Я резко сажусь в кровати.

Нет-нет-нет, что я наделала?

Перед приходом ко мне Дэнни был с Джен и теперь опять едет к ней? И что это было? Минутка перепихона на стороне?

Вдруг я почувствовала себя такой глупой… и грязной. Я, конечно, не ожидала, что после сегодняшнего мы станем парой, но ходить туда-сюда между двумя женщинами в один вечер – это уже перебор, разве нет?

Вот скотина.

И я ведь даже обвинить его не могу. Сама же на него набросилась. Ясное дело, что Уокер не собирался меня останавливать.

Его слова эхом отозвались у меня в голове. Он сам меня предупреждал, а я не послушала.

Тристан не просто так приказал мне держаться от тебя подальше. Он слишком хорошо меня знает.

На глаза навернулись слезы. Надо взять себя в руки прежде, чем Дэнни вернется. Я слышу звук спускаемой воды, поднимаю шорты и натягиваю их.

Я не хочу этого разговора. Что мне сказать? Я ведь знала, что он с Джен. Он мне не лгал.

Я открываю дверь, когда Уокер уже на пороге.

– Привет. – Он заправляет мне волосы за ухо и улыбается.

Меня пронзает боль.

– Слушай, тебе лучше уйти! – выпаливаю я. – Это была ошибка.

Он замирает в дверях.

– Что произошло, пока я был в туалете? – спрашивает Уокер, явно в шоке.

Я протискиваюсь мимо него и выхожу в коридор, а Дэнни хватает меня за руку.

– Чарли? – Он хмурится. – Я не понимаю.

Я высвобождаю руку и иду дальше по коридору, бросив на ходу:

– Давай забудем о том, что случилось, Дэнни.

Он следует за мной в гостиную.

Завидев нас, Кэт, Джули и Стиви застывают на полуслове.

– Мы можем поговорить об этом наедине? – требует Уокер, не обращая внимания на остальных. – Какого черта ты так себя ведешь?

Я опускаю взгляд.

– Слушай, я наслаждалась моментом, но это была плохая идея. Давай просто оставим все как есть, ладно?

– А ты можешь сказать это в лицо мне, а не дивану?

– Можешь просто уйти, пожалуйста? – Я смотрю на него умоляюще. Если он сейчас не уйдет, я сломаюсь прямо перед ним.

Его лоб прорезает глубокая морщина. Повисает неловкая тишина. Кэт и Джули выпрямились и замерли, но мы даже не смотрим на них. Стиви притих в уголке дивана, спиной к Дэнни. Все трое переглядываются.

– Это из-за того отчета? – спрашивает Уокер громко. – Ты хотела, чтобы я не поручал тебе его?

– Что?!

Серьезно? Он думает, я из детского сада? Я бросаю на него убийственный взгляд.

– Нет!

Мои губы сжимаются в тонкую линию.

Проходит целая вечность, и он вздыхает:

– Если тебе так хочется.

Он устремляется в мою спальню, а остальные ошеломленно смотрят на меня.

– Какого хрена сейчас произошло? Вы… – шипит Кэт и замолкает, не договорив, когда возвращается Дэнни, с пиджаком на плече и телефоном в руке.

– Если выясните – и меня просветите, – мрачно произносит он, его темный взгляд ищет мой. – Вместо этого мозготраха.

Теребя завязки на шортах, я натягиваю на лицо улыбку.

– Пока, Дэнни, прости за этот вечер.

– Не прощу, – цедит он сквозь зубы.

Я перевожу взгляд на диван, концентрируюсь на подлокотнике.

Уходи, просто уходи.

Все присутствующие застыли в странных позах: Джули и Кэт пялятся в экран телевизора, хотя звук выключен, Стиви вжимается в диван в попытке исчезнуть с глаз босса… нашего босса.

Дэнни стоит, скрестив руки на груди, и пристально смотрит на меня в ожидании ответного взгляда.

– То есть на этом и правда все, Чарли? – наконец спрашивает он натянутым голосом. – Что, мать твою, случилось?

– Ошибка, – хриплю в ответ я.

– Чушь! – рявкает он и ударяет кулаком в стену, отчего мы четверо вздрагиваем. Он раздраженно выдыхает. – Чарли! – рычит Уокер, открывая дверь. – Свяжись со мной, когда перерастешь это дерьмо.

* * *

– Давай прижмем этого мудака, – предлагает подруга.

– Я не уверена, Джули. – Я падаю на диван. – Я просто хочу забыть обо всем этом.

Она причмокивает, явно недовольная моим ответом.

– Ты же понимаешь, что этот грязный ублюдок трахает ее прямо сейчас?

– Не надо! – вою я, прижимая руки к груди.

Она фыркает.

– Ты позволяешь ему относиться к тебе как к шлюхе. Он же сказал, что ты выглядишь как стриптизерша?

– Она права, – кивает Кэт. – Он хочет уволить тебя из компании, потом пытается соблазнить и заглядывает на быстрый перепихон.

– Если честно, то я получила сегодня больше него, – замечаю я.

– Слышали, знаем, – хихикает Кэт.

– Простите! – Я краснею.

– Бред, – говорит Джули. – Он бы тебя непременно трахнул, уже собирался, но ты увидела сообщение. Неужели ты хочешь быть девочкой на час?

– Нет, – тихо отвечаю я, пальцем ноги водя по ковру.

– Должен признать, Чарли, – Стиви качает головой, – тут и выдумывать нечего. Все выглядит так, что ты была просто очередной остановкой на его вечернем маршруте. Надо отдать должное парню. Двух за ночь в его возрасте.

– Спасибо, Стиви! – Я с силой тыкаю его в ребра. – Как мило, что ты так восхищаешься новым боссом.

Какая же я идиотка. Чего я вообще ожидала? Я задеру юбку – и он мой навеки? Мне же известна его репутация бабника. От Тристана, из СМИ, в конце концов. И я своими глазами все видела. Я видела его на тусовках. Так почему же проигнорировала все эти факты?

– А что, если он расскажет руководству компании? – спрашивает Стиви. – Да, и если что, не ссылайся на меня, а то меня назовут сообщником.

Мои глаза распахиваются.

– Он этого не сделает.

– Ой, да ладно, – пожимает плечами Джули. – Он хотел перепихона на стороне. А теперь все сложилось так, как сложилось, и он сделает все возможное, чтобы прикрыть свой зад. В таких историях всегда винят женщину. Ты останешься девочкой, переспавшей с боссом, а он жертвой.

Неужели?

Но голос в моей голове напоминает мне о репутации Уокера.

– А вдруг ты никогда больше не найдешь работу в этом городе?! – драматично добавляет Кэт, и я бросаю в нее подушку.

Я не сразу нахожу слова и поочередно обвожу взглядом всех троих.

– И что же делать? – нерешительно спрашиваю я. – Ну, знаете, чтобы припугнуть его и дать понять, что меня не прогнуть?

Джули немедленно принимает деловой вид:

– Ну, если позволишь, я могу засудить его за недостойное поведение. Ты ведь поймала своего шефа за мастурбацией в общественном месте. Правда, ты ворвалась в кабинет – это серая зона, будет непросто доказать, что это публичное место. Еще нужно будет доказать намерение довести тебя этим действием до стресса.

Я поднимаю бровь:

– Я бы не сказала, что испытала стресс.

– Ага, – вздыхает Джули. – Ты стояла и смотрела шоу, что ослабляет наши позиции.

– А еще ты пригласила своего шефа к себе в спальню и задрала юбку, – добавляет Кэт.

– Это не имеет значения, – парирует Джули. – Она была беззащитна после его действий, и он соблазнил ее. Слушай, – говорит она с нетерпением, – когда я буду на работе, пришлю тебе кое-что, чтобы вооружить знаниями. Пусть твой Уокер поймет, что ты тертый калач. Относись к этому как легальному способу отстоять свои права.

– Я прочитаю это разве что в развлекательных целях. Не думаю, что когда-нибудь применю что-то подобное.

Стиви со стоном прикрывает глаза рукой:

– Только не впутывайте меня в это, ради бога! Некоторые из собравшихся тут хотят сохранить работу.

– А что вообще не так с этим Уокером? – с любопытством смотрит на меня Кэт. – Он вечно не в настроении. На вечеринке у него постоянно было недовольное лицо.

– Мне не очень приятно рассказывать об этом, – начинаю я, потирая ножку бокала с вином, – но история весьма печальная. Он вырос в неблагополучном районе Глазго. Его отец был тем еще торчком. Исчезал на много дней, а потом приходил таким обдолбанным, что бил мать. Однажды, когда Дэнни было лет пятнадцать, он пришел домой и нашел мать лежащей в луже крови на полу кухни. Его отец убил ее выстрелом в лицо, а потом застрелился сам.

Они в шоке смотрят на меня.

– Боже!

– Неудивительно, что он такой… мрачный.

– Так что подростковый период у него выдался дерьмовый, – продолжаю я. – Он переехал жить к бабушке куда-то в шотландскую деревню. Когда ему было девятнадцать, Уокер отправился учиться в Англию, где и познакомился с Тристаном. Они очень сблизились, и Дэнни стал приезжать к нам домой на выходные. Маме было жаль его после всего случившегося, и ей нравилось готовить для гостей. Пока я росла, Дэнни всегда был рядом с нашей семьей. Практически стал ее членом. Тристан даже сделал его крестным сына.

– А тебя – крестной, – добавляет Кэт.

– Пикантно, – подмигивает Джули. – Так ты знаешь его со своих десяти лет? Боюсь представить, какие у тебя были дикие подростковые фантазии, когда такое расхаживало по дому.

– Я бы не сказала, что знаю его, – отвечаю я. – Я слышала о его прошлом совсем немного, в основном от Тристана. Прямо спрашивать у Дэнни мне никогда не разрешали.

– Но ты ведь о нем фантазировала, да? – спрашивает Джули.

– Конечно. – Я закатываю глаза. – Мой мегакраш. – И вдруг вздрагиваю от внезапного воспоминания. – Когда мне было тринадцать, он как-то привел девушку к нам на ужин. Я ушла к себе в комнату и устроила жуткую истерику. Весь дом слышал ее. Дэнни пришлось подняться ко мне и сказать, что я его любимая девочка… В те времена отношения у нас были явно лучше, – добавляю я. – Он часто покупал мне подарочки. Но после того фиаско, когда я выставила себя идиоткой, совсем от меня отдалился. Последние десять лет Уокер общается со мной в основном хмыканьем и короткими словами приказного характера.

Джули качает головой.

– Этот парень нравится тебе… почти двадцать лет. Пора бы уже забыть свою первую любовь.

– Вот почему страдает твоя личная жизнь, – добавляет Кэт. – Ты всех сравниваешь с ним!

Я делаю большой глоток вина и признаюсь:

– Не могу действовать рационально, когда он рядом. Я превращаюсь в дрожащую гиперэмоциональную сумасшедшую.

На диване пищит мой телефон.

Не играй со мной в игры, Чарли.

Я зачитываю сообщение вслух.

Мы переглядываемся.

– Это угроза? – Кэт взвизгивает. – И что это значит?

Я сохраняю контакт в телефоне, хотя в этом нет необходимости. Никто не пишет так бесцеремонно. Никаких «Привет» или «Кстати, это Дэнни». Никаких смайликов.

– Вы только посмотрите. – Я передаю телефон подругам, чтобы показать аватарку Уокера. Он на переднем сиденье самолета в наушниках пилота. На лице улыбка.

– Он водит самолет?! – восклицает Кэт, хватая телефон, чтобы посмотреть поближе. – Что еще в нем оргазмического?

– Влажная мечта любой женщины! – Я корчу гримасу. – У него есть права на управление малыми воздушными судами. По-моему, в Шотландии у него даже есть собственный самолет… Но что мне ответить? – Я оглядываюсь в поисках совета.

– Ничего, – холодно бросает Джули, забирая телефон у Кэт. – Если ответишь, он будет знать, что ты попалась. Оставь. Не забывай, он пишет тебе сейчас в то время, когда находится рядом с Джен. Какой мудак.

Сердце падает в пятки. Это напоминание было необязательным. Одно я знаю точно: Дэнни Уокер никогда не будет полностью мне принадлежать.

– Забудь об Уокере! – Кэт достает из-под кофейного столика ноутбук. – Ну и что, что он пилот, мультимиллионер и у него тело как у дьявола? Ты будешь суперзвездой!

Она поворачивает ко мне экран ноутбука. Там установлен «OpenMic».

– Кэт, ну я даже не знаю. – Я жую нижнюю губу. – Разве недостаточно мне унижений за одну неделю?

– Всего одну песню! – умоляет она. – Чтобы добавить ее в похоронный список Дэнни Уокера.

– Ладно, – вздыхаю я. – Но соглашусь я не из-за этого.