Алые глаза смотрели на нас с небес, и от их взгляда хотелось упасть на колени. А все потому, что вернулось то самое пресловутое давление, тяжелым грузом упавшее на плечи.

— И вот чего он именно сейчас вылез…

— Потому что мы почти прикончили одну из его важнейших пешек. Я пока не очень сильна в этом мире и не до конца разобралась в потоке местной магии, но кажется, он очень плотно завязан на своих «наместниках». Они своеобразные ретрансляторы его силы.

— И если мы прикончим Владыку Ночи, он ослабнет?

— Если тебе оторвать руку или ногу, ты ослабнешь?

— Понял, глупый вопрос.

— А ещё это отличный способ избавиться от тебя и твоих людей. По какой-то причине его непосредственное влияние на мир ограничено, и лучшей возможности от вас избавиться у него не будет.

Пока мы всё это говорили, с черных небес упала первая черная капля, а следом и ещё десятки. Сотни. И почти все они лились на древнего вампира, а он сам раскинул руки и словно наслаждался тем, что черная жижа, касаясь его кожи, исцеляла. Шрамы от цепей стали затягиваться, и древний расхохотался, ощущая поддержку своего бога.

— Можешь чем-нибудь помочь? — спросил я у богини.

— Я и так помогаю.

— Да, но…

— Я понимаю, — ощутил я её беспокойство. — Продержись немного, мне нужно время.

Как только исцеление подошло к концу, ситуация резко изменилась, но совсем не потому, что богиня древа Света решила вмешаться, а с точностью до наоборот. Стекающие по телу древнего черные капли, закончив исцеление, стали делать что-то другое, и даже сам древний почувствовал неладное.

— Нет! Нет! Стойте, господин, я же…

Капли превратились в черную жижу, затекающую Владыке Ночи в рот и уши, вливаясь в тело. И кажется, я догадываюсь, что именно сейчас происходит. Древний вздрогнул, захрипел, хватаясь за горло, а затем как-то резко обмяк, запрокинув голову и опустив руки.

А когда он вновь стал двигаться, то медленно вернул голову в нормальное положение и взглянул на нас уже другими глазами. Внутри его глазниц множество алых глаз сменяли друг друга, а губы растянулись в жуткой неестественной улыбке.

— Проклятье… — только и буркнул я.

Древний и раньше был крайне опасным противником, но только что стал аватаром Шарака. Его марионетки и так доставляли нам кучу проблем, страшно представить, на что способен этот бог в теле столь могучего существа.

— Умрите! — воскликнул он, и с неба стали падать черные копья, и это было не сравнить с тем, что он сделал ранее.

Копий были сотни, и в каждом энергии было даже больше, чем раньше. Повезло, что на плато в тот момент не было моих людей, все они остались внутри крепости. Единственная, кто находилась рядом со мной, это Фломелия.

Бывшая вампирская богиня бросилась ко мне, буквально напрыгнув на меня, и вместе мы куда-то провалились. Я ощутил сопротивление мира и внезапно очутился в… Тени. Так вот она какая….

Думаю, ближе всего это можно описать как зеркальное перевернутое отражение нашего мира, только словно пропущенное через черно-белый фильтр и с сильно порезанной яркостью. А ещё там не было гравитации, так что мы с Фломелией просто повисли в воздухе. При этом мы с ней отлично видели, что происходит в реальном мире, словно сверху над нами стекло.

Черные копья ударялись в эту прозрачную границу, вызывая некоторое бурление на её поверхности. Кажется, они даже проникали внутрь, но не проходили и полуметра, распадаясь и тая в этом месте.

Наслаждаться зрелищем из безопасности не вышло. Уже через пару ударов сердца я ощутил, как пространство выталкивает меня, отвергая мою суть. Меня бы вытолкнуло прямо на падающие копья, если бы не Фломелия, которая вцепилась в меня обеими руками и удерживала, не давая «всплыть». Но это не единственное: я слышал что-то вроде жуткого потустороннего шепота, забирающегося в голову и пытающегося свести с ума, который нарастал с каждой секундой пребывания тут.

В какой-то момент этого хватки Фломелии стало не хватать, и меня вытолкнуло наружу. Я прямо всем своим естеством ощутил недовольство потусторонней силы от моего вторжения туда.

— Всё нормально? — спросила Фломелия.

— Вроде… — тряхнул я головой, ощущая, как колотится сердце.

— Ты не очень понравился Тени.

— Да и мне у неё в гостях тоже, — я попытался улыбнуться.

Теперь древний, хотя вернее называть его уже воплощением Шарака, висел в воздухе, смотря на нас сверху вниз и сложив руки на груди.

— Надо бы как-нибудь его приземлить, — бросил я Фломелии.

— Согласна. Давай руку!

Не мешкая я ухватил её ладонь, и бывшая богиня, коснувшись свободной рукой тени под ногами, заставила ту ожить и превратиться в… Думаю, это можно назвать изуродованной крылатой лошадью. Этаким пегасом чистой тьмы, на спине которого Фломелия и оказалась, а вместе с ней и я.

— Держись крепче. Можешь и за грудь, если очень хочется, — усмехнулась она.

— Я женат, так что талии достаточно.

— Надо пользоваться возможностью, а не упускать её, — все тем же веселым тоном ответила Фломелия.

— Не находишь что не самое лучшее время для флирта?

— А по мне, самое лучш…

Фломелия не успела закончить, потому что наш противник поднял руку и обрушил на наши головы целый поток черной околобожественной магии. Фломелии срочно пришлось менять направление полета её «скакуна», и перегрузки при этом были крайне существенные, и тут уже было плевать, за что хвататься, главное — не вылететь вниз. Вообще удивительно, как это существо способно вытворять в воздухе подобные кульбиты.

Темные взрывы гремели в опасной близости, но у меня вроде получалось уходить от них.

— Ну вот, а ты говорил не хочешь, — донесся до меня голос Фломелии, и я понял, что действительно схватился за её левую грудь. Кхм…

— Я не специально, — ответил ей сквозь шум ветра, бьющего в лицо.

Но тут случился ещё один взрыв прямо перед нами.

— Так мы ничего не добьемся, — крикнул я девушке.

— Знаю, надо как-нибудь до него добраться…

А это намного сложнее, чем могло показаться. Аватар Шарака настолько плотно бил нас магией, что нам оставалось лишь ускользать в последний момент. Даже крепости, несмотря на весь её несокрушимый вид, досталось, и теперь в стенах Эвигнахта хватало дыр и трещин. Такими темпами даже она не выдержит столь мощной магии и просто разлетится на камешки.

Фломелия направила наш «транспорт» вниз под прямым углом и лишь у самой поверхности вырулила, обходя противника по дуге.

— В этом гаде слишком много магии… — буркнула она себе под нос.

— Возможно, стоит попробовать заманить его к флоту. Не думаю, что его барьер выдержит выстрел из главного калибра.

— Лишь бы он не уничтожил наши корабли раньше, а то путь обратно будет очень сложным…

С этим не поспоришь, портал у нас есть, но он хранится в разобранном виде на флагмане, и если не станет его, то не станет и короткого пути в Кёнигсберг.

— И всё же думаю, нам нужно попробовать…

— Поняла, — согласилась Фломелия и пошла вверх, стараясь заходить за башню.

Взрывы от магических снарядов стали чуть слабее, но никуда не делись. Снаряды вообще наводились и следовали за нами о пятам, хорошо, что в итоге они взрывались, и лишь потому, что крылатый «конь» Фломелии выбрасывал теневые снаряды в ответ, благодаря которым магия Шарака взрывалась раньше, чем успевала достать нас.

— Давай, малышка… — говорила Фломелия своему «коню».

— Получается! — обрадовался я, видя, что аватар Шарака начинает следовать за нами. — И кажется, он сильно недоволен, что мы уходим…

Свидетельством этого стала массивная волна черной энергии, устремившаяся к нам. Благо маневренности теневого существа хватило, чтобы уйти, но сама мощь ужасала. За считанные секунды поток рассек горный склон.

— ВЫ ВСЕРЬЕЗ ДУМАЕТЕ СБЕЖАТЬ⁈ — голос аватара, ревущий словно из сотен глоток, громыхнул будто отовсюду.

Мы не стали обращать на это внимания, хоть по ушам било, и сильно. Вместо этого я достал рацию, связался с Новым днем и приказал готовить главное орудие к залпу, а заодно активировать маскировочные артефакты. Не уверен, что это укроет корабли от взгляда целого бога, но хоть что-то.

Мы достигли воды, и теперь теневой крылатый пегас Фломелии скользил у самой поверхности, оставляя за собой рябь. Шарак немного подотстал, но не настолько, чтобы нас упустить. Скорее, напротив, он готовился вдарить по нам чем-нибудь убойным.

— Видим цель! — донеслось по рации.

— Тогда огонь.

Все произошло чуть ли не одновременно. Шарак, подчинивший тело Владыки Ночи, поднял руку над головой, и в ней сформировался черный шар из тьмы, крутившийся и бурлящий, словно собранное в сгусток пламя, а ещё он рос, и уже был намного больше, чем сам Владыка. Новый день закончил подготовку, маскировочное поле мигнуло, и оружие дало залп прямо по нашему врагу.

Рвануло так сильно, что содрогнулись небеса, а мощная ударная волна пошла во все стороны. Кажется, мощность этого взрыва была сравнима с небольшим ядерным, только этот был порожден огромным количеством магии, а не ядерной энергией. И несмотря на то, что мы с Фломелией были далеко, волна всё равно нас догоняла.

— Быстрее!

— Я пытаюсь… — взволнованно ответила бывшая вампирская богиня.

Мы влетели на палубу флагмана за считанные мгновения до того, как до нас дошла взрывная волна. Хорошо, что барьеры на кораблях были включены и погасили большую часть урона от неё, но закачало нас на волнах так, что казалось, ещё чуть-чуть, и перевернемся.

Приземление вышло жестким. Конь на полной скорости врезался в палубу, распластавшись черной кляксой, а мы с вампиршей полетели кубарем. Если бы не доспех и не магнитные способности, благодаря которым я замедлил ход, точно бы что-нибудь себе сломал.

— Слава! — я не сразу понял, кто именно меня трясет и пытается поднять. Но когда в глазах перестало двоиться, я узнал Юлианну. — Слава, ты меня слышишь?

— Я… в порядке… кажется… — наверное, я приложился головой, и теперь меня немного вело и тошнило. Похоже, сотрясение.

Фломелии повезло меньше, она при падении свернула себе шею. Впрочем учитывая её суть, смертельным подобное не стало. Хотя вид того, как она поднимается на ноги с головой наперекосяк, был довольно жутковатым. Ей потребовалось полминуты, чтобы поставить голову на место и звучно хрустнуть шеей.

— Ненавижу, когда такое происходит…

— Ну, по крайней мере, «он» мертв, — улыбнулась Юлианна, и мне захотелось сказать пару ласковых супруге. Нельзя говорить подобные слова…

— Он не мертв, — тут же сообщила Лана Котова, материализовавшись рядом со мной и видимая, соответственно, только мне.

И у нас не было времени поговорить, потому что в нашу сторону уже что-то устремилось. Барьер, укрывающий Новый день, полыхнул, и сгусток тьмы врезался в палубу, отчего судно даже слегка просело, но материалы я использовал самые лучшие, так что палубу не пробило.

Сгусток тьмы дрогнул и раскрылся, открывая древнего вампира, ещё живого, но не вполне целого. От доспехов мало что осталось, тело было обожжено, левая рука оказалась оторвана, а часть головы и вовсе отсутствовала, и именно из неё росло аморфное черное нечто с множеством глаз. Частица Шарака. Тут, вблизи Эвигнахта, нет солнца, так что ничего ему не угрожает.

— Да… Зря я это сказала… — тихо пробормотала Юлианна.

— Вы думаете, что можете убить меня такой мелочью? — произнес Шарак голосом древнего старца и тут же продолжил уже голосом аристократичной взрослой женщины. — Я бог, вы можете разрушить этот сосуд, но меня вы не достанете.

— Ты зря так думаешь.

Кажется, впервые богиня древа Света решила проявить себя. Раньше она являлась мне лишь призрачным силуэтом, но теперь можно сказать, что её видели все, в том числе и Шарак. Когда я встречался с ней лично, она казалась мне довольно простой девушкой, юной, красивой, но слегка робкой. Сейчас же её вид стал куда более воинственным, и позолоченный доспех, в который она облачилась, лишь усиливал этот эффект.

— Ты… Ты та самая мелкая богиня, что присосалась к силе этого мира, — любопытно, что внезапно Шарак заговорил голосом Владыки Ночи, и голос этот был буквально пропитан гневом и презрением.

— Присосалась? — Лана дернула щекой. — О, не равняй меня с собой. Это ты пиявка, не достигшая истинной божественности и использующая «костыли», чтобы наполнять себя силой. Даже за столь долгий период, используя имя Охранителя, ты так и не сформировал Искру Созидания. Хотя мог бы, если бы отринул старые привычки. Но нет, ты не можешь сидеть сотни лет без притока энергии.

— Пусть так, — даже не попытался отрицать он, — но это все ещё мой мир, и у тебя тут нет истинной власти. Как ты думаешь, что случится, если я тебя прикончу?

— Думаю, мой муж очень расстроится и придет за тобой. Но для паразита вроде тебя хватит и меня.

«Разберитесь с телом, а я пока займусь тем, что наверху», — услышал я в своей голове.

И Лана исчезла, но лишь для того, чтобы небо над Эвигнахтом оказалось разорвано мощным лучом сияющего света, озаряющим крепость солнцем, возможно, впервые за сотни лет.

— НЕ-Е-Е-Е-ЕТ! — внезапно завизжал Шарак тысячей глоток, и тьма, кружащая вокруг прорыва, хлынула в него, пытаясь залатать.

Похоже, наверху началась другая битва, и видели мы лишь её отголоски. Шарак внутри аватара тоже бурлил и время от времени будто бы дымился, словно его тоже касались солнечные лучи, хотя до светового прорыва было далековато.

Мы с Юлианной переглянулись. Я мотнул головой на древнего вампира, и та кивнула, доставая из-за спины свой любимый двуручник, вокруг лезвия которого тут же засияло голубоватое магическое пламя. Вслед за этим девушка укрыла себя магической броней. Фломелия тем временем сообразила, что будет происходить, и отступила. Впрочем, она и так не слишком любит лезть на рожон.

— Я вас прикончу, — пророкотал Шарак-Владыка Ночи, и в его руке появился уже знакомый тяжелый теневой клинок.

Исходящей от него магии я почти не ощущал, видимо, все силы Шарак перенаправил на сражение с богиней, оставив аватара с крохами сил. Юлианна рванула первой, заходя справа, я мгновением спустя зашел с противоположной стороны. Девушка опередила меня на доли секунды, но противник уже успел остановить её клинок своим, оттолкнув с огромной силой.

Шарак тут же направил клинок в мою сторону, но я оказался быстрее. Притянув себя к палубе, ушел вниз и одновременно ткнул сформированным триплексовым колом аватару куда-то под ребра, в область раны. Владыка ударил магическим ударом из отрубленной культи, из которой сейчас росли маленькие черные щупальца, которые и творили магию. Но я вновь без труда смог ускользнуть, а сам удар лишь немного обуглил железную палубу, не причинив действительно серьезного урона. Видимо, Шарак и правда сильно экономил силы, ведь ударь он всей мощью, и вряд ли бы наше судно выдержало. Мы бы все дружно пошли ко дну.

Я толкнул триплексовое копье магнитным ударом, но поздно, щупальца уже успели вытолкнуть его из тела, а сам аватар обрушился на меня градом ударов, заставляя отступать. Я подставлял триплексовые щиты, но те не выдерживали больше одного удара. Юлианна снова напала сзади, и в этот момент я вновь ударил в спину, вгоняя триплексы в уязвимую точку. Бить приходилось именно копьями, а не клинками. Плоть была слишком плотной, и световые клинки очень плохо её резали.

Владыка одним движением извлек копья и переключился на меня, но тут же получил от Юлианны удар в спину. Голубое пламя оставило дымящуюся борозду прямо вдоль позвоночника. Красиво прошлась. Кровосос отогнал меня и развернулся к воительнице, но я толкнул себя вперед и ударил снова, на этот раз в колено.

Попал. Владыка на секунду потерял равновесие, а мгновение спустя Фломелия метнула в него несколько теневых шипов, один из которых засел в шее, но тут же растаял. Кажется, враг на какие-то доли секунды потерял контроль на телом и чуть не осел на землю, но вовремя вернул контроль и ударил по нам выплеском магии, заставляя нас с супругой отступить.

Черные волны хлынули во все стороны. Я защитился триплексовми щитами, Юлианна просто усилила магическую броню, так что нас обоих потрепало чисто номинально. А вот вампир выглядел очень скверно. Его и без того израненное тело покрылось кучей новых ран, из которых лилась густая темная кровь. Слышал я, что вампиры легко регенерируют, но видимо, из-за того, что телом управлял не Владыка Ночи, а Шарак, регенерация работала очень плохо.

— Поднажмем! — бросил я Юлианне.

Та ухмыльнулась и кивнула. Супруга задавала темп, провоцируя Владыку на размашистые атаки, которые он уже не мог контролировать в полной мере, я же подбирался с фланга и резал то, что открывалось.

В какой-то момент аватар попытался подловить Юлианну, прекрасно понимая, что пусть она и быстра, но не так маневренна, как я, ведь я могу скользить по железной палубе. И самое неприятное, что у него получилось, и черный меч обрушился девушке прямо на голову.

Юлианна заблокировала удар, выставив меч поперек, но сила была такова, что её уронило на палубу, вбивая в железную поверхность с такой силой, что даже вмятина осталась. Девушка закричала от боли, ещё один теневой снаряд Фломелии ударил Владыку в голову, но тому, казалось, было всё равно. Он пытался прикончить хотя бы одного из нас, используя все возможные силы и средства.

Я толкнул себя что есть силы, влетая прямо в него, и эффект от этого был специфический. Древний был словно из камня сделан, а я выступал в роли снаряда и отбил себе то, что было не отбито при падении ранее, но эффекта я достиг: мы оба полетели по палубе, но аватар поднялся первым и, выронив меч, схватил меня за шею.

— Попался, — то, что осталось от его лица, расплылось в довольной ухмылке.

— Ну тут как сказать… — ответил ему и перенес триплексы, которые были на моей руке, на него, а затем использовал все, что осталось в магическом ядре, раскручивая их и добавляя стихию огня.

Вышло что-то вроде огненной мясорубки, которая просто распотрошила конечность, и я сам упал на палубу, сбрасывая с шеи уцелевший фрагмент руки.

Юлианна тем временем оклемалась, подоспела ко мне и, пользуясь заминкой, ударила своим мечом аватара Шарака по бедру, и так удачно, что смогла его перерубить. Тот упал на землю, оказавшись лишен рук и ноги.

— Ненавижу! Я уничтожу все, что вам дорого! Пожру души ваших близких, чтобы они вечно страдали в моем чреве! — рычал аватар разными голосами, но от этого становился ещё более жалким.

Он заскреб остатками конечностей по палубе, попытался приподняться и не смог. Из ран, где раньше были рука и нога, потянулись тонкие черные щупальца. Видимо, остатки Шарака пытались хоть как-то компенсировать потерю, но толку от них было мало.

Используя остатки триплексов, я собирал их в клинок. Пока Владыка такой, думаю, я смогу как следует прожарить тварь, что скрывается внутри, проделать в ней ещё одну дыру и запихнуть световую гранату, которая дожидалась своего часа в пространственном кармане.

Юлианна замахнулась мечом и со всей силы вбила его в брюхо аватара, пригвоздив к палубе. Тот заерзал, пытаясь освободиться, но тщетно. Сейчас он больше напоминал насекомое, которое пытается освободиться от пригвоздившей его к столешнице иголки. Я добавил к этому ещё немного металлических оков, благо металла вокруг было достаточно, можно выдернуть пару не таких уж нужных фрагментов Нового Дня.

Я уже достал гранату и уже прикидывал, куда я буду её пихать. Обычно подобные вещи пихают в одно конкретное место, но не думаю, что это наш случай, проще куда-то в область шеи или головы.

«Погоди, не убивай его. По крайней мере пока…»

Тц…

Я слегка досадливо цокнул языком, но спорить с богиней было как-то глупо. Видимо, у неё есть свой план, которого нам стоит придерживаться. Но подготовку я не прекратил. Разделил триплексы и вбил их куда-то в область шеи, а затем раздвинул их в стороны, формируя дыру. Тело вампира к тому моменту стало совсем уж нечеловеческим. Разросшаяся внутри тварь Шарака была не маленькой штукой размером с ладонь, а занимала по меньшей мере половину тела и пыталась щупальцами достать до нас, но дистанции не хватало.

И тут небо содрогнулось, а черные тучи, висевшие над Эвигнахтом много столетий, стали рваться на куски. По ним прокатились золотые молнии, разрывая их сияющими разрядами, а аватар на палубе забился в новом приступи ярости и боли. Казалось, что ещё чуть-чуть, и он вырвется, а небо над нами окончательно стало проясняться.

Шарак забился в истерике, его тело стало истончаться под воздействием солнечного света.

— Стойте! — пропищало это существо, прячась в недрах того, что осталось от тела Владыки Ночи. — Я уйду! Покину этот мир, вы больше никогда обо мне не услышите!

— Серьезно?.. — я аж скривился.

— Сила… Я накопил очень много силы… Жизненных кристаллов, миллионы жизней… Они ваши… Я скажу, где хранилище…

«Я убила его основное тело», — сообщила Лана телепатически. — «Это было сложно, и я на какое-то время покину вас. То, что сейчас перед вами, последняя частица Шарака».

«Ты говорила, что он не бог, а паразит», — мысленно обратился я, прежде чем богиня уйдет. — «Кем он был на самом деле?»

«Кто знает? Полагаю, что ваша подруга догадывается, кем именно. Я чувствую на ней похожий отголосок силы».

Подруга? Взгляд мгновенно упал на Фломелию.

Та, впрочем, не слышала этого разговора и молча наблюдала за тем, как корчится в муках последнее воплощение Шарака.

«Значит, если мы сейчас его убьем?..»

«Он умрет окончательно».

— Замечательно, — осклабился я, подбрасывая в руке гранату. — О, этот мир ты действительно покинешь. Но по-нашему.

— НЕ-Е-Е-Е-ЕТ!

Я напряг колья, добавляя пространства, и толкнул прямо в отверстие гранату.

— Лучше отойти, — сообщил супруге, и мы спешно отошли подальше.

Взрыв не сказать что был сильным, но ярким. Достаточно ярким, чтобы от тела Владыки Ночи остались только фрагменты брони, одежды и костей. Плоть древнего вампира вместе с тем, что осталось от Шарака, была выжжена.

— Вот теперь всё кончено, — сказал уже, уперев руки в бока.

Юлианна хмыкнула и, убедившись, что действительно никто восставать не собирается, бросилась мне на шею с поцелуем.

— Подождите уж возвращения, — усмехнулась Фломелия, видя эту картину.

— Кстати, — хихикнула супруга, — как думаешь, в Эвигнахте удобные кровати? Думаю, нам с тобой стоит вернуться к старой доброй традиции победителей…

— Главное — чтобы там не спали в гробах.

— Да, так было бы совсем неудобно, — согласилась Юлианна.

— Я всё слышу, — напомнила о себе Фломелия. — И нет, вампиры не спят в гробах, по крайней мере, основная часть. Слышала я о таких фетишистах, но это, скорее, исключение. Среди людей тоже есть те, кто любят пиццу с ананасами.

— Слышал? — заговорчески уточнила Юлианна с искорками в глазах.

— Ага… Ну… Почему бы и нет, собственно.