Проштамповав все листы в папке и связав их ярко-красной ленточкой, Алекс довольно оглядывал свой рабочий стол в каморке-кабинете. Он откинулся в кресле и сладко потянулся. Перед ним лежал отчет о пользе страхов для детей и подростков поверх моего дела. Отчет, конечно, Алекс писал на компьютере, но, чтобы подержать в руках результат работы, красиво положить его на стол в Министерстве Мечт и убедительно помахивать перед Ужасом Ужасным, его надо было распечатать. И в этом был весь Алекс!

Диаграммы, сводные таблицы, графики и даже фотографии (скажем честно, не все удачные) в отчете доказывали, что если дети и подростки переживают страхи смело, если не пытаются замаскировать их под боль в голове или тошноту, если обсуждают их с родителями и близкими, а еще занимаются спортом, участвуют в соревнованиях и учат стихи наизусть… то они растут.

Дети растут, если чего-то боятся и делают что-то со своими страхами. Что-то полезное, не очень опасное и очень смелое.

В общем, страхи в небольшой дозе очень нужны!

Но Алекс… он теперь стал другим. В яркой одежде, чуть располневший (он бы сказал, «уплотнившийся») и очень довольный собой. Прихватив папку в руки, агент легко встал с кресла и оглядел каморку явно прощальным взглядом.

– Ну что, последний день? – заглянула в комнату Паника. Она посмотрела на коллегу приветливо, но чуть грустно.

– Да! К новым вершинам, то есть к новым… мечтам! – просиял Алекс и заулыбался.

Как вы могли догадаться, его перевели в отдел Планирования фантазий. Там как раз не хватало компонента страха – для, кхм-кхм, приземления, то есть заземления, идей. Так прямо Алексу и сказала Вера – та самая девочка в пышном платье, что управляла всем Министерством. Представляете, эта малютка засовывала свой нос во все дела (даже в страхи, в которые, оказывается, тоже надо верить). Она-то и вмешалась в историю с испытаниями и сама пришла проверить, так ли полезны страхи детям. По просьбе Алекса ее позвала Паника. И Вера поверила в Агента № 3. И повысила его. Но волшебный пиджак, взятый без разрешения, конфисковала.

Теперь Алексу выдали тот новый жакет в блестках по размеру, а еще абонемент на пончики (именно поэтому он «уплотнился», то есть, как сказала бы моя мама, отъелся). А вот его босса, Ужаса Ужасного, уволили. «Со-кра-ти-ли», – пытался всем доказать он, но замолчал и тихо собрал вещи, когда публично получил обвинение в превышении полномочий, вмешательстве в жизнь взрослых, мстительности, мнительности, вранье, подлости и отсутствии совести!.. Обвинение ему зачитали сотрудники департамента Стыда – высокие тощие агенты в красных костюмах и форме швейцаров, что ходили громко и смотрели на всех строго. Вера обычно над ними смеялась, а они краснели в ее присутствии…

В общем, Ужаса Ужасного лишили даже дополнительного пособия по выслуге лет. И место его предлагали всем, но никто его занять не соглашался… Паника испугалась, Алекс нашел другую работу, а Агент № 1 – тот, который дал Вере конфету в лифте, – стал заниматься ночными детскими кошмарами младенцев. Удаленно, из домика на берегу в Крыму.

Ходили слухи, что департамент может возглавить человек… Что он забирается в мысли детей в противогазе и пугает их пожарами и замыканием электричества… Но лето наступило так быстро и у нас с мамой и папой было столько дел перед рождением сестренки, что мне было не до слухов про Олега Геннадьевича. Я узнал только, что Ксения Александровна стала какой-то совсем счастливой, влюбилась и выходит замуж. Мама говорила, что муж у нее будет со странностями, но явно любящий. Сама мама за лето стала большой, круглой, перестала бледнеть и ела со мной пиццу.

– А ваша малышка, девочка… – задумчиво посмотрела на меня мама, нарезая салат.

– Марго? – переспросил я.

– Да, она… Это же она забралась на трибуны к Тамаре Степановне и сказала тебе прыгать?

Я и сам стал забывать, что случилось в то утро на школьном дворе. Так часто вспоминал сначала, так много раз прокручивал в голове события, что воспоминания затерлись. Поэтому в ответ лишь пожал плечами.

И вот уже я не был уверен, что все случившееся (и описанное в этой книге) – правда. Стена же могла рухнуть и без помощи Ужаса Ужасного? И Панику нагнать можно самому на себя… А девочка…

Но однажды утром, когда август только начался, а лето еще не закончилось, в моей комнате кто-то вздохнул и крутанулся на стуле. Я увидел Алекса в сиянии блесток пиджака и с широкой улыбкой. Из нагрудного кармана торчала фотография Ксении Александровны, а он сам подмигнул мне и спросил:

– Ну, Коля, рассказывай! Какие у тебя есть грандиозные планы?