Утро среды я начинаю с письма Джули, вместо того чтобы разбирать звонки в IT-поддержку.

Дэнни Уокер игнорирует меня всю неделю, ведет себя так, словно меня не существует. Видимо, Джен достаточно хорошо его обслуживает, так что возвращаться ко мне необходимости нет.

После того, как я не ответила на «Не играй со мной в игры», новых сообщений не было.

Да кем он себя, черт возьми, возомнил – Аль Капоне? Кто вообще так себя ведет? Все сотрудники в офисе удостаиваются приветственного кивка или даже намека на улыбку. А я?

В тот единственный раз, когда мы столкнулись на входе в лифт, Уокер посмотрел сквозь меня, как будто я привидение. Я начинаю думать, что этот парень – социопат.

Джули была права. Я не могу ему доверять.

У меня начинается паранойя каждый раз, когда слышу чей-то шепот в офисе, и клянусь, его помощница Мишель смеется надо мной, когда я прохожу мимо.

Все остальные в нашей команде такие же жалкие, как и я, но это слабое утешение. Люди нарочно спотыкаются, чтобы попасть в поле зрения блистательного Уокера, как будто он какой-то бог. Юбки Джеки стали такими узкими, что теперь ей требуется уйма времени, чтобы куда-нибудь дойти, семеня мелкими шажками.

Женщины флиртуют, мужчины заискивают. Какое убожество.

Вдобавок ко всему Майк всем подряд рассказывает о своем «вечере с большой шишкой из руководства», который должен состояться сегодня. Дэнни устраивает им шикарную вечеринку в новом баре в отеле рядом с офисом, все расходы за счет нового босса.

У меня перед глазами возникают картинки, как они смеются, пока Дэнни рассказывает им истории о своих пятничных прыжках из постели в постель. Но в каком-то уголке своей головы я все же знаю, что Уокер выше этого.

Я снова пробегаю глазами письмо и вздрагиваю. Джули не стесняется в выражениях.

Я пишу это письмо, чтобы выразить обеспокоенность вашим неподобающим поведением, а именно обнажением на рабочем месте и неспособностью соблюдать кодекс норм, установленный в вашей собственной компании…

…Моя жалоба по поводу неправомерного поведения напрямую касается вас как генерального директора…

…Ваши непристойные и неподобающие действия сексуального характера вызвали у меня нежелательную тревогу. Пожалуйста, сообщите, как вы намерены исправить эту ситуацию.

Я усмехаюсь, представляя лицо Дэнни Уокера, когда письмо появится у него в почте.

Нет, я это не отправлю.

…Пожалуйста, примите во внимание, что я не соглашусь на взятку или компенсацию за молчание о ваших проступках, носящих сексуальный характер.

Я быстро закрываю письмо. Дэнни Уокер взорвался бы от ярости, увидь он это.

Достаю телефон, готовая написать Джули, чтобы она успокоилась, но вижу пять пропущенных от мамы. Прекрасно.

Если я не перезвоню, звонки будут продолжаться весь день.

Я набираю домашний номер.

– Да уж, представить страшно, что бы случилось, если бы кто-то умер, Чарли. У нас уже похороны прошли бы до того, как ты взяла трубку!

Ни «привет», ни «как дела».

– Кто-то умер? – уточняю я.

– Нет, конечно!

– Тогда зачем названивать, зная, что я работаю? – Сегодня я не готова такое терпеть.

– Если бы ты ответила с первого раза, мне не пришлось бы звонить еще четыре! – возмущается в ответ мама. – Чарли, мне нехорошо, – быстро продолжает она.

Неудивительно.

– Что случилось?

– Джени Дэвидсон доводит меня до белого каления.

Бедная Джени Дэвидсон.

С тех пор как мама переехала в новый дом в Сент-Олбансе, который купил для нее Тристан, она никак не может привыкнуть к модным соседям.

– Что она натворила на этот раз?

– Что она натворила? – Мама так громко верещит, что я вздрагиваю. – Я тебе расскажу, что она натворила! Она занялась пилотированием прямо у себя в саду! Разгуливает в одном лифчике, демонстрируя всем свой жирный зад и огромные груди, которые подпрыгивают вверх-вниз, когда она пытается сесть на шпагат. Прямо у меня на глазах! Я даже не могу насладиться собственным садом, потому что она раздевается прямо у меня под носом. Это позор для всей улицы!

– Ты имеешь в виду пилатес? – удивленно уточняю я.

– Конечно, а я как сказала? Это понижает стоимость домов на улице, будь она неладна. В Корке такого точно бы не произошло, я тебе говорю, эта страна…

Я слышала эту фразу почти каждый день своей жизни – в супермаркетах, парках, на автобусных станциях, в домах, самолетах, у дантистов, в любом месте, которое только можно представить. В Корке такого бы не было.

– Пилатес – это вполне нормальный способ поддерживать форму, – объясняю я. – У Джени есть полное право заниматься им в своем саду.

Мама вздыхает.

– В ее возрасте ненормально заниматься этим стриптизом! Это аморально. Кто занимается вопросами, связанными с моралью? Городской совет?

– Не нужно звонить в совет, мам, – пытаюсь убедить я. – Они скажут тебе, что ты впустую тратишь время. Опять. Просто не обращай внимания…

– Бетти, выходи оттуда! – кричит вдруг мама в трубку. – Чарли, мне надо идти, кролики выскочили и разносят сад!

Я смотрю в потолок: интересно, а почему мама всегда звонит мне, а не Тристану?..

– Пока не ушла, – бодро продолжает она, – есть еще новости.

– Ого! – Я прислушиваюсь. Новости мне явно не понравятся.

– Я приеду навестить тебя в субботу, перед ужином в честь юбилея Тристана.

– Но мы же только что отметили его юбилей, сколько можно?

– Ну что ты как ребенок, Чарли! – Она фыркает. – Это для семьи и близких друзей. На той вечеринке он едва ли слово успел нам сказать. В общем, жди меня в десять утра.

Звонок обрывается прежде, чем я успеваю ответить. Семья и близкие друзья. То есть мне не только приходится терпеть холодное отношение Дэнни Уокера на работе, но теперь я еще проведу субботний вечер, переживая о том же самом. Все слишком переплетено. Мне нужно переехать в другой город.

Телефон снова вибрирует. Это Кэт.

– Я только что проверила Марка на «Фейсбуке», – говорит она взволнованно. – Ты должна это увидеть.

Марк – мой онлайн-спутник на вечер, попытка прекратить зацикливаться на Дэнни Уокере.

– О боже! – стону я. – Что там? Он женат? Есть девушка? Фотки из тренажерного зала? Узкие джинсы? Сатанист?

– Нет, ничего такого!

– Он чав[4]? – спрашиваю я. – Иногда я не против чавов.

– Нет, послушай, дело не в этом, – говорит она взволнованно. – Чарли, он шикарен. Я имею в виду – просто сногсшибательный. Остановишься посреди улицы и штаны намочишь от восхищения!

– Правда? – спрашиваю я с подозрением.

– Слушай, класс! Просто сводит с ума. Мне нужно идти.

– Ты позвонила мне посреди урока? – спрашиваю я с удивлением.

– Вот насколько он шикарен! Тебе нужно было это услышать. Сейчас отправлю ссылку на его профиль. Следует серьезно подготовиться к этому свиданию, и я имею в виду, что не просто побрить ноги. Мне пора!

Я приближаю аватарку Марка и выпрямляюсь в кресле.

Вау. Этот парень просто огонь.

– Кэт сказала, он из категории ГЧ? – появляется во входящих мейл от Сьюз.

Я улыбаюсь про себя. Да, определенно из категории горячих членов.

Хм-м. Может быть сегодня получится убить одним выстрелом двух зайцев.

Надо будет уйти пораньше, пробежаться по магазинам, а потом заглянуть домой перед свиданием. Если Дэнни Уокер думает, что я буду сидеть и страдать по нему, то сильно ошибается.

* * *

Я ухожу пораньше, чтобы успеть сделать максимальное количество бьюти-процедур, какое только возможно.

Волосы на теле выщипаны, выдраны, обесцвечены, удалены воском и пинцетом. Кожа тонизирована, очищена, увлажнена, отшелушена и отшлифована.

Я стала голой, как сфинкс, и пахну, как филиал The Body Shop.

На мне обтягивающее платье телесного цвета, создающее иллюзию обнаженности, на которое я потратила целое состояние. Я знаю, оно просто кричит о сексе.

Я обвела карандашом губы, чтобы подчеркнуть их полноту, и соблазнительно подчеркнула глаза темными тенями.

Платье облегает грудь. Это мой лучший «трахни-меня»-лук.

– Если ты сможешь добиться второго свидания, Чарли, я буду впечатлена, – говорит Джули, пока девочки оценивают мой «естественный» загар.

– Он ростом шесть футов три дюйма. Тебе потребуются высокие каблуки, – добавляет Кэт.

Я оборачиваюсь:

– Это он так пишет. Мог и наврать в профиле.

– Я смотрела его фотографии в «Фейсбуке» и «Инстаграме». Он выглядит на шесть футов три дюйма, – отвечает она, разглядывая мой новый бюстгальтер, который поднимает грудь чуть ли не к подбородку.

– По-моему, это какое-то сталкерство, – замечаю я.

Девочки закатывают глаза.

– Ничего подобного, – говорит Джули. – Никогда не ходи на свидание, не проверив все соцсети парня.

– Это похлеще, чем слежка правительства. И что еще вы о нем узнали?

– Ну, информации немного. – Подруга пожимает плечами. – Иногда он переодевается в Роксану.

– Что?! – взрываюсь я.

– Шучу! – смеется она. – Почему ты так переживаешь?

– Я жду подвоха, – объясняю я.

– Не будь такой пессимисткой! – фыркает Джули. – Подвоха может и не быть.

– Подвох есть всегда, – бурчу я.