25 февраля 2000 года

ИФА

– Не понимаю! – горячился Пол в пятницу вечером по телефону. – Я же сказал, больше такого не повторится. Почему ты отказываешься со мной встречаться?

– Потому что после нашей последней встречи ты растрезвонил всем и вся, чем мы занимались, – фыркнула я, поражаясь его тупости. – Терпеть не могу трепачей. Ты подорвал мое доверие. Нет доверия – нет отношений…

– Ифа, очень прошу, не кипятись. – Пол уже не наседал, а подлизывался. – Прости, детка. Я очень виноват. И впредь себе такого не позволю.

– Конечно не позволишь, – согласилась я без особой злости и, положа руку на сердце, без особых эмоций. – Потому что тебе больше не светит залезть ко мне под юбку, Пол Райс.

– Но я люблю тебя.

– Совсем ку-ку? – Я закатила глаза. – Опомнись, мы встречаемся всего ничего.

Повисла долгая пауза, чуть погодя в трубке раздался сдавленный смех.

– Перебор?

– Так, чуть-чуть, – ухмыльнулась я и передразнила: – «Люблю тебя». А вдруг я из тех, кто ведется на эту хрень?

– И у меня снова появится шанс залезть тебе под юбку? – воодушевился Пол.

– Размечтался. Твоим шаловливым пальчикам это точно не грозит.

– Ладно, завтра в спорткомплексе ГАА будет дискач, – отсмеявшись, завел Пол. – Предлагаю затусить. Может, хоть так мне удастся искупить свою вину.

– Иначе говоря, ты надеешься искупить свое поведение, пригласив меня на дебильную дискотеку, где девчонок тискают все кому не лень? Заманчиво, конечно, но нет.

– Долго ты будешь надо мной издеваться?

– Долго, не сомневайся.

– Тебе понравилась цепочка? – сменил тему Пол.

– Да ничего, – промурлыкала я, коснувшись кулончика на шее. – Но подарками меня не подкупить.

Пол вздохнул:

– Ифа.

– Ладно, мне сейчас некогда. До связи.

– И чем же ты занята?

– Да так, глазею по сторонам, наблюдаю за людьми.

– Ты где-то тусишь? – В интонациях Пола сквозило любопытство пополам с ревностью. – А с кем?

– С твоим сменщиком. – Я поудобнее уселась на кирпичной ограде палисадника и заболтала ногами. – Вы у меня чередуетесь. Сегодня один, завтра другой. Но нынешнему хотя бы можно доверять.

– Вообще не смешно.

– Не парься, я прикалываюсь.

– С кем ты, Ифа?

– Ни с кем, – засмеялась я. – Спокойной ночи, Пол.

– В смысле – спокойной ночи? Скажи, с кем ты…

Сбросив вызов, я сунула мобильник в карман халата и снова почувствовала, как наваливается странная грусть.

Прошло уже две недели с тех пор, как Джоуи Линч огорошил меня историей про розовые стринги, и я почти не злилась на Пола.

Хотя особой злости не было изначально.

Да, сама ситуация подбешивала, но парни есть парни.

Они всегда чешут языком.

Моя лучшая подруга Кейси считала, что я ни в коем случае не должна прощать Пола. Может, она и была права, но вся эта история, как и отношения с Полом, заботили меня недостаточно для вспышки праведного гнева.

К тому же в целом встречаться с Полом мне нравилось. Он был симпатичным, умным, и мы – по большей части – весело проводили время.

Однако меня продолжала грызть смутная тревога. Сама не знаю почему.

Все ты знаешь, обманщица…

– Ифа, ты чего торчишь на заборе? – В мой поток сознания бесцеремонно вторгся голос Кейти Уилмот, соседки.

Мы с Кейти дружили с детства, но в прошлом году, когда я, окончив началку, стала учиться в БМШ, наши дороги слегка разошлись. А скоро разойдутся еще дальше, ведь Кейти собралась поступать в Томмен, частную школу за пределами Баллилагина, но, поскольку мы жили в соседних домах, дружбе ничто не угрожало.

Миниатюрная Кейти легко запрыгнула на ограду и, взяв меня под руку, опустила голову мне на плечо.

– Ну и холод.

– Ага. – Я тяжело вздохнула и прильнула щекой к рыжим кудряшкам. – Не торчу, а наблюдаю за народом.

– Точнее, за парнями, – подмигнула Кейти.

Я не стала отрицать очевидный нам обеим факт и сосредоточилась на потасовке, которая разворачивалась на той стороне дороги.

Пятница, половина двенадцатого ночи – самое хлебное время для полицейских. Сейчас они сцапали очередных бедолаг – обычная картина для нашего района.

Копы совершали рейд, выискивая пьяных подростков, и в итоге накрыли целую компашку.

Я знала их всех до единого.

Пара-тройка из моего района, человек семь из школы и он.

Кейти как будто прочла мои мысли.

– Эй, а это не тот чувак, который работает у твоего отца? – встрепенулась она, глядя, как полицейский прижимает Джоуи Линча к борту автозака.

Вместо того чтобы последовать примеру товарищей и заткнуться, Джоуи ржал в голос и задирал обыскивавшего его копа.

В своем неизменном худи, скрывавшем копну светлых волос, Джоуи пререкался с полицейским и всячески старался его спровоцировать.

– Джоуи Линч. – Из моей груди вырвался горестный вздох. – Да, он самый.

Выхватив изо рта Джоуи окурок, коп швырнул его на землю и растоптал ботинком.

В ответ мой одноклассник покрыл стража порядка отборным матом.

– Вот придурок, – проворчала я, раздосадованная его поведением.

Неплохой ведь парень, а валяет дурака.

Да чего там неплохой, он классный.

Мне казалось, совместные посиделки на кухне растопили лед между нами, однако я глубоко заблуждалась.

На следующий день он явился в школу еще более замкнутый и дерзкий, чем обычно, с безобразным фингалом.

Джоуи ни словом не обмолвился о том вечере своим приятелям. Пола бы удар хватил, пронюхай он о нашем безобидном ужине.

– Да уж, он прямо напрашивается на неприятности, – согласилась Кейти и добавила: – А не рановато ему тусить с Шейном Холландом? Разве Шейну не семнадцать?

– Восемнадцать, – поправила я, злобно косясь на главного мудака Баллилагина.

Все знали: Шейна лучше обходить стороной. Он был шестигодком и чрезвычайно опасным типом.

Барыжил наркотой, но по-мелкому, в отличие от своих братьев. Старшие Холланды имели крепкие завязки с городской наркомафией.

Джоуи еще первогодок.

Ошибка, что он связался с Шейном.

Очень большая ошибка.

Полицейские запихнули троих парней постарше в автозак, и у меня отлегло от сердца – Джоуи они не тронули (тот случай, когда юный возраст сыграл ему на руку).

– Чего он добивается? – задала я вопрос, терзавший меня с первого дня нашего знакомства.

Мне уже доводилось наблюдать, как Джоуи задирает представителей правопорядка.

Причем не раз.

– Почему нарочно себя разрушает?

Саморазрушение – это, пожалуй, единственное, чем можно объяснить его безрассудное поведение.

– Кто? – уточнила Кейти. – Джоуи?

– Угу, – откликнулась я, провожая настороженным взглядом автозак.

– Парень, что с него взять, – пожала плечами Кейти.

– Боюсь, причина в другом, – протянула я, искоса наблюдая за одноклассником, который огорченно смотрел вслед автозаку. – Ты же видела, что он творит. Из штанов выпрыгивает, чтобы его забрали в отделение.

– Не выдумывай! – засмеялась Кейти. – Никто не хочет, чтобы его забрали.

– Никто, – прошептала я. Кроме него.

– Не знаю, Ифа. – Она прикусила губу. – По-моему, он отморозок.

– Ничего подобного.

– С чего такая уверенность?

Без понятия.

– Просто чувствую.

– Самой не смешно?

– Значит, так! – выпалила я. – Мы обе в курсе, что он ходячая катастрофа. Он принимает наркотики, бьет морды направо и налево, общается с подонками и исполняет хрен пойми что, как, например, сейчас…

– Но?.. – перебила Кейти с хитрой улыбкой.

– Присмотрись к нему. – Тяжело вздохнув, я ткнула пальцем в сторону Джоуи. – Присмотрись хорошенько.

– Ну да, – тихо признала Кейти. – Он вроде симпатичный.

– Не вроде, а даже очень симпатичный, – с содроганием возразила я. – Но это полбеды. – Я закусила губу в попытке выразить словами обуревавшие меня чувства. – В нем есть какая-то загадка. Не знаю, как объяснить, но с самого первого дня он меня… заинтриговал.

– Конечно заинтриговал, – хихикнула Кейти. – Классика жанра. Хороших девочек всегда тянет к плохим торчкам.

– Очень смешно, – хмыкнула я.

– Интриги интригами, но лучше держись от него подальше. Серьезно, Ифа. Забудь про Линча, если не хочешь нарваться на неприятности.

Внезапно Джоуи повернулся к нам; наши взгляды встретились.

И как всегда, мое сердце, эта вероломная скотина, чуть не выскочило из груди.

Джоуи мне явно не обрадовался.

Как обычно.

Он неподвижно стоял на перекрестке.

И, раздувая ноздри, дерзко смотрел на меня.

Во рту у него торчала очередная сигарета – вовсе не обычная сигарета, – взгляд остекленел, но не утратил остроты и привычной настороженности.

– Проблемы со зрением, Моллой?

Ага, возвращаемся к обмену любезностями.

Я подняла бровь:

– Не больше, чем у тебя с поведением.

– Понравилось представление? – нахмурился он.

– Ты про этот говноспектакль? – парировала я. – А тебе еще и досталась главная роль. Поздравляю, сыграно блестяще. Хоть сейчас на «Оскар».

– Ифа, тормози, – шикнула Кейти и ткнула меня острым локтем в бок. – Не разговаривай с ним. Мы же вроде решили: с Линчем лучше не связываться… Прекрасно, он идет сюда.

Безусловно, Джоуи – парень бедовый, а может, хлебнувший немало бед.

Но уж точно не рыцарь в сияющих доспехах.

Кейси шутила, что Джоуи Линч не дотянет до двадцатипятилетия, а его последние выкрутасы сокращали срок еще больше. Этого уже достаточно, чтобы бежать от Джоуи, бежать без оглядки. Однако что-то в нем цепляло и никак не хотело отпускать.

Джоуи уверенной походкой направлялся к нам, и у меня засосало под ложечкой.

Губы у него были припухшие, алые – то ли от природы, то ли от постоянных драк – и совершенно несвойственные парням.

Но такие соблазнительные…

– Не поздновато гуляешь? – хмыкнул Джоуи, поравнявшись со мной.

Я сидела на верхотуре, поэтому ему приходилось смотреть на меня снизу вверх. Едва он запрокинул голову, внутри у меня все сжалось.

И не потому, что он был до безумия секси – хотя, чего греха таить, секса в нем хоть отбавляй, – а потому, что левая половина его физиономии представляла собой лиловый синяк, глаз заплыл и практически не открывался.

– Боже, что у тебя с лицом? – опередила меня Кейти. – Избили? Почему? – В следующую секунду ее взгляд метнулся к его руке. – Боже мой, неужели ты куришь…

– Потому что задавал слишком много вопросов, – сурово перебил Джоуи; в глазах вспыхнула угроза. – Тоже страдаешь такой фигней?

Кейти моментально сдулась, как шарик.

– Нет, – пискнула она, – просто кругом полно копов. Не хочу, чтобы меня поймали с… наркотиками.

– Наркотиками? – Джоуи уставился на нее как на чокнутую. – Это косяк, а не герыч. Расслабься.

– Эй, полегче, – предостерегающе сощурилась я.

– Ладно, мне пора. Спокойной ночи, Ифа, – пролепетала насмерть перепуганная Кейти и, спрыгнув с ограды, почти побежала в дом.

– Ты ее напугал! – рявкнула я, когда за подругой захлопнулась дверь. – Обязательно было на нее наезжать?

Джоуи равнодушно пожал плечами и сменил тему:

– Отличный халатик, бабуля.

– Отличная фингал, Рокки, – парировала я, потуже затягивая пояс.

По его губам скользнуло подобие улыбки.

– Ну и чего мы тут высиживаем? Сериалы сами себя не посмотрят.

– Ничего, переживу, – отмахнулась я. – Никакой «Город-сказка» не сравнится с тем спектаклем, который ты сегодня закатил.

– Всегда пожалуйста.

– Не поделишься, что у тебя за дела с Шейном Холландом и его отморозками?

– Твоя какая печаль?

– Так, любопытно, – небрежно откликнулась я.

– Любопытство кошку сгубило, – отрезал он, буравя меня свирепым взглядом из серии «не суйся куда не надо».

– Не надрывайся, – фыркнула я, чувствуя, как в животе запорхали бабочки. – Я не Кейти, со мной такие фокусы не прокатывают.

– Молодец. – Джоуи глубоко затянулся и, выдув густое облако сладковатого дыма, отшвырнул окурок. Потом сунул руки в карманы и попятился. – Смотри не проболтайся отцу.

– Легко, – согласилась я и спрыгнула с ограды. Во-первых, задница затекла от сидения на холодных кирпичах, а во-вторых, мне не хотелось его отпускать. – А что я получу в обмен на молчание?

Он замер и повернулся ко мне:

– Чего надо?

«Твоего внимания», – мелькнуло в голове. Я помедлила с ответом и шагнула к нему.

Теперь, когда мы оба стояли на земле, Джоуи существенно превосходил меня ростом.

– Даже не знаю.

Склонив голову набок, он окинул меня долгим, пристальным взглядом.

На лице отразилась целая гамма эмоций – от недоверия до невольного любопытства.

– Чего ты добиваешься, Моллой?

Самой бы понять…

С одной стороны, у меня есть парень. Довольно неплохой, если не считать редких приступов словесного поноса. А с другой, меня неумолимо тянет к Джоуи Линчу. Тянет так, что я понимаю: ничем хорошим это не кончится.

Эта странная, необъяснимая тяга возникла с того самого дня, когда он вторгся в мой мир, и не отпускала до сих пор.

– Моя подруга считает тебя опасным типом, – улыбнулась я. – Говорит, от тебя стоит держаться подальше. Девушке вроде меня с тобой лучше не связываться – чревато.

– Твоя подруга шарит, – отрезал он. – Советую прислушаться.

– Терпеть не могу, когда мне указывают, – парировала я.

Его глаза скользнули по моему телу.

Но едва наши взгляды встретились, клянусь, я почувствовала в нем перемену.

– Похоже, кое-что общее у нас все-таки есть.

– Определенно, – судорожно выдохнула я.

С суровой гримасой на притягательно обезображенном лице Джоуи подался вперед. Хотя я отчаянно пыталась сохранять хладнокровие, по телу прокатилась предательская дрожь.

– Однако мы по-прежнему не друзья.

– Понимаю. – Затаив дыхание, я продолжала дразнить медведя. – Трудно дружить с тем, кого сильно хочешь.

– Серьезно? – ухмыльнулся Джоуи, придвигаясь ко мне.

Я невольно попятилась, пока не уперлась спиной в ограждение. Облокотившись на кирпичную кладку, он наклонился ко мне:

– Думаешь, я на тебя запал?

Сердце мячиком заметалось в груди.

– Не думаю, а знаю.

Свободной рукой Джоуи заправил прядь волос мне за ухо и прошептал:

– Думаешь, я тебя хочу?

Горло судорожно сжалось. От Джоуи буквально веяло опасностью.

Этот парень воплощал все то, от чего матери предостерегают дочерей.

Бедовый.

Про таких говорят: неприятности – его второе имя.

Под красивой, чертовски соблазнительной оболочкой скрывался полный комплект подростковых пороков.

Физически он превосходил меня по всем параметрам.

Выше.

Сильнее.

Опаснее…

Но я все равно отчаянно жаждала его близости.

– Иди в дом, Моллой, – уже мягче добавил он, словно что-то во мне погасило вспыхнувшее в нем пламя. – Нечего тебе болтаться по ночам с отморозками вроде меня. Не твой формат.

– Еще как мой! – выпалила я и добавила: – Я здесь живу, забыл?

– Ифа! – окликнул с порога отец. – Ты почему на улице? Ягодка, полицейские прочесывают квартал, тут они повсюду.

– Твою мать! – Джоуи шарахнулся от меня, как от прокаженной, сунул руки в карманы и, выругавшись вполголоса, покачал головой.

Отец озадаченно уставился на него, но через секунду в его взгляде мелькнуло узнавание.

– Джоуи, – облегченно выдохнул он. – Надеюсь, ты не шатался с той компашкой, которую недавно уволокли в участок? Ты славный парнишка, я очень тебя ценю, а у этих ребят серьезные проблемы с законом. Мне бы не хотелось, чтобы моя дочь общалась с кем-то, кто…

– Джоуи был не с ними, папа, – уверенно соврала я. – Он провожал Кейти из кино. Ведь так?

– Ага. – Джоуи кивнул, не сводя с меня настороженных зеленых глаз. – Провожал.

– Вы с Кейти ходили в кино? – нахмурился отец. – Ты ничего не говорил.

Джоуи пожал плечами:

– Рано еще что-то говорить.

– Молодец, зря времени не теряешь, – хмыкнул отец и взялся за ручку двери. – Ифа, не задерживайся. Ночью по улицам слоняется только хулиганье.

– Еще две минутки, папа, – откликнулась я и с облегчением вздохнула, когда отец скрылся в доме.

– Ты соврала, – холодно констатировал Джоуи. – Соврала отцу, чтобы меня выгородить.

– Ага. – Сердце забилось так, словно хотело выскочить из груди и слиться с его сердцем. – Обманула родного отца.

– С какой стати? – спросил он со смесью раздражения и невольного любопытства в голосе. – Чего ты добиваешься?

– Даже не знаю. – Глаза скользнули к затянувшейся ране на его нижней губе. – Но на будущее – с тебя причитается.

– На будущее? – Тяжело дыша, Джоуи шагнул ко мне – сейчас нас разделяла буквально пара дюймов. – Не люблю ходить в должниках.

– Печалька. – Я облизала пересохшие губы. – Но решать не тебе.

Он склонил голову набок и криво ухмыльнулся:

– А кому? Неужели тебе?

– Ответы! – выпалила я, не в силах больше выносить его испепеляющий взгляд. – Мне нужны ответы.

– Какие? На домашку? Боюсь, ты не по адресу, – лениво протянул Джоуи. – Ты, наверное, не заметила, Моллой, но в учебе я не шарю.

– Ничего подобного. – Я замечала все, что касалось Джоуи Линча, и поэтому точно знала: способностями его природа не обделила.

– По-твоему, шарю?

– По-моему, ты гораздо способнее, чем хочешь казаться.

Несмотря на отвратительное поведение и нежелание сдавать домашку в срок, соображалка у него работала прекрасно.

– С чего такие выводы, Моллой?

– В классе ты отвечаешь без ошибок, успеваемость тебе портит только домашка, – не смутилась я. – Любые предметы щелкаешь как орехи. Математика, английский, естественные науки, домоводство – все дается тебе без напряга. Но исключительно в школе.

Если ему чего и не хватало, то явно не мозгов.

А времени.

– Рехнуться можно, – буркнул он, потирая подбородок. – Тебе бы в шпионы.

– А тебе в мудозвоны, – огрызнулась я. – Речь о банальной наблюдательности. Так что нет, домашку я у тебя списывать не хочу: мне есть у кого списать, спасибо братцу. А хочу я совершенно другого.

– Чего же?

– Чтобы ты объяснил, почему так упорно утверждаешь, что я тебе не нравлюсь, хотя мы оба знаем – это не так. Почему я единственная, с кем ты отказываешься флиртовать. И раз уж мы затронули эту тему, объясни, почему ты продинамил меня в сентябре.

– Блин. – Джоуи провел ладонью по разбитой физиономии и замысловато выругался. – Опять ты за свое.

Я пожала плечами:

– Либо ты назовешь причину, либо признаешь, что запал на меня.

– Ты мне тупо разонравилась.

– Вот видишь, значит, раньше нравилась.

– Все, завязывай! – Джоуи всплеснул руками и отступил на пару шагов, подальше от меня. – Сначала зацепило, но потом как отрезало. Интерес пропал. Насколько мне известно, это не преступление. Поэтому угомонись. И прекращай меня пасти, шпионка недоделанная.

– От недоделанного мудозвона слышу. – Я решительно преодолела разделяющее нас расстояние. – Короче, давай начистоту. Ты ведь отметелил Пола из-за меня? Он сказал, ты пригрозил вырвать ему руки и запихать в глотку, если он еще раз пикнет о том, куда совал пальцы. – Мне удалось вытянуть из Пола дословную цитату, пока он валялся у меня в ногах и клянчил прощения. – Может, хватит упираться? – Я выразительно вздернула бровь. – Если тебе на меня параллельно, тогда зачем все это? Зачем затевать драку, защищая мою честь, если тебе на меня плевать?

– Я сделал это ради твоего отца, – сквозь зубы процедил Джоуи. – Потому что многим ему обязан.

– И потому, что он запретил приближаться ко мне?

Джоуи тряхнул головой, но ничего не ответил.

– Значит, я угадала? Из-за отца ты избегаешь меня в школе? Из-за него не замечаешь в упор? Так вот, заруби себе на носу: так просто ты от меня не отделаешься!

Яростно сверкая глазами, Джоуи подался вперед.

– Слушай сюда, – холодно начал он, оттесняя меня к ограде. – Я защищал честь твоего отца, но никак не твою. – Сощурившись, он придвинулся ко мне вплотную; меня всю обдало жаром. – Твой отец – отличный мужик, ему совершенно незачем знать, что его дочь…

– Договаривай! – рассвирепела я, схватив его за капюшон худи. – Ну? Язык проглотил?

– Дешевка! – выпалил он, с ненавистью глядя на меня. – Хочешь знать, почему ты мне разонравилась, Моллой? Да потому, что завалить тебя – раз плюнуть. Я мог трахнуть тебя в первый же день. – Он красноречиво щелкнул пальцами. – А спать с шалавами – тоска зеленая. Откуда тут взяться интересу?

Я разжала кулак и, отпихнув Джоуи, на автомате влепила ему звонкую пощечину.

– Пошел ты!

Его голова дернулась. На мгновение я затаила дыхание, не смея шелохнуться в ожидании ответного удара.

Но нет.

Джоуи меня и пальцем не тронул.

Только судорожно кивнул, больше себе, чем мне, и прошептал:

– Все, тема закрыта. – Он медленно попятился и, не сводя с меня глаз, добавил: – Теперь ты понимаешь, Моллой.

– Понимаю что? – откликнулась я. – Почему ты на дух меня не выносишь?

– Нет, – повернувшись, бросил он через плечо. – Теперь ты понимаешь, почему со мной лучше не связываться.

С этими словами он растворился во мраке.