Вам могло показаться, что все новое поколение тотально и метамодернисты, которые так ответственно подходят к сексу, – это и есть линейный прогресс в отношении секса.

Но почему тогда 12-летняя дочь Ким Кардашьян и Канье Уэста носит сексуализированные наряды – короткую юбку и корсет с декольте, неуместно подчеркивающий ее грудь? Дочь Николя Саркози и Карлы Бруни, с наращенными ресницами и волосами, с автозагаром, в 13 лет появляется в TikTok в нарядах, подчеркивающих грудь и узкую талию, словно она совершеннолетняя. Анджелина, дочь Виктории Бони, в 13 лет часто надевает весьма взрослые наряды – короткие юбки, обтягивающие топы.

Пока одних тошнит от социальных сетей и информационного шквала, для других это стало комфортной экосистемой. Дети известных медийных персон с ранних лет привыкают к камерам, публичности. Они находятся в индустрии, где внешность, стиль и внимание являются валютой. Поэтому многие из них воспитаны на идее, что публичный образ часто строится на внешней привлекательности и гламуре. Они видят, как их матери тщательно следят за своим образом, носят откровенные наряды и получают за это одобрение (славу, внимание брендов, деньги). Естественно, они копируют это поведение как норму, воспроизводя логику модерна.

Этим примером я хочу подчеркнуть: модерн, постмодерн, метамодерн сосуществуют сегодня и необязательно относятся к определенным поколениям. Если речь заходит про метамодерн, то речь не идет исключительно о зумерах.