Говорят, похмелье все хуже переносится с возрастом. Сорокалетние болтают об этом, а ты ухмыляешься. «Ну конечно, со мной такого не случится!» – думаешь ты. А потом выясняется, что бывает в сто раз хуже. И чего они все время ноют?

Я просыпаюсь, не чувствуя ног. Словно кто-то сидит на них сверху. Смотрю вниз, пытаюсь пошевелить ими и осознаю, что на мне вчерашние туфли, а ноги свисают с кровати. Я двигаюсь и чувствую, будто мои конечности пронзают миллионы иголок. В голове у меня вместо мозга, кажется, огромный камень.

Слава богу, я взяла сегодня отгул, иначе пришлось бы звонить и говорить, что заболела, и все бы знали, что у меня похмелье.

Я крепко зажмуриваюсь, но стук в висках не прекращается. Я открываю глаза. Все так же стучит. Клетки моего мозга кричат, требуя воды, но я слишком слаба, чтобы поднять свое тело с постели и налить себе попить.

Пьяные воспоминания о вчерашнем всплывают в голове, как кадры плохого фильма ужасов. Все в неверной последовательности, и пазл никак не складывается.

Отель. Горячий доктор. Кебаб. Дэнни Уокер. Ночной клуб. Побег после катастрофического позора.

Неужели я правда заблевала чужую ванную и сбежала?

Это вандализм? Марк сможет заявить на меня в полицию?

У меня параноидальная стадия похмелья. Еще будут стадии тошноты, восстановления и голода.

Я поднимаю голову и смотрюсь в зеркало. В уголке рта что-то засохло. На одном глазу еще не стерлась тушь. Я похожа на клоуна в депрессии.

В квартире тихо – некому исповедоваться. А где Сьюз? Она же сегодня не работает. Беру телефон, чтобы написать ей, и обнаруживаю тонну сообщений и пропущенных. И то, что не стоит видеть в стадии паранойи.

Два пропущенных от Дэнни Уокера, в одиннадцать и в полночь. И два сообщения от него же.

Где ты?

Хватит заниматься херней. Лучше бы тебе быть дома.

И одно от Тристана.

Чарли, все нормально? Дэнни сказал, что видел тебя вчера пьяной со странным парнем?!

Этот сукин сын меня сдал. Да, именно это мне сейчас и нужно – Тристан, который носится с моей безопасностью.

Все нормально, Тристан, это просто свидание, не переживай!

Дэнни я отвечать не собираюсь. Где я – не его дело. Может узнать у Тристана, если так беспокоится.

В животе предупреждающе урчит. Ой-ой.

Кишки скрутило в узлы, словно кто-то внутри решил отжать меня, как скатерть.

Я выбираюсь из кровати и едва успеваю добежать до туалета.

* * *

Шесть часов спустя мы со Сьюз и Стиви зависаем в местном кафе, обсуждая мой позор. Стиви ради этого пораньше сбежал с работы.

Только что закончился мастер-класс по таксидермии. Я не шутила в разговоре с тем шведом: Сьюз записала нас на это занятие несколько месяцев назад.

Я бы так не нажиралась вчера, если бы знала, что набивание маленькой мышки окажется интенсивной работой на четыре часа.

Не то что бы я брезгливая, но выскребание глазных яблок может кого угодно довести, особенно если провел утро, обнимаясь с белым другом.

– Это плохо, не пойми меня неправильно, но все правда плохо, – говорит Сьюз, потягивая свой двойной милкшейк «Сникерс».

– Может, он все равно трахнул бы тебя, если бы ты осталась, – предполагает Стиви, жуя с открытым ртом. – Нас так просто не отпугнешь, – подумаешь, немного мочи, говна, рвоты или соплей…

Я морщу нос:

– Прекрасно. Просто нечто. Я как-то была не в настроении после своего маленького взрыва.

– Я бы просто не целовал тебя, – говорит он. – А остальное – пожалуйста.

– Как всегда! – возмущается Сьюз. – Типичный парень. Их не парит, если не целовать. Им даже неважно, какое у тебя лицо. Можно вообще прийти без головы, главное предоставить доступ к вагине.

– А твоя всегда в доступе, правда, Сьюз? – дразнится он, и она кидает в него салфеткой.

– Что было на работе, Стиви? – спрашиваю я, как бы невзначай меняя тему.

Он закатывает глаза.

– Ты хотела спросить, что там у Дэнни Уокера? Можно было задать прямой вопрос.

– Ну и?

– Не ты одна сожалеешь о прошлой ночи. Он тоже выглядел побитым. Почти все из руководства сегодня ходят как зомби! – Стиви смачно пережевывает бобы.

– Меня вырвет, если ты не прекратишь есть с открытым ртом! – огрызаюсь я.

– Если хочешь, могу стать твоим шпионом, – продолжает друг, не закрывая рот. – А ты будешь ко мне добрее!

– Мне не нужен шпион, – вздыхаю я, гоняя еду по тарелке. – Этот чувак меня преследует. Он на работе. На моих свиданиях. В моих чертовых снах. А завтра вечером снова, в доме моего брата.

– Главное, держись подальше от его члена, – предупреждает Сьюз. – Ведь на вечеринке будет твоя мама.

Легче сказать, чем сделать.

Стиви жует губы, словно хочет мне что-то сказать.

– Ну говори уже. – Я вздыхаю.

– Судя по всему, прошлой ночью ему досталось много женского внимания. Все остальные обзавидовались. Какая-то малоизвестная бразильская модель клеилась к нему, и, возможно, домой Уокер уехал с ней.

Я борюсь с тошнотой, откатившись на три стадии назад в своем похмелье.

Тогда, когда его глаза смотрели в мои так, словно я самая важная женщина в мире, я испытывала восторг. А теперь я слышу, что он, как мартовский кот, бродит по городу.

Ну все, хватит. Больше никаких неловкостей, фантазий и уж точно никакого будущего для нас с ним. Пора двигаться дальше.