Тупая тревога выворачивает мой желудок, я готова в любую секунду взорваться изнутри.
Субботнее утро. А с четверга я не спала дольше часа без перерыва.
От Дэнни ни слова. Ноль. Ничегошеньки. Сколько бы раз я ни проверяла телефон, ни смотрела почту в надежде, что он написал хотя бы на рабочий ящик.
Я сгрызла себе все ногти. Не мылась два дня. Едва спала. Выгляжу как ходячий мертвец.
Как мне подготовиться к этому мелодраматическому кошмару? Предупредить маму и Кэлли? Отрицать? Говорят, сегодняшний скандал завтра забудется, но в интернете следы остаются навсегда. Каждый, кто загуглит мое имя, увидит это снова и снова.
Мозг выстраивает худшие сценарии. Будет ли все еще хуже? Дэнни настолько зол, что подаст на меня в суд за клевету?
Мне нужно увидеть его. Почувствовать его объятия. Услышать, что все будет хорошо.
До публикации статьи остаются считаные минуты.
Кэт и Сьюз сидят рядом со мной на диване.
Джули обновляет страницу каждые десять секунд, готовая оценить, насколько все плохо. Мы решили, что мне лучше не читать комментарии сразу после выхода статьи.
– Опубликовали. – Голос Джули срывается.
Я зажмуриваюсь и делаю глубокий вдох.
Кэт и Сьюз крепко держат меня за руки.
– Я не понимаю, – говорит Джули.
Я открываю глаза.
– Что? – бросаюсь я к ней. – Что ты не понимаешь?
Она хмурится, вчитываясь в текст на экране ноутбука.
– Это ты… но не ты.
– В каком смысле? – Я тянусь за ноутбуком.
– Твоего имени здесь нет.
Бегло перечитываю статью, которую знаю наизусть.
Все так же.
Но что-то не так.
Я читаю снова. И снова.
– Прочтите, – говорю я Кэт и Сьюз. – Какого черта?
Имя Дэнни мелькает повсюду.
А я?
Я стала безымянной безликой сотрудницей.
– О боже! – Джули прикрывает рот рукой. – Он нашел способ убрать тебя из этой истории.
– Никто не знает, что это я? – моргаю я. – Как? Как он это сделал?
Облегчение накрывает меня с головой, как теплый поток воды.
– Это странно. – Джули качает головой. – С твоим именем это был бы куда более скандальный материал.
Она резко замирает, ее глаза расширяются.
– Он, должно быть, заплатил им кучу денег, чтобы тебя не упомянули.
– Он защитил меня? – Мой голос срывается. – Но почему он не добился удаления статьи целиком?
– Не знаю, – пожимает плечами она. – Видимо, использовал себя как разменную монету. Позволил оставить материал, но без тебя. Отменить публикацию почти невозможно, если только нет угрозы жизни. Все, что можно сделать, – это попытаться разгрести последствия.
Я обессиленно падаю на диван после двух дней ужаса, и эмоции захлестывают меня.
Статья напечатана.
Теперь это грязное пятно на его имени.
Он никогда не простит меня.
Я больше никогда не почувствую его объятий, его поцелуев.
Дэнни, я знаю, что ты сделал для меня. Пожалуйста, поговори со мной.
Сообщение прочитано.
Ответа нет.
Я знаю код от калитки, поэтому ввожу его, вместо того чтобы нажать на кнопку звонка и попросить впустить меня. С того момента, как мы начали встречаться, Дэнни дал мне этот код, чтобы я могла зайти в дом.
Но сейчас… я не была уверена, что поступаю правильно. Сейчас воскресенье, прошло целых двадцать четыре часа с момента выхода статьи, и он не ответил на мои сообщения.
Я не хочу разговаривать через домофон. Но вдруг он не впустит меня? Нет, мне нужно, чтобы Уокер увидел мое лицо, чтобы он знал, как мне жаль, как я расстроена. Чтобы он лично убедился в том, насколько я сломана.
И вот я стою перед его дверью, меня тошнит от страха и нервов.
Глубоко вдохнув, я стучу большим дверным молотком.
Я ожидаю услышать низкий, хриплый голос с шотландским акцентом, но знакомый женский голосок, который доносится из прихожей, пугает меня в десять раз сильнее.
– Это доставка еды, милый?
Сердце замирает, когда я осознаю, чей голос только что услышала.
Шаги приближаются к двери.
Меня охватывает паника, и я бегу вниз по ступенькам, через подъезд, выскакиваю за калитку, из-под подошв вылетают камешки. Тяжело дыша, я прячусь за одной из больших колонн.
Выглянув из-за угла, я вижу свой худший кошмар. Она стоит у двери в футболке Дэнни и шортах. Футболке, которую он давал носить мне.
Она оглядывается по сторонам, не понимая, кто стучал.
– Кто там? – спрашивает знакомый голос с шотландским акцентом.
Я закрываю рот рукой, чтобы не разрыдаться.
– Никто. – Она пожимает плечами и улыбается.
Дверь закрывается, и на мгновение я застываю, не в силах осознать, что только что произошло. Потом что-то щелкает внутри меня, и я падаю на землю.
Задержанный воздух, который был в груди, вырывается из меня.
Все. Мы не сможем вернуться назад. Все это не имело значения. Он ушел.
Я принимаюсь рыдать, сидя на тротуаре.
Дэнни Уокер разбил мне сердце.
Я сижу на диване с Кэт, Сьюз и Джули, которые смотрят на меня. Кэт пришлось забрать меня из Ричмонда и отвезти в квартиру, с тех пор я так и пребываю в прострации.
– Там была Джеки… – Ее шокированные глаза встречаются с моими.
– И?..
– Серьезно, Джеки? – Она повторяет на полтона выше.
– Я знаю, что она красивая, но она ужасно раздражает. Я не могу поверить, что он пошел на это.
Я пожимаю плечами, вытирая слезы с лица. Щеки красные и болят от бесконечных рыданий.
Сьюз смотрит на меня со своего места на полу.
– Он был так в тебя влюблен.
– У него всегда было табу на встречи с теми, кто работает с ним… и что сейчас? Это просто нелогично.
Я издаю безрадостный смешок.
– Дэнни Уокер – генеральный директор. Он может делать что хочет. Если ему что-то нравится, он берет это… Я знала. Я видела знаки. Я такая дура! – Я всхлипываю, и Кэт обнимает меня. – У него новая девушка появлялась каждые два месяца. Чего я ожидала? Что он будет сидеть и тосковать по мне?
– Это все моя вина, – тихо шепчет Джули из угла, глядя в пол. – История, твой разрыв… Я все испортила.
Я наклоняюсь и беру ее за руку.
– Нет, Джули, это не так. Это же не ты заставила его привести Джеки к себе домой. Если Уокер так быстро отошел, значит, то, что было между нами, – не то, что я думала. Тебе нужно вернуться к прежней себе. – Я смеюсь сквозь слезы. – Твое хорошее отношение очень напрягает. Ты должна говорить мне, чтобы я перестала ныть и решила свои проблемы.
Она улыбается с облегчением.
– Что ты будешь делать? – осторожно спрашивает Кэт. – Ты откажешься от работы в Нью-Йорке?
Я задумываюсь.
– Я думаю, что приму их оффер. Будет полезно уехать подальше.
– Одна? – Ее глаза округляются. – Думаешь, сейчас время для этого?
Я смотрю на подруг. Часть меня хочет уволиться из «Нексуса», чтобы больше никогда не видеть Дэнни Уокера. Но другая часть хочет эту работу, я добивалась ее. Это мое. То, что Дэнни меня отверг, не значит, что я должна отказаться от всего с ним связанного.
– Я соглашусь. – Я уверенно киваю. – Моего имени в статье нет. На самом деле, речь могла идти о Джеки. Люди бы поверили в это. Это правильно… новый старт. Три месяца, чтобы привести мысли в порядок.
– Мне просто не нравится, что ты будешь одна. Я переживаю за тебя… ты так… растеряна. – Кэт смотрит на меня. – Я никогда не видела тебя такой.
– Все будет в порядке. – Я грустно улыбаюсь. – Мне пойдет на пользу.
Не вполне согласная, она кивает.
– Когда ты уезжаешь?
– Мне нужно согласовать детали, мне сказали, что я могу приехать на следующей неделе. В нью-йоркском офисе я не сразу начну работу в новой должности, для начала придется подготовить план передачи текущих задач. Мой отдел собираются объединить с командой «Нексуса», так что все получилось идеально.
Я издаю безрадостный смешок.
– Оказалось, что Дэнни был прав. Они бы вычеркнули из штатного расписания мою должность и сократили бы меня. Может быть, он пытался сделать мне одолжение.
Позже той ночью я решаю, что мне нужно сделать кое-что важное, если я хочу иметь хоть какую-то надежду на восстановление отношений.
Дэнни, я хочу извиниться за позор, который я навлекла на тебя этой статьей. Конечно же, я не ставила себе такую цель. Я искренне надеюсь, что вы с моим братом восстановите вашу дружбу. Последнее, чего я хотела бы, – это встать между вами. Мы ошиблись, но я уверена, что ты согласишься, что ради Тристана нам нужно научиться ладить друг с другом… может быть, когда-нибудь мы сможем стать друзьями. Я принимаю предложение о работе в Нью-Йорке, чтобы тебе не пришлось меня видеть… Мы оба двигаемся дальше, и это к лучшему. Я надеюсь, что ты позволишь мне принять это предложение, несмотря на всю драму, которую я устроила. Я больше не буду той избалованной девчонкой. Когда мы снова встретимся, давай сделаем вид, что ничего не произошло.
Я отправляю это на его личный адрес электронной почты, а не на телефон. Так я не буду знать, когда он прочитает письмо.
Готово.
Затем я ложусь на кровать и безжизненно смотрю в потолок.
Я лгу в своем письме. Я никогда не смогу забыть его. Забыть нас.