Огромный лохматый монстр, покрытый косматой серой шерстью, вгрызся в плечо Чжан Лу и тряхнул головой, разрывая плоть. Кровь брызнула в разные стороны, орошая землю и траву, а сам недоумок заорал таким пронзительным фальцетом, что даже мне стало не по себе.

Я схватился за меч, понимая, что бежать бесполезно, потому что духовный зверь, по ощущениям, был явно выше первого ранга, и мало того, ещё умел скрывать свою духовную силу, от чего я его не почуял, так ещё и обладал такой давящей энергией ци, что я буквально чувствовал, что меня словно придавливают мешком к земле. Очень похожее ощущение было на площади, когда секта проводила испытание.

Зверь, играя с добычей, аккуратно содрал когтями одежду с Чжан Лу, видимо не желая жрать её, и это было самой жуткой частью всего происходящего. Мне показалось… нет… я знал, что существо передо мной обладало разумом и отдавало себе полный отчёт того, что делает.

— Помоги! — захрипел Чжан Лу, уставившись в нашу сторону. — Помоги, я заплачу! У меня есть деньги, есть связи! А если не поможете, то моя семья отомстит за меня, если я умру!

Волк на его мольбы даже ухом не повёл, продолжая свою кровавую трапезу. Придавил тело лапой и аккуратно, словно пробуя на вкус, откусил ладонь, одним укусом перегрызая запястье, отчего Чжан Ли снова зашёлся истошным криком.

Я, отступая, наконец дошёл до дуба, за которым пряталась Сай. Краем глаза заметил, как по её телу пробежала мелкая дрожь, а девушка зажала рот ладонями, чтобы не закричать. Сай смотрела на происходящее расширенными от ужаса глазами, и я видел, что она на грани истерики, но пока держалась, и это заслуживало уважения.

— Закрой глаза, — прошептал я. — И не открывай, что бы ни случилось.

— Но Ян…

— Делай как сказано! — коротко, всё так же шёпотом рявкнул я.

Она подчинилась, но я видел, как она едва сдерживает рвущиеся наружу слёзы. Да уж, в шестнадцать лет стать свидетелем подобного. Как бы у неё крыша не потекла.

Тело опять словно само собой перешло в боевую стойку. Меч в руках казался неестественно лёгким, а я прокручивал в голове всё, что могу противопоставить зверю. Может у меня получится вызвать волну энергии, с помощью которой справился с Сумо и росомахой? Хотя, сравнивая их с этой тварью, понимал, что шансов у меня маловато. Слишком сильна тварь.

А затем, волк внезапно насторожился, выронив из пасти недожёванную кисть, и уставился в небо. Только вот ничего не успел сделать, потому что сверху на него свалился человек.

Вернее, как свалился.

Спикировал неизвестно с какой высоты. Я, если честно, не понял, как он там оказался. Прилетел что ли? Впрочем неважно, потому что человек оказался чертовски вовремя, и он всей своей массой обрушился на хребет зверя.

Волчара вдруг подогнул задние лапы, осел на землю, пытаясь взвыть, но из пасти вырвался лишь сдавленный, захлёбывающийся хрип. Нога практика вдавила позвоночник твари в землю так, что я даже на расстоянии услышал, как с противным звуком ломаются кости. Волк дёрнулся, раз, другой, и затих, только хвост ещё несколько секунд рефлекторно бил, выбивая комья земли, пока и это движение не прекратилось.

Человек спрыгнул с туши, отряхнул штанину, поправил рукав и только потом поднял голову.

Это был инструктор Чэн и теперь он стоял перед нами, чуть склонив голову набок, и изучал тушу зверя с таким видом, будто решал сложную задачу о том, как, этот волчара вообще сюда попал.

— Второй ранг, причём верхний уровень, почти на грани, — пробормотал он себе под нос, пнув мёртвое тело носком сапога. — И откуда ты, паскуда, вылез?

Мне хотелось возразить и поинтересоваться откуда на территории так называемой охраняемой зоны взялся духовный зверь, причём ещё и вершины второго ранга. Впрочем, жить я хотел больше, чем высказать свою претензию, потому что был уверен, пожелай он меня прикончить — это произойдёт за долю секунды. Сай за моей спиной тоже молчала, я слышал только её прерывистое, испуганное дыхание и чувствовал, как пальцы девушки вцепились мне в ткань ханьфу.

Инструктор обошёл волка, присел на корточки и осмотрел его лапы, потом поднял взгляд на деревья, и наконец тихо, почти беззлобно выругался.

— Лежка его тут была, что ли? — протянул он задумчиво. — Или кто-то из старших мастеров решил подложить нам свинью, сорвав набор?

Чжан Лу за его спиной вдруг зашевелился.

Я почти забыл о нём, о распластанном на земле, истекающем кровью, со сломанным позвоночником, судя по тому, как неестественно были вывернуты его ноги. Он лежал в луже собственной крови, и пытался приподнять голову. Получалось плохо, шея толком не держала.

— Помогите… — прохрипел Чжан Лу надрывным голосом. Похоже его лёгкие проткнуло осколками рёбер и теперь он с трудом мог говорить. — Я… я сын… меня нельзя…

Инструктор даже не повернул головы. Он всё так же сидел на корточках, разглядывая когти мёртвого волка, и почёсывал подбородок. Потом вдруг спросил, обращаясь ко мне.

— Ты цел, парень?

— Ага, — еле нашёл в себе силы ответить я, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

— Я тоже… — пискнула Сай из-за моей спины, хоть её никто и не спрашивал.

Чжан Лу снова зашёлся в приступе кровавого кашля.

— Инструктор… я всё видел… этот ублюдок… он… у него артефакт… он нарушил правила… а вы… вы обязаны… я подам жалобу… мой брат… мой дядя…

Инструктор наконец повернулся. Медленно. Очень медленно.

— Зря тратишь последние секунды своей жизни на жалкие попытки очернить других. — произнёс он спокойно, будто ему не было дело до вываливающихся наружу внутренностей человека. — Почему ты так удивлённо на меня смотришь? Ты уже мёртв, разве ещё этого не осознал?

Чжан Лу замер на секунду, а потом его лицо исказилось. Он попытался отползти, дёрнулся всем телом, но ноги не слушались, а руки, целая и покалеченная, только разгребали кровавую грязь, оставляя за собой алые полосы.

— Нет… я ещё живой… я… вы обязаны мне помочь! Мой дядя член совета! Он вам голову оторвёт! Он…

— Дядя, — повторил инструктор с неожиданной мягкостью. Встал, отряхнул колени и подошёл к умирающему. — Не гоже так уходить, но боюсь перед смертью ты должен знать правду. Так хочешь узнать её или нет? Хочешь скажу, что поведал мне твой дядя перед испытанием?

Чжан Лу замер, ощущая, что весь его мир вот-вот встанет с ног на голову.

— Что… — прошептал он.

— «Если этот выродок опозорит мой род, можешь оставить его в лесу. Мне больше пользы от дохлой собаки, чем от такого племянника»… — инструктор наклонился, и его голос, прежде спокойный, вдруг стал вкрадчивым, почти ласковым. — Ты постоянно бахвалился его именем, как собственным. Не забывал напомнить каждому встречному о родстве с великим магистром Академии, а сам? Знаешь, сначала я подумал, что магистр Чжан слишком суров с тобой, но после того, что увидел… сомнений больше не осталось. Ты действительно гнилое семя в семейном древе Чжан. И такой как ты… никогда бы не стал членом Академии.

— Врёшь! — заорал Чжан Лу, каким-то чудом находя в себе силы, захлёбываясь кровью и слюной. — Врёшь, тварь! Мой дядя меня любит! Он… он и моей отец! Мой отец!

Инструктор вздохнул с усталостью. Брезгливо попытался оттряхнуть со своего ханьфу брызги слюны и крови, но у него не вышло.

— Твой отец был того же мнения. Именно он посоветовал это твоему дяде, — произнёс Чэн, а затем сложил пальцы и отвесил лёгкий щелбан.

Голова человека просто взорвалась, и инструктор отвернулся, словно ничего и не произошло.

Лес затих. Даже птицы, только что истошно рвавшие глотки на ветвях, вдруг смолкли, будто опасалась издать и писк при виде этого человека. Воздух был буквально переполнен запахами свежей крови, железа, сырого мяса и испражнений, от трупов духовного зверя и трёх человек. Он вызывал у меня не самые приятные воспоминания, вплоть до ощущения, будто на кончиках пальцев вновь начинают отрастать длинные и смертоносные когти.

Рядом со мной валялась туша огромного волка. Его серая шерсть, ещё минуту назад лоснившаяся духовной энергией, теперь тускло блестела в лучах заходящего солнца, а из открытой пасти продолжала сочиться пенистая слюна, смешиваясь с кровью Чжан Лу. Чуть дальше, в луже тёмной, почти чёрной субстанции, лежало тело самого ублюдка, точнее то, что от него осталось.

Голова лопнула словно переспелый арбуз под ногами тысяч марширующих солдат. Инструктору Чэну понадобился лишь лёгкий щелбан, которыми играются маленькие дети, чтобы превратить черепушку богатого отпрыска в кровавый фарш. Если то, что он сказал и было правдой, значит Академия в первую очередь ценила свою репутацию. Сын, внук, племянник, сват… как только кто-нибудь из них переходил черту и начинал наносить всей организации вред, от него избавлялись. Жестоко, но эффективно.

Ничего личного. Только бизнес.

Я позволил себе на секунду перевести взгляд на останки Чжан Лу и внимательно их осмотрел. Ноги были вывернуты под неестественным углом, а культя правой руки, всё ещё рефлекторно подрагивала в предсмертных конвульсиях, разбрызгивая алы капли во все стороны. Вокруг валялись ошмётки одежды, осколки меча и куски того, что ещё недавно было человеком. Тела двух практиков меня даже не интересовали. Зверь разделался с ними настолько быстро, что я даже не успел узнать их имён.

Правда в тот момент, меня больше всех волновал не прорвавшийся сквозь ограду духовный волк — а невозмутимый человек, стоявший посреди кровавого побоища. Инструктор Чэн, спокойный, почти расслабленный, поправил рукав ханфу, стерев с него капельку крови, и раздраженно фыркнул.

Я смотрел на него и ощущал, как внутри тягучим ядом, расползался ледяной и первобытный страх. Этот человек только что убил, нет… не убил… уничтожил члена семьи магистра Академии, словно прибил назойливую мошку на стене. И сделал он это с такой лёгкостью, что мог сотворить нечто и со мной. Рука инстинктивно сжала рукоять меча, и я пообещал себе, что если и уйду из мира, то не так позорно, как это сделал Чжан Лу. Буду до последнего сражаться и защищать Сай, которая вообще не должна была всего этого видеть.

Инструктор посмотрел на меня в ответ. На его лице не было ни тени сожаления, ни малейшего колебания. Только пустая и безжизненная усталость, помноженная на холодный, сканирующий меня взгляд. Что он пытался рассмотреть? Размышлял, стоит ли меня убить или отпустить? Кто я для него? Следующий враг или помеха? Мысли в голове проносились каскадом по пустому шоссе, развивая скорость до сверхсветовой.

Кодекс на запястье молчал. Казалось, что даже он боялся проснуться и выдать дежурную информацию касаемо убитого духовного зверя. Сай за спиной тихо всхлипнула, видимо так же ощущая гнетущую ауру, исходящую от демона в виде человека. Вдруг он перевёл взгляд на убитого зверя, затем на меня, прищурился и спокойно произнёс:

— С вами всё в порядке? — опять задал он свой вопрос.

Голос человека прозвучал ровно, будто он сменил личину по щелчку пальцев.

Я не сразу понял, что ему ответить. Сай за спиной судорожно выдохнула, и почувствовал, как её хватка на моём халате ослабла. Человек перед нами больше не излучал той ледяной, удушающей ауры, которая ещё секунду назад сковало всё тело. Теперь он выглядел просто уставшим, словно не спал целую неделю. Под глазами появились тёмные мешки, плечи расслабленно опустились, а сам мужчина прошёлся шершавой ладонью по лёгкой небритости на щеках и выдохнул.

— Не на такое окончание рассчитывал… Придётся объясняться перед советом.

— Мы… мы в порядке, — снова повторила Сай.

Инструктор Чэн кивнул, краем глаза заметил, что я всё ещё держал Обезглавливатель, крепко сжимая рукоять и отведя взгляд, пронзительно свистнул. Через несколько секунд с разных сторон леса послышались ответные свистки, а затем звуки приближающихся шагов.

Из кустов выбежали четверо. Мужчины в одинаковых серых ханьфу с гербом Академии на груди. Их лица были закрыты чёрными нефритовыми масками с изображением хтонического демона, а у каждого на поясе висели длинные мечи и маленькие деревянные жетоны, как у Лан. Они разом присели перед инструктором на колени и покорно ждали приказов.

— Сеть? — Спросил Чэн, слегка приподняв левую бровь.

— Мы проверили периметр. — ответил приглушённый голос за маской, — Брешь в ограждении на северо-западе, в трёх тысячах шагов отсюда. Разрез ровный.

— Ровный? — Переспросил мастер и на его лице вздрогнула жилка.

— Да, мастер. Чистый срез, похоже духовным клинком.

Инструктор Чэн усмехнулся, проводя ладонью по лицу.

— Значит диверсия. — Затем он перевёл взгляд на нас, понимая, что лишнего говорить не стоит и добавил. — Останки племянника магистра Чжан. В официальном докладе доложить, что погиб, сражаясь с духовным зверем. Мы сделали всё возможное чтобы его спасти, но раны были слишком серьёзны. Он сражался, как лев и последние его слова были о родной семье и любимом дяде. Всё остальное я допишу сам.

Никто даже не стал ничего говорить. Они попросту поклонились, достали из-за спины мешки и принялись упаковывать в них останки. Руки, ноги, оторванные пальцы и кусочки черепа, судя по всему, для ритуального захоронения.

— А ты смелый. — Раздался голос Чэна, под звуки хлюпающей мокрой плоти. — Я наблюдал за тобой с высоты, и за тем… как ты находил растения, словно знал куда идти. Это, наверное, тебя не удивит, но вы вдвоём смогли собрать больше, чем все остальные вместе взятые. Почивший Чжан Лу был прав? У тебя есть артефакт?

Кодекс едва заметно завибрировал, будто молил, чтобы я его не выдавал. Правда не успел я и сказал и слова, как из-за спины вышла успокоившаяся Сай, и утирая слёзы, вмешалась.

— Ян обладает уникальным талантом. Сам он ничего не говорил, но я знаю, что это так!

Чёрт… Сай либо не понимала концепции секретов, либо доверяла всему белому свету. У меня даже на закралось подозрение, а не была ли она засланцем Академии? Неким агентом, выискивающим среди потенциальных неофитов самых одарённых. С другой стороны, с самого начала испытания, она не отходила от меня ни на шаг у неё попросту не было возможности оценить других.

— Вот как? — Задумчиво произнёс инструктор, а затем поманил меня пальцем. — Значит талант говоришь?

Я наклонил голову, внимательно рассматривая человека, убрал меч за спину и подошёл. Мужчина коснулся меня шершавой рукой за запястье и приложил к нему указательный и средний палец руки, будто пытался нащупать мой пульс.

— Не дёргайся, — сказал он, закрывая глаза, — Больно не будет.

Я замер, а тепло потекло от его пальцев в мою руку. Оно поднялось до предплечья, дошло до плеча и рассыпалось на груди приятной волной, обволакивая всё тело. Кодекс на запястье левой руки едва заметно задрожал, реагируя на чужую духовную энергию, но в целом не сопротивлялся. Инструктор хмурился, сосредоточенно водя пальцами по моей вене и часто шевелил густыми бровями, будто не глядя читал текст, выбитый у меня на руке.

— Так, — протянул он тихо, — Меридианы живы, но ещё не развиты, ядра… с ними и так всё ясно, а вот это уже интереснее.

Инструктор резко открыл глаза и уставился на меня так, словно не понимал, то ли ему танцевать от счастья, то ли стоит скорее прикончить. В его взгляде не было агрессии, скорее наоборот, открытое и никак не скрываемое удивление.

— Твои потенциал невероятен. — Произнёс он тихо, стараясь не спугнуть мысль, — такая чистая сеть каналов. Значит талант… действительно настоящий талант. Это в потенциале уровень… — он осёкся, словно чуть не проговорился о лишнем. — Ты понимаешь, что это значит, юноша?

О, да, я понимал, причём намного лучше, чем ему могло показаться. В убежище практика, в его трактатах о духовных талантах я читал, что на людей с особыми талантами к ци секты буквально ведут охоту. А у меня ещё и максимальный потенциал к развитию, как было отмечено в Кодексе. Плюс тело было очищено на сто процентов перед началом культивации. Спасибо тёмному практику.

Получается, я действительно уникален?

А секты… Они готовы сжигать целые деревни и города, лишь бы заполучить себе человека, имеющего редкую способность к тем или иным ремёслам. Другой бы на моём месте плясал бы от счастья, выбивая чечетку в луже крови, вот только не я.

Ко мне пришло осознание, что я попал!

Женщины, богатство, слава, репутация! Я стану не только членом Академии, которая фактически единовластно подчинила под себя всё наёмничество в городе, но и великим мастером, которых ещё надо поискать! Ко мне будут относиться с почтением, называть господином, а за моими услугами выстроиться очередь вплоть до императорского дворца!

Вот только так бывает в историях, которые рассказывают детям перед сном. Реальность же была намного суровее.

Таких специалистов высокого уровня обычно заводили в подвал, сажали на цепь и фактически превращали в раба. Хочешь женщину? Пожалуйста, будет тебе женщина. Вкусно покушать? Будет тебе и еда, какую захочешь, ты только скажи. Однако на этом всё и заканчивалось. Единственное, что оставалось под контролем у таких специалистов — это выбор еды и утех. Всё остальное отныне принадлежало господину, в том числе и жизнь.

Даже если в один день специалисту каким-то невообразимым образом удастся освободиться от оков, его скорее предпочтут убить, чем отпустить на волю. Ведь никто не мог позволить, чтобы ремеслом такого уровня овладели его конкуренты. Так что да… ситуация вырисовывалась не самая лучшая.

Я молчал, переваривая услышанное. Инструктор Чэн всё ещё держал меня за запястье, но его пальцы больше не сканировали. Браслет-Кодекс под тканью рукава затих, притворяясь мёртвым, словно понимал, что сейчас лучше не отсвечивать.

— Ты понимаешь, что это значит, юноша? — Повторил инструктор и его губы растянулись в широкой улыбке, почти отеческой. Той самой, которой улыбаются детям, когда говорили: «Не бойся, мы тебя не обидим».

— Догадываюсь, — ответил я, стараясь, чтобы голос звучал как можно безразличнее, — Это значит, что я провалил испытание.

— Провалил? — Чэн усмехнулся, убирая руку, и хлопнул меня по плечу. — Парень, ты только что перевыполнил план настолько, что остальные идиоты даже близко не стояли. Никто, слышишь? Ни один из пятнадцати участников, даже те, кто готовился с лучшими наставниками, не нашёл столько духовных растений за один день. Да что там говорить. Они бы и за месяц и даже за год их не нашли. А ты сумел… — он посмотрел на девушку, — И даже успел поделиться.

Сай стояла, прижимая к груди мешок с растениями, и смотрела на инструктора распахнутыми глазами. В них читался страх, но уже не тот, первобытный, что сковал её пару минут назад.

— Чжоу Сай, правильно? — Спросил Чэн и голос его вдруг стал мягким, почти ласковым, — Твои знания впечатляют, особенно для такой юной девушки, как ты. Твой дед ведь был алхимиком, верно?

— Д-да, — запинаясь ответила она, — Он… он оставил мне свои записи. Я много читала.

— Читала — это уже хорошо. А на практике применяла? Не боялась? Экспериментировала?

Сай кивнула, потом помотала головой и снова закивала. Я видел, как она пытается взять себя в руки, сжимая при этом кулаки и закусывая нижнюю губу.

— Немного, — наконец выдавила она, — Но чаще я просто… помогала маме, собирая обычные травы. Ну для чаёв там и настоек. Мне ещё никогда раньше не приходилось трогать настоящие духовные растения.

Чэн цокнул, но одобрительно покачал головой.

— Талант к теории — тоже талант. Не все могут запомнить названия сотен растений и их свойства, способы обработки и совместимость. Так что это настоящий труд, причём труд, многократно помноженный на желание.

Он замолчал, давая Сай возможность переварить сказанное, а потом вернулся ко мне.

— Испытания отменяются. Я принимаю вас обоих.

— Что значит отменяются? — Я нахмурился, — А как же остальные? Как же…

— Остальные? — Чэн махнул рукой куда-то в сторону. — Они продолжат. Пусть ищут, доказывают, что достойны учиться, но вы уже прошли. Если захочешь, можешь назвать это досрочным зачислением или привилегией.

Я почувствовал, как внутри зародилось нехорошее предчувствие. Слишком гладко всё шло. Слишком быстро и главное — слишком всё просто.

— И что дальше? — спросил я, не скрывая недоверия.

Инструктор Чэн будто только и ждал этого вопроса. Он широко улыбнулся, сложил руки за спиной и начал мерить шагами поляну, обходя лужи крови и ошмётки того, что раньше было Чжан Лу. Практики в масках уже закончили упаковывать останки и теперь молча стояли по стойке смирно, готовые в любой момент выполнить приказ.

— А дальше — Академия! — Сказал он, и в его голосе послышались нотки энтузиазма, — Вы отправитесь прямо со мной сейчас же. Я покажу вам ваши комнаты, познакомлю с бытом, представлю наставникам. У нас лучшие мастера боевых искусств, алхимии, медитации, фехтования и работы с ци.

— Звучит как золотая клетка, — брякнул я, не сдержавшись.

Чэн замер, а его улыбка пускай и померкла, но не исчезла совсем. Он медленно повернулся ко мне и в его глазах промелькнуло нечто, напоминающее собой… уважение?

— Золотая клетка, говоришь? — Он хмыкнул. — Понимаю твои сомнения, но учти… в этой «клетке» лучшие условия. Питание, тренировки, доступ к книгам и алхимии. Всё, что нужно для роста и никто не будет тебя насильно удерживать. Академия — не тюрьма. Если захочешь уйти — уйдёшь.

Раз уж мы заговорили на чистоту, то решил идти до конца.

— А если я начну представлять ценность? — спросил я, — Если мой талант станет слишком ценным, чтобы меня отпустили?

Инструктор Чэн на секунду задумался, почесал затылок и вздохнул.

— Такой риск есть, — признал он, — В любой крупной организации есть люди, которые захотят использовать твой дар в своих целях. Однако, во-первых, Академия — не секта, мы не порабощаем своих учеников. Во-вторых, если ты будешь достаточно силён… тебя будет не так просто удержать.

Он специально выделил слово «достаточно» так, чтобы я его отчётливо расслышал.

— Я ценю вашу честность, инструктор Чэн. — произнёс я, нахмурившись.

— Мастер… — вдруг резко перебил меня мужчина. — Отныне можешь называть меня мастер Чэн и ты, Чжоу Сай, — обратился он к девушке, протянув ей руку, — твои знания уже принесли пользу Академии. Ты смогла не только определить талант у юного неофита, но и смогла стать верной спутницей. Удача — это тоже талант. Местами даже более невероятный. Ты тоже зачислена. — Вдруг его взгляд изменился, стал более серьёзным и Чэн добавил. — Поэтому, я хочу, чтобы вы работали и учились в паре и первое время держались меня, особенно ты, Ян.

— П-п-п-п-правда? — Сай пискнула от восторга и тут же прижала ладонь ко рту, будто испугавшись, что показала слишком много эмоций. — Вы не шутите?

— Я никогда не шучу в таких делах, — жёстко ответил Чэн, но в его глаза открыто плясали лукавые искры.

Он махнул рукой и с разных сторон леса послышался топот копыт. Сначала мне показалось, будто нам предстоит пережить очередное нападение духовных зверей, как вдруг из густой травы появились они.

Я ещё никогда не видел таких существ, которые одновременно напоминали собой помесь лошадей и ящериц. Длинные, до трёх метров в холке, с телами, покрытыми мелкой металлической чешуей, которая переливалась в лучах заката медью и бронзой. Их мощные шеи заканчивались узкими мордами с вертикальными зрачками, в которых тлели красноватые огоньки.

Из ноздрей при каждом вдохе вырывался пар, хоть вечер и стоял тёплым, а из пасти выглядывали два ряда мелких, но острых зубов. Причём такие, какими явно не прожёвывают траву. Вместо сёдел на их спинах крепились широкие кожаные ремни с медными заклёпками, напоминающие некую упряжь для боевых зверей. Поводьями служили тонкие, но простые цепи из тусклого серебристого металла, которые крепились кольцами к ноздрям скакунов.

— Янлон. — С улыбкой произнёс Чэн, поглаживая существо по чешуйчатой морде. — Давние потомки огненных драконов, когда они ещё парили среди смертных. Правда сейчас их обычно просто называют духовными скакунами.

Сай вжала шею в плечи и схватила меня за руку, прижимаясь сильнее.

— Не бойся. — Сказал я ей, — Думаю, они не кусаются, наверное.

— Я не боюсь, — прошептала она в ответ, — просто я никогда раньше… это у меня будет в первый раз.

— У всего бывает первый раз. — усмехнулся Чэн, легко вскакивая на ближайшего Янлона. — До Академии поедем верхом. Ян, ты со мной, как раз научу, как держаться верхом. Чжоу Сай, ты поедешь с моими людьми. Они отвезут тебя в Академию, а завтра утром первое занятие.

— Какое? — Со страхом спросила девушка, забираясь на скакуна.

— Базовое владение ци, — ответил мастер, причём акцентировавшийся именно на Сай, — Теорию нужно подпитывать практикой. — а затем обратился ко мне. — А ты, Ян… следи внимательно за мной и учись держаться верхом, как можно быстрее.

Я кивнул, вспоминая о таланте, благодаря которому должен всё схватывать на лету, и ловко, будто всегда умел это, запрыгнул на скакуна.

— Думаю, с этим проблем не будет. Вот только разве другие мастера не будут нас учить? Что если с этим возникнут проблемы?

Чэн ухмыльнулся, легонько пришпорил скакуна и прежде, чем тот сорвался на рысь, с улыбкой на лице ответил.

— А кто посмеет противиться воле одного из семерых магистров Академии⁈