1 сентября 2004 года

ДЖОУИ

Можете не рассказывать, какое я дерьмо, моя совесть прекрасно справлялась с ролью обвинителя. «Трепло, трепло!» – надрывалась она по мере моего приближения к машине.

Ее голос звенел в ушах со вчерашнего вечера, когда я отправил роковую эсэмэску.

Плюхнувшись на пассажирское сиденье, я почувствовал такое отвращение к себе, какого не испытывал отродясь.

– Привет, Линчи, – хмыкнул Шейн. – Херово выглядишь.

Ноу щит, Шерлок.

– Ага. – Изнывая от нетерпения, я шумно вздохнул. – И чувствую себя тоже.

Вчера я чуть не свихнулся окончательно.

Успокоив мелких и уложив их спать, я стянул у матери пару таблеток валиума, чтобы хоть немного снять стресс и подремать.

На мою беду, папаше приспичило вернуться посреди ночи, а я расслабился настолько, что не сумел дать ему отпор.

Утром мое тело превратилось в сплошной синяк, а рассудок был на грани помешательства.

Мне, блин, больше не выдержать.

Не выдержать ни секунды.

Я пытался.

Правда.

Я честно старался исправиться, но сейчас всякие попытки утратили смысл. Дураку понятно, что ничего не изменится.

Мне не светит выбраться из дома, пока там остаются дети, а единственный способ выжить в аду – нарушить обещание и вернуться к старым привычкам.

– Не ожидал получить от тебя весточку, мелкий, – ухмыльнулся Шейн. – Давненько ты не объявлялся.

Правильно, добей меня.

– Думал, ты сменил дилера.

Нет, просто надеялся устоять на ногах.

– Слушай, чувак, такая фигня: мне нужно затариться бензо. По старой схеме. Хочу немного прочистить мозги. – Я вытащил из кармана стопку банкнот и бросил их на водительское кресло. – Вот бабки.

Шейн тщательно пересчитал купюры и коротко кивнул.

Стыдно сказать, с какой жадностью я полез в бардачок, однако его содержимое повергло меня в ступор.

– Шмаль? – В ярости я швырнул пакетик обратно и машинально пригладил волосы. – Какого хрена?

– Возникли кое-какие накладки, – спокойно пояснил Шейн. – Товар задерживается.

– Ясно. – Зубы сводило от мысли, что я не получу желаемое, вернее, необходимое. – Может, у тебя завалялась парочка окси? Гидро? Бензо? Шейн, приятель, не подведи, не дай умереть человеку.

– Я же сказал, мелкий, накладки с поставщиком. – Шейн закурил, сделал глубокую затяжку и бросил мне коробок спичек вместе с купюрами. – Партия придет позже.

– Насколько позже? – Я зажег сигарету и сунул деньги в карман. – День? Два? Неделя? Мне реально невтерпеж.

– Расслабься, Линчи, – увещевал Шейн. – Сам вижу, что тебе паршиво.

– Мягко сказано, – процедил я, тяжело дыша.

Какой смысл отрицать очевидное?

Шейн знает меня с пеленок.

И видит насквозь.

Понимающе кивнув, Холланд запустил руку в карман.

– Держи, за счет заведения. – Он протянул мне бумажный пакетик. – Считай, мой тебе подарок.

Развернув сверток, я с недоумением уставился на белый порошок:

– Это ведь не кокс?

Шейн покачал головой и выпустил облачко дыма. У меня участился пульс.

– Шейн?

– Башню сносит капитально, – сообщил он, устремив взгляд в лобовое стекло.

– Нет. Мы же договаривались: никакого герыча.

– Я в курсе. – Холланд примирительно выставил ладонь. – Но поверь, эта штука торкает не по-детски. Да и по деньгам дешевле.

– Сильно?

– Сколько ты платишь за один раз, с герычем хватит на неделю.

– Нет, не подсаживай меня на иглу! – рявкнул я, потирая затылок. – Так и сторчаться недолго.

– Колоться совсем не обязательно, – торопливо произнес Шейн. – Ты ящика пересмотрел. Это чистейший героин, отличного качества. Хочешь – кури, хочешь – вдыхай через нос. Как тебе больше нравится, мелкий. А главное – эффект. По сравнению с ним все остальное – так, детские шалости. Поверь профессионалу.

– Нет, – выдавил я, разглядывая запретный, такой манящий плод. – Слишком рискованно.

– Нет, если не злоупотреблять, – соблазнял Шейн. – Хватит ломаться. Неужели я подложу свинью давнему другу? Мы ведь с одного района. Ты вырос на моих глазах.

– Короче, Шейн, мне просто нужна подзаправка, – возразил я, споря то ли с ним, то ли с самим собой. – У меня в башке полный трындец. Куда еще усугублять?

– Понимаю, – сочувственно закивал Холланд. – Тренеры ГАА гоняют тебя и в хвост и в гриву, учителя трахают мозг, а красотка-блондиночка держит в ежовых рукавицах. На тебя давят со всех сторон, такими темпами ты скоро сломаешься. Мне ли не знать, мне ли не знать. Не гноби себя за то, что пытаешься хоть как-то снять стресс из-за дерьма, которое творит твой старик. – Нарвавшись на мой свирепый взгляд, Шейн только развел руками. – Твой папаша – конченый мудила. Это ни для кого не секрет. Не мне судить тебя за то, что время от времени ты нуждаешься в передышке от ублюдка.

В этом вся проблема, я действительно нуждался в передышке.

Нуждался настолько, что язык сам собой произнес:

– Ладно, но только до тех пор, пока не наладят поставки.

– Разумеется, – охотно согласился Шейн. – Смелее, мелкий.

– Твою мать. – Покачав головой, я с опаской покосился на содержимое свертка и буркнул: – Говоришь, можно нюхнуть?

– Пять сек. – Холланд забрал у меня пакетик и принялся делить порошок на дорожки. – Вот, для отвала башки хватит за глаза, – сообщил он, вручая мне сидишник с небольшой порцией героина. – Втягиваешь, как любую другую дорожку, и балдеешь.

– Какого хрена я творю? – пробормотал я и, оглядев безлюдную парковку, взял у Шейна свернутую в трубочку пятерку. Презирая самого себя, поднес самодельную соломинку к носу и глубоко вдохнул.