Корсиканский аристократ, французский политик, российский граф и генерал, снискавший славу одного из «дипломатических маршалов» Европы, Шарль-Андре Поццо ди Борго связал свою судьбу с Россией и Францией.
Поццо ди Борго был политиком и дипломатом по призванию. Находясь на государственной службе, он умел совмещать независимость суждений с добросовестным выполнением официальных функций. Иностранец по происхождению, традициям, связям, ощущавший себя дома в Вене, Лондоне и Париже, он твердо защищал российские интересы, подвергая себя риску опалы или отставки и зачастую проявляя гораздо больше гражданского мужества и понимания национальных интересов России, чем его иные русские по крови коллеги.
«Наполеон — это главная тема моей жизни», — написал Поццо ди Борго в 1821 г., после смерти императора. А спустя десять лет он делился с племянником: «Как и большинство других людей, я буду лишь второстепенной планетой вокруг большого солнца (Наполеона — Н. Т.), неважно, животворящее оно или сжигающее мир»[225]. Он всегда откровенно говорил о своем уважении к Наполеону, «феномену, который больше не повторится и который сам по себе есть целый мир, нравственный и политический»[226].
Между тем вокруг Поццо ди Борго всегда только и говорили, что о его «корсиканской ненависти», но была ли именно ненависть главным мотивом его действий? Сам он с этим был не согласен и писал своему племяннику в 1832 г.: «Мое сердце никогда не знало ненависти, она бы меня утомила и унизила»[227]. На мой взгляд, человек, в сердце которого живет ненависть, вряд ли сделал бы столько добрых дел, сколько Поццо ди Борго. Ненависть разрушительна, а Поццо ди Борго не был разрушителем, он создавал новый мир. Отсюда — и позитивные высказывания о нем самых разных людей. Например, известный французский политик и историк Адольф Тьер, восторженный поклонник Наполеона, писал: «Господь наделил его столь же восхитительным даром, каким является дар полководца — даром политика». А другой политик и поэт-романтик, Альфонс Ламартин, составил такой портрет Поццо ди Борго: «Наделенный самой благородной внешностью, даром самого страстного и проникновенного красноречия, самыми простыми и элегантными манерами, военный, дипломат, публицист, светский и деловой человек одновременно, Поццо ди Борго был одним из тех людей, которые своим достоинством и шармом покоряют с первого взгляда». И, казалось бы, далекий от романтики Карл Маркс, который, если судить стереотипно, должен был бы обрушить лавину критики на «буржуазного политика», выступая на митинге в Лондоне 22 января 1867 г., назвал Поццо ди Борго ни больше ни меньше как «самым крупным русским дипломатом нового времени»[228].
Не ненависть, но борьба против Наполеона, вероятно, сделала его великим дипломатом, патриархом, или Нестором дипломатии, как его справедливо именует Мишель Верже-Франчески.
Сначала он страстно боролся с Наполеоном, а после победы многое сделал для того, чтобы постреволюционная Франция была сохранена как великая держава, чтобы на ее престол вступили Бурбоны, а условия мирного договора и оккупации оказались наименее болезненными. Он прекрасно понимал, что европейское равновесие было невозможно без сильной и стабильной Франции; посол России во Франции, он являлся убежденным сторонником русско-французского союза, считая его соответствующим интересам обеих стран.
Именно во многом благодаря мужеству Поццо ди Борго были сохранены отношения между Россией и Францией после разразившейся в 1830 г.
Июльской революции. Выступая за признание режима Июльской монархии и короля Луи-Филиппа Орлеанского, он вовсе не был последовательным либералом, он был прагматиком и реалистом. Именно практицизм, возведенный в принцип, заставлял Поццо ди Борго неизменно отстаивать «систему умеренности», отвергая крайности любого рода.
Прогуливаясь по Аяччо, сверните на улочку, носящую имя Поццо ди Борго. На ней есть бистро (да-да, именно «бистро»!) с названием «Бонапарт». Так история примирила двух честолюбивых и амбициозных корсиканцев, которые просто не могли ужиться на маленьком острове. А для России и Франции имя графа Шарля-Андре Поццо ди Борго стало символом дружбы и союза между нашими странами. Это было его заветным желанием...