Вдохновляющие речи, переходящие в длинные угрозы, являются фирменным блюдом Килнера перед игрой. К тому времени, когда он заканчивает говорить так оживленно, что слюна покрывает большинство ребят, стоящих впереди, все уже на взводе. Это мой сигнал к тому, чтобы дать им реальные слова ободрения. Но проигрывать сегодня нельзя, и я слежу за тем, чтобы все это знали.
Сегодня Dalton Royals против Yale Bulldogs, и мы как никогда хорошо подготовились. Мы просмотрели записи игр и скорректировали наши неудачные стратегии, использованные во время поражения от Brown. Я доволен тем, как мы играли на тренировках, и, хотя у меня все еще остается мрачное ощущение в животе, оно ослабевает по мере приближения времени игры.
— Так, приведите свои головы в порядок, прежде чем мы выйдем на поле.
Коллективный призыв заполняет раздевалку. Как раз в тот момент, когда я начинаю выполнять упражнения на центрирование, меня стучат по плечу.
— Саммер здесь, — шепчет Дилан.
Я мгновенно оказываюсь за дверью, надеясь, что тренер меня не поймает. Надев защиту на коньки, я направляюсь по коридору и сразу же замечаю ее. Она как луч маяка в темном море.
— Ты пришла.
Саммер поворачивается, персиковый аромат наполняет воздух. Атмосфера арены ее не впечатляет.
— Ты должен мне компенсацию.
— Моя компенсация в полном твоем распоряжении, — когда я жестом показываю на свою промежность, она смотрит так, будто хочет ударить меня коленом.
— Тебе повезло, что я еще здесь.
Она права. Я счастливый ублюдок.
— Как насчет того, чтобы забить для тебя?
Она сморщила нос.
— Это так пошло. Это то, что ты предлагаешь всем своим подружкам?
Это зажигает неприятный огонь в глубине моего желудка. Я хочу, чтобы это проклятое слово исчезло из ее лексикона.
— Нет, — у меня аж челюсть щелкнула. — Это предложение исключительно для тебя.
— Это большая честь для меня, — сухо говорит она. — Но нет, ты можешь сделать это во сне.
— О, это комплимент?
Она бросает на меня презрительный взгляд.
— Не строй из себя скромника. Я слышала, как ты сравнивал себя с Кросби прошлой ночью.
Когда я смеюсь, она, наконец, тоже смеется. Мягкая мелодия — это симфония для моих ушей и столь необходимый контраст с ее прежним не впечатленным выражением лица.
— Тогда как насчет пари?
Интриганка поднимает голову.
— Ставки?
— Два гола, и мы идем на свидание.
— Что? — прошипела она.
Честно говоря, я не собирался этого говорить, но теперь, когда это вышло наружу, я ничего не хочу так сильно, как остаться с ней наедине, без отговорок про школу или секс. Не то чтобы я был против, если бы свидание закончилось последним.
Я смерил ее серьезным взглядом.
— Я хочу пригласить тебя на свидание.
— Зачем? — выражение отвращения на ее лице должно было бы оттолкнуть, но я человек решительный.
— Ты первая девушка, которой такое предложение не нравится.
— Ты никогда не встречался. Откуда тебе знать? — возражает она.
— Вообще-то, у меня было много свиданий. Просто у меня не было отношений.
Ее скучающий вид забавляет.
— И дай угадаю, эти "свидания" заканчивались трахом?
Я поджал губы.
— Это неважно. Так что ты скажешь?
— Нет.
Неужели она не может притвориться, будто обдумывает это? Господи, эта девушка — нечто другое.
— Я не воспринимал тебя как человека, который отказывается от вызова.
— Серьезно? Ты пытаешься меня втянуть в это с помощью обратной психологии.
— Я не думаю, что ты можешь использовать это как глагол.
Она что-то пробормотала себе под нос.
— Это слишком просто для тебя, нет.
— Уже раздуваешь мое эго? Ты уверена, что не хочешь этого свидания?
Она смотрит в пустоту.
— Отлично. Каково ваше контрпредложение?
Чтобы пойти на свидание с этой девушкой, нужна презентация с высокими ставками и много яиц.
— Три.
Я бросаю на нее вопросительный взгляд.
— Сделай хет-трик11, и я пойду на твое свидание, — гримасничает она. — Не сделаешь хет-трик, и я получу твой грузовик на неделю.
— А этот был уже готов, да?
Радостное выражение ее лица говорит о том, что она ожидает, что я провалюсь. Не зря же она однажды назвала мой грузовик для "качков".
— Тогда решено. Если я выиграю, я получу свидание.
— И когда я выиграю, я получу твой грузовик. Никаких фокусов, — предупреждает она.
— Только хет-трики, детка.
Моя холодная уверенная улыбка — это такой фасад, каким он только может быть. У Йеля была полоса неудач в течение многих лет, и у нас нет преимущества домашнего льда. Придется заранее уговаривать ребят поставить потенциальную игру на него.
Когда я уже собирался возвращаться, я заметил ее майку.
— Джерси? Я думал, этот стиль жизни не для тебя.
Она смотрит на нее с презрением.
— Это не так, но Кэсси сказала, что пойти на мою первую игру в колледже без джерси — это кардинальный грех.
— Я вынужден согласиться.
Я навсегда останусь в долгу перед Кэсси за то, что она заставила Саммер Престон носить мое имя на спине. Это делает серьезные чудеса для моего эго. Она определенно оставит его на ночь.
— Ты уверен? — вопрос граничит с озорством, и когда она поворачивается, я понимаю, почему.
На Саммер джерси Сэмпсона.
— Твой был занят, — она жестом показывает на киоск с концессией, и я провожаю взглядом Кристал Янг, которая смотрит на нас, надев мой номер. Я даже не останавливаюсь, прежде чем схватить джерси и стянуть его через голову, оставив обнаженными плечевые накладки.
— Какого черта ты делаешь? — широко раскрытые глаза следят за моим голым торсом.
— Сними ее, — требую я. — Ты наденешь эту.
Она смотрит на майку.
— Эйден, ты играешь через несколько минут.
— Я знаю. Теперь надень это, Саммер, — у нашего менеджера по экипировке были запасные джерси, и то, что она надела джерси Тайлера Сэмпсона, было похоже на сглаз. Она не стала спорить и стянула майку, обнажив под ней облегающий лонгслив. Низкий вырез заставляет меня отвести взгляд. Оказаться твердым перед игрой было бы не самым лучшим вариантом.
Когда Саммер натягивает мою джерси через голову, она поглощает ее. Она достаточно велика, чтобы поместиться поверх моей подкладки, но все равно заставляет меня подавить смех, когда она спускается до колен.
— Я выгляжу нелепо, — бормочет она.
— Нет, в этой ты выглядишь нелепо, — я показываю на джерси Сэмпсона.
— По крайней мере, она мне подходит, — возражает она. — Знаешь, что? Я просто не буду ее носить.
Я качаю головой и беру ее за руку, чтобы сложить ткань до предплечий. Притянув ее к себе, я заправляю заднюю часть джерси в пояс ее юбки.
— Лучше?
Она поправляет джерси, на ее губах появляется небольшая улыбка.
— Я отдам джерси Сэмпсона Амаре, но она сказала, что скорее получит шайбу, чем будет носить на спине чье-то имя.
— Я могу сжечь его для тебя, — предлагаю я.
— Это звучит кощунственно.
— Поверь мне, я видел его джерси в более грешных местах.
Она вздрагивает от отвращения и делает шаг назад.
— Удачи, Капитан.
Я останавливаю ее, прежде чем она успевает уйти.
— Иди сюда и поцелуй меня.
Она оглядывает заполненный коридор.
— Не получится.
Команда перетасовывает вещи, собираясь перед игрой, но я вижу только ее.
— Поцелуй меня или я поцелую тебя, и это будет не PG12.
— Здесь дети, Кроуфорд, — шипит она.
— Это твое решение, мать Тереза.
— Я тебя ненавижу, — ворчит она, сокращая пространство между нами. Я не уворачиваюсь, и она кладет руки мне на плечи, чтобы приподняться на цыпочки. Поцелуй получается нелепо коротким, но я обхватываю ладонью ее лицо, чтобы притянуть к себе.
— Ты не ненавидишь меня, — затем я наклоняю ее голову, чтобы погрузить ее в глубокий поцелуй, который вызывает у нее удивленный стон. Влажный жар ее рта посылает каскад удовольствия по моему позвоночнику.
Мне нужен хет-трик, а команде — победа. Не только потому, что это Йель, но и потому, что я готов на все ради свидания с Саммер. Один только этот стимул говорит мне о том, что у нас есть все шансы.
Победа у нас в кармане.
Набрав скорость, я вхожу в зону атаки, устремив взгляд на сетку. Толпа затихает, когда я выпускаю шайбу, но Бенни Танг не успевает ее отбить. Я сдерживаю ругательство, отбивая шайбу, и, снова завладев ею, передаю ее Сэмпсону. Находясь слева от клюшки, он наносит бросок с кистей, и звучит звуковой сигнал.
Следующий бросок — мой, и шайба с бэкхенда влетает в сетку ворот Йельского университета, принося нам еще один гол. Катаясь по катку, я не могу удержаться от ухмылки, когда натыкаюсь на стекло, за которым сидит Саммер.
Когда я показываю на нее, она смотрит на меня и отмахивается. Она на самом деле, блять, выводит меня из себя.
Я разражаюсь смехом, когда ко мне подкатывает Дилан.
— Действительно хочешь этого свидания, да?
Конечно, я хочу. Я хочу ее. Одну и только для себя.
На последних минутах игры я забиваю еще один гол, и счет становится равным. За три секунды до финального свистка Коул Картер спасает нашу команду, потрясая толпу и принося нам первую победу в Йеле.
Прошла целая вечность, прежде чем я вышел из безумия Ingalls Rink.
— Два гола и одна передача. Плюс мы выиграли, — говорю я, видя ее самодовольное лицо.
— Правила есть правила, детка, — Саммер протягивает руку.
Я опускаю ключи в ее ладонь, и она сияет, крепко сжимая их. Судя по всему, она не будет тратить время на то, чтобы забирать его с парковки в Далтоне. Будет трудно жить без моего грузовика целую неделю, но мне нравится, что Саммер пользуется чем-то моим.
— Престон. Ты придешь на следующую? — голос тренера заставляет нас повернуться. — Ты нам понадобишься, чтобы побороться с судьями за неправильное решение.
Слабый розовый румянец заливает ее щеки, и способность заметить его кажется суперспособностью.
— Я постараюсь, — говорит она.
Тренер кивает, хлопает меня по спине, прежде чем направиться к автобусу.
— Не фанат, да? — поддразниваю я ее.
— Тот судья был отстойный, и я угрожала ему только один раз, — объясняет она.
Я смеюсь, когда она сверкает глазами.
— Я встречу тебя дома. Сначала заберу свой приз с катка, — размышляет она.
Она идет за Амарой к своей машине, а я сажусь в автобус. Сорокаминутная поездка назад наполнена заразительной энергией, и я чувствую кайф от победы даже тогда, когда мы выпрыгиваем из автобуса и садимся в машину Дилана.
После душа Саммер ложится на мою кровать, и я чувствую, как во мне сменяется энергия. Саммер застает меня на пороге, и ее щеки окрашиваются в более глубокий оттенок. Ее лицо выглядит таким теплым и успокаивающим, что у меня что-то замирает в груди.
Я тянусь к ней, обхватываю ее лицо и прижимаю ее губы к своим. Я целую ее так жадно, что она задыхается, падая обратно на подушку, и длинные каштановые волосы разлетаются по ее лицу. Подушка будет пахнуть ею, и как бы я ни был счастлив от этого, мне будет чертовски неприятно, когда ее не будет здесь и мне придется чувствовать ее запах даже во сне.
— У тебя мокрые волосы, — шепчет она.
Блин, как же мне нравится ее чертов голос. Я целую теплую линию ее горла вверх, к ее челюсти.
— Эйден.
— Хм?
— Ты делаешь меня мокрой.
— Я надеюсь на это.
Она стонет, прижимаясь ко мне.
— Твои мокрые волосы капают на меня.
Положив руки по обе стороны от ее головы, я отстраняюсь, и, конечно, капли воды покрывают ее щеки и впадины ключиц. Я не могу перестать улыбаться, когда вижу ее раздраженный взгляд. Я целую ее еще раз, для пущей убедительности, и на этот раз она толкает меня сильнее. Я позволяю ей перевернуть нас, чтобы она могла устроиться у меня на коленях.
— Полотенце?
— Ты на нем сидишь.
Она смотрит на полотенце, обернутое вокруг моей талии, и приподнимается, ее волосы попадают мне на лицо, когда она тянет их. Она надувается.
— Кто носит боксеры под полотенцем?
Я смеюсь.
— Я хотел завернуть твой подарок.
Она закатывает глаза, поднося полотенце к моим волосам, чтобы высушить их. Она делает это тщательно, полностью сосредоточившись на задаче, ее пухлая нижняя губа зажата между зубами. Я смотрю, как она вытирает мои мокрые волосы, и мое внимание переключается на ее тонкую белую рубашку. К моему ужасу, она сняла с меня майку, но, когда я вижу идеальные выпуклости ее грудей так близко от меня, мне становится все равно.
— Мои глаза здесь, Кроуфорд, — ругает она.
Эти слова никак не помогают мне успокоиться. Возбуждение загорается в ее радужных глазах, и я воспринимаю это как сигнал к движению вперед. Стягиваю с нее верх, и передо мной открываются ее сиськи без лифчика. Я провожу рукой по ее тугим соскам, и от ее тихого хныканья я становлюсь каменным.
— Иди сюда, — говорю я.
Она делает это, ее руки все еще находятся в моих волосах и крепко сжимают их, когда я втягиваю ее сосок глубоко в рот. Я подношу одну руку к ее попке и поднимаю юбку.
— Твои трусики, наверное, промокли, да?
— Я не знаю, — задыхаясь, говорит она, когда я стискиваю ее бедра.
— Почему нет?
— На мне их нет.
По моему члену пробегает электрический разряд.
— Блять. Повернись.
Когда ее задница оказывается перед моим лицом, я поднимаю ее бедра, чтобы расположить ее голую киску прямо там, где мне нужно. Шокированная, она стягивает с меня боксеры и проводит рукой по моему члену.
— Ты не...
— Я знаю, — говорит она, оглядываясь через плечо. — Я хочу.
Затем она полностью берет меня в рот, и мне приходится переключить внимание, чтобы почувствовать вкус ее сладкого центра. Звуки, которые она издает, обхватывая губами мой член, не помогают мне продержаться дольше. Моя конкурентная сторона вступает в игру, когда я проворачиваю языком комбинацию, вызывающую хныканье. Вскоре она уже прижимается к моему лицу, а я дразню ее, доводя до оргазма.
— Пожалуйста, Эйден. Мне нужно кончить, — умоляет она, а я не двигаюсь с места, полностью игнорируя ее клитор, доводя ее до грани оргазма, а затем ускользаю.
Мои яйца сжимаются так сильно, что мне приходится использовать всю силу воли, чтобы не взорваться у нее во рту.
— Господи, — простонал я, когда она в отместку провела манящим прикосновением по моим яйцам.
— Я буду использовать зубы, Кроуфорд, — угрожает она.
Это вызывает у меня смех.
— Нет, ты не покалечишь своего любимого маленького мужчину.
— Ты ведь не назвал его именно так.
— А как ты предпочитаешь, чтобы я его называл? Моя хоккейная клюшка... — она берет меня глубоко в свое горячее горло, заставляя мои бедра подрагивать. Ее рот вибрирует на моем стволе, заставляя мое тело двигаться по спирали.
— Черт. Тебе нужно прекратить это, пока все не закончилось слишком быстро.
— С двумя толчками13? — дразнит она с притворным сочувствием. — Это случается с лучшими из нас, приятель.
Пользуясь моментом, я ввожу два пальца в нее так глубоко, что костяшки пальцев прижимаются к ее чувствительной сердцевине. Высокочастотный стон Саммер говорит мне о том, что я попал в точку G, и когда она извивается на мне, продолжая сводить меня с ума, проводя языком по моему кончику, я смыкаю свой рот на ее набухшем клиторе.
Она кончает так же, как и я, выпуская в рот все накопившееся напряжение. Саммер отворачивается, и послеоргазменный румянец на ее лице настолько горяч, что мне приходится отвести взгляд.
Стук в дверь заставляет ее отстраниться и поправить одежду.
— Ужин готов, — звонит Эли.
— Я поем позже, — его шаги удаляются. Когда я пытаюсь поцеловать ее, она отстраняется.
— Ты не ел после игры?
— Я только что поел.
Она гримасничает и отходит подальше.
— Я серьезно.
— Я тоже. И я все еще голоден, так что тащи свою задницу сюда.
Несмотря на мои потуги, она не подходит.
— Тебе надо поесть. Я не знала, что нарушила твой график.
До того, как я увидел свой грузовик на подъездной дорожке, я не думал, что что-то может сделать меня счастливее, чем наша победа над Йелем. Но осознание того, что Саммер вернулась ко мне, а не в общежитие, вызвало у меня чувство глубокого удовлетворения.
— Ты ничего не испортила. Я в порядке.
— Нет. Ты не можешь сжечь столько калорий и ничего не есть. Это истощает...
— Саммер, не надо давать мне научные лекции, — говорю я, и она хмурится. — Хорошо, но ты пойдешь со мной, — я встаю с кровати и натягиваю свои треники.
Мы оба смотрим на ее неприличный верх, когда она стоит. Поэтому я бросаю ей футболку и свитшот.
Эли первый замечает нас, когда мы спускаемся вниз.
— Привет, Санни!
Дилан прикладывает лед к ребрам, когда он поднимает голову и ухмыляется.
— Почему ваши волосы в полном беспорядке? — Киан зевает после своего послеигрового сна.
Его боксеры Twilight с низкой посадкой — единственное, что на нем надето, когда он подходит к нам с упаковкой апельсинового сока.
Эли расставляет дополнительные блюда. Киан вытирает рот тыльной стороной ладони, и его взгляд скачет между нами.
— Вы не ответили на мой вопрос.
— Ты задаешь глупые вопросы, Киан, — возражает Дилан, вызывая у Саммер сочувственную улыбку.
— Как сказала мисс Марпл, моя очень сексуальная учительница в шестом классе: "Глупых вопросов не бывает, даже если их задает Киан".
— Разве она не бросила преподавание после окончания нашего года? — переспрашивает Дилан.
Киан пожимает плечами.
— Никто не может доказать, что это было из-за меня.
Непреднамеренно терроризировать свою учительницу средней школы — это для Киана клеймо.
Прежде чем я успеваю сесть рядом с Саммер, Киан занимает стул. Слегка раздраженный этим поступком, я сажусь на другой конец стола рядом с очень громко жующим Коулом, который копается в своей тарелке так, будто это его первый прием пищи за день. Ребенок остается запертым в подвале, если только он не на льду. Он отрывается от своего телефона, только когда подтверждает мое присутствие.
Киан все еще пытается играть в Шерлока Холмса, с подозрением глядя на Саммер.
Она смотрит в ответ.
— Что?
— Ты какая-то не такая.
— Отвали, Киан, — говорю я.
Мое предупреждение только раззадоривает его.
— Разве я с тобой разговариваю? Ей не нужна сторожевая собака.
Я собираюсь нанести ему серьезные телесные повреждения, и, судя по тому, как он избегает зрительного контакта, он это знает.
— Я пойду спать, — перед самым поворотом за угол он останавливается. — На этот раз постарайся быть потише. Стены слишком тонкие, чтобы заглушить твои стоны.
Парни трясутся от смеха, а Саммер краснеет и опускает лицо в руки.