Какую доставляет радость

Любому тонкому уму

Умело сделанная гадость

Пусть даже другу своему.

*автор не известен, но очень прав

Крайне взволнованная Ирма влетела в комнату, на ходу задвигая щеколду. Прихлопнула ее ладонью, ставя магическую печать. Я опасливо следила за ней из-под ресниц — вертикальные зрачки выдавали крайнюю степень озабоченности, по волосам огненной магессы струились искры, грозя вот-вот вспыхнуть уже настоящим пламенем. Надежда на то, что она уберется к себе, таяла с каждой секундой.

— Не прикидывайся, я знаю, что ты не спишь! — злобно прошептала она на наречии суккубов, живущих на юге Огненных Земель. Наречие редкое, я и сама его выучила просто из любопытства — мне понравилось как мелодично Ирма ругалась с кем-то из родственников по телефону. Я приоткрыла один глаз, огневичка так же тихо фыркнула. — Тебе еще масло с волос смывать, балда в полотенце!

Мы беззвучно расхохотались. Она, скинув туфли, запрыгнула на кровать:

— Дружок у тебя — огонь!

— Ингольд? Да, но ты же понимаешь, он оборотень…

— Да нет, я про этого, который сейчас пытался меня воспитывать!

От неожиданности я резко села, хлестнув в сторону подруги концом полотенца, и недоуменно уставилась на нее. Это она про магистра Гроттернбергского что ли сейчас?

— Обалдела? Это ж мое задание! Подотчетное лицо!

— Ну и что? — не поняла огневичка. — Очень внимательное и заботливое, уж поверь моему чутью!

— Ну и то, — буркнула я, вылезая из кровати и снимая полотенце.

Ага, только Ирма не в курсе, что это лицо иногда еще и рот открывает так, что не заткнешь! Хотя на самом деле странно, что в обе их встречи с огненной магессой магистр ни разу ей не нахамил, и даже не отпустил ни одной двусмысленности. Впрочем, не сомневаюсь, что она это оценила бы!

— Что сегодня произошло? — легко сменила тему подруга. — Резерв у тебя, конечно, не самый большой, но уработать его в течение одного дня…

— Минут за тридцать, — поправила я, втирая остатки масла в волосы.

— Расскажешь? — тревожно сверкнула глазами она.

— Пожалуй… Может, ты вспомнишь, было дело, гаденыши-природники под видом оборотней напускали на южный регион искусственно созданных тварей? К Виту тогда наместник Насит лично приезжал просить что-то с ними сделать? Лет тридцать назад.

Подруга задумчиво поджала губы.

— Припоминаю что-то, — неуверенно протянула она. — Ты еще с Гартой в паре работала, кажется…

— Да, она после этого ушла в длительный запой, который Шеф тактично обозвал отпуском и даже премию выписал. Самих мерзавцев зачищала я, потому что Гарта честно сказала, что ей не удастся уложиться в сроки после того, что они сделали с ее братьями и сестрами. И даже предлагала Кайе составить нам компанию, чтобы была возможность убить этих мразей несколько раз. Поэтому мы решили, что она с несколькими местными оборотнями лучше отправится вылавливать чудовищ по лесам. Сама понимаешь, после нас от этой истории остались только страшные сказки.

— Не сомневаюсь ничуть, — махнула рукой Ирма. — Ты и Гарта в паре — что может быть страшнее?

— Да не преувеличивай! Гарта — не боец, она травница!

— Ага, с улыбкой в шестьдесят зубов!

— И что? Я же не утверждаю, что она этими травами питается? — фыркнула я. — Так вот сегодня подобная тем зверина чуть не сожрала магистра, а заодно пыталась прикончить и меня. Пришлось применить тлен, но она была значительно крупнее тех, с которыми я сталкивалась тридцать лет назад…

— Ты ее… растлила? — пытаясь хохотать потише, уткнулась лицом в одеяло эта поганка.

Я, смеясь, кинула в подругу скомканным полотенцем:

— Истлила, дура! — она могла опошлить любую проблему, даже такую, как полная потеря резерва. — Но ухнула туда весь резерв, включая амулеты.

— Все? — посерьезнела она, кидая мне обратно мой снаряд.

— Нет, остались еще несколько боевых, пара накопителей и телепортационный.

Подхватив полотенце, я скрылась в туалетной комнате. Все разработки тридцатилетней давности надежно хранились в личном архиве Шефа, но прежде, чем их туда передать, я с ними, конечно, ознакомилась.

* * *

Пятеро ублюдков возомнили себя умнее Матери Природы. Природники создавали тело, некромант вселял дух и закреплял внушение. "Абсолютная преданность создателям, жажда крови, невосприимчивость к природному Дару и слабая — к Дару смерти. Эта технология дает возможность создать тело любой формы, в зависимости от поставленной задачи. Есть сведения, что подвержены огню, как любая плоть, но достоверных данных получить не удалось", — написали мы в отчете, характеризуя тварей, но куда большими чудовищами оказались их создатели.

Они ставили опыты на местных оборотнях, стараясь добиться всего вышеперечисленного. Вид их лаборатории заставил побледнеть даже меня, а Гарту — частично трансформироваться. Везде были следы проводимых экспериментов, куски засохшей плоти, плохо вымытая кровь. Запах страха и бесконечной боли настолько въелся в эти стены, что ощущался даже мной, что уж говорить об оборотне. Самые разные органы, в том числе и магически совмещенные, хранились на стеллажах, обработанные природными заклятиями от разложения.

Гарта плевалась и материлась, не в силах читать их записи и исследования. Меня, напротив, они очень заинтересовали — раз они уже стольких убили и замучили, почему бы и не употребить полученную информацию для дела. Сама я, конечно, ничего подобного делать бы не стала, но почерпнула немало знаний об анатомии оборотней и влиянию на них Дара. Не исключала я и того, что эта "гениальная" идея пришла в голову природникам не сама по себе — магами они оказались весьма посредственными. При написании отчета мне удалось скрыть от коллеги участие в этой истории оборотня, но докладывая Шефу о результатах, я, конечно, упомянула об этом, как и о своих подозрениях.

— Интересная мысль, Али, — Вит потер переносицу и задумался. — Как считаешь, кому в принципе могло прийти в голову подобное?

— Очень больному разуму, — не задумываясь, ответила я.

Шеф усмехнулся и кивнул, поощряя развить идею. Под этим мудрым взглядом льдисто-голубых глаз хотелось думать быстрее и уж точно не стандартными категориями. Отбросив стереотипы, я перебрала в голове все, что знала о Даре природы и тех, кто им пользуется, используемые заклинания и свойства, период учебы в Школе. Вывод ошарашил меня своей очевидностью и невероятностью:

— Это… это должен быть обладатель очень сильного Дара, изощренный в интригах и пакостях, мыслящий другими категориями, чем люди и оборотни. При этом он не может быть темным, так как должен иметь допуск в Лес, значит это… — Шеф приподнял брови. — Эльф, — обреченно закончила я.

— Да, твои соотечественники приходят на ум в первую очередь, — одобрительно кивнул Вит. А я почувствовала себя так, как будто защитила дипломную работу, причем, не по своей специальности. — Юг эльфийского Леса открыт для всех рас, но для того, чтобы добыть некоторую информацию, которая есть в приложениях, — он кивнул на наш отчет, — необходимо провести не один день в главном книгохранилище Тарран-кариса.

— Шеф, но ведь все маги такой силы у нас входят только в Совет, а я их знаю всех и достаточно близко.

— Значит, где-то по Лесу шатается неучтенный урод, — просто пожал плечами Вит.

А у меня холодок пробежал по позвоночнику. С одной стороны, это было просто невозможно — Правитель был всесилен, с его Даром он просто видел всех сильных и даже средних природников. Да и высокородные Кланы роднились только друг с другом, не допуская появления на свет внебрачных детей, как раз по соображениям безопасности. Но кто поручится?.. Ведь каждое задание Ангелов Вита опровергало какую-то существующую догму.

* * *

Промыв волосы и как следует промокнув их полотенцем, я присела на край ванны, уставившись в глаза своему отражению. Кому может мешать некромант, имеющий влияние на Правителя эльфов? Советнику, который об этом может только мечтать. Я вспомнила сообщение Ингольда: Таривол Эйтель. Так не понравившийся мне на изображении эльф, фамилию которого я не смогла вспомнить среди высших Кланов и, гипотетически, полукровка, пробившийся каким-то образом в Совет. И который, опять же гипотетически, в силах создать чужими руками монстров, неподвластных Дару смерти. Очень интересно. Убирать исполнителей можно до посинения, но убрать незаметно настолько высокопоставленную гниду не получится. Я бессильно клацнула когтями по бортику ванны. Но мысль уже летела по бездорожью нестандартного мышления, воспитанного во мне Витом.

Если нельзя его убить, значит, нужно его… купить! Вопрос в цене. Что это даст? Мне — время до того, как некромант покинет эльфийскую столицу. Задание будет выполнено. Но этот сумасшедший некромант обязательно сюда еще вернется. Особенно, если учесть, что моя догадка насчет обучения Этира оказалась верна. Впрочем, это будет уже не моя забота. Нет, остановила я себя, так нельзя. Я всегда работаю чисто. Что можно сделать незаметно, не уничтожая физически объект в такой ситуации? Думай, Алиниэль. Даже если ты ошиблась в определении главного врага, вряд ли этот гаденыш менее опасен в политическом смысле, не говоря уже о магическом. Сражаться с ним в открытую однозначно бесполезно. Вызвать-таки Элеонору из отпуска и стереть память? Хороший вариант, но я решила отложить его на самый крайний случай. Перекладывать свое задание на плечи подруг никогда не входило в список наших недостатков. Найти хороший внушительный компромат, чтобы Правитель сам от него избавился? Уже теплее, уже где-то рядышком и очень по-эльфийски… Эту мысль стоит хорошенько обдумать.

А пока нужно выиграть время. Как? Хороший вопрос. Что там говорил Ингольд насчет главных сплетен эльфийского двора? Смотрины, будь они не ладны, во влиятельнейшем Клане! Хм… Должен клюнуть. Если даже Этир снова подал заявку, значит, что-то произошло в моем семействе, о чем меня предупредить забыли. От этой мысли сердце подпрыгнуло и забилось чаще, а по телу пробежали мурашки. Что ж, в эти игры я играю с пятидесяти лет, держитесь, лорды!

Я подмигнула своему отражению и поднялась. Полотенце соскользнуло, и я с удовольствием покрутилась перед ростовым зеркалом, любуясь своим высоким тонким телом с небольшой аккуратной грудью и гармонично уравновешивающей ее попкой. Руки, расписанные клановыми татуировками, плоский живот и головокружительно длинные ноги с ненавязчиво прорисованными мышцами. Чуть влажные волосы скользнули по плечам за спину, спустившись ниже талии.

Я выглянула в комнату и, прищурившись, посмотрела на Ирму:

— Мне нужны твои туфли, — задумчиво протянула я.

— А платьем не поделиться? — от неожиданности поперхнулась она.

— Платье и кураж, дорогая, у меня есть, а вот туфли я сегодня продолбала, — улыбка у меня стала совсем нехорошая, а левая бровь поползла вверх. — Разживаться новой парой в других местах будет слишком подозрительно.

— Пришла идея? — подмигнула подруга.

— Еще какая! — хмыкнула я, возвращаясь в комнату и доставая из шкафа гостевую ночную рубашку. — Так что хочешь — следуй завету магистра и ложись здесь, хочешь — иди к себе. Лично я — спать!

— А как же твое самочувствие? — хитро прищурилась огненная магесса.

— Мое самочувствие, — тихо и значительно шепнула я, склоняясь к подруге, стараясь не совсем уж откровенно улыбаться, — в полном порядке. Или ты думаешь, что меня первый раз реанимируют на скорую руку? Даром смерти, конечно, еще не приходилось пользоваться, но вот остальных было в достатке. Включая подкачку… скажем так, без согласия на это источника.

— Ого! Да ты страшная женщина! — хихикнула подруга, беззаботно скидывая платье и грациозно вставая с кровати. — Без согласия даже я не беру!

— Да кто тебе откажет? — хохотнула я, скользнув под одеяло с другой стороны широченной кровати. — Знаю я, как у суккубов подкачка происходит!

— О да! — самодовольно фыркнула подруга, проходя в туалетную комнату.

Утро я встретила в объятиях озабоченного суккуба.

— Ты можешь хоть ко мне не приставать, мандрагора ненасытная, — усмехнулась я, стряхивая с себя ногу подруги и вставая.

— Не могу, — сонно пробормотала она в подушку. — Это моя сущность…

Продолжая хихикать, я умылась, оделась и прочитала сообщение от Ингольда, предлагающего позавтракать в едальне Королевской Гостиницы в десять. Предложение было дельное, учитывая, что официально я именно там и остановилась, но туда еще нужно было как-то незаметно добраться. Я про себя порадовалась, что вчера, перед тем, как отправиться на поиски приключений, догадалась загнать свою машину на подземную парковку Флигеля. Иначе внимательный оборотень не преминул бы спросить, в каких я отношениях с его случайной подружкой, остановившейся в Лилейном Флигеле.

По пути в гостиную, походя постучала в дверь комнаты некроманта и бодро крикнула:

— Подъем, магистр! Нас ждут великие дела!

— Если ждут, значит, любят, а если любят — подождут, — догнал меня уже на пороге общей комнаты скрипучий голос.

— Через полчаса они будут нас с нетерпением ждать в едальне Королевской, а нам туда еще добраться надо, — обернулась я, притормаживая у кресла.

— Али, — тяжело вздохнул магистр Гроттернбергский, уже полностью одетый, входя в комнату. — Ты заставляешь мою голову биться чаще! Сейчас телепортируемся в мой номер, и спустимся к завтраку с твоим оборотнем, в чем проблема?

Все у него так просто, с завистью подумала я, представив, чем сама бы занималась, будь у меня бесконечный магический резерв. Впрочем, велика вероятность, что точно так же издевалась бы над окружающими.

Легко нарисовав в воздухе проход, он протянул мне руку. Не до конца понимая, почему я медлю, вложила пальцы в широкую костлявую ладонь и сделала шаг вперед.

Оказавшись в комнате, я быстро выдернула руку и отшатнулась. Только эльфийская гибкость позволила мне не рухнуть на широченную кровать и выровняться.

— Да ладно тебе, удачно же получилось, — похабно хмыкнул магистр, но поймав мой убийственный взгляд, притворно сокрушаясь, покачал головой: — Вот не умеешь ты общаться с мужчинами, Алиниэль, с таким видом только врагов четвертовать!

— Все я умею! — бросила я, мгновенно вспыхивая злобой. — И общаться, и соблазнять, и вдохновлять!

— Вдохновлять плакать, пить и прятаться от тебя? Это не то, детка!

С этими словами некромант покинул спальню, вынуждая меня следовать за ним. Я с шипением выдохнула воздух. Ладно, посмотрим, как ты запоешь вечером. Не умею я общаться с мужчинами! Идея спровоцировать нового Советника Правителя подать заявку на смотрины снова согрела мне душу и успокоила уязвленное самолюбие. Но по лестнице я спускалась, злобно сверля взглядом седую макушку своего подопечного.

Ингольд уже ждал нас за столиком у окна с очень хмурым видом. То ли охота не удалась, то ли предчувствовал неприятный разговор. Заметив нас, он помрачнел еще больше и встал, отодвигая для меня стул. Мое лицо напротив — разгладилось и расцвело теплой улыбкой:

— Как дела, дружище? Ночь не задалась? — поддела я оборотня, слегка переигрывая с веселостью.

— У тебя, я смотрю, тоже, — не повелся Ингольд, конечно, почувствовав запах злости от меня.

— Отчего же? — хмыкнула я куда искреннее, вспомнив побудку.

Друг прищурился, переводя взгляд с меня на некроманта, удобно устроившегося напротив него, и, очевидно, пытаясь понять, что происходит. Но я уже овладела своими эмоциями, а по лицу Фабиана Гроттернбергского вообще было сложно что-то прочитать. Кроме того, что он хам и наглец, конечно.