11 марта 2001 года

ДЖОУИ

Знаете поговорку «Праздность – мать всех пороков»?

Похоже, народная мудрость не врет.

Мой единственный выходной выпадал на воскресенье. Ни работы, ни тренировок, ни школы. Если на этот день не назначали какую-нибудь игру, я был предоставлен самому себе.

Проблема в том, что я плохо переношу безделье.

И совершенно перестаю себя контролировать.

Следуя поговорке «Дурная голова ногам покоя не дает», я пошел искать приключений на задницу и по итогу нюхнул пару дорожек кокса вместе с Шейном и его приятелями. Честно скажу, торкнуло меня не по-детски.

В одну секунду я вознесся на вершину мира.

Ощутил себя марафонцем, готовым взять золото.

Открылись немыслимые горизонты, где мне все по плечу.

Единственная ложка дегтя – в своей эйфории я совершенно забыл про воскресный матч.

И сейчас, после напряженного поединка, чувствовал себя полным дерьмом.

Всю игру сердце норовило выскочить из груди и колотилось так, что уши закладывало.

Взвинченный, рассеянный, я лажал всю дорогу: то слишком далеко посылал мяч, то не успевал отразить атаку противника и по итогу заработал всего два несчастных очка.

На трибунах присутствовал скаут юношеской команды графства Корк, и я просрал свой шанс.

Тот факт, что отец тоже заявился на матч и сейчас наверняка прикидывал, как наказать меня за отвратительную игру, только ухудшал заведомо херовое положение.

Едва прозвучал финальный свисток, я сорвал с головы шлем и – совершенно подавленный, разбитый – ринулся в раздевалку, минуя товарищей, которые пытались похлопать меня по плечу.

Не обращая внимания на царивший вокруг гвалт, я бросил хёрли и шлем на сумку для снаряжения и скинул с себя футболку.

После часовой беготни в горле пересохло, легкие пылали. Тяжело дыша, я потянулся за водой.

Через минуту в раздевалке появился Эдди, наш тренер:

– Молодцы, парни! Заслуженная победа. «Святой Патрик» – команда серьезная, на поле они звери. В общем, гордитесь, вы победили в честной и суровой борьбе.

Откупорив бутылку, я принялся поливать себе лицо и шею, наслаждаясь прохладой на разгоряченной коже.

– Отличная игра, – раздался над ухом знакомый голос.

Скосив глаза, я увидел за спиной Райси. Только что из душевой, с полотенцем, повязанным вокруг талии, бойфренд Моллой плюхнулся рядом со мной на скамейку.

– Думал, забьешь во втором тайме.

– Я тоже так думал, – буркнул я и, убрав бутылку, достал полотенце.

Упущенный мяч еще отольется мне кровавыми слезами, к гадалке не ходи.

– Все равно отыграл ты шикарно, – сообщил Райс, одеваясь. – Клевая подача в самом конце. Я уже испугался, что останемся без победы…

– Шикарно? – перебил я. – Ты слепой, Райси, или тупо гонишь?

– У тебя все нормально? – Пол растерянно провел рукой по темным волосам. – Мы же победили.

– Когда ты рядом – ненормально, – процедил я сквозь стиснутые зубы. – По-моему, я это ясно обозначил еще год назад.

– Какого хрена?

– Ты меня бесишь, мудила. Бесят твои разговорчики, твои манеры, но особенно бесит твое отношение к якобы любимой девушке. Приходится терпеть тебя в классе, на тренировках, но мое терпение не резиновое. Не испытывай судьбу, пытаясь заговорить со мной о чем-то, кроме хёрлинга.

– Серьезно? – До Райси медленно начинало доходить. – Ты до сих пор агришься на меня из-за той стычки?

Представь себе, козел.

– Господи, Линчи. – Райси обескураженно помотал головой. – Это было год назад. Ифа давно успокоилась, а тебе до сих пор неймется.

– Ты можешь вешать лапшу на уши ей, но не мне, – холодно отрезал я.

– Ты на что намекаешь? – нахмурился Райси.

– Не намекаю, а говорю в лоб: ты кобель.

Желание идти в душ улетучилось. Похер, вымоюсь дома. Сунув снаряжение в сумку, я натянул спортивные штаны.

– Да еще и палишься постоянно.

Сообразив, что к чему, Райс вытаращил глаза:

– Ты про Даниэлу Лонг? С ней ничего не было, клянусь…

– Не было, потому что она тебя отшила. – Надев чистую футболку, я сунул ноги в кроссовки и закинул сумку на плечо. – Я устал читать похабные эсэмэски, которыми ты заваливал ее в феврале. – Я нанизал шлем на хёрли и, перехватив сумку поудобнее, смерил Райса уничижительным взглядом. – Хрен отмажешься, извращенец.

– С какой стати ты шаришь у Даниэлы в телефоне?

– С такой, что она сама показала мне переписку и попросила кое-что тебе передать. Объяснить суть послания или сам догадаешься?

– Да я прикалывался. – Райс фальшиво засмеялся. – Проспорил чувакам.

– Кто бы сомневался, приколист. – У меня чесались руки двинуть ему по физиономии. – Если с первого раза до тебя не доперло, повторяю: старик Моллой мне друг. Продолжишь трахать мозги его дочери, будешь иметь дело со мной.

– Расслабься, чувак. Все не так глобально, – огрызнулся Райс.

– А Ифа в курсе?

– Не понимаю смысла твоих предъяв, – сердито оправдывался Райс. – Подумаешь, отправил пару эсэмэсок. Девчонку я не трахал, да и потом, мы с Ифой тогда на время разошлись.

– Судя по той похабщине, которую ты написывал ее подруге, сходиться вам не стоило.

– Тебя бы наверняка устроил такой расклад, да? – прищурился Райс. – Ты ведь только этого и ждешь!

– Ифа в курсе, со сколькими ты мутил за ее спиной?

– Бред!

– Ни фига подобного. – Я ткнул в него пальцем. – Я тебя насквозь вижу, Райси.

– Аналогично, умник. – Пол вскочил. – Хотя бы наберись смелости признать, почему тебя так волнует моя личная жизнь.

В голове перемкнуло, я подался вперед, но вовремя опомнился и глубоко вдохнул, борясь с искушением кинуться на урода и задушить его.

– Не отмазывайся, чувак, – процедил Райс. – Признай, что тупо ревнуешь.

– Ну, договаривай, – вне себя от ярости, подначивал я. – Смелее.

– Так-так-так. – Почуяв неладное, Эдди вклинился между нами; за его спиной маячили ребята из команды, включая Поджа. – Ну и чего мы не поделили?

– Ты наезжаешь не из-за ее папаши, – ухмыльнулся Райси. – Все дело в самой Ифе. Ты втюрился в нее, а она предпочла меня. Вот ты и психуешь.

– Все, парни, брейк. Нам в команде разборки не нужны.

Вне себя от ярости, я сжал кулаки, но промолчать не удалось.

– Если бы я захотел, утырок, твоя подружка встречалась бы со мной.

– С тобой? – Сейчас, когда вокруг нас собралась толпа с тренером во главе, Райс осмелел и громко заржал. – Линчи, ты вообще в своем уме? Моя Ифа до тебя даже палкой не дотронется. Она – девчонка добрая, иногда даже слишком. Ей просто тебя жалко, тупой ты кусок говна, сын конченого пьяницы. Мало ты побираешься у ее отца, живешь на его подачки, как последнее отребье…

– Ты труп!

– Не надо, Джо! – Подж метнулся вперед и заслонил собой урода в попытке спасти его от неминуемой расправы. – Он того не стоит.

Зато она стоит.

Черт, откуда эта хрень у меня в башке?

– Успокойся, приятель. – Эдди опустил тяжелую ладонь мне на затылок и подтолкнул к двери. – Тебе нужно остыть.

– Не смей! – Содрогаясь от потока воспоминаний, навеянных его жестом, я высвободился и, дрожа от ярости, потер шею. – Не смей меня хватать! Никогда!

– Все нормально, Линч, – не повышая голоса, откликнулся Эдди и примирительно поднял руки. – Иди глотни свежего воздуха, приятель. Сразу полегчает. Кстати, на улице тебя дожидается скаут. Если не перестанешь дурить, проворонишь шанс попасть в юношескую команду.

– Срать мне на юношескую команду, – пятясь к двери, процедил я и напоследок махнул зажатой в кулаке клюшкой в сторону Райса. – Мы еще встретимся, урод, только на сей раз тебе будет не за кого прятаться.

– Ой, как страшно!

– Правильно, бойся. И не забудь составить завещание, потому что я тебя урою!

Выпалив последнюю фразу, я рванул к выходу из раздевалки и изо всех сил шарахнул дверью.

Трижды я поворачивал назад: два раза – чтобы прикончить Райса, и один – переговорить со скаутом. Наконец мне удалось более или менее взять себя в руки.

И все-таки, раздосадованно пнув щебенку, я скрипнул зубами и поспешил убраться с территории спорткомплекса: не в том я настроении и не в том состоянии, чтобы вести беседы о своем будущем.

Кроме того, хёрлинг – спорт любительский. Безусловно, выступать за графство офигеть как почетно, но денег этим не заработаешь.

Родись я с золотой ложкой в заднице, играл бы сейчас в регби, как мажоры из Томмена, и зашибал бы нормальные бабки.

Мои размышления прервал знакомый голос:

– Вау, матч отгремел, а ты даже никого не покалечил. Да еще и умудрился забить. Красавчик!

Я обернулся, и у меня перед глазами очутились фантастические ноги Моллой, которыми она болтала, сидя на каменной стене.

Заслонившись ладонью от солнца и щурясь, я посмотрел на нее.

Одетая в безразмерный белый свитер и обтягивающие джинсы, Моллой уплетала алый фруктовый лед и улыбалась.

– Кстати, отличный удар.

– Отличные ножки.

Моллой с ухмылкой облизнула мороженое.

– Какие планы на вечер?

– Тебе зачем?

– В смысле – зачем?

– В прямом.

– Не хочешь потусить?

– С тобой и этим оленем? – фыркнул я. – Нет уж, без меня.

– Да ладно тебе, – промурлыкала Моллой, лукаво поблескивая зелеными глазами. – Пол не лишний, Пол запасной.

– Очень смешно.

– Не занудничай.

– Джоуи! – заверещали в два голоса Олли и Тайг, подбегая ко мне. – Чувак, ты просто супер.

– Ага, супер-пупер, – добавил Олли, прижавшись ко мне. – Молодец, Джо.

– Спасибо, ребята.

Похлопав Олли по плечу, я выпустил хёрли, и Тайг по уже заведенной традиции бросился осматривать клюшку на предмет царапин и трещин.

– Да они же твоя копия. – Моллой с любопытством уставилась на моих младших братьев. – Неужели ты успел обзавестись семьей и детьми?

Я закатил глаза:

– Это мои братья, Шерлок.

– Меня зовут Олли, – вклинился братишка. – А этот, с клюшкой, Тайг. Ну и Джо, наш старший брат. А ты кто? – спросил он, задрав голову.

– Ифа, – хихикнула Моллой. – А с твоим старшим братом мы знакомы. Учимся в одном классе.

– Джо, это твоя подруга? – оживился Олли. – Симпатичная.

– Да, Олли, мы друзья. И спасибо за «симпатичную». – Она лукаво покосилась на меня и подмигнула. – Твой брат тоже так считает.

– Симпатичная и назойливая, – буркнул я.

– Правильно считает. – Олли расплылся в улыбке. – Джо, она нереально симпатичная.

– Угомонись, приятель, – проворчал я, потом, порывшись в наружном кармане сумки, выудил оттуда десятку, припрятанную на крайний случай, и всучил брату. – Вот, держи. Купите себе с Тайгом шоколадку.

– Вау, спасибо, Джо! Эй, Тайг! – Олли рванул к брату, который сосредоточенно елозил хёрли по стене. – Джо дал нам десятку!

– Кайф! – Забыв про хёрли, Тайг поспешил вслед за Олли в кондитерскую.

– Сдачу вернете! – крикнул я вдогонку.

– Они чудо. – Моллой снова переключила мое внимание на себя. – Надеюсь, мальчишки не добирались сюда своим ходом?

– Да, славные ребята, – рассеянно пробормотал я, обреченно всматриваясь в толпу зрителей и ощущая, как внутри все сжимается от страха. – Нет, они приехали с отцом.

– Это тот здоровяк, с которым я периодически вижу тебя после матчей?

– Он самый.

– Детка? – раздался оклик.

Мы как по команде обернулись. У раздевалки стоял Райси, и его взгляд не предвещал ничего хорошего.

– Ты идешь или как?

– Да, секундочку. – Моллой спрыгнула с ограды и приземлилась в нехорошей близости от меня. – Точно не хочешь с нами?

– Точнее некуда.

– Может, передумаешь?

Может, останешься со мной?

– Оно мне надо?

– Да нет, не особо. – С горестным вздохом Моллой похлопала меня по плечу. – Увидимся завтра в школе.

– Ага, до завтра.

Нахмурившись, я наблюдал, как Моллой торопится туда, откуда я только что пришел.

К нему.

По закону подлости с той же стороны нарисовался мой папаша, и физиономия у него была мрачнее тучи.

Твою мать.