Я стрелял, менял магазины, снова стрелял. Боевики залегли, не решались сунуться. Я орал матом, метался от угла к углу, создавал видимость, что нас как минимум взвод.

Потом понял: всё. Патронов на два магазина.

Рванул к окну. Высадил раму плечом, вывалился наружу, перекатился и побежал.

Пули свистели над головой, вгрызались в землю под ногами. Лес был близко. Сто метров. Пятьдесят. Двадцать.

Я влетел в лес как ошпаренный. Бежал, петлял, уходил от погони. Ветки хлестали по лицу, лёгкие горели, ноги подкашивались. За спиной – 30 кг снаряги, адреналин после боя зашкаливал, дыхание выбивалось, но я бежал.

Километр. Второй.

Забегаю за кусты, падаю, жду. Сердце колотится так, что, кажется, его слышно за километр. Тишина. Погоня где-то отстала. Встаю – бегу дальше.

Третий километр. Четвёртый. Я сбился со счёта.

Река. Я упёрся в реку.

Тишина. Погони не слышно. Я падаю на колени, пытаясь отдышаться. Секунд 5 просто лежу, смотрю в небо. Лес, небо, тишина. Это было прекрасно. На секунду забыл, где я и что со мной.

Потом встал, отряхнулся, сделал шаг…

Корень. Чёртов корень.

Земля ушла из-под ног. Я покатился кубарем в овраг и замер, лёжа на спине. Посмотрел на ногу – цела. Повернул голову.

Перед самым лицом, в нескольких сантиметрах, из земли торчал ржавый бок.

Мина. Времён Второй мировой. Не наша. Другая.

Я тупо смотрел на неё. И вдруг – улыбнулся. Сквозь усталость, сквозь адреналин, сквозь боль пробилась мысль:

«На современной войне меня достал кусок прошлой великой. Иронично».

Я полежал ещё немного. Секунд 30. Вставать не хотелось. Потом услышал вдалеке крики. Километрах в трёх, не меньше. Время есть.

Посмотрел на водоём. Решил обойти. Снял броник, разгрузку – кину в воду, пусть думают, что я пошёл туда. Затянул потуже пояс, шагнул назад…

Щелчок.

Другая мина.

Я замер. Медленно опустил взгляд. Стою на ней.

Вдохнул. Выдохнул.

Хлопок. Не взрыв – что-то другое. Оглушение. Белый свет ударил со всех сторон, разрывая реальность на куски.

Последнее, что я услышал – собственный голос:

– Вот сука…