможно, отвлекают от диверсантов, у которых стоит задача проникнуть сюда. То и дело по вагону разносились тупые удары от попадания пуль или осколков по бортам, отчего девушка вздрагивала.

Я встал и ободряюще положил руку ей на плечо.

— Таня, всё будет в порядке. Идите к себе, сядьте на пол, закройте дверь. Мы справимся сами. А давайте, я провожу вас.

— Хорошо, Андрей Георгиевич, спасибо, — кивнула Татьяна и дала мне возможность подержать её за локоток, пока мы шли по коридору. Видимо, она ещё ни разу не сталкивалась с подобными ситуациями. Света Булгакова как-то рассказывала, что в «экспрессах», ходящих за границу, работают матёрые проводницы, которым одним только своим видом мгновенно успокаивают пассажиров. Хотелось бы на таких одним глазком взглянуть.

Проводив Татьяну, я решил ещё разок пройтись по вагону, проверить, как обстоят дела у моих сопровождающих. С нами ехали десять кадетов из школы подготовки хирдманов. Так как двери во всех купе оказались открыты, мне удалось рассмотреть, чем занимаются парни. Они дисциплинированно сидели на месте, никуда не выскакивая, и не бегая по коридору. И деловито подготавливались к бою: надевали бронежилеты, заряжали оружие (помимо пистолета у каждого был короткоствольный автомат), распихивали запасные обоймы и рубчатые кругляши гранат по кармашкам разгрузок. Хм, вот что, оказывается, было в чемоданах моих сопровождающих, а я думал, сменное бельё… На моих глазах весёлые и беспечные парни превращались в грозную и боеспособную силу. При моём появлении они улыбались и что-то ободряюще говорили. Единственный человек, с кем я мог общаться на русском, был капрал по имени Кристофер. Сейчас он единственный стоял в конце коридора и с кем-то говорил по гарнитуре связи. Увидев меня, сделал жест, чтобы я никуда не уходил.

Закончив разговор, капрал с акцентом обратился ко мне:

— Внутренняя охрана доложила: из вагона-ресторана к нам прорывается вооружённая группа людей в количестве двадцати человек. В третьем вагоне готовятся к отражению атаки.

— А здесь есть камеры? — спросил я, повертев головой. И вдруг по вискам ударило хрустальным звоном, да так, что непроизвольно сжал их пальцами.

— В вагоне-ресторане их три. И в тамбурах по одной, — Кристофер встревоженно взглянул на меня. — Что случилось, княжич? Вам плохо?

— Возможно, применена сильная атакующая магоформа, — ответил я, переводя дух.

Капрал приложил руку к уху, в котором торчала гарнитура связи. Что-то отрывисто спросил. Потом ещё раз — и покачал головой.

— Третий вагон не отвечает. Странно.

— Там Эрик Биргерссон, — я уже не сдерживался и торопливо разгонял ядро до такого состояния, что в животе заработала настоящая металлургическая печь. Меня распирало от Силы. Казалось, ещё немного, и одежда разойдётся по швам.

Раздался звук очень сильного удара в тамбуре. Словно кто-то пытался выломать дверь и ворваться в наш вагон.

Капрал сдёрнул с плеча автомат и первым выскользнул в освещённый потолочным светильником тамбур, а я двинулся следом, уже готовый прикрыть его невидимым куполом спрессованного воздуха. Правда, импровизированная защита на ограниченном пространстве принесёт больше неудобства из-за нехватки воздуха, но от выстрелов спасёт.

— Предлагаю отойти в вагон. Здесь слишком мало места для манёвра, — бросил я в напряжённую спину Кристофера. — Мне будет легче отбить атаку в коридоре.

По ушам опять ударило разлетающимся на осколки хрусталём. Моя антимагия срывала чью-то магоформу. За дверью послышались яростные восклицания.

— У вас какой ранг одарённости? — капрал, к моему облегчение, послушался, и мы вернулись в вагон.

— Секретный, Кристофер, — улыбнулся я. — Прикажите своим людям находиться в купе и не высовываться, пока не скажу.

— Вы настолько уверены в своих силах? — хмыкнул капрал. — Я ведь тоже одарённый, владею Стихией Воды. И все десять человек, что здесь находятся, в той или иной мере могут использовать свои «стихийные» атрибуты.

— Надеюсь, «огневиков» здесь нет? — я не шутил, когда задал этот вопрос. Пироманы в замкнутом пространстве — страшное оружие. Подожгут вагон своими магическими плетениями, и придётся вместо отражения атаки заливать всё водой.

— «Огневиков» не брали, — усмехнулся Кристофер. — Здесь только «водники» и «воздушники».

— Тем не менее, не пытайтесь сейчас воспользоваться своим Даром, — ещё раз предупредил я капрала. — Дайте мне отработать по противнику.

— У меня приказ защищать вас всеми возможными средствами, — сжал челюсти Кристофер, сразу превратившись в непреклонного вояку. — И я исполню волю короля.

— В таком случае стойте за моей спиной и действуйте только тогда, когда я попрошу, — я поморщился, ощутив новый болевой импульс, ударивший по вискам. Судя по всему, враг применял очень мощные атакующие магоформы, которые моя антимагия хоть и разрушала, но не могла снизить силу отката. Сразу вспомнилось состояние после взлома «Щита Хеймдалля». Неужели здесь те же самые маги, что были и на «Северной Звезде»?

Что там происходит снаружи? Смогли боевики Булгаковых и королевские хирдманы отразить атаку? Нет, судя по участившимися попаданиям по корпусу вагона. Словно дробью сыплют. По звону осыпающегося стекла стало понятно, что мятежники уже не выбирают цели, а садят из оружия по всему составу. Изредка громыхало. Довольно сильно. Звонко стучала «Коса». Я её по звуку узнал.

Мощный взрыв в «холодном» тамбуре вынес обе деревянные двери, осыпая коридор крошками стекла. Горячая волна, пахнущая сгоревшим порохом, ударила в выставленный мною барьер из спрессованного воздуха и опала на ковровую дорожки и стены хлопьями копоти. Вагон качнулся из стороны в сторону, будто гигантская длань разозлённого йотуна дала ему пощёчину. Затрещали переборки, пластиковое покрытие потолков лопнуло в разных местах, осыпалось вниз белым крошевом.

— Куан, ко мне! Остальным оставаться на своих местах! — крикнул я, не оглядываясь и спешно сплетая силовые линии в плотную массу наподобие поршня. Им я собирался выдавить врага в тамбур и там разом покончить с большей частью нападавших. Узкий коридор вагона очень хорошо подходил для такой атаки. Диверсанты не смогут воспользоваться своим преимуществом в живой силе. Сколько их там сможет прорваться к нам? Толпой не пойдут, максимум, по двое. Остальные будут маячить за их спинами, прикрывать огнём. Но при такой плотности воздушной пробки у них ничего не получится. Значит, им придётся отступать на исходную позицию или… выпрыгивать из вагона, чтобы не быть раздавленными.

Кристофер продублировал мой приказ по-шведски, сам же оставаясь за спиной. Правда, ему пришлось посторониться, чтобы пропустить Куана.

— Я здесь, господин, — предупредил он.

— Будь готов поддержать меня, если не удастся отбросить диверсантов обратно, — не оборачиваясь, приказал я.

В этот момент что-то опять затрещало, и коридор со стороны туалета стал заполняться ледяной массой, тускло переливающейся серебристо-голубыми всполохами в её недрах. Сначала мне показалось, что вражеские маги решили залить весь вагон льдом, чтобы особо не рисковать своей жизнью. Идея здравая, если бы у диверсантов была куча времени. Но его не было. С минуты на минуту конвой и хирдманы барона Кнорринга уничтожат засаду и бросятся на помощь.

Ледяная пробка застыла напротив двух последних купе — и лопнула мириадами ледяных шариков и игл. Магия швырнула всю эту убойную массу в нас, и я вдруг подумал, что моих силовых линий не хватит удержать жуткую мешанину режущих снарядов. Нужен воздушный щит. Но воздух — субстанция упругая. Он стремится расшириться, и его нужно удерживать в сжатом состоянии, вложив в этот процесс огромное количество внутренней энергии. Поэтому мне и понадобилась помощь Куана.

Дальше мы работали в унисон. Сначала перевели каждый свою внутреннюю энергию (ту самую «жизненную силу», прану, ци, накопленную годами медитации) в кинетическую энергию сжатого газа. Я с предельной концентрацией создал каркас — невидимые «рёбра жёсткости», не дающие нашему невидимому оружию растечься в пространстве, а Куан следил за тем, чтобы воздух не расширялся, затыкая малейшие «дыры», в которые он обязательно устремится. Теперь в этот каркас нужно залить немного антимагической энергии. Вроде капли мощного красителя в графин с водой.

Я чувствовал, как пространство передо мной становится упругим, как тугой мяч, и тёплым. Казалось, этот процесс длился вечность, но на самом деле щит был поставлен чуть ли не за один удар сердца. В этот щит и влетело чудовищное количество миниатюрных поражающих элементов. За счёт кинетической энергии они пробили первый слой, но мгновенно растаяли. Было видно, как крупные капли, застывшие в воздухе, скатываются по невидимой поверхности вниз, на пол. А потом ледяной дождь просто осыпался на ковер, не причинив нам никакого вреда.

Да, я мог создать единое антимагическое поле и разом выбить из рук вражеских чародеев все их козыри. Но в таком случае кадеты-хирдманы тоже лишались своих магических возможностей. А я не хотел обезоруживать охрану. Духовные практики, чья сила зиждется на природной и человеческой энергии, вкупе с «каплей» антимагии действовали эффективно. Оказывается, противостоять магии с помощью силовых линий вполне реально. Мало того, у меня получилось сформировать из них довольно плотную «подушку», скрутив плоскости в единый жгут… Впервые мысль использовать энергетические потоки именно по такому принципу пришла мне в голову, когда кузнец Стейн выковывал из переплетённой в несколько рядов проволоки железную полосу — будущий клинок. Такой способ позволяет добиться нужной прочности заготовки.

Эти мысли промелькнули в голове с такой скоростью, что я просто не смог сразу осознать значимости увиденного, но информация отложилась в закоулках памяти. Я же сейчас спешно укреплял защиту, интуитивно чувствуя, что вот-вот прилетит…

— Снижай контроль! — крикнул я, не оборачиваясь. Надеюсь, Куан понял, что я имел в виду. Мне было нужно, чтобы плотность воздуха стала меньше.

Какая-то конусообразная штука, похожая на снаряд гранатомёта, вылетела из тамбура и с шипением понеслась по коридору в нашу троицу. Я ещё услышал за спиной родное «б***ть» голосом Кристофера и ослабил контроль ядра, так и полыхавшего белым пламенем под сердцем.

Антимагическая волна захлестнула вагон, распространилась наружу, вырубая (надо полагать) все амулеты, защитные и атакующие плетения, магическую связь, телефоны и интеграторы бронекостюмов. Последнего, я надеюсь, не произошло. Пилоты сейчас должны находиться далеко от эпицентра антимагической вспышки, и им она не навредит.

Конусообразная дрянь, потеряв силу, просто развалилась в воздухе, слабо полыхнув огнём. Сотканная из мельчайших магических узлов магоформа не смогла причинить вред нашей защите, но зато расплескалась по стенкам, начав пожирать поверхность пластика огненной пастью.

— Капрал, «водников» живо в коридор! — заорал я. — Пусть гасят огонь, иначе сгорим!

И бросился вперёд, распространяя перед собой антимагическое поле. В ушах больно бился на мелкие осколки хрусталь, но я уже «закусил удила». Мне хотелось посмотреть, что это за маги, создающие неприятные и мощные магоформы. А вдруг удастся захватить хотя бы одного и выпытать у него секрет «Щита Хеймдалля»?

3

Бесконечно длинный день никак не заканчивался. Харальду казалось, что за непроницаемыми стенами Оперативного Блока до сих пор светит солнце, неспешно катясь к закату, гуляют и веселятся люди. Но стрелки часов на огромной панели показывали, что законы природы неизменны, что в сутках двадцать четыре часа, и что смена дня и ночи всё-таки существует.

Сейчас на каждом светившимся мониторе замерли цифры 03:32. Операторы в наушниках напряжённо вглядывались в какие-то картинки, графики, изредка бросали в микрофоны отрывистые фразы.

— Ваше Величество! — перед королём, словно из-под земли, вырос «дверг» с рыжей бородкой. — Есть информация с участка, где проходит «Скандинавский экспресс».

В это же время пошло оживление по рядам операторов. Сейчас собирались разрозненные детали происходящего, чтобы дежурный по Оперативному Блоку мог доложить ситуацию.

— Говорите, Нюстрем, — развернулся к нему король.

— Магическая стабильность грунта в районе Мустааярви нарушена, государь, — спокойно доложил руководитель инженерно-магического отдела. — Предполагаемая ситуация: проведён подрыв железнодорожного полотна.

— Решили до Лахти не ждать, — хмыкнул Харальд, не показывая на лице каких-либо эмоций.

— В точке возможного подрыва глухой лес. Удобное место для засады, отсутствие населённых пунктов в радиусе двух-трёх километров, перепад высоты требует снижение скорости, — рыжебородый «дверг» тоже был спокоен. — Есть места более идеальные для атаки, но почему-то решили выбрать именно этот перегон.

— Всё просто, полковник, — Харальд повёл шеей, снимая напряжение с мышц. — Они заторопились, когда поняли, что перед прохождением «Скандинавского экспресса» из Або в Выборг не проводятся оперативные мероприятия. Видимо, решили, что это удобный момент для нанесения удара. Дескать, Служба Безопасности расслабилась, не увидела никаких предпосылок для диверсии… Спасибо, Микаэль. Ступайте к себе и держите меня в курсе происходящего.

— Слушаюсь, Ваше Величество! — полковник чётко развернулся через левое плечо и отошёл от короля.

Харальд уже давно обратил внимание, что операторы оживились. Вероятно, шли доклады от группы сопровождения. Поэтому он благосклонно кивнул замершему в нескольких шагах от него дежурного по Оперативному Блоку.

— Докладывайте, майор Янссон.

— Ваше Величество, неподалёку от населённого пункта Мустааярви взорвано железное полотно. Диверсанты пропустили эскорт-локомотив, шедший на расстоянии пяти минут от основного состава, и совершили подрыв. «Экспресс» получил сигнал от группы мониторинга и провёл экстренное торможение. И был тут же атакован мятежниками. Основной локомотив получил повреждения, степень тяжести пока не установлена. Конвой Лутошина и хирдманы барона Кнорринга в данный момент ведут бой.

— Что по «гербовым» вагонам? — Харальд про себя довольно усмехнулся. Клюнули лопари, клюнули на такую примитивную наживку! Видать, в самом деле британцы торопятся, что пошли на такой шаг.

— На данный момент поступило сообщение, что диверсионная группа, находившаяся в числе пассажиров поезда, начала скапливаться в вагоне-ресторане. Персонал взят в заложники. Наёмники Тесака в количестве не менее двадцати человек пошли на прорыв. Вагон под номером 3 сопротивления не оказал.

— Почему? — брови Харальда сдвинулись к переносице.

— Вероятность применения особо мощной магоформы, разом исключившей сопротивление группы кадетов.

— Выражайтесь проще, майор, — поморщился король.

— Или погибли разом, или усыплены «Морфеем». Только он может работать по большой площади.

— Что с Волхвом?

— Пока неизвестно, — вытянулся дежурный. — Всем группам в «гербовых» вагонах дано жёсткое предписание не вмешиваться в отражение атаки и находиться на своих местах.

— Ступайте, майор, и держите в курсе событий. Пока ничего неординарного, кроме ситуации по третьему вагону, не вижу. Продолжайте держать связь с «Экспрессом».

— Слушаюсь, — майор вернулся к операторам, а Харальд направился в комнату смены, где сейчас никого не было. Вся оперативная группа находилась у мониторов.

Усевшись в кресло, король расслабленно откинулся назад и стал с удовольствием разглядывать аквариум, стоявший у противоположной стены. Неспешное передвижение разноцветных рыбок, помахивающих плавниками среди изумрудной зелени и пузырьков аэратора, действовало лучше всякой психотерапии. Чувствовал ли Харальд угрызения совести, что сознательно приказал снизить интенсивность оперативных мероприятий, обеспечивающих безопасное движение поезда? Это могло привести к гибели как непричастных ко всему происходящему пассажиров, так и охранников. Но королевская гвардия и кадеты — это особая каста, готовая погибнуть в любой момент, где происходят боевые действия. Они знают, на что идут. Кадеты — те да, молодые и дерзкие, горячие и нетерпеливые. Если двадцать человек разом попали под атакующую магоформу и погибли, придётся объясняться с их родственниками, почему так произошло. Одно дело сложить голову в открытом бою, а совсем другое, когда тебя убивают, как муху.

В кармане завибрировал телефон. Звук был отключён, чтобы не отвлекать людей от работы. Харальд вздохнул и вытащил аппарат. Хмыкнул, нажал на иконку вызова.

— Да, милая. У тебя бессонница?

— Прости, папа, — раздался виноватый голос Астрид. — Не могу уснуть. Ты… есть какие-нибудь новости о поезде?

— Пока всё в порядке, дочка, — слукавил Харальд. — Всё проходит в штатном режиме. Надеюсь, до России «Экспресс» доберётся без приключений.

— Ну да, — вздохнула принцесса. — Глупая, знала же, что ты ничего не скажешь, даже если сейчас где-то там идёт бой.

— Да ничего нигде не идёт, — уверенным голосом проговорил Харальд и поднял глаза на возникшего в дверях оперативного дежурного. Он делал какие-то знаки. — Не беспокойся ни о чём и ложись спать. Или попроси придворного мага, чтобы погрузил тебя в сон. Ты должна выглядеть цветущей и здоровой, а не заспанной и недовольной.

Астрид хихикнула.

— Ладно, ты меня успокоил, — сказала она. — Извини, что отрываю тебя от дела. Спокойной ночи…

— Спокойной ночи, милая. Встретимся за завтраком.

Он сбросил вызов и нетерпеливо воззрился на дежурного.

— Говорите, майор.

— Ваше Величество, полностью пропала связь по магическим каналам, — чуть волнуясь, проговорил офицер. — Обычная проходит с серьёзными искажениями. Конвой отражает атаку, диверсанты проникли во второй вагон, где едет Волхв, но это всё, что нам удалось узнать.

Харальд не успел ничего сказать, как в комнату ввалился «дверг». Полковник Нюланд умел скрывать эмоции, а его аккуратная, но пышная борода как нельзя лучше способствовала этому. Но вот движения мага-инженера выдавали волнение.

— Разрешите, Ваше Величество?

— Докладывайте, Микаэль, только по существу.

— Зафиксирована серия колебаний почвы от магического воздействия, государь, — у инженера вдруг на лице проявилось недоумение, как будто он сам не знает, как объяснить эту ситуацию.

— И что это значит? — тем не менее, вопрос Харальда читался. — Может быть, ваши слишком чувствительные подчинённые перепутали мощные магические колебания почвы с обычными разрывами ракет или гранат?

— Нет, государь. Было два мощных воздействия. Ударные волны ушли вниз, а по рельсам их проводимость гораздо сильнее. Они же проложены по поверхности…

— Увольте меня от технических описаний проблемы, полковник, — резко поднялся на ноги Харальд. — Что произошло?

— Один удар был магическим, второй — неизвестного происхождения. На магию не похоже. Скорее, похоже на избыточный выброс энергии.

— Ах, вот как, — неожиданно для офицеров, замерших посреди комнаты, Харальд с довольным видом усмехнулся, но тут же закаменел лицом. — Связь! Связь с «Экспрессом»! В штабном вагоне барона Кнорринга есть радиостанция. Не думаю, что и она вышла из строя.

— Есть! — оперативный дежурный и выскочил наружу.

— Полковник, продолжайте работать, — король подошёл к аквариуму, взял щепотку корма и насыпал в кормушку. Рыбки метнулись к угощению, хватая ртами сухие хлопья. О них сегодня совершенно забыли в суматохе напряжённой работы. — Всё, что связано с неизвестными аномалиями, вроде той, о которой вы только что сообщили, тщательно фиксируйте. Потом разберёмся и проанализируем. И попытайтесь связаться со своими коллегами из штаба барона Кнорринга. Я знаю, это не ваша специализация, но вдруг что-то получится.

— Слушаюсь, Ваше Величество! — полковник Нюланд вышел следом за оперативным дежурным. По поводу последнего приказа он не стал разводить ненужную и преступную на данный момент дискуссию. Военный маг-инженер точно знал, что связаться по астральным каналам у его подчинённых никак не получится, но зачем об этом напоминать королю? Да, они попытаются, чтобы потом полковник мог с чистым сердцем доложить о неудаче.

А Харальд посмотрел на снующих рыбок с полуулыбкой на губах. Если он правильно понял информацию из доклада полковника о природе непонятного взрыва, это княжич Мамонов применил свою антимагическую технику. Смущало только, почему она оказалась настолько мощной, что вызвала колебания почвы. Антимагия разрушает то, из чего она сама рождена. А тут… странные энергетические волны. Рано или поздно специалисты разберут бой по полочкам, напишут экспертное мнение и передадут аналитикам. К тому же кадеты-хирдманы, которые сейчас едут в одном вагоне с Андреем, тоже буду опрошены. Вдруг мальчишка овладел анти-Даром в такой степени, что у него открылись невероятные боевые способности, о которых остальным приходится только мечтать? В таком случае диверсантам ничего не светит. И как бы Тесак под горячую руку Мамонова не попал. Жаль будет, если ублюдка Торгильса казнит не король. С другой стороны, Андрей — будущий родственник, так что месть Харальда Инглинга всё равно свершится.

4

Когда я бросился на противника, умеющего не только атаковать «тяжёлыми» конструктами, но и грамотно защищаться, из моей головы совершенно вылетела мысль, что опять могу наткнуться на многослойную магоформу. Сейчас я находился в эпицентре настоящего боя, и думать о чём-то постороннем значило упустить инициативу. А то, что она была на моей стороне, мог понять любой посторонний человек. Узкое пространство вагона я использовал на всю катушку. Двигаясь вперёд, я толкал перед собой силовое поле, сжатое в тугой поршень. Оно корёжило железный корпус, срывало металлические шторки. Стёкла лопались с оглушительным звоном и застывали осколками в спрессованной массе воздуха. Наверное, торчащие стеклянные острия впечатлили двух наёмников в ничем не примечательной одежде. Они встали в разбитом дверном проёме и усиленно работали руками. Хрустальный звон в ушах подсказал мне, что это боевые маги противника.

Понимаю их яростные выкрики и бессильные взгляды, которыми они провожали рассыпающиеся конструкты. Антимагия властвовала в радиусе пятидесяти метров, и я сейчас мог спокойно убить эту парочку. Но хотелось узнать, насколько эффективно силовое поле в роли «поршня». Невидимая мощь просто-напросто вытолкнула магов в тамбур, где стояли ещё трое боевиков. Один из них вскинул пистолет, целясь в меня.

Пожилой маг со злостью что-то крикнул, сшибая кулаком острые осколки на пол, при этом поранив руку. Кровь закапала вниз, застывая рубиновыми потёками в воздухе.

Банг! Банг!

Два выстрела подряд оглушили всех, кто находился на маленьком пятачке, соединяющем оба вагона. И только сейчас до идиота, стрелявшего в меня, дошло, что дело неладно. Медленно и неотвратимо я своей Силой выпихивал наёмников в соседний вагон, откуда доносились крики и какое-то странное рычание. Будто тигра выпустили из клетки и дали команду рвать всех, кто попадётся ему на пути. Хм, откуда здесь тигр? Разве что…

От догадки, мелькнувшей в голове, на губах появилась улыбка. Наверное, она привела в ужас «корсаров» куда больше, чем невидимая и страшная сила, бесцеремонно выталкивающая их из запретного места. Лопнули плафоны, скрежетнула железная обшивка тамбура, оставляя в стенах вмятины. Я медленно шёл вперёд, не давая магам ни единого шанса создать против меня хоть какое-то атакующее плетение. Но каждый шаг давался с трудом. Приходилось концентрироваться одновременно на силовом и антимагическом поле. Одного выплеска хватило, теперь можно немного уменьшить радиус разлёта. Ведь там Эрик Биргерссон, непонятно как избежавший удара «сонного» конструкта, отвлекает на себя большую часть нападавших. Ему нужен доступ к своему Дару, а я могу только помешать.

Но за моей спиной Куан. Я чувствовал, как он помогает мне, вливая в «поршень» свою силу. Как в том случае на мосту, когда нам обоим удалось удержать машину от падения на лёд.

— Разверни в плоскость, — услышал я его голос.

До меня не сразу дошло, чего хочет наставник. Но хватило пары секунд, чтобы сообразить, как справиться с упирающимися идиотами. Нет бы бежать от меня, а они продолжают орать что-то непонятное, упорно применяют магию — и теряют драгоценное время.

Я слегка ослабил давление и «повернул» силовое поле вертикально, создав тонкую режущую плоскость. Котловая сторона вагона — очень узкое место, здесь опасно манипулировать такой жуткой штукой, как плоскость, насыщенной энергией. Да ещё движущейся горизонтально. Представляю, какое месиво из металла, дерева, пластика и живой плоти здесь потом будет.

Заорал один из магов, напарник пожилого. У него начисто отсекло левую руку и скользнуло невидимой режущей кромкой по правому плечу, вырывая кусок плоти. Вот теперь действительно пошло кровавое месиво, от которого мне стало дурно. Один за другим осели на пол ещё два наёмника, лишившиеся некоторых частей тела. Удивительно, как выжил пожилой чародей. Он среагировал правильно и нырнул в открытое купе, избежав смерти.

Неожиданный удар по затылку сбил концентрацию, и силовое поле мгновенно перестало существовать. Я знал, что крепкий подзатыльник всегда приводит в чувство, но чтобы его применяли в таком случае… Надо взять на вооружение!

А в это время Куан отодвинул меня в сторону и бросился на помощь Эрику, отбивающемуся от наёмников. Я только сейчас понял, почему Биргерссона называют Берсерком. Этот парень каким-то образом не поддавшийся усыплению или что там сотворили маги-наёмники с остальными кадетами, дождался, когда вся группа захватчиков пройдёт мимо его купе и зашёл им в тыл. Судя по нескольким телам в гражданской одежде, неподвижно лежащим в проходе, Эрик зря время не терял. Как он с ними расправился, я не знаю, но сейчас Берсерк находился в той стадии, когда обрушивающиеся на него удары не имели никакого эффекта. В узком пространстве он сцепился с одним из диверсантов, здоровенным, как бык, и умело им прикрывался, чтобы не схлопотать пулю или нож от его напарников.

Я загасил антимагическое поле, и Эрик, почувствовав, что может использовать Дар, мгновенно среагировал. Узкое ледяное лезвие проткнуло наёмника, провернулось в плоти и осталось там.

— Спасибо, Андрей! — прорычал Берсерк, отбрасывая за спину уже не шевелящегося врага, и с перекошенным от боевого пыла лицом прыгнул на следующего противника, которых осталось всего шестеро. — Стой на месте! Я справлюсь!

Эрик проигрывал «корсарам» по габаритам, но заполненный до краёв яростью и мощью своего Дара, он смог навязать им бой по своим правилам. А Куан, шедший впереди меня, молниеносно работал руками, создавая энергетические конструкты. То и дело слышались выстрелы, вскрики, хрипы, злая ругань. Воздух в вагоне пропитался запахом пороха и крови.

Я понял, что Эрик и Куан справятся без меня и вспомнил про чародея, который спрятался в купе. Для безопасности выставив перед собой силовой щит, я шагнул внутрь, собираясь разобраться с наёмником, но меня ослепила вспышка открывшегося портала. Пожилой маг, не мудрствуя лукаво, ввалился в него спиной, начисто забыв о своих товарищах, сейчас гибнущих в коридоре вагона. На миг я увидел его перекошенное злостью лицо, испещрённое морщинами, и глаза, налитые чернотой.

Любая война или боевой конфликт — это великолепная возможность обкатать новую технику, вооружение, тактические новинки. О магах и говорить нечего. Такое раздолье использовать что-то необычное, секретное. И то, что сейчас произошло, заставило меня крепко задуматься, как можно применить данную боевую модель против телепортаторов.

Дело в том, что силовое поле до сих пор прикрывало меня. Машинально шагнув следом за пожилым «корсаром», я невольно спровоцировал наложение энергетических плоскостей на не успевший исчезнуть портал. Они, как бритвенные лезвия, разрезали сверкающий серебристо-фиолетовыми всполохами овал и, такое ощущение, провалились в него.

Портал оглушающе схлопнулся, больно ударив по ушам. А на пол упала отсечённая кисть руки с потрескавшимися ногтями на пальцах. Я тупо поглядел на неё и обессиленно присел на диван. Кстати, а где проводники? Это ведь их купе. Но оно было пустое.

Нельзя сейчас расслабляться! Враг ещё не добит, а Куану и Эрику нужна помощь! Я снова разогнал ядро, напитывая новой энергией каналы, уже истощившие свой потенциал, и вывалился в коридор, прикрываясь спрессованной стеной воздуха.

И, как оказалось, опоздал. Эрик сидел на полу, свесив голову вниз. Куан шёл по коридору и рывком открывал одну дверь за другой. Видимо, проверял, кто из кадетов остался жив. На полу коридора лежало не меньше дюжины тел. И все они принадлежали явно не молодым хирдманам.

— Эрик, брат, — я присел перед Берсерком.

— Вот это была битва, — улыбнулся парень. — Оказывается, дядя Снорре был прав, когда говорил, что в роду Биргерссонов раз в поколение появляется оборотень.

— Да ну, никакого оборотня я не видел, — усмехнулся я, осматривая Эрика, не ранен ли он. По рваным отверстиям в бронежилете стал ясно, что светловолосый скандинав словил три пули. — Ты не ранен?

— Нет, кажется… — Эрик поморщился, как только попробовал пошевелиться. — Но прилетело прилично. Хороший броник. А насчёт берсерка… Это особое состояние, внутреннее. Оно не зависит от магии… Когда я почувствовал, что Дар заблокирован, включился механизм «берсерка».

— Хм, расскажешь? — я убедился, что Биргерссон в порядке, но медицинская помощь ему не помешает.

— Я сейчас не готов объяснить тебе, как всё происходит, голова не соображает, — Эрик похлопал меня по плечу. — Вот пригласишь меня на свадьбу, я специально приеду пораньше, чтобы с тобой пообщаться.

— Намекаешь на мальчишник? — я улыбнулся.

— Соображаешь, — Эрик закрыл глаза и слабо пошевелил рукой, будто предупреждая, чтобы его не трогали.

В это время в вагон ворвался капрал Кристофер и несколько кадетов, ехавших вместе со мной. Они ошеломлённо поглядели на побоище. Кого-то сразу замутило от кровавого зрелища, и он бросился обратно в тамбур.

— Все живы, — ко мне подошёл Куан, как всегда эмоционально непроницаемый. — Спят. Скорее всего, диверсанты накрыли их «сонным» заклятием, и довольно сильным. Но никто не пострадал.

— А где проводники?

— Девушка в служебном купе! — крикнул Кристофер. — Спит!

Одна проводница? А где же вторая? Странно.

Капрал вытащил из кармашка зашипевшую рацию и начал быстро докладывать, что здесь произошло. Я его не понимал, но сообразил, о чём он говорит. Меня беспокоил Эрик. Он, кажется, потерял сознание. Как-никак, три пули в корпус — это не шуточки. Возможно, в этом и моя вина, когда я раздвинул поле антимагии. Берсерк попал под него и не смог использовать Дар, чтобы защититься. Странно только, почему кадеты не проснулись. По логике «сонное» плетение должно было разрушиться.

— Тринадцать диверсантов, — сказал Куан, помогая мне подняться, а заодно придерживая за плечо. — Двое в тяжёлом состоянии, но если поторопиться, то можно их спасти, чтобы потом допросить.

— По оперативной информации в Мальмё садилось не меньше двадцати человек, — услышал нас Кристофер, закончив разговор по рации. —

— Один маг точно ушёл через портал, — сказал я.

— Получается, ещё шестеро прячутся где-то в вагонах или смогли убежать, — задумчиво проговорил капрал. — В тамбуре нашего вагона открыта дверь. Возможно, часть боевиков всё же покинула поезд.

Да? А я и не заметил открытую дверь, когда выталкивал врагов из тамбура. Может, силовое поле деформировало как корпус вагона, так и дверь? Одни загадки, но не настолько значимые, чтобы на них сейчас отвлекаться.

Как бы я не пыжился, но организм понял, что не стоит поддерживать такое жуткое напряжение, за счёт которого мне удавалось комбинировать между антимагией и ментальными техниками. Ядро снизило интенсивность, а меня накрыл откат. Стало нешуточно потряхивать, и Куан сразу же увёл меня в то самое купе, где валялась окровавленная культя пожилого мага. Наставник помог мне улечься на диван, по-факирски достал из-за пазухи маленькую фляжку, отвинтил крышку и поднёс к моим губам.

— Два глотка, — предупредил он.

Хватило бы и одного! От жуткой горечи, словно настойку полыни проглотил, у меня рот свело. Пересилив себя, сделал второй глоток. Обессиленно растянулся на диване, не обращая внимания на поднявшийся шум в коридоре. Замелькали фигуры хирдманов, облачённых в чёрную униформу. Они проверяли купе, деловито переговаривались между собой. Раздавались короткие команды.

— Княжич, вас вызывает комендант поезда, — в купе заглянул Кристофер и протянул мне рацию.

— Волхв на связи, — нажав на тангенту, вяло проговорил я.

— Княжич, ты в порядке? — голос у Лутошина дрожал от волнения.

Понимаю его. Случись что со мной, ему не поздоровится. Булгаковы его, конечно, постараются отмазать, но император всё равно потребует крови. Комендант поезда отвечает за каждого пассажира, иначе не стоит брать контракты на сопровождение. Ну и Булгаковым тоже придётся отвечать. Ведь это детище их Рода.

— В порядке, господин комендант. Жив-здоров, не ранен. Правда, одна проводница из второго «гербового» вагона куда-то исчезла.

— А-ааа, не переживай. Она в Або осталась. Отравилась чем-то, пришлось срочно госпитализировать.

— Тогда порядок. А вот два вагона в хлам. Смотрятся страшно.

— Да дьявол с ними, новые построят, — облегчённо вздохнул Лутошин. — Я сейчас пришлю людей, они помогут вам перейти в первый вагон, он пустой. Хирдманы в Выборге сойдут с поезда, поедете с комфортом.

— Моим парням передайте, что я жив. Чтобы не беспокоились, — успел ответить я и погрузился в блаженное беспамятство.

Н-да, видимо, очень сильно перенапрягся. Не хватает ещё силёнок вести полноценный бой, а потом с видом победителя ходить среди поверженных врагов и посвистывать.

Значит, буду тренироваться усерднее. Иного пути стать могучим Разрушителем не вижу.