Сидел на крыльце казармы, курил. Небо звёздное, тишина, только где-то далеко ухает арта. Вспомнил тот бой , звёзды, разговоры. Вспомнил пацанов, что тащили меня под огнём. Вспомнил того молодого, что погиб. Вспомнил Егора, Серёгу, Миху, Саню – где они теперь? Живы ли?

Рядом сел тот моряк, что всё воду искал.

– Куришь, Громов?

– Ага.

– Завтра разъезжаемся. Хреново.

– Почему хреново?

– Привык я тут. К лесу привык. К людям. Даже к тебе привык, хотя ты странный.

– Я странный? – усмехнулся я.

– Ты не странный, ты… другой. Будто не с нами, а сам по себе. Но в бою – свой.

Я молчал.

– Ладно, бывай, – он встал, протянул руку. – Если встретимся – вместе повоюем.

– Бывай, – ответил я.

Он ушёл. А я ещё долго сидел, смотрел на звёзды и думал о том, что через полгода я снова в деле. И что Лена… чёрт, Лена. Почему я о ней думаю?