Semper Occultus.[287]

Только когда все умрут, тогда закончится большая игра.

Спустя двадцать минут Вепрев с Ратниковым, отстав от всех, зашли на могилу Веры, а потом молча побрели по аллеям Троекуровского кладбища. Кирилл не задавал вопросов, и Павел Андреевич счел нужным первым начать разговор:

– Не обязан, но полагаю необходимым рассказать тебе о действительном замысле MI-6 и о роли Евы в нашей операции. Не во всех подробностях, уж извини.

Ратников кивнул.

– Что-то в моем рассказе – фактология, а что-то – наше допущение и реконструкция Альты.

Ратников вновь понимающе кивнул.

– Рассказ, правда, долгий.

– Да я вроде бы никуда и не спешу.

– И то верно.

Офицеры сели в машину Вепрева. Павел Андреевич поручил водителю ехать на служебную дачу за город, опустил звукоизолирующую салон перегородку, убрал телефоны в акустический сейф и приступил к долгому рассказу:

– Убийство американского президента в столице Великобритании уничтожило бы карьеру Клайва как главы британской разведки. Но привело бы его на Даунинг-стрит, 10, при условии ликвидации или поимки русских коммандос. Это позволило бы обвинить Россию в убийстве Маска, вернуть Британию в большую политику, а самому Клайву еще и получить от Короны вожделенный аристократический титул. Но как выманить русских в Лондон?

– Слить через Еву информацию, что, по данным резидента MI-6 в США, бывший сотрудник СБУ и один из руководителей нацбата «Кракен» Степан Хвалына намерен вместе с тайной украинской организацией, имеющей подпольную сеть на территории России, убить президента США.

– Точно. Цель террористов – не допустить сближения России и Америки. Однако британцы-де в таком развитии ситуации были крайне не заинтересованы, ведь их могут обвинить в неспособности обеспечить безопасность главы дружественного иностранного государства. Поэтому в наш адрес последовала просьба не информировать американскую сторону – ни по дипломатическим каналам, ни по каналам спецслужб, поскольку есть вероятность, что украинские боевики используются втемную некими высокопоставленными заговорщиками в США.

– Расчет понятный. Русские, узнав об угрозе срыва Второй Ялтинской конференции, попытаются предотвратить покушение и, несомненно, оставят следы своей активности. Этим воспользуется MI-6, выставив русские спецслужбы организаторами убийства президента США.

– Именно на это и был расчет. Устойчиво мнение, что любой телохранитель – это отсроченный киллер. Особенно когда речь идет о коварных русских варварах. На Западе после резонансных публикаций рассекреченных материалов ЦРУ об убийстве Джона Кеннеди, Улофа Пальме, Ранасингхе Премадасы и Мохаммеда Будиафа общество охотно верило в заговоры спецслужб. Поверило бы и в русский след. И конечно, это убийство или покушение столкнет две ядерные державы.

– Ева была в курсе?

– На этот вопрос нет односложного ответа. Она по заданию Клайва отправилась в Нью-Йорк на поиски бывшего агента MI-6 Нестора. Понятно, что выйти на контакт с ним можно было только через ЦРУ. С учетом пластической операции Нестора Еве, знавшей его лично, предстояло как-то опознать бывшего знакомого. Остальное – дело Клайва. Ева не была посвящена в окончательные планы руководства MI-6. Как, впрочем, и никто другой. Саймон часто использовал Домбровскую на весьма сложных, щепетильных и ответственных заданиях, продолжая подозревать, что она двойной агент в пользу Кремля.

– А что же Ева?

– Перфекционистку Домбровскую всегда отличал синдром отличницы. Как агент СВР она успешно организовала работу твоей группы в Лондоне и предупредила о прибытии Нестора в Великобританию. А как агент MI-6, Ева нашла для Клайва Нестора и проинформировала Клайва о составе твоей группы.

– Только не заставляйте меня, вслед за Геймером, сомневаться в Еве.

– Поздновато сомневаться. Да и зачем? Ты никогда не поймешь двойного агента, не побывав в его шкуре. Одни из них испытывают адреналиновую зависимость от игры на два лагеря, другие живут в страхе разоблачения, третьи – патологически ненавидят одну из сторон, а четвертые – ненавидят всех, включая себя. Среди двойных агентов нет счастливых и нормальных. Двойная жизнь – это размытые границы компромиссов. Двойной агент – это диагноз, патология и пожизненный приговор.

– Но многие из них – герои.

– Да. Но прежде всего это живые люди. Из плоти и крови. Когда-нибудь поймешь.

– А что убедило Нестора участвовать в операции?

– У ЦРУ и MI-6 всегда найдутся аргументы для мотивации скрываемого ими от правосудия военного преступника. Плюс лавры, пусть даже посмертные, лидера украинских националистов, убившего российского президента. Тут «подвиг» покруче будет, чем у Шухевича и Бандеры. Но сначала необходимо было отработать покушение на Маска или его убийство. Когда Клайв узнал от Евы состав русских коммандос, в его голове созревает по-британски остроумный и циничный план. Твой отец, находившийся в коме и в плену столько лет, внезапно становится «русским джокером» в крупной геополитической операции. Ведь в случае гибели Кирилла Ратникова, которую MI-6 выдаст за гибель русского спецназовца во время покушения на убийство президента США, у «воскресшего» отца будет сильная личная «мотивация» отомстить американскому президенту. Игра британской разведки строилась Клайвом так, чтобы при любом исходе добиться искомого результата. В лондонском покушении на главу Соединенных Штатов MI-6 одновременно играла роли: организатора убийства и защитника американского президента; информатора русских спецслужб и координатора ликвидации русских агентов; защитника имиджа премьер-министра при одновременном подрыве доверия к нему как со стороны британского общества, так и со стороны американского президента в личных интересах Клайва.

– Однако ликвидировать русских агентов, выставив СВР и ГРУ организаторами покушения на Илона Маска, не удается.

– Эту часть истории ты знаешь в подробностях. Британцы остались без прямых доказательств «русского заговора». Клайв был в ярости. И если британский премьер-министр готов был поверить любому вздору, позволившему сохранить ему пост, то Маск «русскую версию» отверг, посоветовав в узком кругу «искать врагов ближе». Эти слова президента на фоне неудачного покушения вызвали у вашингтонских заговорщиков панику. И тогда Клайв запустил план Б, назвав эту операцию Battery Discovered Mate – «Батарейный мат». Кроме того, у Саймона теперь была Ева, так своевременно завязавшая романтические отношения с тобой. Это был хороший новый канал для контроля ситуации, добавлявший вариативности сценарным планам MI-6.

– Не только им.

– Справедливо. И нам. В Россию, помимо Евы, британцы отправляют и Нестора, где его ожидает сеть спящих агентов MI-6 из числа бывших сотрудников ГУР и СБУ. В России Ева встречается с тобой и, беспокоясь о своем возлюбленном…

– Павел Андреевич…

– Я же не осуждаю. Просто констатирую. Дело молодое. Да и нам ваша связь сыграла на руку. Так вот, беспокоясь о своем возлюбленном, в нарушение всякой конспирации и здравого смысла, из страха потерять еще одного любимого человека, Ева сообщает тебе о приезде Нестора, хотя и без подробностей. Впрочем, более полная информация поступает от нее в СВР.

Вепрев остановил свой рассказ, отпил воды из бутылки, рассеянно понаблюдал за мелькающими в окне урбанистическими пейзажами столицы и после минутного молчания продолжил:

– Накануне операции Ева, находившаяся уже в Крыму, через агента MI-6 Тора, он же Сергей Хвороба, получает сообщение от Клайва. Сообщение могло бы деморализовать любого айрен мэна.

– Железного человека?

– Любого. Но не Домбровскую. Из сообщения следовало, что на последней встрече с Саймоном Ева не случайно потеряла сознание, а отключилась из-за снотворного, добавленного в кофе. Клайв воспользовался этим, вколов ей разрушительный патоген, который можно было остановить только антидотом, содержащимся в крови Нестора. Убив – после успешного завершения операции – Нестора, Ева получит антидот и наконец удовлетворит свою многолетнюю жажду мщения. Однако попытка убить Нестора до операции для Евы могла закончиться летально, поскольку в ее крови, помимо патогена, содержались и дистанционно управляемые нанороботы, которые пресекали всякую несанкционированную активность Домбровской. Аналогичное сообщение получил и Нестор от агента MI-6 Валькирии, она же – Оксана Яцук, с тем лишь отличием, что патоген содержался в крови Нестора, а антидот – в крови Домбровской. Стравив своих агентов, Клайв, как полагал, пресек всякую их возможность договориться или пойти на сговор с российскими спецслужбами. К сообщению от Клайва прилагался с виду обычный шприц, а в действительности инструмент, необходимый для отбора крови и синтеза антидота.

– Почему она в Судаке мне ничего не сказала?

– Она профессионал. Ты не должен был этого знать.

– Циничный аристократ Клайв оставался верен бремени белого человека. Но ведь, по сути, Клайв спровоцировал покушение Нестора на Еву?

– Конечно. Она должна была выполнить свою часть сценария. Клайв в любом случае должен был зачистить свидетелей. И его расчет оказался верен. Нестор, знавший Тора и Валькирию по совместному обучению в британской школе разведчиков, убедил их ликвидировать Еву с целью получения антидота. Ведь это не противоречило тому, что содержалось в сообщении Клайва. Просто неизбежное совершится чуть раньше. Сам Нестор не доверял Клайву, а теперь был убежден, что операция развивается не по тому сценарию, который был ему известен. А раз так, то и Ева, присланная в Крым для содействия Нестору, теперь не казалась необходимым условием успеха операции. Скорее наоборот. Ведь Нестор также не доверял Еве.

– Зато у него появились Тор и Валькирия, которые вполне могли справиться с миссией Евы.

– Однако судьба в лице Евы Домбровской и в твоем, Кирилл, лице переписала сценарий Нестора. Тор и Валькирия выследили Еву в Судакской крепости, не зная, что Еву уже пасут российские спецслужбы. В самый жаркий момент ты устранил Тора. А вот Валькирия ускользнула. Но ни агенты MI-6, ни ты не знали, что на территории арт-кластера «Таврида», охраняемого МВД и ФСО по всему периметру, еще сутками раньше Еву обследовали в нашей передвижной биогематологической лаборатории неинвазивной диагностики. Выяснилось, что в крови Домбровской не антидот для Нестора, а часть биооружия, которое активируется при взаимодействии с другим патогенным веществом. А вот условия этого взаимодействия, способного создать чудовищной силы бомбу гибридного бактериологического воздействия, оказались весьма любопытны. Согласно прогнозу Альты, впоследствии сбывшемуся, патоген UA–404[288], содержащийся в крови Евы, мог быть предназначен для соединения с модифицированным патогеном сибирской язвы, носителем и контейнером для которого мог быть другой человек, причем без всяких для своего здоровья последствий. Гипотеза состояла в том, что Клайв использовал чудовищное бактериологическое оружие, средством доставки или контейнерами которого стали, сами того не ведая, Ева и Нестор. В определенное время, когда они окажутся в одном форумном зале по соседству с двумя президентами, нанороботы-детонаторы по сигналу сработают в крови каждого из носителей, два активных патогенных вещества вступят во взаимодействие и уничтожат все живое в радиусе не менее пятисот метров. Причем сама гибридная бомба, помимо бактериологического поражения, имела еще и взрывную мощность, которая оценивается экспертами в сорок килограммов тротилового эквивалента! В случае реализации замысла Клайва в здании была бы обеспечена тотальная летальность и гарантированное уничтожение глав государств. Гипотеза Альты позже подтвердилась.

– Однако к тому времени мы все еще не нашли Нестора.

– Клайв допускал, что мы их агента вычислим по образцам его речи, имеющейся у нас, тем более что голос могла опознать и Ева в случае подтверждения ее работы на русскую разведку. Поэтому Нестор прибыл под легендой глухонемого журналиста и в общественных местах на территории России просто не разговаривал.

– Бедная Ева, – все-таки не сдержал своей эмоции Кирилл, но тут же перевел разговор на другую тему: – А что из себя представляли нанороботы?

– По сути, органические молекулярные соединения, которые существуют только в крови при естественной для человека температуре. При аномальном изменении температуры или гемолизе, разрушении эритроцитов в результате смерти нанороботы погибают. Мы их термически обезвредили. Еве пришлось немного потерпеть. Но как обезвредить нанороботов в крови Нестора? Только быстрой остановкой его сердца. Дальше ты знаешь. Ева опознала Нестора и, опасаясь, что взрыв произойдет раньше, чем Нестора обезвредят, ликвидировала его сама.

– Как произошло, что она погибла?

– Пластиковая ручка-пистолет.

– Долго… мучилась?

– Если тебя это как-то успокоит, недолго. И она говорила про какого-то корабельного кока.

Офицеры ехали несколько минут молча.

– А если бы Ева не обнаружила Нестора?

– Встречи президентов с общественностью были бы отменены. Безопасность глав государств важней любой встречи.

– Получается, вся подготовка покушения на американского президента по линии Нестора, Тора, Валькирии, Евы и даже моего отца была всего лишь ложным следом для отвлечения нас на негодные цели и для прикрытия основной операции – убийства российского президента?

– Да. Но Клайв перемудрил с интригами, сталкивая Еву и Нестора в битве за антидот. Он недооценил Еву. И нас. Благодаря агенту Пепел окончательно проявился скрытый план Клайва – организация двойного убийства глав России и США, резонансного террористического акта. Американские заказчики будут удовлетворены устранением американского президента, а внутриполитический хаос в России окажется, по мнению главы MI-6, выгоден всем крупным политическим игрокам, включая США, Великобританию и даже Китай. После гибели глав двух противоборствующих государств мир точно не будет прежним, а ядерный конфликт почти неминуем. Великобритания становилась бенефициаром любого исхода.

– Да уж. И со стороны все бы выглядело так, будто убийство президентов России и США осуществили ветеран СВО, друг и родственник директора ГРУ Ратников-старший, агент СВР и поэтесса Ева Домбровская, работавшие на украинских подпольщиков, развернувших на территории России борьбу за незалежность Украины.

– Кроме того, патоген UA404 – украинского происхождения, а все участники покушения гарантированно погибли бы при взрыве и не смогли дать показания против британской разведки. Российские спецслужбы были бы на долгие годы дискредитированы. И в этом состояла профессиональная мотивация Саймона. Стал понятен и смысл, скрывавшийся за названием операции MI-6 «Батарейный мат».

– В шахматах это комбинация, при которой игрок объявляет сопернику мат двумя и более дальнобойными фигурами, располагающимися на одной вертикали, горизонтали или диагонали.

– Такими фигурами, по сценарию Клайва, становились твой отец, группа Нестора и Ева.

– А британцы знали о планирующемся гибридном ударе со стороны американских заговорщиков?

– Не уверен. Однако после неудачного покушения на Маска и российского президента главы MI-6 не оказалось в Лондоне. Клайв просто исчез.

– Возможно, его устранили заказчики убийств?

– Не факт. Слишком он умен и расчетлив.

– Значит, знал.

– Возможно. Или скрылся, не желая нести солидарную ответственность с проигравшими заговорщиками.

– А каким был механизм приведения в действие детонаторов, если в зале работали глушилки?

– Вот это правильный вопрос. Мы выяснили, на что именно реагировали детонаторы. Такое воздействие не мог осуществить ни один из нам известных нам участников операции «Батарейный мат».

– Слишком уж тонко. Столько агентов, столько веток операции и ложных сюжетов.

– Да. Но это же британцы. Чем работа MI-6 отличается от работы ЦРУ?

– Для меня – ничем. Обе разведки работают против России.

– Однако почерк у этих разведок разный. ЦРУ, однажды придумав работающую схему, не меняет ее десятилетиями. Пока схема себя полностью не исчерпает. Весь мир знал, по каким методичкам организуются цветные революции, но американцев это не смущало, и ЦРУ продолжало работать по отработанной схеме. Операции британцев всегда изобретательны и уникальны. Работающему в MI-6 аристократу унизительно следовать лекалам, придуманным не им. И даже повторять свои собственные. Клайв ведь ни разу не повторился. Три живых контейнера с разным составом в крови. Ева и Нестор были носителями биооружия, а твой отец – другого патогена.

– Взрыв планировалось произвести, когда Ева находилась рядом с Нестором?

– Да. Когда должна была начаться встреча Маска с молодежью, а в другой части этого же здания планировались переговоры нашего президента с индийским коллегой. Но Домбровская успела обезвредить Нестора раньше, чем последовал сигнал на взрыв. И детонаторы-нанороботы не сработали. К тому времени Ева и Нестор были мертвы.

– А я еще этого не знал и пил кофе.

Кирилл задумался, а потом все-таки задал мучивший его вопрос:

– Павел Андреевич, когда я был в кафе, вы мне звонили. И на мой вопрос о Еве сказали, что она в самом охраняемом месте и с ней все в порядке. А она к тому времени уже была мертва. Почему? Из-за Веры?

– Не говори глупости. Мы прежде всего офицеры. Наши жизни принадлежат Отечеству, и операция на тот момент не завершилась. Еще нужно было найти Валькирию. Представь, если бы мы упустили эту ветку операции Клайва? Ты понимаешь последствия? Кирилл Ратников нужен был в строю, в рабочем состоянии. И это чудо, что все закончилось благополучно. Информация о Еве тебя бы отвлекла от задания. Может быть, жестоко, но такова наша служба. Мы сами сделали этот выбор.

Машина заехала на территорию закрытого коттеджного поселка. Говорить больше не хотелось. Но у Кирилла что-то не складывалось в общей картине завершившейся операции. И, выходя из машины, он все-таки спросил:

– Если детонаторы должен был привести в действие кто-то, кого мы не знали, значит, у террористов был еще один сообщник? Кто?

– Крот, которого мы пока не обнаружили. Но обязательно найдем.