Когда у меня отняли зрение, остальные чувства обострились до предела. Я ощущала всё в десятки раз ярче. Нервы были натянуты до предела. Кожа горела везде, где он ко мне прикасался. Каждый его стон, рождённый где-то глубоко в груди, отдавался во мне гулким эхом. Часть меня хотела сорвать повязку и увидеть его. Но другая не хотела вовсе. Тот образ, который я создала в темноте, был слишком прекрасным, слишком опасным, чтобы разрушать его реальностью. Я чувствовала себя сильной. Желанной. Свободной. Картина, которую я нарисовала в своём воображении — о нём, о нас, — принадлежала только мне. И я не собиралась от неё отказываться. Я растворилась в этой иллюзии о Деймоне и обо мне. Хотела жить в ней и чувствовать его не глазами, а каждой частичкой своего существа. И я чувствовала. Никогда прежде я не испытывала такой близости с другим человеком, словно мы шагнули за пределы этого мира и прикоснулись к чему-то, чему не существовало объяснения. Мне не хватало воздуха. Меня будто разрывало изнутри. Демон ещё долго держал меня в воде. Моё тело обмякло, пока его ладонь медленно скользила по моим волосам снова и снова.

— Ты в порядке? — тихо спросил он, касаясь губами моей шеи.

В порядке ли я? Я сама не знала, как ответить. Мне было больше чем хорошо. Тело приятно ныло, но никогда в жизни я не чувствовала ничего подобного. Это ощущение хотелось переживать снова и снова. И всё же казалось, будто он изменил что-то внутри меня, что-то очень важное, и я не понимала, как теперь с этим жить. Я переспала с демоном. Я переспала с демоном в светящейся реке на острове Стены Двух Слёз во время Охоты. И мне это понравилось. Без капли вины. Без капли стыда. И я знала, что дело не только в удовольствии, которое до сих пор пульсировало во всём теле. Если честно, его вопрос застал меня врасплох. В нём было столько заботы, что это совсем не вязалось с тем образом демона, который жил в моей голове.

— Вэйна, — произнёс он уже настойчивее.

Он взял меня за лицо и поцеловал.

— Мне нужно, чтобы ты что-нибудь сказала. Словами.

— Да, — наконец выдохнула я. — Я в порядке.

И в тот момент, когда слова сорвались с губ, я поняла, что это правда.

— А ты?

Только сейчас мне пришло в голову, что, возможно, для него этот момент тоже оказался чем-то большим. Чем-то способным перевернуть весь мир. Именно это я и хотела спросить. Просто не знала как. Он поцеловал меня в лоб.

— Да. Конечно.

Потом медленно отстранился, и пустота пришла мгновенно. Тепло уходило дюйм за дюймом, оставляя после себя странную, ноющую тоску. Он продолжал держать меня в объятиях, пока переплывал реку. Я невольно задумалась, насколько здесь глубоко. Потом услышала, как под его ногами зашуршали камни. Он вышел на берег и осторожно усадил меня на траву. Я потянулась снять повязку, но он тут же перехватил мои руки.

— Пока нет. Сиди здесь и не двигайся.

Он отпустил меня только после того, как я кивнула и опустила руки. Через мгновение я услышала всплеск воды. Он снова вошёл в реку. Даже если бы захотела, я всё равно не смогла бы пошевелиться. Тело совершенно не слушалось. Мышцы превратились в мягкое желе. Единственное, что удерживало меня в вертикальном положении, — дерево, к которому он меня прислонил. Приятная дрожь всё ещё гуляла по телу, заставляя покалывать каждый нерв. Раньше я никогда не испытывала ничего подобного рядом с мужчиной. Конечно, я много раз доставляла удовольствие себе сама, но любой прошлый опыт с мужчинами оставлял после себя только пустоту. Я притворялась, что всё было хорошо, лишь бы не задеть их самолюбие. Сейчас притворяться не пришлось. И это было несравнимо лучше. Лучше всего, что я когда-либо могла подарить себе сама. Наверное, демоны действительно умеют удивлять. Я до сих пор не могла поверить в произошедшее, хотя мысленно повторяла это снова и снова. Мне казалось, что я должна испытывать сожаление, отвращение или хотя бы смущение. Но вместо этого ощущала лишь спокойное, глубокое удовлетворение, словно оно всегда было частью меня. Только вот я выкрикнула имя Деймона. Я не хотела. Очень надеялась, что шум воды исказил звук и это прозвучало как «демон». Он ничего не сказал, значит, скорее всего, так и было. Но всё равно становилось неловко. Пока я сидела в ожидании, эйфория постепенно отступала, а вместе с ней возвращалась реальность. Тьма за повязкой будто сгущалась. Лишённая зрения, я особенно остро ощущала одиночество. Паника медленно расползалась по сознанию. Мне не хотелось оставаться одной. Но стоило услышать всплески воды и понять, что он возвращается, как страх отступил обратно в тень. Рядом с ним я чувствовала себя в безопасности. Вот что пугало сильнее всего. Он подошёл совсем близко. Я вздрогнула, когда его руки коснулись моей головы. Сердце пропустило удар. Он медленно стянул повязку. Я не открывала глаз ещё несколько секунд, собираясь с духом. Потом услышала его голос совсем рядом:

— Теперь можешь смотреть.

Он стоял так близко, что между нами оставались считаные дюймы. Сердце заколотилось ещё быстрее. Я открыла глаза. И увидела чёрную маску с синими прорезями.

В одно мгновение меня накрыла ярость.

— Ты шутишь? — усмехнулась я, отпрянув.

— Что? — Его голова наклонилась набок.

— Мы только что трахнулись, а я всё ещё не могу тебя видеть?

Он опустил голову, будто усмехнулся под маской.

— Пока нет.

Я прищурилась.

— Это полный бред.

— Эй!

Он снова натянул повязку мне на глаза.

— Что ты думаешь, что делаешь…

Наказывающий поцелуй и рука на моём горле оборвали меня. Я выдохнула ему в губы. Его язык скользнул в мой рот, я ответила. На вкус он был как опасность, смешанная с вырванной на свободу похотью. Как тайна, которая никогда не должна была раскрыться.

Всё кончилось слишком быстро. Губы остались холодными и жадными до продолжения.

— Кажется, с повязкой на глазах ты гораздо менее враждебна. Может, заставить тебя оставить её? — В его голосе слышался смех.

Я скрестила руки на груди и застонала от досады.

— Нет, — буркнула я.

Он усмехнулся, потом снова снял повязку, на этот раз совсем, а второй рукой коснулся лица, где маска уже была на месте. Рядом лежала стопкой его толстовка, моя ложка и обе пары обуви. Наверное, он всё это держал над водой, пока переплывал, всё было сухим. Я пожалела, что не сняла рубашку и юбку перед тем, как залезть в реку. Теперь мокрая одежда леденила на прохладном ветру.

— После Охоты я сделаю так, что ты меня увидишь. Ты принесёшь клятву во время демонического ритуала. Но я не могу этого сделать, не подвергая тебя опасности, ещё большей, чем сейчас. — Он собрал мои мокрые волосы в руку, скрутил пальцами и перекинул через плечо.

— Из-за демонических правил, да? Ты называл это Министерством. — Я обхватила себя руками. Не то чтобы здесь было холодно, но быть мокрой насквозь, ощущение продрогла.

Он кивнул, опускаясь на колени.

— То есть просто ещё больше демонов. Без обид, но я бы предпочла, чтобы они все сдохли. Тогда и проблемы бы решились.

Он замер на миг, потом покачал головой.

— Ты и я оба, — сказал он тихо. Потом громче: — Ты дрожишь.

— Я мокрая, — сказала я бесстрастно.

— О, я почувствовал.

Я закатила глаза.

— Я имела в виду мою кожу. — Я показала на себя.

— Правда? Я не заметил.

— У меня нет ни полотенца, ни сухой смены одежды, — усмехнулась я.

— Что ж, это я могу исправить.

Я нахмурилась.

— Встань и подними руки, — мягко приказал он, поднимая меня на ноги.

Мне это даже нравилось, когда он говорил, что делать. Звучит ужасно, но я оставлю это при себе.

Я сделала, как он просил, подняла руки над головой. Он аккуратно стянул с меня рубашку, мокрая тряпка шлёпнулась на землю. Потом пальцами зацепился за пояс моей юбки, спустил её до лодыжек, и я вышагнула из неё.

И вдруг меня охватила застенчивость. Я осталась в одних трусиках перед ним. Не понимаю, почему, мы же только что занимались сексом. Всего несколько минут назад моя грудь была у него во рту, наши тела сплетались. Но сейчас всё было иначе. Более обнажённо. Более интимно.

Жар момента ушёл. Остались только я и он. Ни пелены похоти. Ни спешки. Только голая кожа и тишина.

Возможно, меня беспокоило то, что это уже не о желании. Это было о нём и о пугающем осознании того, что меня это нисколько не беспокоило.

— Вот. Надень это. — Он протянул мне свою рубашку, надел через голову, вытащил мои волосы сзади. Она поглотила меня, доходя до середины бёдер. Чёрт, какой же он высокий.

Он взял мою мокрую одежду и повернулся, чтобы повесить её на ветку. Я поднесла ткань у ворота к носу. Его запах пропитал рубашку, земля и запах дождя перед грозой. Я вдохнула, позволяя ему обволакивать меня и проникать в лёгкие. Как же мерзко, что от этого у меня закатывались глаза и мгновенно накатывало спокойствие.

Я так влипла.

Демон лёг на бок под деревом и похлопал по земле перед собой.

Я заколебалась. На мне не было ничего, кроме его рубашки и трусиков.

— Иди сюда, Вэйна, или я силой затащу тебя сюда, — сказал он более твёрдо, когда я не пошевелилась.

Я вздохнула и пошла к нему, позволив притянуть меня вниз, пока не оказалась прижатой к его голой груди. Одна рука обхватила мою талию, прижимая ближе, чтобы между нами не осталось места, а другая оказалась у меня под головой, как подушка. Он был тёплым у моей спины. Я закрыла глаза и немного поёрзала, прижимаясь к его теплу.

Потом мои глаза снова распахнулись, когда я поняла, что он только что сказал.

— Подожди, откуда ты знаешь моё имя? — На самом деле я спрашивала: я ведь знаю тебя, да?

Как и прежде, мой разум перебирал каждого мужчину, которого я когда-либо встречала. От тех, кого знала с детства, до владельцев магазинов и бывших любовников, до тех, с кем была ближе.

Многие отпали сразу. Ему не могло быть больше тридцати. И он не выглядел младше меня, значит, ему как минимум двадцать шесть.

Вариантов оставалось немного.

Одного я могла исключить точно, того, кто заставил бы меня броситься прямо в лапы другому демону: Ашера.

Но брат Ашера и лучший друг моего брата…

Нет. Это не мог быть Деймон. Не могло быть, чтобы Деймон, один из самых нежных, милых парней, которых я знала, мог быть хоть чем-то похож на этого демона. Властного и требовательного. К тому же у Деймона за эти годы было много возможностей ухаживать за мной, но он никогда этого не делал.

Сколько бы раз я ни думала, что он чувствует то же самое, что и я, он никогда не заговаривал об этом, и я убедила себя, что всё это было в моей голове. Не говоря уже о том, что Деймон стал бы на сторону своего брата, он слишком верный человек, чтобы не сделать этого. Я была уверена, что Ашер рассказал ему какую-то извращённую версию того, что сделал со мной. И я не выносила мысли, что Деймон мог поверить этой лжи.

— Я наблюдал за тобой несколько дней, помнишь? Инка несколько раз называла твоё имя, — объяснил он.

Ладно… значит, я совсем его не знаю.

Как же бесит, простонала я про себя.

Ритмичное движение его груди о мою спину успокаивало. Так тихо и мирно. В этот раз я не чувствовала страха. Не сейчас. Вода глухо рокотала, убаюкивая мой переутомлённый разум. Свечение реки щекотало листья над нами, давая больше света, чем в любую другую ночь на острове.

Теневое движение в ветвях привлекло моё внимание. Ну конечно, эта проклятая птица. Я совсем забыла про неё, слишком отвлеклась на демона позади. Удивительно, что ворон всё ещё был рядом.

О боже, он был здесь всё это время? Он смотрел, как меня трахает демон? Фу.

Меня передёрнуло от этой мысли, но я промолчала. Мы лежали так долго-долго. Он не издал ни звука. Ни разу не шелохнулся. Звук его дыхания был подобен колыбельной, и мои глаза стали тяжёлыми.

— Итак, теперь, когда мы перешли реку, что нам делать? — спросила я, гадая, что принесёт завтрашний день.

— Переждать остаток Охоты, а потом отправить тебя на корабль домой. А сейчас спать. — Его рука вокруг меня сжалась, и он прижался лицом к моим волосам. — Я буду рядом.