В ярком свете ванной я полностью вижу ее тело и наслаждаюсь каждой его линией и каждым изгибом, словно только что обрел зрение.

Она поднимает на меня взгляд, ко лбу прилипли мокрые пряди волос, и вода стекает с них на ее пухлые губы. Я смотрю сверху вниз на это раскрасневшееся, необычно прекрасное лицо, и мое дыхание сбивается.

Твою ж мать, она невероятна.

Секс с ней был лучше, чем я мог себе представить, и лучше, чем у меня был с кем-либо другим. Незабываемый крышесносный секс.

Вода струйками стекает по ее грудям, и мой член просыпается. Меня возбуждает в ней любая мелочь.

– А эта штука, кажется, всегда готова к бою. – Чарли удивленно смотрит на мою эрекцию.

Я усмехаюсь, тщательно промывая каждый сантиметр ее тела.

Скольжу руками по внутренней стороне ее бедер, вожу пальцем вокруг ее отверстия, и она начинает слегка постанывать.

Смогу ли я когда-нибудь насытиться этой женщиной? Стоит только взглянуть на нее – и она сводит меня с ума.

Мне надо ее поберечь. Сегодня утром она просила об этом.

Но я просто не могу себя контролировать.

– Кажется, я уже чистая! – Она игриво поднимает бровь и берет мой член в свою маленькую ручку.

Я таю и отдаю себя во власть этой девчонки. С губ срывается стон, когда она обхватывает основание пениса пальцами и начинает движение.

Неожиданно она опускается на колени и принимается сосать своим прекрасным ртом, словно ничего вкуснее в жизни не пробовала.

– Боже, Чарли… как хорошо… – выдыхаю я. – Продолжай.

Она раскрывает рот шире и проталкивает его до задней стенки горла, а я хватаю ее за волосы, борясь с желанием войти еще глубже.

Устремив взгляд вниз, я завороженно наблюдаю, как она заглатывает мой член.

Ее большие глаза с обожанием смотрят на меня, и я знаю, что долго выдержать не смогу.

– Я сейчас кончу, милая, – предупреждаю ее я, закатывая глаза вверх.

Она сосет глубже и быстрее, и я чувствую, что пропал. Я снова опускаю взгляд, она смотрит на меня – в глазах горит огонь азарта, а на щеках – румянец.

Я громко стону, мой член взрывается спермой, и она проглатывает все до капли.

– Спасибо, милая, – выдыхаю я, поднимая ее с колен и беря на руки.

– Пожалуйста.

Я целую ее нежно и долго, после чего отстраняюсь и смотрю в ее прекрасное лицо.

– Так, теперь я проголодалась, – говорит она, высвобождаясь из моих объятий.

– Если дама чего-то хочет, она это получает, – отвечаю я, открывая дверцы душа.

Стоя позади нее, я плотно оборачиваю Чарли полотенцем, будто упаковываю для себя подарок.

– У меня нет с собой зубной щетки. – Ее взгляд встречается с моим в зеркале ванной.

– У меня есть запасные. – Я наклоняюсь, открываю верхний ящик и даю ей щетку.

Она хмурится.

– Каждой девушке по щетке в каждый выходной день?

– Не совсем, – сухо отвечаю я. – Я один, Чарли. Что ты ожидаешь услышать? – Я поворачиваю ее к себе. – Я хочу провести день с тобой, – добавляю я, прежде чем успеваю остановить себя. Ее лицо сияет. – Сначала я приготовлю тебе завтрак, а потом трахну еще раз.

* * *

Через тридцать минут Чарли устроилась за барной стойкой для завтрака. Она одета в мой свитер – на пять размеров больше, чем нужно, однако он едва прикрывает ее трусики, когда ее стройные обнаженные ноги болтаются в воздухе.

– Ты вообще умеешь готовить? – Она смотрит на меня с подозрением, пока я наливаю масло на сковороду. – Тристан как большой ребенок, который ждет, что его накормят. Я думала, ты такой же.

Я поворачиваюсь к ней с возмущением.

– Ошибаешься. Я умею готовить. И если продолжишь в том же духе, то не узнаешь, насколько хорошо.

Свитер соскальзывает с ее плеча, обнажая тело. Ее не уложенные темно-каштановые волосы, небрежно ниспадающие волнами на грудь, повторяют ее изгибы. И по тому, насколько четко видны контуры ее сосков, я понимаю – бюстгальтера на Чарли нет.

Облизываю губы, представляя себе ее голую грудь. Пожалуй, мне стоит потребовать, чтобы она надела лифчик, если не хочет, чтобы у нас подгорел бекон. И вместе с тем хочу, чтобы она носила этот наряд всю оставшуюся жизнь. Черт, я даже внесу изменения в регламент по дресс-коду сотрудников, чтобы Чарли могла разгуливать по офису в моем свитере.

С чувством вины замечаю покраснение на ее шее – моя щетина оставила следы на нежной коже. Вчера ночью я был слишком груб.

– Лишь бы это не оказался какой-нибудь странный шотландский хаггис или черный пудинг, – бормочет она, пытаясь заглянуть через мое плечо в сковороду.

– Молчи, женщина! – предостерегаю я, обходя стойку, чтобы обхватить талию Чарли. – Меньше дерзости, иначе останешься голодной.

– Ты же взрослый человек, – вздыхает она. – Посмотри на все эти гаджеты. У тебя есть соковыжималка, блендер… и машина для приготовления пасты. Ты что, умеешь ее делать?

– Пока нет, – признаю я, наливая кофе и протягивая Чарли чашку. – Когда-нибудь научусь.

– Даже не знаю, зачем нужны вот эти штуки. – Она разглядывает когти для разделки мяса. – Похоже на инструменты серийного убийцы.

– Это мои разделочные когти, – усмехаюсь я, переворачивая бекон.

– Разделочные когти, – медленно повторяет она. – Ух ты! Не уверена, что здесь безопасно.

Я закатываю глаза и ставлю перед ней две тарелки с хлебом на закваске, яйцами пашот, беконом и авокадо.

– Подожди-ка. – Ее глаза загораются, словно она неделю постилась. – Давай-ка все проясним. Ты можешь приносить мне множественные оргазмы… И готовить?

– Рад, что превзошел твои ожидания.

Она погружает в рот огромную ложку еды.

– Возможно, ты не такой огр, каким я тебя представляла.

– Я именно такой, – отвечаю я, садясь напротив нее за барную стойку. – Не стоит обманываться.

Она запихивает ложку в рот, но тут же кашляет, отчего крошки разлетается по кухне.

– Обычно на мою готовку реагируют получше.

– Боже мой, Дэнни! – хихикает она. – У тебя засос!

Я резко поворачиваюсь к зеркалу и вижу темно-красный след укуса на нижней части шеи. Черт. Угроза кастрации со стороны Тристана становится вполне реальной.