– Наконец-то! – радуюсь я, хлопая по боку автомата Ms. Pac-Man, когда надпись «Первое место!» пробегает по экрану. Я ввожу «наши» буквы, все первые строки снова заняты надписью «РИД». – Поверить не могу, что ты не защищал наше доброе имя, пока меня не было.

– Я думал тогда о другом, – смущенно улыбается Рен. Он проводит рукой по моим недавно подстриженным волосам и потирает мне шею. Я таю: его большой палец разминает ноющие мышцы. – Купим тебе нормальное рабочее кресло на этих выходных.

– У меня есть рабочее кресло.

– Кухонный стул – это не рабочее кресло, Джони.

Девять месяцев назад, спустя недели налаживания контактов, попыток продвинуться в мучительно незнакомой среде, я получила первый заказ. Он был от туристической компании в Портленде, подумывавшей о рекламе лучших мест Орегона. Четыре мультяшно-кукольных зверька с рюкзаками, в шляпах и с маленькими картами ходили по мультяшно-кукольному городку. Я никогда еще не делала столько работы в одиночку, но вложилась в проект и постаралась устроить все как следует, оживить героев.

За это время я не раз отдыхала со старыми друзьями. Слетала с Реном в Лос-Анджелес к его родне. Я присоединилась к команде викторин с группой Лео, Стиви и Реном (Стиви ошибалась насчет максимального количества участников). И я начала периодически, не слишком часто, выбираться с Реном на утренние пробежки. Я читала книги, исследовала новые уголки Портленда. Я позволяла себе опираться на людей, когда они были мне нужны.

Поскольку я работаю на фрилансе и доход нестабилен, то провожу три утра в неделю на сменах в кофейне или галерее, если повезет – в магазинчике гирлянд рядом с нашим домом. Рен закончил бо́льшую часть ремонта еще в прошлом декабре. Я переехала к нему после того, как ютилась в кабинете Стиви и Лео и тщетно моталась по съемным квартирам: приезжала, и либо получала отказ, либо меня не устраивала цена. И наконец на Новый год мы с Реном открыли бутылку шампанского в нашей гостиной, подняли тост за начало новой главы.

«Наш дом», – напомнил он.

– Мне нравится твоя шея, – говорит Рен сейчас, в полумраке игрового центра, и целует ее. – И я хочу, чтобы ты оставалась здоровой.

– Я посмотрю кресла, – говорю я, прислоняясь к нему.

Рен кладет на автомат еще два четвертака.

– Еще один раунд? – спрашивает он, вопросительно наклоняя голову и глядя на меня.

– Всего один? – Я поворачиваюсь, приподнимаюсь на цыпочки и позволяю поцеловать себя. – Как насчет пяти?

Рен мягко смеется, его пальцы пробегают по моей шее и зарываются в волосы. За последний год я поняла, что Рен всегда находит способ дотронуться до меня. Будь то слегка соприкоснувшиеся ладони, или поцелуй в плечо, или рука, лежащая поперек моего живота. Ну а я всегда жду этого. Приникаю к нему в бакалейном магазине, держусь за его колено по дороге домой в машине, обнимаю его за талию, когда он готовит, прикрываю глаза и прислушиваюсь к тому, как он дышит.

Я еще многого не знаю. Например, не знаю, когда смогу оставить кофейню и заниматься только любимым делом и смогу ли вообще. Я не знаю, когда Стиви и Лео съедут со своей квартиры и как продолжат меняться мои отношения с мамой.

И сможем ли мы все снова собраться в пляжном домике в одно время.

И еще я не догадываюсь, что спустя два раунда Рен вынет из кармана не четвертак, а кольцо и положит его на автомат передо мной, и я буду плакать, долго, и, откровенно говоря, ужасно выглядеть.

Однако я уверена, что рядом со мной тот человек, который мне нужен. Да, наша с Реном история любви будет отличаться от истории нашей дружбы. Но я уже изучила немало закоулков своей души. Я будто бы сделала ремонт и наполнила дом мелочами по своему вкусу.

Столько ночей мы проводим, лежа на полу, слушая музыку и сердцебиение друг друга. Столько встреч посещаем уже как настоящая пара. Столько раз я напоминаю себе, что да, жизнь – это жизнь, бывают сложные времена и испытания, но мы преодолеем их вместе. Напряжение в моей груди – не тревога, но предвкушение. Я готова к новым знакомствам, и местам, и работам, и опыту, готова полюбить завтрашний день.

Но первый в этом списке, конечно, человек, который стоит рядом со мной. Который знает меня давно, разную, и принимает со всеми ужасными и прекрасными чертами.