Вы так загадочно прекрасны

и креативите легко.

В чем ваш секрет, скорей скажите?

Секрета нет. Я е..ко.

*так и есть, чего уж

- Даже так? - я недоуменно воззрилась на спутника. Со всемогущим магистром мне пересекаться не приходилось, но впечатление альтруиста, спасающего по доброте душевной попавших в беду девиц, котят и темных, он точно не производил. - С чего бы вдруг?

- Ну-у, - протянул Мариам. - Скажем так, что я оказался в нужном месте в нужное время...

***

- Тьма тебя побери, недоумок, ты что тут делаешь? - в широкое мускулистое плечо, как гвозди впились костлявые пальцы.

В темных, глубоко посаженных глазах под нахмуренными седыми бровями плясали зеленые искры Дара смерти. Тонкие губы кривились в злобном оскале.

- Я... - здоровенный рыжий парень, притаившийся за надгробной плитой с потусторонним ужасом взирал на склонившегося к нему мужчину. - Я... н-на спор...

- Придурок, - зло фыркнул некромант, отталкивая плечо с такой силой, что незадачливый спорщик очень чувствительно приложился затылком о мрамор. - Что с твоим Даром?

- С-с ка..каким? - совсем осипшим голосом пробормотал аспирант факультета темных искусств Мариам Крикерли.

Тема его диссертации напрямую касалась взаимодействия темной магии с мертвой материей, и на кладбище он оказался из-за очередного спора с научным руководителем. Амбициозный аспирант искал способ страховки некромантов в их ритуалах за Гранью с помощью темной магии, вопреки тому, что этим традиционно занимались светлые. Но Первозданный Свет сказывался на самих обладателях Дара смерти очень болезненно и, чем сильнее он был проявлен и глубже резерв, тем тяжелее переносился откат. Но магистр Салгонар и слышать об этом ничего не хотел, поэтому формулировка темы за пять лет менялась уже шестой раз.

- С-с-смерти, - скрипуче передразнил его некромант, выпрямляясь. Лунный свет посеребрил его растрепанные седые волосы и причудливо изломился в глубоких морщинах, прорезавших лицо.

- У меня его нет, - от растерянности Мариам даже заикаться перестал. Сомнений в том, кто перед ним, у него не осталось, но вопрос был настолько странным, что следующие слова вырвались сами: - А в-вы тот самый Страшный Магистр?

- Нет, - язвительно проскрипел магистр Фабиан Гроттернбергский. - Я удивительно милый и задушевный. Прямо сейчас задушу тебя и буду мило удивляться!

- Не надо! - голос наконец-то вернулся. - Я все объясню...

Но некромант уже не слушал его, вглядываясь куда-то в кромешную темноту дальних кустов. И, едва ли не раньше, чем там что-то зашуршало, легко перемахнул и через парня, и через плиту, слегка мазнув пальцами по мраморному навершию памятника. Выглянувший Мариам увидел уже распластанное тело, прижатое к земле коленом магистра, и светящиеся зеленью пальцы, легко касающиеся лба и груди жертвы некромантской физической подготовки.

Каркающие хрипящие звуки, произнесенные на одном дыхании прорезали тишину кладбища... Пульсирующую дымку Тьмы Крикерли наблюдал уже внутренним зрением и решил не упускать такой шанс. Когда ему еще попадется некромант за работой! Правда, о том, что ставить эксперименты именно над главой факультета некромантии - очень плохая идея, Мариам подумал, когда было уже поздно. Тьма влилась в дымку, окутывающую замершие фигуры, и его едва не высосало сразу же. Теперь понятно, почему магистру Гроттернбергскому не нужна страховка! Я труп, успел подумать аспирант прежде, чем стало не до рассуждений и осталось только сосредоточиться на собственном исследовании. Пусть даже его результаты никогда не будут обнародованы, в связи с кончиной исследователя.

- Вы нарушили мой приказ, аспирант Крикерли! Вы проводили запрещенный законом и мной эксперимент сегодня ночью! - за окном едва рассвело, но магистр Салгонар уже вызвал своего подопечного к себе и пребывал в том состоянии бешенства, когда любые взывания к рассудку бесполезны. - Вы достали меня своими выдумками! Я уже уведомил королевских дознавателей, что вы неуправляемы и опасны! И если они не среагирует должным образом на мое обращение, вами займутся приставы отдела ликвидации!

По спине внешне спокойного темного мага пробежали мурашки. Приставы - это серьезно. Приставы - это каждый отблеск на границе зрения, каждая тень за углом, каждый шорох за спиной. Он постарался усилием воли разжать зубы и расслабить кулаки. Ведь он оказался прав! Темные тоже могут страховать жизнь, и даже более эффективно, чем светлые!

В этот момент дверь распахнулась, глухо стукнув о стену.

- Чего орешь на весь этаж? - проворчал магистр Гроттернбергский, кажется, только вернувшийся с кладбища. Высокие сапоги забрызганы грязью, как и полы неизменного плаща. Воротник полураспахнутой из-за оторванных пуговиц рубашки держится на честном слове, а через покрытую щетиной щеку на шею тянется едва затянутая глубокая царапина.

Интересно, чем он там до утра занимался, несмотря на собственную плачевную ситуацию, с любопытством подумал Мариам. Ночью он предпочел незаметно самоликвидироваться, не дожидаясь, когда некромант вернется в себя после ритуала.

- Не ваше дело, Фабиан! - не иначе, как на автомате рявкнул магистр Салгонар. И тут же, значительно тише добавил: - вы очень не вовремя, магистр Гроттернбергский.

- Вовсе нет, - нехорошо ухмыльнулся некромант. - Я как раз шел сообщить тебе, чтобы заткнулся и отменил все свои идиотские заявки.

- Да знаете вы кто?! - кажется, от бешенства магистр темных искусств растерял все слова, включая бранные. Или просто не мог выбрать.

- Давайте обойдемся без взаимных оскорблений. Оскорблять всех буду я, - Фабиан, будучи на полголовы ниже коллеги, умудрялся смотреть на него сверху вниз. - Ты бездарь, недоумок и м...к, Рэнд. Этого оболтуса я забираю с собой. У него спонтанно проявился Дар смерти и все, что он мог с этим сделать, стоять и глазами хлопать, прямо как ты сейчас, - некромант усмехнулся с какой-то спокойной злобой. - Ты хоть знаешь, как это происходит? Вряд ли...

С этими словами, глава факультета некромантии пнул стол, за которым стоял Салгонар так, что коллега упал в свое кресло, злобно сверкая глазами.

- Займись делами, - все так же спокойно посоветовал Фабиан. - У тебя, уверен, их достаточно.

Развернувшись, некромант кивнул застывшему столбом аспиранту, и вышел из кабинета.

- Вы не имеете права! - долетел в спину хриплый крик.

- Иногда так хочется, чтобы у некоторых выпал их молочный мозг, и поменялся на коренной, - тяжело вздохнул магистр Гроттернбергский, игнорируя вопли коллеги.

- Простите, магистр, - очень тихо произнес Мариам, подстраиваясь под шаг невысокого человека. - Вам придется все это разгребать. А мой научный руководитель очень вас... не переваривает...

- Придурок ты, Крикерли, - почти беззлобно фыркнул некромант, прищурившись разглядывая странного темного мага. - Если кто-то меня не переваривает, значит просто не смог сожрать! А это - магистр Эрихто́, будешь учиться у нее.

С этими словами он цепко ухватил за рукав идущую впереди невысокую магессу с коротко стриженными каштановыми волосами.

- И вам не здрасьте, Наставник, - у девушки оказался неожиданно низкий голос. А еще высокий лоб, внимательные серые глаза, прямой нос и тонкие губы. Изогнутые в насмешливой улыбке.

- Кайа, это Крикерли, бывший аспирант этого идиота Рэнда Салгонара. У парня ночью проявился спонтанно Дар смерти и, не исключено, что именно поэтому напрочь отказал инстинкт самосохранения, кстати, можешь поизучать. Да, и еще, у него есть пара интересных мыслей для исследования, - тут он внимательно посмотрел в ярко-зеленые глаза аспиранта и добавил: - для самоубийц поясняю, что речь идет не о последней твоей идее.

Мариам понял, что речь идет не столько о самом эксперименте, сколько о его субъекте, и широко улыбнулся:

- Я все понял, магистр Гр... Гротт... Тьма! Да как это вообще выговорить можно?!

Фабиан Гроттернбергский громко закатил глаза и, щелкнув пальцами, повернулся к Кайе:

- Тему сформулируете, принесешь покажешь. Я ушел.

О чем-то задумавшись, Кайа смотрела в спину удаляющемуся широким шагом начальству и вздрогнула от неожиданности, когда рукава коснулась широкая ладонь.

- Он всегда такой? - почему-то тихо спросил новый аспирант факультета некромантии.

- Какой? - вздернула бровь магистр Эрихто́.

- Трудноперевариваемый, - усмехнулся темный. Его новый научный руководитель пожала плечами. - А с вами так же трудно работать?

- Со мной очень легко найти общий язык, - спокойно возразила магистр. - Если прикусите свой.

***

- Да ты, похоже, выигрываешь каждое утро, когда просто просыпаешься живым! - выслушав его историю, только и смогла воскликнуть я.

- Похоже на то, - пожал плечами темный. - Трудно быть сильным, умным, красивым и харизматичным!

- Зверь-Прародитель, - фыркнула я. - Это ты про себя, что ли?

- Конечно, - усмехнулся он, съезжая на обочину. - Не хочешь размяться?

Я задумчиво посмотрела на небо. Уже почти южные, крупные мохнатые звезды начали бледнеть, хотя небо все еще оставалось черным. Сверилась с навигатором и присвистнула - меньше, чем за сутки, мы преодолели расстояние в два дня пути! Сколько же он гнал?!

Выйдя из машины, я до хруста потянулась, тактично отворачиваясь от мальчишки, которому, видимо, принципиально нужны были кусты, коих в округе не наблюдалось.

И, кстати, надо попробовать относиться к нему, как ко взрослому, мысленно попеняла себе я. По человеческим меркам, он уже вполне себе мужчина и даже не особенно молодой. Но с толку сбивала внешность и дурашливая манера поведения. А еще то, что для оборотня сто с небольшим лет - это ну-у... такой, очень молодой мужчина. Я усмехнулась своим мыслям. Сама я была даже младше него, когда пришлось стать взрослой и старшей. И опорой. И поддержкой. Так, Гарта, опять ты ворчишь, как бабка, которой по зиме сравнялось пятьсот лет! А, может, воспользоваться шансом побегать на четырех лапах? Хм...

Я бросила взгляд на пар... мужчину, уже покончившего с интимными мероприятиями и выполняющего какой-то комплекс физических упражнений. На меня он внимания не обращал, поэтому воспользовавшись тем, что нас разделяла машина, я быстренько разделась и нырнула в трансформацию. С возрастом процесс становится менее болезненным и его все проще контролировать, но переплавляющиеся кости и тело, прорастающее шерстью, - зрелище сильно на любителя...

Хм. В этот раз даже практически совсем не больно...

- Ты уже все? - раздалось с той стороны внедорожника. Я встряхнулась всем телом и зевнула. Вот же ж... исследователь! - Какая ты... красивая...

Восхищенный вздох, раздавшийся откуда-то сверху, конечно, польстил, но я не стала удостаивать мага ответом. Махнув хвостом, одним прыжком покрыла несколько метров. Обрушившаяся на меня лавина запахов начала постепенно разделяться, выстраиваясь в такую упорядоченную и прекрасно сбалансированную систему, что одна мысль о необходимости возвращаться в человеческую ипостась внушила отвращение.

Я неслась на перегонки с ветром длинными скачками, врезаясь носом в упругую волну встречного ветра. Ох, как я давно не бегала вот так, просто дыша полной грудью, как давно... Второе тело, наслаждаясь свободой, инстинктивно рвануло за насмерть перепуганным зайцем. В округе не было ни одного оборотня, а вот настоящих волков было в избытке.

Расхохотавшись, я повторила все заячьи маневры и решила, что на сегодня все-таки хватит. Медлить нельзя - работа прежде всего. С сожалением повернула назад.

- Ну, надо же! - не унимался Мариам, жуя бутерброд из моих запасов. - Ты действительно можешь разговаривать во второй ипостаси! Но ведь голосовые связки у волков другие! Родовая магия?

Конечно, могу! Правда, пришлось прибегнуть к многоступенчатым идиоматическим конструкциям, чтобы изгнать это исчадие Тьмы за машину. Он так воодушевился, что я уж думала придется трансформироваться при нем. Разумеется, я не стеснялась ни своего поджарого жилистого тела, ни самого процесса. Но уж слишком маниакально-исследовательским огнем горели его глаза. Предпочитаю, чтобы меня рассматривали несколько в другом контексте.

- Уймись, - фыркнула я. Злиться на рыжего было невозможно, слишком искренне он восхищался своими открытиями. - Мы называем ее изначальная. Ну, то есть магия нашей крови...

- А что будет, если перелить ее обычному человеку?

- Ничего хорошего. Человеческая ее разложит на компоненты, некоторые из которых будут очень токсичны для определенных органов. Для печени, например, - я читала исследования Айвери на эту тему.

Так как они предназначались исключительно для внутреннего использования, статья заканчивалась предложением пить дальше свой коньяк, а на особенно опасные задания с Гартой брать стратегический запас магически стабилизированной крови.

- А есть исследования на эту тему? - заинтересовался аспирант. - Извини, но оборотни никогда не входили в сферу моих интересов, но я с удовольствием расширю фокус-группу.

- А над чем ты вообще работаешь? - незаметно заинтересовалась я. - Кроме страховки некромантов?

- Видишь ли, Гарта, - мужчина проглотил очередной кусок почти не прожевав, - моя Тьма оказывает парадоксальное влияние на целый ряд процессов в организме других людей. И нелюдей, кстати, тоже. Среди моих добровольцев есть пара эльфов и даже один вампир. Парадокс заключается в том, что несмотря на вполне серьезный Дар смерти, мое воздействие носит седативный характер. Нормализует работу нервной системы, выработку гормонов и все в таком духе...

Вот это да! Я, не стесняясь, уставилась на спутника. Все-таки это благодаря ему я так быстро оправилась от последствий своего предыдущего задания!.. Знал ли об этом Вит? Наверняка! Так вот почему он навязал мне этот ходячий антидепрессант! Ох, Шеф! Вернусь, скажу спасибо. Не исключено и то, что эту великолепную идею ему подкинула Кайа. Активность ее жизненной позиции могла быть сопоставима только с масштабом ее Дара.

- Удивлена? - самодовольно хмыкнул Мариам. Я кивнула, а смысл отрицать очевидное? - Сам в шоке. Мы когда с магистром Эрихто́ обнаружили, что в рамках работы с моей Тьмы, ей становится спокойнее и даже головные боли от переутомления проходят, стали целенаправленно исследовать эту закономерность. Так что сейчас у меня два параллельных исследования, которые пришлось заморозить на время нашей поездки. Кстати, а какую мы преследуем цель? В моей вводной, - хитро покосился он на меня, - было только то, что я должен помочь хорошему другу научного руководителя.

Я рассмеялась, чуть не подавившись последним куском своего бутерброда. "Кайа" и "объяснит". Запив и бутерброд, и кашель водой, я задумчиво побарабанила пальцами по коленке. Что ему можно рассказать, а что - нужно? То, что темный может быть мне очень полезен, очевидно. Да и доверять ему можно, наслышана я о методах работы магистра Гроттернбергского с подчиненными. Без его разрешения они слова лишнего посторонним не скажут!

- Нам нужно найти одного... оборотня, - осторожно подбирая слова, начала я. - В идеале, раньше, чем с ним случится нечто непоправимое, потому что есть у нас подозрения, что украли его не для того, чтобы насильно женить на страшной дочери какого-нибудь правителя-предводителя. Тех, кто организовал его исчезновение из столицы тоже неплохо было бы обнаружить и зачистить. Но задача-минимум просто понять, кто они такие. Сам понимаешь, эти ребята совсем не стремятся к публичности...

- Хм, - задумчиво улыбнулся Крикерли. - Все интереснее и интереснее. А этот оборотень... он тебе кто?

- С чего ты взял, что это самый правильный вопрос? - как-то уж слишком быстро и нервно вырвалось у меня, а перед глазами мелькнуло воспоминания о той единственной встрече.