Легкие победы не льстят сердцу русскому.

Полночь второго дня пребывания в Лондоне не обещала скорого отхода ко сну. Вся русская команда только вернулась с рекогносцировки и оперативных заданий, полученных после предварительного обсчета ALTSec всех возможных маршрутов движения. Докладывал Геймер на объемной цифровой модели Лондона.

– На поливариантной прогнозной модели движения кортежа отмечены возможные маршруты, наиболее вероятные точки ведения снайперского огня, зоны взрывного поражения, линии атаки беспилотниками. Вплоть до террористического акта с массовыми жертвами.

– Дедушка Сидор

Гнет бабушку сидя;

Сидя-то негоже,

Дай-ка я лежа, – проворчал Фома.

– К чему это ты? – неодобрительно поинтересовался Геймер, ожидая очередного подвоха от товарища.

– Ко сну. Давай без теории, третьи сутки не спим.

– Ускоряюсь, – покорно отреагировал Геймер. – Работали по своим позициям. Приконнектился к системе городских, корпоративных и мобильных веб-камер, закодил их на «Алтай». Бадма и Фома прошлись по маршрутам, установили в слепых зонах мини-камеры наблюдения, датчики движения, а где нужно – высокочувствительные датчики-анализаторы на радиоактив и ВВ[221]. Эти камеры и датчики светятся зелеными и красными точками.

Фома вздохнул. Безумно хотелось спать.

Геймер ускорился:

– Вся сеть видеонаблюдения и сигналов с датчиков замкнута на нашу автономную нейросеть. Круглосуточная слежка, анализ, прогноз.

– Результаты есть? – поинтересовался Кирилл.

Геймер явно ожидал этого вопроса и воодушевленно продолжил:

– Они таки есть. Предположительно трое мужчин и одна женщина…

– Почему предположительно мужчин? – спросил простодушный Бадма.

– Потому что у англичан не пол, а гендер. Вдруг перед нами транс или еще какой-нибудь лесбиян. А мы его мужчиной назовем. Обидим особь, – огрызнулся Геймер, недовольный, что его опять прервали.

– Такой умный, а нервный. Бадма больше молчит.

– Странное поведение трех предположительно мужчин и одной женщины замечено вчера по возможному маршруту кортежа. Четверка была разбита по парам. Двое мужчин – один с рюкзаком, второй с сумкой для гольфа – на дистанции примерно двести метров прошли часть маршрута вдоль Фицджонс-авеню от пересечения с Натли Террас до Королевской центральной школы сценической речи и драмы. Там они свернули на Адамсон-роуд и через тридцать метров в районе фермерского рынка сели в ожидавшую их на стоянке машину. Вторая пара – мужчина и женщина с детской коляской – вышли из минивэна на крытой автомобильной стоянке Регенси Кар Парк и двигались вдоль Авеню-роуд до пересечения с Принс-Элберт-роуд. Там они сели на двести семьдесят четвертый автобус.

На виртуальном экране появились маршруты движения, сканы с камер и 3D-образы подозреваемых террористов.

– У всех, несмотря на пасмурную погоду, бейсболки с длинными козырьками, темные очки. Использовали дефрактор и силиконовые маски. Однако по походке смогли всех идентифицировать.

– Сколько раз и где останавливались?

– Первая пара – дважды. – Геймер на виртуальном экране увеличил места остановок. – Заходили по одному. Проводили в этих зданиях по пять – семь минут. Вторая пара также дважды. Но останавливались в первом случае на три минуты, во втором провели на точке двенадцать. Вероятно, там удобная позиция для снайпера. Шестиэтажное недостроенное заброшенное здание.

Фома оживился:

– В первом месте обнаружил закладку. СВУ дистанционного типа. Не мощное. Явно для отвлечения внимания. Во втором месте также СВУ, но мощное. У нас в гостях господин ТЭН[222]. На третьей точке – мощное устройство нашего производства с дистанционным управлением.

– Хотят оставить «русский след», – произнесла Ева вслух то, о чем подумали все.

– О том же подумал. И это точно под кортеж. Ударная, бронебойная, направленного действия.

– Мощность?

– Примерно двенадцать килограммов в тротиловом эквиваленте.

– Пробьет любую «бестию».

– Датчики движения трогать не стал, а мощное СВУ и мину обезвредил. Заодно установил мини-камеру наблюдения. Дроном-лидаром просканировали канализацию и все колодцы по пути следования маршрута, обнаружили мины с бисоксадиазолом, который в полтора раза мощнее тротила. Мины в двух точках, по координатам совпадающих со второй и четвертой закладками. Робот-сапер обезвредил. Ощущение, что на американского президента открыт сезон охоты. Маска не охраняют от слова «вообще».

– Заложены они явно не той группой, что мы отследили, – подхватил Геймер, – поскольку находятся там не меньше двух недель. И это значит, что либо группа не одна…

– Либо в планировании ликвидации объекта участвуют спецслужбы, – продолжил Ратников. – И это мы знали заранее.

– Ага.

– Что это? – осторожно и негромко поинтересовалась Ева у сидевшего по соседству Геймера.

– Смерть, – невозмутимо за Геймера ответил Фома и продолжил доклад: – Четвертая точка чистая. Стоит такая Варвара выше амбара[223]. В этой башне, согласен с Геймом, скорее всего, будет позиция стрелка.

– Бадма, что скажешь? – спросил Кирилл.

– Бадма скажет, что место для лежки хорошее. Работать можно. Обзор – все видно. Напротив буду. Здесь. – Бадма указал на высотное здание через Авеню-роуд.

– Че-то гринго своих снайперов в этих башнях не размещают. На кого работает их Секретная служба?

– На заговорщиков, – ответил Кирилл на уместный вопрос Фомы. – Правда, пока не знаем на каких.

– По всем признакам это ловушка, командир.

– Работаем без паники. Задачи двухсотиться нет.

Через час обсуждения тонкостей спецоперации и вариантов отхода бойцы разошлись спать. Бадме нужно было еще затемно выдвигаться на позицию, а Геймеру чутко дремать, контролируя ситуацию через ALTSec.

Кирилл зашел в комнату, приспособленную под кухню, чтобы налить себе кофе. На адреналине спать не хотелось, и Ратников решил загодя приготовить всем завтрак. Поварское ремесло с методичной работой ножа успокаивало, позволяло снять психологическое напряжение и еще раз спокойно поразмышлять об операции. Убедившись, что холодильник забит необходимыми продуктами, принялся за готовку салата и супа на завтра.

– Воину не спится? – внезапно со спины раздался голос Евы, зашедшей на кухню и аккуратно притворившей дверь, чтобы не мешать спать другим.

Кирилл обернулся:

– Дома отоспимся. – И продолжил готовку салата.

– Мне нравится ваша команда. Харизматичные олдскульные профи. Даже Геймер с зашкаливающим эго весьма мил.

– Харизма делу не помеха. А мои бойскауты, согласен, по нынешним меркам – пенсионеры. Но это осознанный выбор. Опыт и чуйка здесь важней энергии молодости.

– Пенсия в голове, а не в паспорте. Не похожа ваша банда на дом престарелых.

– На задании – как с женщиной. Главное, бдительность не потерять.

– Да уж, будьте добры, не теряйте. Нестор не простит.

– Вопрос так не стоит. Это я не прощу Нестору.

– Что-то личное?

– И личное тоже. Он – убийца моего отца. Но прежде всего он – нацистский преступник, который должен быть уничтожен.

– Сочувствую. Личный мотив мщенью не помеха. Я знаю, о чем говорю. – Ева помолчала, но все-таки задала интересующий ее вопрос: – Давно это произошло?

– В двадцать втором. – Кирилл смахнул ножом с разделочной доски нарезанные овощи в миску, отложил нож, вытер полотенцем мокрые руки и повернулся к Еве. – Отец накрыл Нестора с боевиками в американской биолаборатории под Харьковом, но тому удалось скрыться. А затем отец с бойцами сам попал в засаду Нестора. Самое невыносимое, что я мог их всех спасти. Но не успел. И этот фарш обратно не провернешь.

– Он часто вам снится?

Кирилл задумчиво подошел к кофемашине, нажал на клавишу с черным кофе. Дождался, когда стаканчик наполнится обжигающим ароматным напитком, хлебнул и продолжил:

– Отец? Почти каждый день. И не только во сне. Иногда мне кажется, что я вижу его в толпе, на улице, в магазине. Бывает, что теряю контроль. Это, признаюсь, жутковато. Врачи говорят – ПТСР, а я думаю, это чувство вины.

– Как оригинально устроен мир. Он постоянно ищет равновесия. Для восстановления вселенской гармонии он собирает находящихся в дисгармонии с собой. Для восстановления справедливости избирает потерявших веру в нее. Для спасения американца выбирает русского. Для сохранения и продолжения жизни призывает тех, у кого вместо души – пепел.

– Может быть, кофе? – предложил Кирилл.

– Может быть, на «ты»? – встречно предложила Ева.

– Не откажусь, – согласился Кирилл. – Так кофе?

– Почему нет?

– Вопросом на вопрос?

– Можно вывезти одессита из Одессы, но Одессу из одессита – никогда.

– Менее всего в Лондоне я ожидал увидеть одесситку.

– Это стало разочарованием?

– Напротив. Сильным впечатлением. Хотел спросить, а почему такой псевдоним – Пепел?