Замок из черного камня смотрел на меня недружелюбно. Наверное, чувствовал, отношение его настоящего хозяина ко мне. Понимал, что в нем засела самозванка.

Именно так я себя чувствовала. Самозванкой.

Мне некогда было лить слезы над собственной глупостью, сокрушаясь, что я поверила Черному колдуну, влюбилась в него, позволила обвести себя вокруг пальца и собственноручно выпустила из заточения.

У меня были проблемы более насущные.

Я не могла уйти из этого леса. Теперь уже взаправду. Не помогали ни кулоны, которые остались на прежнем месте, ни сфера, ни даже банальная вылазка к границе.

Огненный портал потух с тех пор как исчез Леонхард. Сфера, найденная мной в его покоях, не отзывалась — даже иглы свои не выпускала. А лес не отпускал меня обратно, сколько бы я не пыталась пробиться сквозь его границу.

И я знала причину.

Во мне текла магия.

Чужая, слабо поддающаяся контролю. Я ощущала, как она заполняет мое тело, течет по венам, наполняет меня силой.

И именно она не давала мне выбраться.

Купол, созданный моими предками, держал надежно. Ни один маг не мог ни войти ни выйти.

Леонхард смог. С моей помощью. Вернув себе силы, он оставил здесь меня вместо себя.

Разница была в том, что он был здесь полноправным хозяином. А я оказалась не просто на птичьих правах, а в роли человека, на которого очень удобно спустить всех собак.

Это могущественного Черного колдуна крестьяне боялись и уважали. Меня же они с удовольствием поднимут на вилы, как только узнают, что их господина больше нет в этом замке.

Я хранила эту тайну столько, сколько могла. Пыталась придумать вариант, при котором могу остаться в живых, причем не какой-нибудь пятой женой местного старосты.

Хотя староста у них вроде бы отец Берты. Вряд ли ему нужна пятая жена, учитывая, что у него даже второй нет.

Но в целом варианты были не радужные. Ко мне обращались уважительно по приказу Леонхарда. Вряд ли этот приказ станут соблюдать после того, как выяснится, что хозяин навсегда покинул этот дом. А ведь есть еще дружки тех насильников, которых убил колдун после того, как они напали на меня.

В общем, я понимала, что единственный способ для меня остаться в живых — прийти к крестьянам с повинной и попросить защиты у какой-нибудь влиятельной семьи. То есть отдать себя в распоряжение чужим людям, которые смогут делать со мной все, что им захочется.

Меня это не устраивало категорически.

Как только я поняла, что выбраться из леса не получится, я закрыла ворота, перестав пускать прислугу. Они могли заметить, что колдуна никогда нет на месте.

Свела контакты с Бертой и Эмилем к минимуму.

Эмиль был слишком сообразительным и мог родную мать продать, если понадобиться. А значит, свои тайны ему доверять точно не стоило. Сдаст при первой же возможности, особенно если почует выгоду.

А вот Берте мне хотелось оторвать голову. Она знала о планах Леонхарда. С самого начала. Ну или по крайней мере с тех пор, как подружилась со мной. Не могла не знать.

Она послушно играла свою роль, загоняя меня в ловушку, помогая манипулировать мной.

Так что высказать ей все очень хотелось. Но я молчала. Потому что не хотела, чтобы она заподозрила неладное.

Жаль, что вечно обманывать жителей деревни не получилось бы в любом случае.

Моим единственным шансом была моя внезапно обретенная сила.

Прошло несколько недель, в течение которых я практически не вылезала из библиотеки. Мне нужно было наверстать то, что маги изучают годами, практически с самого детства.

У меня же были знания, причем весьма поверхностные, только в области магических зелий и эликсиров.

Сейчас же приходилось работать с сырой силой.

Она ощущалась так странно. Как будто у меня появилась лишняя конечность. Или открылось какое-то новое чувство. Я даже мир стала видеть немного иначе.

И самое ужасное — я совершенно не умела управлять этой силой.

Нужно было учиться, причем очень быстрыми темпами. Если я хочу выжить в этом лесу, если я хочу выбраться отсюда. И если я хочу в отомстить, я должна стать сильной.

Первый раз свой огонь я испробовала в подвале. Там же, где стоял портал, сейчас полностью потухший.

Очень странные ощущения. И очень захватывающие. Сложнее всего оказалось не выпустить огонь, а контролировать его.

Казалось, стоит хоть немного ослабить бдительность, замечтаться, и он начнет обжигать своего хозяина, сожрет все вокруг, включая меня. А может огонь знал, что я не его настоящая хозяйка.

Язык, на котором маги писали свои формулы и заклинания, за несколько недель выучить было невозможно.

Так что я просто зубрила заклинания.

И снова было боязно начать их пробовать. Но страх перед тем, что я окажусь беззащитна перед толпой, оказался сильнее.

А этот день обещал наступить достаточно скоро. И узнала я об этом весьма неожиданным образом.

— Знаешь, в деревне начинают что-то подозревать. Я уже не раз слышала разговоры о том, что господина давно не видели, — сказала Берта.

Я продолжала иногда с ней видеться, чтобы не вызывать лишних подозрений. Травы уже не собирала по причине заморозков. Но были ягоды можжевельника, хвоя могла пригодиться для некоторых зелий. В общем, сейчас шло все то, на что не хватало времени летом и осенью.

В одну из таких вылазок меня и нашла Берта, начав этот разговор обеспокоенным тоном.

— О чем ты? — спросила я, стараясь сохранить невозмутимое выражение лица.

— О том, что господин, наконец, стал свободен. И теперь твое положение очень шаткое.

Она даже не скрывала того, что помогла осуществить его план.

Я задержала дыхание и зажмурилась, пытаясь отогнать слезы злой обиды.

То что для него я была всего лишь частью плана, конечно, ранило сильнее. Но от него я этого ожидала. И понимала, что поступила ничем не лучше него. А вот Берта… второй раз!

Ну я сама виновата. Не стоило давать второй шанс. Никогда и никому нельзя давать второй шанс!

— Злишься? — правильно поняла мое молчание Берта.

— Да.

— Понимаю. Но и ты меня пойми. Я здесь родилась, но это не значит, что я мечтаю всю жизнь прожить в изоляции. А господин сможет снять проклятье с леса.

— Это не проклятье. Это новое измерение и вряд ли он сможет что-то сделать. Тебя обманули так же, как меня.

— Нет, — упрямо покачала она головой. — Господин сможет. Но сейчас не о нем. Тебе нужна защита. Я поговорю с отцом. Если ты согласишься на помолвку с моим братом, пусть даже фиктивную…

— Нет!

— Лиса, я понимаю, что это все скверно выглядит. Но тебе сейчас нужно подумать о своей безопасности.

— Не пытайся убедить меня, что ты обо мне беспокоишься. Я разберусь сама. А ты можешь пойти и рассказать всем, что вашего «господина» больше нет в замке.

— Зря ты так. Я ведь не хочу тебе зла.

Я презрительно фыркнула и отвернулась. А потом и вовсе ушла. Собирать ягоды резко расхотелось. Как и общаться с Бертой.

Но в одном она все же была права. Времени у меня почти не было.

Я убедилась в этом, когда меньше чем через неделю у замковых ворот собралась толпа не очень доброжелательно настроенных крестьян.

То ли Берта все же рассказала остальным, то ли они сами, наконец, заметили отсутствие своего хозяина. Это уже было неважно.

На меня смотрели десятки глаз со скрытой, затаенной злостью. И я понимала, до момента, когда эти люди достанут вилы и факелы, не так далеко.