Стиви был прав. Прошло уже шестьдесят четыре часа (да, я считаю) – и ничего. Ни одного сообщения от Уокера, а уже середина недели. Очевидно, мое поведение в офисе стало последней каплей.

С каждым днем я все больше отчаиваюсь и сомневаюсь, анализируя каждую мелочь из того, что происходило в выходные. Может быть, секс ему не понравился так, как мне? Он просто хотел компанию на пару дней? Ему уже скучно?

Мучая себя этими мыслями, я все время поглядываю на телефон. Включаю и выключаю его, проверяю связь. Лучше бы между нами вообще ничего не было. Теперь, когда я убедилась, какой он удивительный… буквально почувствовала, все это исчезло, стало невозможным.

Зачем я вообразила, что между нами нечто большее, чем просто секс?

Меня немного успокаивает тот факт, что я проведу вечер с Дэниелом, моим племянником. Это сын Тристана от его токсичного брака с ведьмой Джеминой. Я никогда не любила эту женщину. Мы с Дэнни – крестные Дэниела (и поэтому я участвовала в самой неловкой церемонии крещения на свете). Каждый год Дэнни покупает какой-то безумно дорогой подарок, из-за чего мой собственный выглядит жалко. Но я – веселая крестная.

Сегодня вечером Тристан идет с Ребеккой на какое-то мероприятие своей юридической фирмы, так что я остаюсь с ребенком. Как брат управляет фирмой и одновременно посещает светские сборища, для меня загадка – он постоянно на каких-то гала-ужинах или коктейльных вечеринках. Похоже, этот человек никогда не спит. Но я хотя бы смогу поработать над бизнес-планом для вакансии, когда Дэниел ляжет спать. Если, конечно, мое разбитое сердце позволит мне сосредоточиться на чем-то кроме мистера Трахайся-Со-Мной-Все-Выходные-А-Потом-Исчезни.

– Привет, Наталия! – Я целую бразильянку средних лет. Наталия – домработница, но по факту вторая мать Тристана. Она делает для него все – от приготовления еды до стирки его трусов. У него ни стыда ни совести.

– Чарли, дорогуша! – Она заключает меня в крепкие объятья, я вхожу и снимаю обувь. У Тристана всегда идеальная чистота, благодаря Наталии.

– Проходи, они в лаунже.

– Они? – спрашиваю я, и вдруг до меня доходит.

– Мальчики, Ребекка и ее друг.

Я слышу громкий смех Джека, а потом сухой саркастичный голос с шотландским акцентом и женский смех.

Черт.

Черт-черт-черт!

Сделав глубокий вдох, я вхожу в лаунж-зону.

– Чарли! – Ко мне подбегает Дэниел, и я не могу нарадоваться безусловной любви племянника.

Опустившись на колени, я обнимаю его, успокаивая свое сердцебиение.

Он здесь.

Почему Тристан не сообщил мне такие жизненно важные детали?

– Как поживает мой племянник номер один?

– Твой единственный племянник, – строго поправляет он. – Я не дурак, знаешь ли!

– Нет, ты самый умный мальчик, которого я знаю. – Я треплю его по макушке. – Ты собираешься выиграть у меня в шахматы сегодня вечером?

Он поправляет на носу очки.

– Обязательно!

– Чарли! – Тристан подходит ко мне и обнимает. – Ты – звезда.

Я целую его в щеку и с улыбкой оглядываю комнату. Джек и Ребекка прислонились к камину. Дэнни сидит в кресле, а на подлокотнике, будто в комнате нет других мест, в весьма фривольной позе рыжая девушка в облегающем платье. Она демонстративно покачивает стройными ногами, привлекая внимание Дэнни.

Я же, в отличие от нее, в спортивных штанах и с гнездом на голове.

Пока Джек и Ребекка приветствуют меня, наши с Дэнни взгляды встречаются, и он резко напрягается, отстраняясь от девушки. Я отвечаю ему дерзким взглядом, а потом отворачиваюсь.

Не делай вид, что ты не на свидании, придурок. Ненавижу, как сильно он влияет на меня, кажется, даже контролирует мое настроение.

– Чарли, это Мара. – Тристан представляет мне потрясающую рыжеволосую красотку, сидящую слишком близко к Дэнни.

Мара. Мои глаза расширяются, я смотрю на Дэнни, но тут же отвожу взгляд. И с удовлетворением отмечаю, что засос все еще виден.

– Привет, Чарли! – Она широко улыбается. Жаль, что она не знает. – Ты работаешь в компании Дэнни? Тристан мне говорил.

– Рада познакомиться, Мара, – едва удается мне выговорить. – Да, все верно.

– Он хороший начальник? – смеется она, бросая ему влюбленный взгляд. – Наверное, очень требовательный.

Не пытайся с моей помощью флиртовать с ним, сука.

– Очень дружелюбный, – отвечаю я, мой холодный тон абсолютно не соответствует словам. – Я пойду наверх, приготовлю ванну для Дэниела и не буду вам мешать, Тристан.

– Останешься с нами на бокальчик, сестренка? – Тристан машет бутылкой вина. – Я не видел тебя несколько недель. Ты меня игнорировала, – упрекает он.

– Я пришла, чтобы поваляться в спортивных штанах и поиграть в шахматы, – отвечаю я с легкой усмешкой. – Ты никогда не говоришь мне, когда у тебя гости.

Оставаться здесь дольше не в моих силах. Я не могу наблюдать, как Дэнни Уокер снова очаровывает другую женщину прямо на моих глазах.

– Тристан, я пойду наверх, – говорю я. – Всем приятного вечера. Мара, рада была познакомиться. Наслаждайся своим свиданием с Дэнни.

Все смеются, и Мара издает писклявый нервный смешок. Она взволнована и счастлива.

Я была на твоем месте, девочка.

Дэнни сверлит меня взглядом, и я разворачиваюсь, прежде чем они заметят навернувшиеся на глаза слезы.

Я едва успеваю зайти в свою комнату у Тристана, как Дэнни врывается следом и захлопывает дверь.

– Что, черт возьми, это было? – шипит он.

Я смотрю на него.

– Что?

– Твои язвительные замечания. – Он приближается ко мне. – Никакое это, черт побери, не свидание.

Я закипаю от злости.

– Я знаю, что это свидание, придурок. Мне нужно сдать анализы на ИППП[5]? Сколько женщин было у тебя на этой неделе?

Напряжение в его челюстях становится заметным.

– Я здесь, чтобы увидеться с Тристаном и Джеком. Я не знал, что Ребекка приведет Мару. Не неси чертов бред, Чарли.

Его темные глаза не отрываются от моих, и я с трудом сдерживаю слезы. Мне нельзя плакать перед этим ублюдком.

– Ты вот так запросто всовываешь свой член в каждую приблизившуюся к тебе женщину! – кричу я. – Это твоя тактика? Какой же я была дурой. Почему я вообще к тебе подошла?

– Да мать твою! – Он свирепо смотрит на меня. – Мне не нужны эти эмоциональные качели. Я думал, что мы отлично провели выходные, а теперь ты снова строишь из себя сумасшедшую ведьму.

Я яростно шлепаю его ладонью по лицу. Он стоит, пораженный, не ожидая такого, а потом его глаза сужаются, превращаясь в щелочки.

– Надеюсь, там не останется следа, – выплевывает он. – Когда закончишь вести себя как ребенок, тогда и поговорим.

Я с вызовом поворачиваюсь к нему спиной.

– Наслаждайся своим свиданием, Дэнни.

И слышу, как он громко хлопает дверью, а из моих глаз текут слезы.

* * *

Тристан вернулся домой около полуночи, я была у себя в кровати уже в половине первого.

Я не спросила, ушел ли Дэнни один. Я почти ничего не спрашивала. Я соврала, что устала, и быстро ускользнула домой.

Ложиться в кровать бесполезно, потому что я точно не усну, зная, что какая-то другая девушка, возможно, прямо сейчас с ним на его огромном ложе.

В темноте вибрирует телефон, и я поднимаю его, думая, что это Тристан проверяет, все ли в порядке.

– Не говори ничего, если собиралась ругаться со мной, – хрипло произносит знакомый голос с шотландским акцентом. – Я на улице.

Каждая мышца в моем теле напрягается.

– Дай мне минуту.

Я смотрю на старые серые пижамные шорты и ругаюсь. Времени сделать что-то с волосами и с красными глазами нет.

Я натягиваю свитер и, тихо пройдя через спящий дом, спускаюсь по лестнице.

Открыв дверь, я вижу Уокера. Он стоит, прислонившись к своей машине, скрестив руки на груди, всем видом демонстрируя нетерпение.

– Класс, – тихо произносит он, его взгляд скользит вниз по моим серым шортам и возвращается к лицу.

– Чего-то я начинаю переживать, что ты собираешься предложить мне тройничок, – бурчу я, заглядывая в машину, не спрятана ли там Мара.

Уокер удивленно приподнимает бровь.

– Думаю, другой девушке будет очень некомфортно, если мы устроим тройничок.

Он проводит рукой по волосам.

– Слушай, я не смогу остаться.

– А я и не приглашаю тебя! – отвечаю я, с вызовом поднимая подбородок.

– Эти ссоры должны прекратиться, Чарли. То мы любовники, то враги.

Я открываю рот, чтобы ответить, но тут же закрываю его.

– Я не могу обещать тебе что-то и брать какие-либо обязательства. Ты это знаешь. Но в настоящий момент я не встречаюсь ни с Джен, ни с Марой, ни с какой-либо другой девушкой. Правда в том, что я заинтересован только в тебе.

Его глаза пылают, он ждет моей реакции.

Я что, могу расслабиться?

– Ты мне важна… очень. И я не хочу делить тебя с кем-то другим. Но ты должна прекратить ссориться со мной.

– Ты не писал мне, – шепчу я. – Я думала, ты меня игнорируешь.

Он издает долгий вздох.

– В последние дни было так много всего. Отсутствие сообщений не значит, что я не думал о тебе.

Я опускаю взгляд на его грудь.

– Я думала, ты пожалел обо всем.

– Пожалел? – Он улыбается, приподнимая мой подбородок. – Это были самые беззаботные выходные за многие годы. – Его пальцы скользят по моей нижней губе. – Мне трудно удержаться, чтобы не сорвать эти серые шорты и не трахнуть тебя прямо на пороге.

– Значит, ты даже не поцеловал Мару? – Я прищуриваюсь, внимательно глядя на него.

– Нет, – отвечает он, удивленный вопросом. – По правде говоря, она меня раздражала.

– Так ты дашь мне что-нибудь на память, пока я в Нью-Йорке?

– Что ты…

Я замираю, когда его губы внезапно накрывают мои, и мы целуемся с такой нежностью, что у меня подкашиваются колени.

Руки Уокера ловят меня, и он плотно прижимает мое тело к себе.

Мои груди слегка касаются нижней части его груди, и я встаю на цыпочки, отчаянно цепляясь руками за его шею.

Я хочу этого мужчину сильнее, чем когда-либо и кого-либо.

Его язык проскальзывает между моими губами, настойчиво углубляя поцелуй, и я открываюсь, позволяя ему.

Я просовываю руку ему под рубашку, жаждая контакта кожа к коже. Он крепко прижимает меня к себе, и его член за секунду встает.

– Черт, – тихо говорит Дэнни, отрываясь от поцелуя. – Мой водитель смотрит с той стороны улицы. Мне нужно вернуться к себе, рано утром рейс в Нью-Йорк. Мне нужно идти.

– Ладно, – с трудом отвечаю я из-за сбившегося дыхания.

– Спи сладко, роскошная. – Он целует меня в лоб, и я зачарованно смотрю ему вслед, пока этот красавчик идет к своей машине.

* * *

– Можете заходить, Шарлотта. – Дэвид из отдела кадров «Нексуса» высовывает голову из-за двери и смотрит в приемную, где сижу я. Я первая в очереди из пяти нервно выглядящих коллег из «Данли Тек».

Статистически половина из нас попадет под сокращение.

Я встаю и, поправляя узкую юбку-карандаш, прохожу в комнату. Как Джеки умудряется ходить в таких весь день – для меня загадка.

Я решила, что, если приду на встречу ухоженной и с аккуратно уложенными волосами, а не с таким видом, будто только что вылезла из постели, это поможет мне побороться за место.

Дэвид садится за стол и улыбается, поднимая ручку, готовый делать записи.

Хотя эта встреча названа «неформальной беседой» о моих возможностях, мои щеки вспыхивают, когда я понимаю, что оба сидящих за столом смотрят на меня.

– Итак, Шарлотта, – начинает Дэвид.

– Зовите меня Чарли.

Он кивает.

– Чарли. Я Дэвид, а это моя коллега Саманта.

Саманта отрывается от записей и холодно кивает.

– Мы хотим убедиться, что вы понимаете все три варианта и что они для вас означают.

Я киваю, вытирая влажные ладони о юбку.

– Очевидно, первый вариант – все остается как есть, и вы продолжаете работать в обычном режиме. Это зависит от того, насколько ваша должность соответствует новому направлению компании. В дальнейшем вы будете в подчинении Джанет Диксон, так как Майк уходит.

– Майк уходит? – Я ошарашенно распахиваю глаза.

– Позиция Майка больше… не требуется, – бесстрастно отвечает Саманта.

Я мысленно отмечаю, что надо спросить у Стиви, что случилось.

– Второй вариант – увольнение, либо добровольное, либо… – он прочищает горло, – по сокращению.

– Мы стараемся как можно быстрее донести информацию до всех, – произносит Саманта тоном, который выдает, что для нее это далеко не первый такой разговор. – Мы понимаем, насколько это может быть сложно.

– Когда будет известно? – Мой голос звучит напряженно и сдавленно.

Дэвид сочувственно улыбается.

– Мы все еще оцениваем вашу команду. Думаю, примерно через две-три недели.

– Третий вариант – это переход в новую роль внутри компании, – продолжает Саманта механически, явно отрабатывая заученный сценарий. Наверняка это ее тридцатая такая встреча за неделю. – Вакансии публикуются сначала для внутренних кандидатов, а уже потом выходят на открытый рынок. Должна подчеркнуть, что конкуренция очень высокая.

Отлично, сестрица, спасибо за поддержку.

– Есть должность, на которую я хочу подать заявку.

– Да? – Дэвид приподнимает брови.

– Позиция дизайнера, – тихо говорю я, чувствуя, как подрагивают колени.

Саманта смотрит в бумаги и хмурится.

– Это довольно высокая должность. Ваш опыт, кажется, не совсем соответствует?

– Но ведь подать заявку может любой, верно? Я могу представить бизнес-кейс со своими идеями?

– Да, – пожимает она плечами так, будто считает, что я зря трачу время. – Крайний срок – следующий понедельник. Предупреждаю, заявки подали уже двадцать кандидатов из «Нексуса».

Я прищуриваюсь, кипя от решимости. Да пошла ты, женщина. Я докажу тебе и Дэнни Уокеру, что справлюсь.

У меня есть пять дней, чтобы написать лучший бизнес-кейс в моей жизни.