Не имеет значения, какой цвет глаз у будущего покойника.

В кабинет Клайва без вызова зашел помощник по резидентуре Райли Клиффорд. По указанию главы разведки Райли мог его беспокоить в любое время в случае выхода на связь важных британских резидентов или агентов, список которых умещался на одной странице и регулярно правился Клайвом. На немой вопрос шефа помощник с легким поклоном, выдававшим в нем благородное происхождение, произнес:

– Сэр, агент тридцать два в Лондоне.

Клайв одобрительно кивнул.

Клиффорд продолжил доклад, понятный только трем сотрудникам MI-6, двое из которых присутствовали в кабинете:

– Группа агента тридцать два прибыла в полном составе. Товар получен. Закончили складскую программу, ждут клиента.

– Готовность?

– Полная.

– Вопросы?

– Нет.

– Хорошо. Подтвердите агенту, что оперативный контакт прежний.

Клайв попросил секретаря подать любимый кофе по-турецки и с довольной улыбкой откинулся на спинку анатомического кресла. Все шло по плану. Нестор с командой прибыл в Лондон, получил необходимый инвентарь для операции, осмотрел маршрут следования американского президента и вышел на позицию для организации покушения. Агент сообщил о полной готовности к операции. Теперь нужно было заманить русских в расставленные для них силки.

* * *

Прежде чем выйти из черной телефонной будки в ретродизайне Джайлса Скотта[189], Джеймс Матовски расплавил зажигалкой чип магнитной карты компании New World Payphones. Уничтожение улик – часть работы агента. Журналист невозмутимо вышел из будки на многоязычную и сильно запущенную площадь Пикадилли, равнодушно осмотрел показавшийся ему языческим рудиментом облезлый фонтан Шефтсбери с богом Антеросом и направился на некогда бутиковую Риджентс-стрит. Карточка с уничтоженным чипом незаметно для окружающих нырнула в ливневую канализацию Лондона.