Джордж Оруэлл в романе «1984» показывает, как норма становится оружием тоталитарной власти: граждане живут под постоянным надзором. Они уже не просто подчиняются – они думают в рамках дозволенного, потому что все отклонения караются. Это и есть власть нормы: она не навязывается силой – она врастает в сознание, делает любое отклонение от стандарта опасным и пугающим. Дисциплина проникает в тело человека, только когда человек начинает следить за собой так, будто бы за ним все время наблюдают.

Модель, где наблюдаемый всегда ощущает на себе контролирующий взгляд, разработал Иеремия Бентам, английский философ-моралист и правовед XVIII века, борец за права женщин, животных и за отсутствие наказаний за гомосексуальность. Бентам много размышлял об общественной эффективности, называя моральным то, что приносит пользу и счастье. Движимый идеей пользы для общества, он описал устройство идеальной тюрьмы, которая сократит расходы на ее содержание и сделает надзор за заключенными более эффективным. Она называется «Паноптикум», или «Всевидящий», если переводить с древнегреческого. Модель представляет собой круглое, как пончик, строение со стеклянными внутренними перегородками. В центре этого пончика находится башня, в которой сидит стражник. Прожектор фонаря светит на камеры, страж невидим для заключенных, а заключенные видны как на ладони. Люди вынуждены вести себя покорно, так как не понимают, смотрит в данный момент на них страж или нет. Он может заснуть или уйти, но заключенные об этом никогда не узнают.

«Паноптикум» Бентама стал образцом для современных тюрем. И эту метафору можно легко перенести из тюрьмы в офис, ведь начальник грезит фантазией – научить тело сотрудника подчиняться требованиям работодателя и эффективно работать, даже когда начальника нет рядом. А ощущение его присутствия есть!

Смотрите, что происходит: разные запреты, правила и нормы как будто проникают под кожу – прямо в тело. Они больше не кажутся чем-то внешним или навязанным, потому что становятся частью нас самих. И чем менее мы их замечаем, тем сильнее они на нас действуют. То, что раньше диктовалось извне, теперь мы выполняем сами – автоматически, даже не осознавая, как подчиняемся.

Внешний надзиратель – родитель, воспитатель, учитель – исчезают, и человек в одиночестве становится собственным надзирателем.