Любовь Николаевна

В субботу утром с рейса вернулся Миша, муж моей мамы, я заблаговременно после школы сразу пошел гулять, пообедал в кафе у Ибрагима, потом сходил в кино, вернулся домой к шести вечера — понимал, что маме с Мишей надо уединиться после такой долгой разлуки.

А на следующий день вечером к нам неожиданно пришла подруга мамы по Алма-Ате Любовь Николаевна Триницкая, Миши еще не было дома. Я ее не узнал — она, когда прилетела в Сусуман, была цветущей женщиной, веселой и заводной, вылитая Анжелика маркиза ангелов из популярного фильма. Такая же зачетная фигура, сочная в нужных местах и с тонкой талией. Веселая и обаятельная! Мне так хотелось ей обладать! Ну это в моих юношеских мечтах конечно! Где я и где она!

А тут к нам пришла Золушка — серое лицо, под одним глазом свежий фингал, под другим уже пожелтевший, платье помятое, кое где пятна на нем.

— Люба! Кто это так тебя? — ахнула мама.

— Колька, будь он проклят! — в сердцах выпалила Любовь Николаевна.

— Так уйди от него, вы же не расписывались! — сказала мама.

— Паспорт забрал скотина, не отдает, бьет, когда спрашивать насчет него начинаю — всхлипнула она.

Меня аж зло взяло — эта скотина умудрилась превратить цветущую женщину-красавицу в старуху!

— Ма, я помогу Любовь Николаевне разобраться с этой сволочью — сказал я маме, видел я этого Колю. Крепкий мужик лет пятидесяти, водитель-дальнобойщик.

— Иди Костя, Люба, он тебе поможет вещи забрать и документы — сказала мама.

— Да куда ему против Кольки! Ты чего Ната? Он же мальчишка совсем! — удивилась Триницкая.

— Он приемчики знает, вырубит твоего хахаля с одного удара — усмехнулась мама.

— А куда же я потом? У меня и денег-то нет, на работу устраиваться Колька не давал — всхлипнула Триницкая.

— Я займу тебе денег, снимешь квартиру, работу найдешь — сказала мама.

— Спасибо Наташа! Я бы лучше в Алма-Ату вернулась, там у меня хоть квартира есть — вздохнула она.

— Займу и на билеты, Костя денег летом заработал на золоте, без проблем тебе займем. Пока самолет будешь ожидать — у нас перекантуешься — пообещала мама.

— Ну хорошо, спасибо тебе Наташа! Пойдем Костя — попросила она, и мы, одевшись, пошли домой к Николаю, который жил на окраине нашего городка в частном доме. Он работал дальнобойщиком, и Триницкую брал с собой в рейсы, чтобы не скучать в дороге. Мы за полчаса дошли до дома, зашли в него.

— Сука! Ты где шлялась! — заревел медведем Николай, надвигаясь на нас. Любовь Николаевна спряталась за мою спину.

— Коля, утихни. Верни документы Триницкой и дай спокойно собрать ей вещи — сказал я, выставив вперед ладонь.

— Да я тебе сейчас шею сверну сопляк! Не вмешивайся в дела взрослых! — с этими словами он схватил меня за плечо и рванул на себя. Но я уклонился и толкнул его от себя.

— Руки не распускай! — твердо сказал я. — А то укорочу их.

— Сопля зеленая — и Николай с размаху дал мне оплеуху. Я, конечно, уклонился и врезал ему в солнечное сплетение — он сразу загнулся.

— Где документы? — спросил я у него.

— Пошел ты! — крикнул он и схватил со стола кухонный нож, которым можно зарезать человека, лезвие длиной сантиметров пятнадцать.

— Ты срок хочешь заработать? — спросил я спокойно, это конечно Дик за меня говорил, у меня сердце колотилось как бешенное, я и слова не смог бы сказать.

— Убью обоих! Проблядь! С мальцом связалась! — заревел он и ударил меня ножом снизу вверх.

Я уклонился и одним движением вывернул нож, когда его рука пролетела мимо меня, а его руку захватил в мертвый замок. Коля дернул руку назад, но она мертво сидела в моем капкане.

Он бросил взор на стол, где лежал еще один нож, и схватил другой нож левой рукой. Я понял, что словами его не остановить и ударил его кулаком правой руки в челюсть — нокаут, он, закатив глаза, сполз под стол.

— Любовь Николаевна, собирайте свои вещи, он вам больше не будет мешать — сказал я, вынимая нож из левой руки Николая, лежащего без сознания на полу.

— Ой Костик, ты мой герой! — со вздохом сказала Триницкая и пошла собирать свои вещи. Через четверть часа вещи были собраны, только документы свои она не обнаружила, как и часть вещей, и тут пришел в себя и Николай.

— Сука! — уже менее экспрессивно крикнул Николай, сидя на заднице у стола. — Да забирай свои шмотки тварь! Вон в том шкафу они!

— Коля, не груби, а то зубы твои гнилые выбью — пригрозил я. Он оценил мой удар, замолчал. Молча достал из-под полки документы Триницкой, та перебрала их все, кивнула мне головой.

— Теперь остальные вещи свои собирайте, не спешите, Коля подождет — сказал я, смотря в глаза мужику. Ему было лет пятьдесят, он был достаточно крепким мужчиной, но куда против моих нанитов! Я мог одним ударом ему ребра сломать — но зачем это делать?

Триницкая быстро собралась, набила вещами свою сумку и чемодан, сказала, что все собрала. Я взял в руку чемодан, и мы вышли из дома.

— Куда мне теперь? — всхлипнула Триницкая. — У вас переночую, билет завтра куплю на самолет до Алма-Аты.

И мы пошли к нам домой.

Дома была мама и Миша, ее муж. Уже было поздно, пора было спать. У нас было только одна кровать и диван в моей комнате. Мама постелила нам «валетом» с Триницкой, я долго не мог заснуть с такой красивой женщиной на одной кровати, грешные мысли не давали мне спать. В конце концов я дал команду Дику усыпить меня и поднять по расписанию.

Утром — был понедельник, я пошел в школу, Триницкая осталась дома одна, только сходила купила билет на самолет до Алма-Аты. Вечером они устроили посиделки, две женщины вместе с Мишей, пили вино, танцевали, Миша танцевал по очереди с каждой. Улеглись спать, Триницкая долго ерзала в кровати, не могла заснуть.

Утром Миша раньше всех отправился на работу, затем мама посидела с Триницкой на кухне, о чем-то долго разговаривали.

Интерлюдия

— Люба, ты к Мишкиным яйцам свою письку не подкатывай, а то я вижу, как ты на него смотришь! — резко сказала Наталья.

— Да ты что Наташа! И в мыслях такого не было! — с испугом сказала Триницкая, прижав руки к груди.

— Да я вижу, как ты на него смотрела, готова была снять трусы тут же! — жестко сказала Наталья.

— Ты знаешь Наташа, у меня секса уже три месяца не было, у Кольки не стоит, из-за этого он меня и бьет, от своего бессилия. Член вялый, в общем импотентом он стал. Вот я и смотрю на нормального мужика как голодный на колбасу, но это не значит, что я готова воровать эту колбасу, так что лишнего на меня не вешай — вздохнула Триницкая.

— А, вон оно что… Ты бы лучше на моего сынка посмотрела в этом плане. Я по утрам захожу в его комнату, у него утренний стояк — член у него гораздо больше, чем у Мишки! Как у его бати покойного! Прямо завидую его будущей жене! Вот и потешь себя, заодно его научи любовным утехам, как себе и женщине удовольствие доставить — сказала Наталья.

— Да ты серьезно? Ты не будешь против, если я с твоим сыном буду трахаться? — удивилась Триницкая. — Он же у тебя совсем мальчик! Ему шестнадцати лет еще нет!

— Он этим августом резко повзрослел, сложности у него возникли на почве добычи золота, крупный самородок он нашел. После этого мальчик резко повзрослел и стал юношей, знающим, что вокруг него жизнь не фиалками украшена. Стал сосредоточенным и достаточно прагматичным, начал зарабатывать большие деньги, сам нашел как. Начал соображать насчет закономерностей залегания золота и показывать старателям, где его брать надо, за долю конечно немалую, поэтому и деньги большие заработал. Теперь он парень перспективный и самостоятельный — за этот август на золоте шестнадцать тысяч заработал, и еще пойдут платежи дольщика! Все официально, по бухгалтерии проведено и в гроссбухах зафиксировано. В школе комсомольские взносы заплатил сто шестьдесят рублей. Так что об этом теперь всем известно, особенно девицам, у которых за душой ничего нет.

— Ох ни хрена себе! Будь он бы лет на десять старше замутила мы с ним по-настоящему! — воскликнула Люба. — Ты точно не будешь против, что я с ним спать буду?

— Нет конечно, у него не сотрется! Ты его научишь премудростям секса, а не то этому его научит какая-нибудь молодая шалава, которая перед ним раздвинет ноги и женит на себе. Девки прознают про его огромные доходы быстро — сами будут в его постель прыгать, чтобы женить на себе. Это конечно не школьницы будут, а девки что постарше — лет восемнадцать-двадцать. Тут и пойдет шантаж — ты меня обесчестил теперь и женись — сама наверно это делала! — усмехнулась Наталья. — Вот и научи его, что такое девственница, на своем примере, не стесняйся, и покажешь, как ему пальчиком это определить, девственница перед ним или нет.

— Ой, Наташа, что ты говоришь! Я прямо не знаю теперь, как быть-то с ним… парень он, конечно, красавчик, тут нечего сказать, так и хочется его зацеловать! Хорошо Наташа, я попробую — закусила губу от возбуждения Люба.

— Если у него будет опыт сексуальной жизни, то жену себе будет выбирать уже по сердцу, а не потому, что между ног у нее. И не обманет его фальшивая девственница — сказала Наталья. — На него сейчас точно начнется охота как на потенциального жениха, такие деньги парень зарабатывает, и все законно! За сезон заработал и на квартиру на Материке, и даже на машину. Ну еще следующим летом не меньше заработает! Представляешь! Надо, чтобы у него выработался иммунитет от таких охотниц.

— Ну а как же я смогу… Вы же дома с Мишей… — спросила Наталья, кусая губу от прилившего желания.

— Я позвоню в школу, скажу, что сын затемпературил, только завтра в школу придет — сказала Наталья с улыбкой. — Ты ему это скажешь, вот у вас целый день будет для знакомства, думаю, что тебе не сложно будет его соблазнить с твоей-то фигурой! А там по ночам в его комнате можете делать что угодно — в нашей комнате не слышно — улыбнулась Наталья. — Пока ты ждешь своего рейса на самолет, он в твоем распоряжении. Потешь моего мальчика, научи его радостям жизни, а заодно и себя, оттянись по полной с молодым мужиком! Я пошла на работу, не теряй время подруга!

* * *

Утром я проснулся от того, что к моему члену нежно прикасались чьи-то руки. Я открыл глаза — у меня был утренний стояк, член вылез из трусов, его нежно поглаживала пальцами Триницкая, сидя возле меня на диване в одной полупрозрачной ночнушке на голое тело. Сквозь полупрозрачную ткань ночнушки просвечивались ее сочные груди и большие темно-коричневые соски, выпиравшие сквозь тонкую ткань. Мой член еще больше раздулся и закаменел.

— Ой! Извините Любовь Николаевна, по утрам такое со мной постоянно происходит — извинился я, смутившись. — Зря вы его трогали, теперь до обеда будет так стоять.

— Какой огромный член у тебя Костик… У Кольки в два раза меньше и такой вялый. А у тебя как камень! — сказала со вздохом Триницкая, продолжая поглаживать мой член, уже более смело лаская его.

Мама с Мишей уже ушли на работу, мне в школу через полчаса надо было выходить. А тут такая пикантная ситуация — я не знал, что мне делать. Но Дик подсказал: — У женщины очень давно не было секса, а вид твоего эрегированного члена возбудил ее. Хочешь — можешь уложить ее в кровать, она с удовольствием раздвинет ноги.

Но я не решался на такой шаг, все-таки мамина подруга, хотя мне этого очень и очень хотелось, ну прямо до жути. Да и вообще это взрослая женщина, а я кто? Школьник-малолетка. Я молча наблюдал, как Триницкая продолжает гладить мой член уже двумя руками, видимо забывшись. А он от этого только больше раздувался и каменел.

— Костя, я могу тебя вознаградить, как вознаграждали дамы рыцарей, которые освобождали их из плена — сказала Любовь Николаевна, глядя мне в глаза и продолжая гладить мой член. — У тебе еще не было близости с женщинами? Я научу тебя премудростям отношений между взрослыми мужчиной и женщиной. Хочешь этого?

— Нет, не было у меня близости — сказал я дрожащим голосом. Уже от такой тесной близости с полуголой маминой подругой у меня и вправду дрожал голос от волнения — это был запретный плод для меня. — Конечно, я хочу научиться — выдал за меня Дик.

— Ну не пугайся, это не страшно, а очень приятно — сказала она, медленно сняв ночнушку через голову, а затем также медленно спустила трусы, медленно крутя бедрами. Я во все глаза смотрел на нашу Анжелику, маркизу ангелов, на ее пышные груди и курчавые волосы между ног. Все у нее было в меру, и сочные груди четвертого размера — это мне Дик подсказал, пышные бедра и тонкая талия, как у девушки, плоский животик.

Любовь Николаевна медленно стащила с меня трусы, продолжая гладить рукой член, заставила снять майку, наклонилась ко мне, стала гладить левой рукой мою грудь, впрочем, её правая рука продолжала ласкать мой член. Она поцеловала меня в губы, долгим и страстным поцелуем, я ей ответил со всей страстью. Любовь Николаевна взяла мои руки и положила на свои груди.

— Мни их Костик, не стесняйся. Женщинам это очень приятно — попросила она.

Я сжал руки и начал ласкать ее груди, соски — она застонала от страсти. Я тоже млел от блаженства — такая нежная кожа и мягкая плоть… Мы исступлённо целовались с ней, потом она взяла мою руку, сняла с груди и положила себе между ног, я стал ласкать ее там, она выгибалась от страсти, впиваясь в меня губами. Потом она уселась на меня и вставила в свою промежность мой член, села на него, я ощутил взрыв блаженства. Она стала подпрыгивать на мне, ахая каждый раз. Я продолжал мять ее груди и соски, тая от блаженства. Через пять минут мы сотряслись в оргазме, после этого она упала мне на грудь.

— Костик, ты замечательный мужчина, твоя жена будет счастлива — сказала она, страстно целуя меня в губы. Я обнимал ее, она лежала на мне, а мне снова хотелось вставить в нее свой член и качать не переставая.

Я перевернул ее на спину и спросил, лаская ее промежность, от чего у нее непроизвольно раздвинулись ноги: — Любовь Николаевна, продолжим?

— Ха-ха Костик! Зови меня Любой, просто Любой! — сказала она, привлекая меня на себя. Я вставил куда следует свое копье и отдался страсти.

После четвертого раза мы успокоились, я уже пропустил первый урок, похоже и второй пропущу. Мы с Любой прошли на кухню, подкрепились — я в одних трусах, она в ночнушке на голое тело. Подкрепившись, вновь набросились друг на друга, устроив часовой марафон. Она показывала мне разные позы, чтобы доставлять больше удовольствия друг другу. Я уже пропустил третий урок — ой что будет мне за это от классной руководительницы! Скажу, что проспал, зачитался на ночь глядя.

— Наташа сразу поймет, что мы с тобой трахались — сказала Люба с улыбкой после того, как мы закончили очередной заход на кровать, и продолжали обниматься, ласкать друг друга и целоваться.

— Мама будет ругаться? — спросил я, обнимая ее и тиская полные груди Любы.

— Да нет Костя, она мне сама подсказала, что ты меня можешь утешить — улыбнулась Люба.

— Правда? Мама сама сказала? — удивился я, от чего мой член снова встал как камень.

— Мама видит, что ты уже стал взрослым, чего тебе откладывать контакты с женщинами? Ты завидный любовник для любой женщины! — сказала Люба, целуя меня.

— И что, она не будет против, что мы будем спать вместе? — спросил я с волнением, привлекая к себе любовницу.

— Нет, не будет. Но как бы мы будем спать с тобой валетом для вида, как нам полагается, не будем афишировать нашу более близкую связь — сказала Люба. — Мы будем тайными любовниками!

— Я хочу тебя! — воскликнул я и завалил Любу на спину, и она тут же раздвинула ноги.

Опять у нас был жаркий секс, меня обуревали разные греховные мысли, и я со страстью входил в лоно Любы, она охала, еще больше распаляя меня. Финал у нас был очень бурный, она заорала с рыком львицы.

— И ты думаешь, что ночью мать нас не услышит? — спросил я с улыбкой, тиская ее большие груди.

— Я не буду ночью кричать — улыбнулась Люба, прижимаясь ко мне.

— Когда твой самолет? — спросил я, на минуту задумавшись — она уже купила билет на Алма-Ату.

— Через неделю, Наташа разрешила у вас перекантоваться — сказала Люба, прижимаясь теснее ко мне.

— Я бы был рад, если бы ты у нас подольше пожила — сказал я, обнимая любовницу.

— Ну дольше бы Наташа не позволила. Одно дело недельку тебя поучить обращаться с женщинами, а месяц это уже будет перебор. Тебе надо будет ровесниц, ну или девушек немного постарше себя теперь в свою постель укладывать для утех — улыбнулась Люба. — Только не обрюхать их, а то рано жениться придется, а это тебе ни к чему. Да и постарайся с девственницами не иметь дел — будут шантажировать, что обесчестил — теперь женись!

— Люба, мы же с тобой не предохранялись! — осознал я свой прокол.

— Ошибки молодости — ранняя беременность, неудачный аборт, и невозможность иметь детей на всю оставшуюся жизнь — грустно улыбнулась Люба. — Но, с другой стороны, хорошо, предохраняться не надо с любимым человеком.

— Ну да, мне нравится обходиться без резинок — признался я, снова возбуждаясь, и поворачивая любовницу для очередного всплеска страсти. И тут ж дал команду Дику закачать ей нанитов — тоже подарок сделаю, вылечу женщину от бесплодия, да и от всех других болячек у нее проблем не будет.

Потом Люба в натуре показала, где должна находиться девственная плева — так по-научному она называется, и как ее пальчиком быстро определить. Ну конечно мы после этого тут же прорепетировали лишение ее девственности со всей страстью. И потом ежедневно это репетировали, чтобы я не забыл.

Так прошла неделя, мы ничем не выдавали своих ночных забав с Любой, как бы спали валетом в одной кровати.

В пятницу Мишка спросил меня, когда мы были одни — Костя, ты еще ее не трахнул? Да трахни же ты ее! Она же не против! Я бы на твоем месте давно ее трахнул! Такая баба скучает в одиночестве. Да еще в твоей кровати! Приласкай ее, погладь ее грудь, попу, поцелуй в конце концов! Не теряйся парень! Я сам, как вижу ее, так завожусь, твоей маме от этого только приятнее!

— Хорошо дядя Миша, попробую — пообещал я. Ну не говорить же ему, что я уже неделю ее трахаю, ни к чему нормальному мужчине рассказывать о своей личной жизни.

Анжелика, маркиза ангелов

В понедельник я проводил Любовь Николаевну на самолет, она поцеловала меня в лоб на прощанье и сказала: — Будешь в Алма-Ате Костик, приходи в гости, буду рада тебе!

— Люба, тут вот какое дело. Мое семя лечебное, так что через месяц твоему бесплодию придет конец — придется тебе предохраняться, имей ввиду — сказал я с улыбкой.

— Да? Точно? Очень интересно… Так я теперь и замуж могу выйти за нормального человека и родить ему ребенка! Мне всего тридцать два года — обрадовалась она. — Спасибо тебе за все Костик!

На этом наше знакомство закончилось. Она улетела, прислала письмо маме, в котором сообщила, что встречается с серьезным человеком, скорее всего выйдет за него замуж. А через год сообщила в письме, что счастлива замужем, родила сына.

Я получил замечательный жизненный опыт, теперь знаю все, как ублажить женщину, что ей надо в жизни. Ну по крайней мере в сексе. Познания в этой области помогут мне избежать многих проблем в моей будущей жизни.