Елена

Пока мы ехали до квартиры Моркота, тот заметно нервничал. На мои вопросы отвечал невпопад, подолгу молчал, что-то явно обдумывая.

– Лекс, тебя что-то тревожит? – уточнила я, пытаясь понять, как вести себя дальше.

– Нет, – сначала поспешно отказался брюнет, но потом со вздохом признался: – Да, немного.

– Что-то не так? Если у тебя были другие планы на вечер, то лучше отвези меня домой, – стараясь скрыть собственную досаду, предложила я.

– Не говори глупостей, Элен. Как я могу не хотеть провести время наедине с тобой? Просто я не ждал гостей, да и вообще не такой аккуратист как Оуэн. В общем, надеюсь, что ты меня не бросишь после того, как увидишь мою холостяцкую берлогу, – виновато улыбнулся мужчина, продолжая рулить в сторону спального района, где располагались не такие огромные и статусные особняки, как у родителей Маркуса, но всё же вполне красивые и ухоженные коттеджи с небольшими садиками перед ними.

В этой части города мне ещё не доводилось бывать, поэтому я с интересом оглядывалась по сторонам, наблюдая за отголосками чужой жизни: на одной из лужаек перед домом собралась целая банда мальчишек, чтобы поиграть с мячом. Возле другого коттеджа молодая женщина с двумя мужчинами возились в цветущей клумбе, что-то заботливо высаживая из горшков. На третьем газоне был установлен временный столик и стояли закуски. Там явно что-то отмечали сразу несколько семей, а может, просто наслаждались вечером в компании друзей.

Мой брюнет припарковался в середине одной из однотипных улиц. Дом Алекса мало чем отличался от соседних строений: двухэтажный, даже с виду немаленький, из светлого камня, с большими сводчатыми окнами и прекрасным балконом. Вот только сад перед домом выглядел неопрятно. Было видно, что газон слишком разросся, деревья тоже не мешало бы обрезать, огороженные низким штакетником клумбы потерялись в сорняках.

– Я купил себе это жильё полгода назад. Ещё только обустраиваюсь, да и в последнее время мне было не до того, – внимательно наблюдая за мной, оправдывался мужчина.

– Я понимаю. От нас сюда ехать довольно далеко. Думаю, тебе даже времени на сон практически не оставалось, – вспомнив в котором часу обычно брюнет уезжал от нас, ответила я.

– Чаще всего я ночевал в гостинице неподалёку, чтобы не тратить лишние часы на дорогу, – признался Алекс.

– Ясно. Пригласишь меня внутрь или ограничимся осмотром фасада? – лукаво улыбнувшись, заигрывала я с брюнетом.

– Приглашу и даже больше, – отозвался Лекс, легко подхватывая меня на руки. – Надеюсь, что скоро ты станешь хозяйкой в этом доме, – добавил мужчина, внося меня на ступени.

Перед дверью он завозился, чтобы открыть замок, не опуская меня на пол, что показалось ужасно милым и забавным. Магический кристалл стал в паз, разблокировав охранный контур. Осталось отомкнуть механический затвор.

Хохотнув, я нежно прикусила кожу на открытой шее моего оборотня, чем только сильнее отвлекла его от поставленной задачи.

– Элен, ты специально меня дразнишь? – хрипло спросил Лекс, когда я следом лизнула место укуса, с удовольствием наблюдая за тем, как смуглой коже мужчины побежали мурашки.

– Так и есть. Игривым и возбуждённым ты мне нравишься гораздо больше, чем дёрганным и неуверенным в себе, – не стала отнекиваться я, обхватив губами мочку аккуратного мужского уха.

– Ну всё ты напросилась, красотка! – рыкнув, «пригрозил» мне брюнет, а потом с силой ударил по двери ногой, грубо выбивая замок.

– О, ты решил вопрос радикально. И что теперь? Экскурсия по дому? – стараясь изобразить интерес к меблировке холла, спросила я.

– Позже. Я покажу тебе всё здесь потом. Не могу больше сдерживаться. Ты моя, – севшим голосом заявил Алекс, унося меня в сторону широкой лестницы из полированного тёмного дерева.

Да, похоже, время шуток и игр кончилось, но я не испытывала страха, только желание и предвкушение. Мне самой надоели эти неопределённость и неуверенность в том, что можно и чего нельзя. Хотелось действий, даже таких вот варварских и радикальных.

– Твоя, – согласилась я, хотя тон оборотня вопроса и не предполагал.

Это было заявление прав, утверждение.

– Ты примешь мою метку, Элен? – всё же решил уточнить Лекс, перепрыгивая через ступеньки.

Скорость нашего движения по лестнице могла бы испугать, если учесть то, что Алекс меня на ноги так и не поставил, а продолжал нести, но мы слишком быстро оказались в спальне.

Оборотень посадил меня на постель, а сам опустился рядом на колени так, что мы оказались лицом к лицу. Я могла видеть, как неестественно расширился тёмный зрачок мужчины, почти полностью затопив чернотой золотистую радужку, чувствовала, как часто и сильно бьётся его сердце, и сама горела в этом огне.

– Да, приму, – чётко произнесла я, не став как-то пояснять своё решение.

Прозвучал глубокий вздох облегчения. Как будто Лекс и вовсе не дышал, дожидаясь моего ответа.

– Спасибо, любимая, – сказал Моркот, подаваясь вперёд, чем практически прижал меня к кровати. – Маркус говорил, что ты немного другая, очень осторожная и боишься укусов. Обещаю, я не буду торопиться и не причиню тебе боли, – сипло добавил Алекс, ласково касаясь моего лица.

По-моему, Лекс слишком уж медлил. Сам уже заметно дрожал от желания, задыхался, машинально потирался напряжённым членом об моё бедро, но пока позволил себе лишь излишне нежные поцелуи. Удивительно, что брюнету так хорошо удавалось себя сдерживать, ведь я видела, ощущала, насколько сильно он возбуждён. Только я хотела его страсти, голода, огня, а не этой никому не нужной осторожности.

– Я знаю, что не причинишь, но, если не ускоришься, я сама сейчас тебя покусаю, – шутливо пригрозила я, несильно прихватив зубами нижнюю губу мужчины.

– Элен, – никогда не думала, что моё имя можно прорычать, но у Алекса это очень сексуально получилось.

Мне нравилась эта игра на грани: где Лекс ещё пытается сдержаться, а я провоцирую его. Мы оба знали, что он скоро сорвётся, не выдержит и даст мне всё то, чего я так сильно хочу, но пока я скользила руками по напряжённой мускулистой спине, царапала её ногтями через рубашку, выгибалась навстречу мужскому телу, потираясь об него, подобно мартовской кошке.

Терпение Алекса завершилось с треском – и это не образное выражение. Трещала порванная оборотнем блузка, которую он распахнул рывком, не озаботившись тем, чтобы расстегнуть пуговицы.

– Доигралась, – просипел мой брюнет, буквально набрасываясь на меня с совсем другими поцелуями. – С ума меня сводишь, – признался он, почти болезненно клеймя меня своим горячим ртом.

Но мне не было страшно, наоборот – моя женская суть ликовала, ощущая власть над этим мужчиной. Мне кажется, что от собственного желания у меня намокли уже не только трусики, но и на брюках появилось влажное пятно.

Мужские руки скользили по мне хаотично, жадно: то сжимали грудь, дразня напряжённые соски через тонкое кружево бюстгальтера, то стремились содрать с меня остатки одежды. Я тоже не отставала от Лекса, желая поскорее оголить своего брюнета, коснуться его напряжённого члена, но Моркот перехватил мои ладони, и прижал одной своей рукой к покрывалу над нашими головами.

– Не сейчас, Элен, – задыхаясь, произнёс мужчина, а дальше…

Боли от проникновения острых клыков под кожу я почти не ощутила, только знакомый гормональный жар, лавиной прокатившийся по моему телу, а после мы оба просто сошли с ума. Мне сложно было соображать, всё, что я могла – это только чувствовать, сгорать в пламени нашей обоюдной страсти.